Глава 46

Первое декабриля. Полночь

Дервин Местр

Возвращаясь в родную эскадрилью, к друзьям и кузену, Дервин испытывал смешанные чувства. Теперь он ощущал себя главой их с Лирой маленькой семьи, привык принимать некоторые решения за двоих и после всего случившегося чувствовал себя старше на десяток лет, поэтому снова надевать курсантскую форму ему не очень хотелось.

Но при этом он прекрасно понимал, что его поступки должны иметь последствия.

Как правило, при Разломе всё было устроено так: три года учёбы, потом год «стажировки» в звании рядового курсанта под командованием старших офицеров, а потом — окончательное утверждение на службе и присвоение первого звания капрала. А дальше — карьерная лестница, где каждое новое звание — ступенька вверх к более высокому жалованию и положению в обществе. Однако ни первое, ни второе сейчас не имело для Дервина большого значения.

Ким имел полное право оставить Дервина рядовым ещё на год или даже настоять на том, чтобы тот присоединился к новому потоку курсантов и повторил обучение. И Дервин заранее принял такой расклад. Нужно — значит, нужно. Самое главное, что его необыкновенная жена была рядом. Он спросил, хочет ли она вернуться на службу, ведь теперь она могла уйти с работы и не заботиться о деньгах. Однако она лишь сказала:

— Раньше я была целительницей, потому что родилась ею и не знала ничего другого. Теперь я хочу быть целительницей, потому что полюбила свой дар и очень скучаю по своему делу.

Разве не чудо, что их с женой желания и цели настолько совпадали?

Чейстрезский целитель, занимавшийся восстановлением Лиры, всё также настаивал на том, чтобы она берегла себя: не беременела; активно использовала дар, но при этом ни в коем случае не позволяла себе доходить до полного истощения сил; занималась любимым делом и получала как можно больше положительных эмоций.

Получалось, что в ближайшие годы авиачасть могла стать их домом, ведь Лира хотела быть рядом с сёстрами и мужем, а его место — или, вернее местро — было в Седьмой эскадрилье.

Дежурный у ворот чуть не лопнул от любопытства, пока пропускал их внутрь расположения части. Он вглядывался в их лица, желая первым узнать, чем же кончилось дело, однако Дервин с Лирой направились напрямую в кабинет командора Блайнера, игнорируя любопытные взгляды и шепотки.

Тот встретил их ехидным вопросом:

— Да неужели? А я уж надеялся, что вы забыли адрес эскадрильи.

— Нет, мы вернулись на службу. Дар у Лиры пока не очень сильный, восстановился только до нижней границы Пятого порядка, однако мы предполагаем, что со временем он вернётся к Третьему, как было раньше.

— Даже если не вернётся, лучше целитель Пятого порядка, чем никакого, — звонко сказала Лира, улыбаясь зятю, а теперь ещё и двоюродному деверю по совместительству.

— С этим не поспоришь. Что ж… Теперь нужно решить, что с вами делать… — сощурился Ким, глядя на младшего кузена.

— Со мной можешь делать, что хочешь. Карцер, оставление на второй год, внесение в дело отметок о несоответствии — я ко всему готов, — просто сказал Дервин. — Только прошу создать комфортные условия для Лиры. Ей всё ещё нельзя нервничать.

— Хитро это вы, конечно, придумали, — хмыкнул командор. — Делайте со мной что хотите, только моей жене нервничать нельзя, поэтому лучше кормите пирожными, это она с трудом, но вынесет.

Лира улыбнулась:

— Пирожными лучше кормить меня. С лечением в виде отдыха и обильного питания я как-то справилась, думаю, наказание в виде поедания пирожных тоже выдержу.

— Знаете, в современном обществе не принято ремнём пороть подрастающее поколение, но смотрю я на вас и думаю: зря! — хмыкнул командор, хотя все понимали, что он шутит, да и сам был не сильно старше.

Уж точно не на поколение!

— Так что ты решил?

— Идите отнесите вещи к себе в комнату. Как капралу медицинской службы, Лиоре положена отдельная комната, а тебе я так и быть разрешу ночевать с ней, а не в казарме. Но только до первого залёта, Дервин.

Командор Блайнер знал толк в наказаниях и поощрениях, прекрасно понимая, что Дервин в лепёшку расшибётся, лишь бы не лишиться данной привилегии.

— А в остальном?

— А в остальном — узнаешь на построении. Часть как раз в сборе, после полнолунной недели все вернулись из увольнительных, самое время напомнить, чем мы тут занимаемся. И ещё одно, Дерв. Хоть на сто шагов подойдёшь к моему маголёту — я тебе повтыкаю крылья в конструктивно не предназначенные для этого места. Мы друг друга поняли?

