Глава 9

– Замечательно, – пробормотал я, выйдя из храма на нижний уровень. – Просто нет слов. Роберт, ты теперь не отходишь от меня ни на шаг. Надо будет ограничить наших коллег в перемещениях вдали от границы и сказать Мэлу… проклятье! Мэл!

Он же по большей части пребывает именно на нижнем слое!

Я прыжком вынырнул на верхний слой, одновременно отправив брату тревожный сигнал. Пережил несколько неприятных мгновений, размышляя о том, что во Тьме может вновь потеряться лишившийся воспоминаний Палач. И с невероятным облегчением выдохнул, когда поводок натянулся, а из темноты проступил рослый, стремительно теряющий невидимость силуэт.

– Звал?

– У нас проблема, брат! – выдохнул я, торопливо обшаривая лицо Палача глазами. Но потом вспомнил, что с некоторых пор он – это в некотором роде часть меня самого, и слегка успокоился.

Если мы не утратим связь, то обо мне Мэл наверняка не забудет. Но так глубоко во Тьму не стоит уходить даже ему, иначе к уже имеющимся трудностям у нас добавится новая.

– Нет, – напряженно отозвался брат, когда поворошил мои тревожные мысли. – О тебе я помню. Да и привязку душ просто так разорвать не получится. Но кое в чем ты не ошибся – пока ты меня не позвал, я… скажем так, какое-то время пребывал в недоумении относительно своего нахождения в центре столицы и не мог вспомнить, зачем именно ты меня туда отправил.

– Значит, далеко больше не уходи, – отрывисто бросил я, крепко держа мальчишку за руку. – Отец Гон сказал, что ЭТО набирает силу. Так что, скорее всего, ситуация будет усугубляться и коснется абсолютно всех, кто живет в Алтире.

– Надо предупредить папу, – внезапно побледнел Роберт. – Вдруг он тоже обо мне забудет?!

Я решительно подхватил его на руки и усадил на спину Мэла.

– Сначала найдем его, потом навестим наших и Корна. Только по верхнему слою. Ал!

Вокруг нас троих тут же заклубилась серебристая жижа.

– Надеюсь, хотя бы ты ничего забывать не начал?

– «Я не живой, – молча соткалось на земле. – Но и не мертвый. Отец Гон считает, что на меня это воздействовать не должно».

– Присмотри за ним, – попросил я, набрасывая броню. – Если увидишь, что он опять становится рассеянным, напоминай. Оставляй следы. Спрашивай, уточняй. Если надо, пиши записки на видном месте.

– «Понял. Прослежу», – отозвался алтарь, скрывая нас троих от постороннего взора.

– Жаль, что мы за всеми остальными не можем так проследить, – тихо уронил Мэл.

Я только вздохнул и открыл прямую тропу.

Ал не железный. Он, конечно, был создан богом, но на всю столицу его точно не хватит, поэтому нужно как можно быстрее предупредить тех, кто сможет обезопасить город.

Лорд Аарон Искадо спустился в холл сразу, как только слуги передали, что внизу его дожидается сын. При виде меня его светлость насторожился, но вопросов задавать не стал – сперва предложил пройти в кабинет. Затем терпеливо меня выслушал. Озабоченно свел брови к переносице. А когда я намекнул на болезнь его жены, заметно побледнел.

– Да, такое вполне возможно, – тихо признал он, сложив два и два. – В последнее время Элания говорила и тревожилась только о Роберте. Вы действительно считаете, что из памяти людей исчезают только самые яркие воспоминания?

– Самые эмоционально окрашенные. Самые значимые. Быть может, самые последние. Но это неточно.

У лорда Искадо сжались кулаки.

– Магия разума?

– Возможно, поэтому буду признателен, если вы поднимете свои архивы и все доступные сведения о магразработках в этом направлении.

– Для заклинаний, способных накрыть собой целый город, нужен очень мощный источник питания, – не согласился милорд. – Незаметно его установить и использовать на протяжении длительного времени, не привлекая внимания, нереально. Даже просто купить артефакт подобной мощности крайне затруднительно. Разве что кто-то собрал его самостоятельно? Но мы отслеживаем всех артефакторов и тем более следим за крупными покупками, которые могут быть использованы по двойному назначению. Не говоря уж о том, что навскидку я не могу припомнить ни одного заклинания, способного оказывать такое длительное и мощное воздействие на население целого города.

Я криво улыбнулся.

– Ключевое слово здесь – «припомнить», милорд. С учетом того, что мы узнали, ваши знания могут быть обрывочными.

Лорд Искадо дернул щекой.

– Я выясню.

