Глава 34

Ярослава Моя лаборатория не имела ничего общего со стерильными белоснежными помещениями на Земле. Она скорее напоминала обитель Сайран или кабинет средневекового алхимика: небольшой зал с камином, длинный широкий стол, треногий табурет и узкое вертикальное окно, в которое лил яркий солнечный свет во время закатов. А вот в первой половине дня здесь было темно, и приходилось зажигать свечи, чтобы создать хоть какое-то освещение. Я не была фармацевтом, алхимиком и уж тем более ведьмой, но, к счастью, всегда любила учиться. В книге, которую мне выдала Сайран, были описаны приготовления разных отваров и настоек из местных растений (не из драконоцвета, к сожалению), и, хотя сама травница помогать мне отказалась из-за страха перед божественным цветком, фолиант смог освежить мою память, а где-то и пополнить ее новыми знаниями. Очевидно, Сигурд отдал приказ помогать мне во всем, потому что любой предмет появлялся в моей лаборатории через несколько минут, стоило только мне его пожелать: ступка и пестик для растирания цветков, котел и глиняная чаша для водяной бани, брага — самый крепкий напиток, который был у северян, пустые стеклянные бутылки. Правда, на этом вся помощь заканчивалась, потому что суеверный местный народ отказывался присоединяться ко мне в создании лекарства из божественного растения. Даже с учетом того, что оно способно исцелить их ярла. Поэтому мне приходилось делать все самостоятельно. Естественно, с первого раза у меня ничего не получилось — я слишком перемолола драконоцвет. Но, как оказалось, это были еще цветочки! Самые сложности возникли с водяной баней, когда нельзя было давать жидкости закипать. Как только это происходило, спирт начинал испаряться, а полезные вещества драконоцвета — разрушаться. К сожалению, у меня не было термометра, и все приходилось делать буквально «на глаз», то и дело подливать прохладную воду в котел. Она должна была кипеть, а вот будущее лекарство — ни в коем случае. Эти два условия нужно было соблюдать неукоснительно: без нужной температуры зелье осталось бы бесполезной водичкой. Не представляю, сколько я извела цветков, прежде чем резкий запаха алкоголя сменился не чем-то отвратительным, а густым ароматом весеннего луга, концентрированным настолько, что почти душным в тесном пространстве. Когда у меня наконец-то все получилось, или, вернее будет сказать, что-то получилось, это стало только началом пути. Впереди маячило самое сложное и невыносимое: как для медика, так и для влюбленной женщины — ждать. Ждать, пока лекарство настоится. Ждать мужа с военных переговоров. Работа позволяла мне хоть на несколько часов отвлечься от тревоги, сжимающей словно в тисках мое сердце и раздирающей душу. Я верила Сигурду, верила, что его чувства взаимны, и что он не станет подставляться. Что он действительно горит желанием как можно скорее вернуться ко мне. Но помимо его желания и моих надежд было еще много факторов, которые невозможно было не учитывать. Родфелл. Конунг. Судьба. Ни я, ни Сигруд не могли на них повлиять, и это заставляло меня нервничать. Каждый день я доставала настойку из тяжелого сундуку и аккуратно взбалтывала — это ускоряло диффузию, «созревание» лекарства для моего мужа. Я знала, что экстракцию никак нельзя форсировать, нельзя получить настойку быстрее, но хотела, чтобы она стала рабочей, всем сердцем. Как и возвращения Сигурда. Спустя неделю лепестки начали оседать на дно, «отдавая» свою силу, а сама жидкость начала темнеть. Через четырнадцать дней она приобрела насыщенный, почти волшебный рубиновый оттенок. Лекарство было готово, а вот от мужа (прошло уже больше месяца с момента отплытия) по-прежнему не было вестей. Впрочем, скучать мне в крепости не приходилось. Помимо того, что я ждала возвращения супруга и создавал целебный эликсир, обитатели крепости то и дело прибегали ко мне с просьбами о помощи. Новость о выздоровевшей и быстро поднявшейся