— Мы друг друга поняли, — кивнул Дервин. — А что с Трезаном? Вы выяснили, что это были за покушения?

— Мы выяснили, что кто-то прослушивал часть с помощью непонятного артефакта в виде уха дракона. Скейн Скоуэр считает, что у этого уха должна быть пара, и усиленно ищет её. В остальном причастные допрошены, виновные не найдены. Пока под подозрением остаются только норты. Я отселил Трезана в отдельную комнату, в которую запрещено соваться кому бы то ни было, кроме него. Ведём наблюдение.

— Император не отозвал его домой?

— К сожалению, пока нет, — недовольно вздохнул командор. — Хотя я очень сильно на этом настаивал. Пеннар Первый считает, что сложности закаляют характер, а ещё подозреваю, что в его предвидениях смерти Трезана нет, поэтому он и подходит к вопросу безопасности принца довольно беззаботно, — Кеммер ещё раз вздохнул и сменил тему: — Лиора, возвращайтесь в вашу старую комнату, Лунара написала прошение о переводе в другой госпиталь, поэтому на данный момент ваши с ней покои пустуют.

— А как же Эва? Разве не она их заняла?

— Эве я выделил комнату поменьше, всё же она живёт одна, хотя честное слово — скорее бы с неё уже кто-нибудь снял проклятие и увёз куда-нибудь подальше! — раздражённо признался командор. — Каждый раз заходя в столовую, боюсь поскользнуться на разлитых по полу слюнях, которые пускают офицеры. Так что, Дервин, тоже будь осторожнее. Береги ногу.

Лира рассмеялась:

— С ногой уже практически всё в порядке, хромоты почти нет, осталась пара спаечек, но я за ними наблюдаю и способствую их рассасыванию.

— Вот и прекрасно. Добро пожаловать обратно в часть! А теперь проваливайте с глаз моих, дорогие родственнички.

Дервин взял жену за руку и повёл в отведённые им покои.

Лира вошла в свою комнату и сразу же залезла под кровать, достала оттуда корзину, подаренную Дервином, и просияла:

— А у нас, между прочим, ещё билеты в театр есть! Обязательно сходим в следующее полнолуние.

— Там аншлаг будет, всё же это последнее полнолуние года. Скажи, я могу тебя ненадолго оставить, чтобы поздороваться с парнями?

— Разумеется! Иди, — весело махнула на него Лира. — А я пока вещи разберу. Хотя нет, подожди! Помоги перенести сюда вторую кровать. На этой мы не уместимся…

Хоть кровать и не была маленькой, скорее полутораспальной, Дервин с улыбкой согласился, что на двойной «трёхспальной» им будет куда вольготнее. Он перетащил сначала матрасы, а потом и основу из бывшей спальни Уны, которую теперь можно будет использовать как гостиную. Нужно только купить хороший диван, чтобы по утрам после рассветника Лира могла забираться на него с ногами и рисовать, а он — сидеть рядом и вести дневник, как они привыкли в Чейстрезе. А ещё хорошо бы купить пару кресел — чтобы к ним могли заглядывать Лирины сёстры и его друзья.

Закончив двигать мебель, Дервин переоделся в белую курсантскую форму и направился на поиски Трезана, Зоура и Леввека.

Троица нашлась в казарме, они как раз вернулись с полуночного ужина и ещё не успели отправиться в наряд чистить снег.

Дервин поприветствовал друзей и отвёл их в укромный уголок.

— Ну как вы здесь? Какие новости?

Первым заговорил Зоур:

— Дерв, хочу сразу попросить прощения за то, что обвинил тебя в отравлении Трезана. Это было ошибкой и мне до сих пор стыдно!

— Да ладно, могу понять твой шок, — хлопнул Дервин друга по спине. — И ты мне уже писал об этом, а я ответил, что вопрос исчерпан. В остальном как дела?

— А ты сам извиниться не хочешь? — с наездом спросил Леввек. — Ты, скотина благородная, у меня бутылку вина спи…лотил! Друзья так не поступают!

— Прости, был неправ. Я куплю тебе новое вино.

— Мне не нужно какое-то покупное вино, то было особенное, домашнее! А ты ещё и налил его этим двум придуркам, которым лично я разве что из писсуара дал бы хлебнуть! Это всё равно, что я твою Лиру взял бы и отдал сейчас тем двум дебилам.

— Ты совсем идиот — сравнивать мою жену и бутылку?

— Поверь, у меня с этой бутылкой была куда более глубокая эмоциональная связь, чем у тебя с женой, — трагично вздохнул Леввек. — Что тебе жена сделает? Спиногрызов родит! А бутылка могла подарить мне счастье!.. — норт вздохнул ещё раз, демонстративно утёр сухой глаз, на котором, видимо, должна была блестеть скупая мужская слеза.