– Хорошо. А заодно напрягите целителей и выясните, не могут ли сегодняшние события являться результатом какой-нибудь магически обусловленной болезни.

– Болезнь? – вздрогнул светлый и как-то неуверенно посмотрел на тревожно переминающегося сына.

Я кивнул.

– Из вашего рассказа мне показалось, что первое время леди Элания пыталась как-то сопротивляться этому воздействию.

– Не знаю. Возможно, – задумался лорд. – Поначалу она действительно находила в себе силы вспомнить детали и даже старалась это сделать незаметно для меня. Когда ей это удавалось, она, судя по всему, успокаивалась, а я, к сожалению, списывал ее поведение на обычную женскую рассеянность. Но потом пробелов стало слишком много…

– Пока большая часть памяти, связанная с Робертом, полностью не исчезла?

– Вы правы. Это чем-то напоминает болезнь. Маловероятно, что возбудитель так долго распространялся по столице и при этом не давал других симптомов. Но сам факт их цикличности с постепенным усилением… Благодарю, мастер Рэйш. Ваше предупреждение очень своевременно. Я поговорю с целителями и распоряжусь, чтобы по столице отдали приказ поголовно носить защитные амулеты. Особенно в государственных структурах и особенно во дворце.

Я благодарно кивнул: да, узкопрофильные специалисты-маги с отшибленной памятью могут серьезно осложнить и без того непростую ситуацию. За темных, особенно за магов Смерти, мне было не так тревожно. Но и светлых, если они разом слетят с катушек, будет достаточно для маленького столичного апокалипсиса. А если с катушек слетит король или королева? Или, к примеру, внезапно потеряют память министры? А может, кто-то из магов Смерти окажется слишком далеко от границы и уподобится отцу Лотию с его идеей увековечивания себя любимого в стенах первохрама?

С этой точки зрения мысль о защите от магии разума была на редкость удачной, потому что, если память у людей отбирало обычное заклинание, то защитные амулеты могут помочь. И высокопоставленному военному чиновнику было гораздо проще запустить масштабную операцию по противодействию непонятной магии, чем, скажем, это сделал бы я, явившись со своими подозрениями к начальству или напрямую к королю.

Лорд Искадо тем временем порылся у себя в столе и выудил на свет божий несколько амулетов. Один немедленно надел себе на шею, еще несколько убрал в карман. По-видимому, для жены и слуг.

– Благодарю, мастер Рэйш, – кивнул он, к чему-то напряженно прислушиваясь. – Если вас не затруднит еще какое-то время присмотреть за нашим сыном…

Я продемонстрировал ему детскую ладошку у себя в руке.

– У меня пока не было провалов в памяти, папа, – подтвердил Роберт. – И учитель уже рассказал о технике безопасности.

– Это радует, – устало улыбнулся ему отец и знаком показал, что остальное возьмет на себя.

Убедившись, что в нашем присутствии больше нет острой необходимости, я снова ушел во Тьму, увлекая за собой ученика. Затем заскочил к Корну, испытанным способом подбросив ему на стол записку. И, не дожидаясь, пока он ее заметит, поспешил в Управление – надо было поставить народ в известность до того, как весь мир полетит в бездну.

– Что же это такое, мастер Рэйш? – сглотнула Лиз, когда я вкратце обрисовал ситуацию. – Получается, что абсолютно все жители столицы находятся под угрозой?!

– А мы ничего не можем сделать, – мрачно изрек сидящий рядом с ней Тори.

– Ну почему ничего? – возразила Триш. – Мы можем как минимум обезопасить себя. Почаще переходить на темную сторону и обратно, подолгу ни тут, ни там не задерживаться…

– Лиз так не сумеет. Ей придется все время носить защитный амулет, и то не факт, что это поможет. Мы ведь не знаем, что это за магия!

Лиза тем временем озабоченно нахмурила брови.

– Я вот сейчас смотрю на вас, и все равно не вижу никаких следов воздействия заклинания. Ни магии разума, ни чего-то другого…

– Вампиры тоже следов не оставляют, – напомнил Тори. – А последствия от их прикосновений – ого-го. Правда, милорд?

Роберт так же хмуро кивнул.

– Вопрос в другом, – весомо уронила в наступившей тишине Хокк. – Что делать тем, кто не умеет ходить на темную сторону?

– Держаться вместе, – вздохнула Триш. – И если кто-то начнет забывать, тут же ему об этом напомнить.

Я качнул головой.