на ноги Бере облетела весь небольшой северный городок ко скоростью пожара, и ко мне потянулись те, кто раньше меня сторонился. Кажется, больше никого не смущало происхождение Анастасии. Так что моя лаборатория не простаивала: помимо лекарства для Сигурда я могла приготовить там отвары, микстуры и мази не из божественных цветов, а из самых обычных растений. Я повторила сироп от кашля для поварихи, вылечила крапивницу у конюха, спасла от сильной мигрени одну из знатных дам. Народ подтягивался потихоньку, будто опасался, что их высмеют, ну или я на них отыграюсь за изначально неприветливое отношение, чего я, естественно, делать не собиралась. Тем, кто осмеливался рискнуть и прийти ко мне, я искренне старалась помочь и помогла. И желающих с каждым днем становилось все больше и больше. Если честно, я была этому рада. Как и тому, что сейчас могу свободно (под присмотров моих стражников) гулять по замку и крепости, а не сидеть целыми днями взаперти. Я, конечно, много часов проводила в своей лаборатории, но это было не одно и то же — сейчас я работала и могла общаться с людьми. В остальном, с моими новообретенными пациентами, и немного с Ингрид. Еще капельку с Сайран, у которой я брала книги по местным лекарственным травам. Но то ли травница обиделась на меня за ту историю со снятием порчи, то ли на то, что я создаю лекарство на основе божественного растения, а, может, считала, что я переманиваю ее «клиентов» — лечу всех, даже тех, кто не понравился ее сестре. Или все вместе! Поэтому наше общение можно было назвать исключительно деловым. Обычно северяне подходили ко мне, когда я завтракала или обедала в большом зале, но часто заглядывали и в саму лабораторию. Иногда мне приходилось идти к кому-то домой, если пациент оказывался совсем тяжелым. Мои телохранители везде следовали за мной, исключение составляли разве что спальня и мой импровизированный рабочий кабинет. Но за все время желающих обидеть меня словом и делом не нашлось. Аккурат до сегодняшнего дня, потому что в мою лабораторию заглянула та, кого я ожидала увидеть меньше всего — жена Торсена. Ингрид обожала посплетничать, поэтому я узнала, что златоволосую красавицу, которая точит на меня зуб, зовут Вигдис, и что ее имя означает «богиня войны». Учитывая, что в прошлый наш разговор, она пыталась поссорить меня с мужем, богиня из нее была так себе, скорее, склочная баба, но воинственности в ней действительно было хоть отбавляй. — Чем могу помочь? — спросила я, пряча лекарство в сундучок, стоящий в центре стола. — Это спасение для нашего ярла? — проигнорировала она мой вопрос. — Нет, средство от поноса. — Я не собиралась с ней откровенничать и сложила руки на груди. — Что тебе нужно, Вигдис? Она откинула косы на спину и повторила мою позу. — А зачем к тебе все ходят, княжна? Я пришла за помощью. — Ко мне? Неожиданно. — У меня не было выбора, — пожала она плечами. — Либо ты, либо ведьма. — Почему ты выбрала меня? — Потому что ты помогаешь за просто так, а ведьма берет немаленькую плату. Я поперхнулась воздухом. — Во-первых, не за просто так. У меня условие, что каждый должен сделать что-то полезное для крепости и для моего мужа. Что-то, что ему по силам. — Говорю же, за просто так, — хмыкнула жена Торсена. — Мы и так здесь делаем что-то полезное для крепости и нашего ярла. Мне очень хотелось спросить, чем сейчас занята ее подружка Сольвейг, но я сдержалась. Мы так и не успели с мужем решить вопрос с женщиной, что так настойчиво стремилась в его постель, но по его возвращении мне хотелось закрыть эту тему. Пусть выдаст ее замуж, в конце концов. В идеале за воина из другой крепости. Мне была неприятна вся эта тема. — Так что тебя беспокоит? — включила я доктора. — Пятна по телу. Началось пару дней назад. Она приподняла подол юбки и показала те самые пятна. А я зависла, потому что проблема состояла в том, что ничего подобного на земле я еще не встречала.