Однако накала страстей не выдержал и заржал, как сивый марч.

— Я тебе привёз подарок из Чейстреза, — сказал Дервин.

— Самогонку местную? — заинтересовался Леввек, всем своим видом показывая, что за бутылку самогонки он, так и быть, готов простить предательство.

Не чужие же они люди, в конце-то концов.

— Нет. Сушёное мясо. Тебе понравится. А проносить алкоголь в расположение части в моей ситуации было просто самоубийственной глупостью.

— Это да, — опечаленно вздохнул Леввек. — Но имей в виду, что с тебя бутылка.

— Даю слово Местра, что верну долг сторицей, — торжественно пообещал он, и мир между друзьями наконец был восстановлен. — Что ещё произошло за время моего отсутствия?

— Самая плохая новость — это перевод в эскадрилью Эвелины Боллар, — сказал принц и эмоционально продолжил: — Она просто невыносима! Ядовитая стерва!

— Что с тобой? — удивился Дервин такому бурному проявлению чувств.

Леввек недовольно фыркнул:

— Достал он с этой Эвелиной. Я ему говорю: трахни её уже и на этом успокойся. Или давай я трахну, по-дружески.

— Лучше сделай мне одолжение и женись на ней, — огрызнулся принц.

— Да я и не против. В целом, ничего страшного в том, чтобы ненадолго помереть, нету, — пожал плечами Леввек. — А задница у неё знатная, чего б и не жениться?

— Она никогда за Леввека не пойдёт, он для неё слишком беден и недостаточно знатен, — заметил Зоур.

— Ну так пусть Трезан уговорит батю наградить меня титулом и мешком эвклазов, а я, уж так и быть, женюсь на этой стерве Эвелине Боллар.

Дервин наконец не выдержал и вмешался:

— Слушайте, парни. Я всё понимаю, но она теперь моя свояченица, поэтому попрошу как-то поуважительнее о ней отзываться. Кроме того, уверен, что вы судите слишком поверхностно. Лира — просто чудесная, и мне не верится, что её сестра…

— Да ты просто не представляешь, какая она на самом деле! Корыстная, сварливая дрянь! Нарочно сюда перевелась, чтобы бесить меня! — горячо заговорил принц, но под предупреждающим взглядом Дервина осёкся и скрестил руки на груди: — Ладно, я ничего не буду говорить о ней вообще, потому что хорошего сказать нечего, а правду ты слушать не хочешь. Но я тебя сразу предупреждаю: это тебе не Лира! Держись от этой стервы подальше и не давай ей лезть в ваши с Лирой отношения! А ещё лучше — консуммируй уже наконец ваш брак, не понимаю, сколько можно с этим тянуть! Ты так и нарываешься на то, что Бреур Боллар передумает и потребует аннулирования.

Дервин покраснел, потому что остальным друзьям о таком деликатном вопросе не говорил, но принцу о здоровье жены и запретах целителя рассказывал в письмах, делился переживаниями о том, что предпримет Бреур. И теперь, конечно, пожалел об откровенности.

— Трепло, — холодно проговорил он, а Трезан смутился.

— Прости… прости, вырвалось.

Леввек посмотрел на Дервина насмешливо:

— Ну, тебе, может, помощь какая нужна? Советом подсобить? Или ты не знаешь, с какого конца подступиться?

— Отвянь, — осадил его Дервин. — Лира долго болела, я не хотел рисковать её здоровьем.

— Но теперь-то уже не болеет?

— Теперь не болеет, но я не хочу на неё давить и уважаю её желания.

— А, ну молодец. Знаешь, что происходит с теми, кто не хочет давить на девушку и уважает её желания? — едко спросил Леввек. — Они потом пьют за её здоровье на её свадьбе с кем-нибудь более решительным и менее щепетильным.

— Мы уже женаты, — парировал Дервин. — И Лира не такая. Просто… просто я жду, когда она будет готова.

— Дождёшься, — с сарказмом пообещал норт. — Тут целая часть голодных до женского внимания одиноких офицеров. А аннулировать брак куда проще, чем снять проклятие. Умыкнёт её какой-нибудь умник, запудрит мозги, отведёт в храм, а там мало ли что Геста решит — возьмёт и одобрит новый брак, раз в старом никто не сподобился печати скрепить.

— Лира не такая, — рыкнул в ответ Дервин, но сказанное Леввеком кололо тревогой.