– Это не выход. И насчет амулетов все верно – гарантии, что они сработают, у нас нет. Сила воздействия на людей определенно растет, поэтому насколько хватит защиты, никто не знает. Еще нас предупредили, что для большей безопасности нам стоит находиться поблизости от границы. Для меня, Роберта, тебя, Хокк и Тори все ясно: Тьма не позволит нам начать забывать слишком быстро и напомнит, если во время пребывания в реальном мире мы действительно что-то упустим из виду. Насчет Лиз Тори прав. И нашим следователям это не поможет. Хотя…

Я замолчал, крутя так и этак неожиданно пришедшую в голову идею, а потом задумчиво уронил:

– Когда темный маг приходит или уходит на темную сторону, некоторое время в том месте, где он потревожил границу, остается какая-то часть темной стороны. Ненадолго, правда. Но если в это время рядом будут находиться обычные люди, Тьма в какой-то мере зацепит и их.

– Рядом с вами всегда холодно, – тут же встрепенулась Лиз. – Но я согласна потерпеть, если есть шанс, что это хоть как-то поможет.

– Значит, нам надо разделиться, – мгновенно сориентировалась Хокк. – Пока мы здесь, кто-то из нас все время должен находиться рядом со светлыми и немагами.

– Я – с Лиз, – откликнулся Тори.

– А я спущусь на первый этаж и присмотрю за практикантами, – кивнула Триш.

Я смерил ее выразительным взглядом.

– Будешь раз в полсвечи нырять на темную сторону и обратно? Хорошо. А с остальными как быть? А с ребятами Жольда что делать? И еще вопрос: в течение рабочего дня это будет иметь смысл, а потом? Что делать, когда рабочий день закончится, и люди начнут расходиться по домам?

Маги тревожно переглянулись.

– Ну… в любом случае их надо предупредить, – нерешительно произнесла Лиз после долгой-предолгой паузы. – Выдать защитные амулеты… которые сначала придется заказать и забрать со склада. Но, насколько я понимаю, какое-то время у нас еще есть?

– Есть, – согласился я. – Но не думаю, что его очень много.

– Тогда как вариант – предложить сотрудникам устроиться на ночлег здесь. В Управлении. Пока проблема не решится. А для гарантии, что ночью никто из них не забудет, кто он и что тут делает, кто-то из темных тоже будет оставаться на дежурство.

– Мастер Рэйш, а на здание нельзя защиту поставить? – нерешительно предположил Роберт.

Я закусил губу.

– Как раз думаю об этом. Пожалуй, если его полностью заблокировать от любой магии вообще, то шанс есть. Но это затратная штука, и на каждый дом в столице такую защиту не повесишь.

– Давайте тогда хотя бы здесь сделаем. И дома, пока есть время, – тихо сказал мальчик. – А еще в здании городской стражи, чтобы люди там не сошли с ума.

Я вместо ответа ушел на темную сторону, осмотрел все три этажа нашей конторы. Подумал, посчитал. И, вернувшись, без особого энтузиазма сообщил:

– Без серьезных затрат я смогу надежно заблокировать первый этаж здесь и в Управлении городской стражи. При этом защиту надо будет постоянно поддерживать, и накопителей на это уйдет уйма.

– У тебя дома хорошая защита, – вдруг обронила в пустоту Хокк.

– Это тут причем?

– Да так… – вдруг нахмурилась магичка и умолкла, словно не заметив, как в ее сторону обернулись все остальные.

Я мысленно сделал зарубку – выяснить, что она хотела сказать, а потом засучил рукава, забрал с собой коллег и ушел во Тьму. Объяснять им на практике, что и как делать. Очень хотелось закончить хотя бы одно дело, пока меня не выдернут срочным письмом в Главное Управление.

* * *

– Заходи, – буркнул Корн, когда я нарисовался на пороге его кабинета. На этот раз дверь была открыта, поэтому стучаться не пришлось. – Садись. И будь добр, объясни, чего ради я выдернул с рабочих мест начальников всех сыскных участков.

Я оглядел Илжда, Эрроуза, Роша и втолкнул внутрь Роберта. Стойко выдержал раздраженный взгляд начальства. По привычке проигнорировал удивление остальных. И, указав ученику на подоконник, без зазрения совести занял последнее свободное место, которых у Корна, как всегда, не хватало.

– Рэйш, тебе не кажется, что это уже переходит всякие границы? – ледяным тоном осведомился Корн, когда я выпустил из-под контроля Тьму, и в кабинете сначала потемнело, а потом и резко похолодало.

Так, на всякий случай. Не хотелось бы потом дважды повторять одно и то же.

– Нет, шеф. Не кажется. И сейчас я постараюсь объяснить, почему.

– Мы тебя внимательно слушаем, – процедил Корн, стирая рукавом выступивший на столе иней.