— Ну… а ты с ней об этом разговаривал? — неуверенно спросил принц. — Это же женщины, пока ты к ней относишься с пиететом и уважением, она подумает, что не нравится тебе, разведёт драму на ровном месте, накрутит себя, а потом выйдет за другого назло. Думаешь, такого не бывает? Сплошь и рядом!

— Лира не такая, — ещё раз повторил Дервин, однако про себя решил с консуммацией брака больше не тянуть.

В конце концов, жена уже достаточно восстановилась, чтобы приступить к работе, значит… можно уже, наверное?

На этом он попрощался с друзьями и ушёл. Трезан последовал за ним, явно желая что-то сказать, но их неожиданно окликнул знакомый девичий голос, а в коридоре мелькнул алый силуэт.

— Альтара? — изумился Дервин. — Что ты тут делаешь?

— Вас с Лирой приехала навестить, папа всем сообщил, что вы сегодня возвращаетесь в часть, и разрешил мне приехать повидаться с вами. Я так рада тебя видеть! — просияла она, крепко обняла брата и закидала вопросами: — Как дела? Как Лира? Как твоя нога? Вам понравилось в Чейстрезе? Как семейная жизнь?

— Всё хорошо. Намного лучше, чем могло бы быть…

С принцем Альтара была знакома с детства и, поздоровавшись, обратилась к нему с дружеской непосредственностью:

— Трезан, скажи, ты уже слышал об очередной бредовой задумке родителей?

— Какой именно?

— То есть до тебя этот разговор ещё не дошёл? — фыркнула сестрёнка. — Они отчего-то решили, что мы составим прекрасную пару. Нет, ты скажи, они в своём уме?

Принц замер и уставился на Альтару во все глаза, а потом медленно проговорил:

— Это же отличная идея…

— Что⁈ Ты шутишь? — негодующе воскликнула Альтара. — Я думала, мы вместе посмеёмся над этой глупостью… Ты и я — муж и жена? Трезан, очнись! Я до сих пор помню, как ты бегал по нашему поместью голый, потому что тебе не нравилось, что няня заставляет тебя надевать трусы.

Принц сощурился, рассматривая Альтару оценивающе.

— Наши рода союзники, наши родители отлично ладят, наш брак поддержат, наши магические дары прекрасно сочетаются. Политически — это действительно хорошее решение, — наконец отмер он. — Но, самое главное, мы всегда хорошо ладили и с уважением относились друг к другу. Мне нравится эта идея, Тара.

Она захлопала глазами, изумлённо глядя на принца:

— Но между нами нет и никогда не было никаких чувств! Ты мне как брат!

Он шагнул к ней и взял за руку:

— Может, они возникнут? Давай проведём вместе небольшой отпуск? Я мог бы навестить твою семью на праздник Длинной ночи вместе с Лирой и Дервином, если командор Блайнер их отпустит. Ты покажешь мне Ретер…

— Трезан, да что на тебя нашло? — чуть ли не с ужасом спросила Альтара. — Ну… вспомни, как я описалась в театре, когда мне сказали ждать до конца представления, а я не дождалась! Ты так смеялся, что у тебя начали пузыриться сопли…

— Не помню такого, — невозмутимо пожал плечами принц. — И потом, сколько тебе тогда было? Года четыре? С тех пор ты выросла в прекрасную девушку и больше не писаешься в театре, а у меня от смеха больше не пузырятся сопли.

— И это не повод жениться! — гаркнула Альтара, вырывая ладонь из его цепких пальцев. — Совсем уже с ума посходили! Я сказала отцу, что сначала учёба, а уже потом — всё остальное.

— Мы можем заключить помолвку сейчас, а если ты передумаешь, то расторгнуть её…

— А знаешь, что ещё мы можем? — воинственно спросила Альтара. — Не заключать помолвку, которую потом придётся расторгать. Честное слово, Трезан, от кого-кого, а от тебя я такого не ожидала, — с упрёком закончила она.

Дервин наблюдал за этой сценой молча. С одной стороны, пожелать сестре лучшего мужа, чем принц, он не мог. Трезан никогда её не обидит, да и человек он хороший. Плюс статус кронпринцессы, финансовое положение и особенно — полная поддержка обеих семей. Теперь, женившись против воли родителей, он понимал, насколько она важна.

И в то же время поведение Трезана казалось ему странным. Он никогда не говорил об Альтаре в романтическом ключе, да и вообще не так уж часто её вспоминал, обычно задавая лишь дежурные вопросы о её здоровье.

Внезапное желание жениться на ней выглядело несколько… подозрительно. Ладно, это тема отдельного разговора, причём разговора с глазу на глаз.

Дервин уже хотел увести сестру, как к ним неожиданно подошёл тот, кого он никак не ожидал увидеть в части: Бреур Боллар.