Я недобро улыбнулся и начал говорить.

Примерно с полсвечи в кабинете царила мертвая тишина, нарушаемая только моим размеренным, нарочито спокойным голосом. Чтобы не быть голословным, я передал коллегам отчеты Жольда. Затем разбавил их данными, полученными из сферы. И под конец добил присутствующих теми фактами, что услышал от отца Гона, после чего тишина в помещении стала совсем уж зловещей, а на лицах магов проступило одинаково встревоженное выражение.

– Рэйш, я не понял… – первым решился нарушить молчание Рош. – Ты пытаешься сейчас сказать, что в столице завелся еще один полоумный маг наподобие отца… как там его… Лотия?! Или ты подозреваешь целый заговор?

– А мотив? – негромко фыркнул Эрроуз. – При заговоре имеет смысл влиять на разум первых лиц королевства. Прицельно. Аккуратно. А использовать магию против всего города, да еще столь варварским способом… по меньшей мере неумно.

– Ну почему же неумно, – неожиданно не согласился Илдж. – Если Рэйш прав, то заклинание начало свою работу довольно давно. Это статистика у нас «поплыла» всего пару месяцев назад… да-да, думаю, что и на наших с вами участках тоже, господа. Но происходило это постепенно. Медленно. Так что если бы не цепочка совпадений, даже жрецы бы не спохватились. Оно, конечно, все равно стало бы потом заметно. Но сам факт!

Я встретился взглядом с Корном.

– Процесс мог начаться задолго до того, как мы это обнаружили.

– Есть вероятность, что исчезновение последних и самых ярких воспоминаний – это уже завершающая стадия, – медленно согласился шеф. – А самое мелкое и незначительное люди стали забывать намного раньше. Илдж, сможешь нам дать прогноз по вариантам развития событий?

Лучший целитель столицы беспокойно заерзал.

– Попробую, конечно. Но на это понадобится время.

– Рэйш, какие у тебя есть данные по влиянию этой заразы на магов? – снова спросил Корн, не отрывая от меня напряженного взгляда.

Я честно признался:

– Пока никаких. Лорда Искадо я уже подключил, его люди, полагаю, уже вовсю работают над этим вопросом. И жрецы, само собой, в курсе. Они, кстати, тоже оказались подвержены этой магии. Но что это такое и откуда взялось, не смогли сказать даже темные боги. Есть мнение, что это не наша магия. Не темная и не светлая, поэтому-то ей и оказались подвержены все без исключения. Поэтому же мне кажется, что происходящее не имеет цели подыграть кому-то из тех, кто мечтает сменить династию.

– Не заговор? – недоверчиво переспросил Рош.

– Нет. Это как… кренящееся набок дерево в лесу. Старое, никому не нужное и сухое. Пока ветра не было, оно еще как-то держалось, но как только сменилась погода, его потихоньку и повело. Мы с вами – просто муравейник, которому не повезло оказаться на траектории падения сухостоя. Проще говоря, специально нас никто уничтожать не собирается, но когда ствол рухнет, от нас даже мокрого места не останется. По крайней мере, боги говорят именно так.

– Они не вмешаются? – напряженно уточнил шеф.

– Похоже, что нет. Фол только предупредил, намекнув, что мы в состоянии справиться с этим сами. К тому же пока процесс затронул лишь Алтир. Но мне дали понять, что дальше все станет намного хуже. И на данный момент только маги Смерти являются этакими островками стабильности. Поэтому чем ближе к ним… то есть к нам… находятся остальные, тем для них лучше.

– Значит, нам стоит подключить к этому как можно больше темных… может, и впрямь ввести обязательные дежурства. Или вообще временно командировать в столицу магов из районов.

– Сомнительно, что в этом будет прок, – проворчал Эрроуз. – Да, я согласен с Рэйшем, что мы наиболее близки к границе и чаще всего ее пересекаем, что может оказаться полезным в данной ситуации. Но он сказал, что глубоко во Тьму погружаться нельзя – для нас это так же опасно, как и проводить долгое время в обычном мире. А теперь подумайте: если мы ограничим себя в перемещениях по темной стороне и, как выражается Рэйш, перестанем уходить на глубину, то наши возможности… в том числе и обзор… во Тьме резко упадут. Что в это самое время происходит с обитателями темной стороны, никто из нас не знает. Рэйш утверждает, что непонятная магия действует на всех. В столице, конечно, стало почище в последнее время, твари забились в норы и почти перестали высовывать оттуда носы. Особенно древние, высшие твари, что обитают на глубине. Но что произойдет, если они забудут, кто их туда загнал? Что если тот страх, который до этого дня держал их в подвалах, внезапно исчезнет? В то самое время, как маги будут вынуждены проводить время ближе к поверхности, а твари, наоборот, надумают выползти наружу… кто даст гарантию, что мы не получим очередной шквал нападений на темной стороне?

Я покосился на Эрроуза с уважением.

А ведь он прав. Если такие как мы начнут держаться поверхностных слоев и, соответственно, потеряют способность видеть на глубине, то они станут легкой добычей для не отягощенных подобными сомнениями тварей. Забыть-то они про нас, может, и забудут, но голод будет упорно толкать их вперед. Поэтому нападения, скорее всего, участятся. И в это же самое время большинство моих коллег, которым придется участить походы на темную сторону, окажутся под ударом.

– Бездна, Грэг… – устало откинулся на спинку Корн. – С такими ограничениями вы и впрямь будете рисковать гораздо больше, чем остальные. Но я не представляю, как вас от этого уберечь. Защитные амулеты на время придержат процесс, но, скорее всего, мы просто выиграем с их помощью немного. Проклятье… Рэйш! Ну почему ты приносишь с собой одни только скверные новости?!

Я аж оскорбился от такого заявления.

– Как это скверные? А от умрунов вас кто, спрашивается, избавил? А вампиров кто сжег?

– Ты мне еще про храм давай вспомни, – недобро оскалился шеф. А когда я благоразумно промолчал, так же мрачно добавил: – Так. Объявляйте полную мобилизацию по Управлениям. Всех, кто еще живой и не потерял большую часть памяти, забирайте из домов. Дежурства, не дежурства… нам нужны люди. Рэйш, ты лучше всех ориентируешься на темной стороне. От тебя понадобится четкая инструкция для коллег на тему, как им теперь вести себя во Тьме, а также все, что ты сможешь сказать по поводу стационарной защиты хотя бы для рабочих помещений. Грэг, я хочу, чтобы вы с Илджем оценили, насколько реально сделать для светлых короткие… хотя бы на пару мгновений… визиты на темную сторону. Возможно, если мы подберем дозу, это будет и безопасно, и положительно повлияет на их память. Рош, твоя специализация – амулеты. Что хочешь делай, но придумай для нас хоть толковую защиту.

– Мне понадобятся добровольцы, – нахмурился некрос. – И темные, и светлые, и немаги.

– Дам. И оборудование для работы тоже получишь любое. Рэйш, от жрецов можно ожидать хоть какой-нибудь помощи?

Я неопределенно пожал плечами.

– Отец Гон пообещал проверить своих коллег на предмет того, кто из них и сколько уже успел запамятовать. Стены храма, как мы уже выяснили, защиты не дают. Даже жрецам. И даже темным. Но, возможно, совместная молитва поможет это исправить?

– Хорошо, если так. Тогда у нас будет хотя бы одно надежное место, где можно с гарантией укрыть мирное население, – вздохнул светлый. – Тем более с учетом того, что защитных амулетов на всю столицу у нас не хватит.

Рош фыркнул.

– Я бы предпочел, чтобы его величество объявил полномасштабную эвакуацию. Хотя бы для того, чтобы мы могли спокойно разобраться в причинах и не бояться, что нам на каждом шагу будут мешать свои же коллеги или же простые алтирцы, которые в порыве внезапной забывчивости начнут воровать, убивать и творить совсем уж непотребные вещи, в которых мы, скорее всего, даже не сумеем их уличить. А если и уличим, то отправлять их на плаху лишь потому, что они забыли, что такое честь и мораль, как-то совсем не весело.

– Паника в столице никому не нужна, – проворчал Корн, растирая висок. – Поэтому на эвакуацию можете не рассчитывать. Если дело станет совсем плохо, то лорд Искадо, я очень надеюсь, примет необходимые меры. А до тех пор мы должны попытаться сделать все, что в наших силах. Рэйш, если ты к следующему обеду не предоставишь мне детальный план, я найду тебя письмом. Хоть во Тьме, а хоть в первохраме.

Я состроил страдальческую гримасу.

– Да нате, подавитесь, – буркнул, бросив шефу зачарованную монетку. – Нет чтобы сразу сказать, что вам надоело гонять за мной посыльных с официальными письмами. Тем более тайком отдавать им негласный приказ найти меня как можно позднее. Как вам вообще не стыдно, а? Почему я должен сам догадываться о таких мелочах?

Корн оскалился и припрятал вожделенный маячок в карман.

– Потому что так положено. Все, господа, за работу. Завтра к полудню я жду от вас первых результатов. И да… Рэйш, в следующий свой визит учти, что посторонним в моем кабинете не место.