Глава 9

Они вернулись в Виндхолл к полудню.

Дворец встретил их шумом и суетой. Слуги бегали по коридорам, придворные шептались в углах, стража стояла на каждом перекрёстке. Что-то случилось. Элария почувствовала это сразу — тревога висела в воздухе, как дым.

Кассиан схватил за руку первого попавшегося слугу:

— Что происходит?

— Ваше Высочество! — слуга побледнел. — Король… ему стало хуже. Лекари говорят, он не доживёт до утра.

Кассиан рванулся вперёд. Элария — за ним. Они бежали по коридорам, мимо испуганных лиц, мимо стражи, которая расступалась при виде принца. Двери королевских покоев были открыты. Внутри толпились лекари — трое, в серых мантиях, с обеспокоенными лицами. В углу стоял епископ Малькольм, сложив руки на груди, с постной миной. Рядом — герцог Кроу. Высокий, седой, с холодными глазами. Он смотрел на короля без эмоций.

Элария остановилась на пороге. Кассиан уже был у постели отца.

— Отец!

Король Альдрик лежал на подушках, бледный, как мел. Губы посинели, дыхание было хриплым, прерывистым. Элария видела это даже без дара. А с даром — видела больше. Яд. Тот самый. Мышьяк с лунным корнем. Но не медленный, как раньше. Быстрый. Кто-то добавил дозу. Много.

— Ваше Величество, — она подошла, не обращая внимания на взгляды. — Позвольте.

Один из лекарей преградил ей путь:

— Кто вы такая? Здесь только лекари короля.

— Я — невеста принца, — сказала Элария ровно. — И я — целительница. Отойдите.

Лекарь посмотрел на Кассиана. Тот кивнул. Лекарь отступил.

Элария опустилась на колени у постели. Взяла руку короля. Холодную. Сухую. Она закрыла глаза. Дар рванулся из груди — тёплый, яростный. Она направила его в тело короля. Медленно, осторожно. Яд отступал. Не уходил — слишком много. Но отступал. Кровь очищалась. Дыхание выравнивалось.

Она чувствовала, как слабеет сама. Ещё одна седая прядь. Ещё одна частица. Но она не останавливалась. Король был нужен живым. Для Кассиана. Для королевства. Для неё.

Через десять минут она открыла глаза. Король дышал ровнее. Щёки порозовели. Он открыл глаза.

— Ты, — прошептал он. — Дочь Иоланты.

Элария замерла. Он знал.

— Я знал твою мать, — сказал король тихо. — Давно. До войны. Она была… красивой. И доброй. Я не знал, что она выжила.

— Ваше Величество…

— Молчи. Слушай. — Он сжал её руку. — Герцог. Он отравил меня. Сегодня. Яд в вине. Я почувствовал сразу.

— Кто принёс вино?

— Слуга. Но он не виноват. Его использовали. — Король посмотрел на неё. — Герцог хочет моей смерти до указа о регентстве. Если я умру без указа, трон перейдёт к нему. Он — двоюродный брат. Ближайший родственник.

— Указ уже подписан? — спросил Кассиан.

— Нет. Я не успел. — Король кашлянул. — Бумаги у меня. В столе. Подпись. Печать. Всё готово. Но я не успел объявить.

— Я объявлю, — сказал Кассиан.

— Не успеешь. — Король закрыл глаза. — Герцог ждёт. Он знает, что я умираю. Он придёт через час. С солдатами. Объявит, что я мёртв. Захватит трон.

Элария посмотрела на Кассиана. В его глазах горела ярость.

— Я не позволю.

— Позволишь, — король усмехнулся. — Или убьёшь его раньше. Но у тебя нет доказательств. Никто не поверит принцу без короны.

— Есть доказательства, — сказала Элария. — Яд. Я могу показать.

— Кому? — Король покачал головой. — Лекари — его люди. Епископ — его любовник. Стража — подкуплена. Ты одна.

— Не одна, — сказала Элария. — У меня есть вы.

Король посмотрел на неё. Долго. Потом улыбнулся — слабо, но искренне.

— Ты права. Я ещё жив. Пока.

Он приподнялся на подушках. С трудом. Кассиан поддержал его.

— Помоги мне встать, — сказал король. — Я объявлю указ. Сейчас. При всех.

— Отец, вам нельзя…

— Можно. — Король посмотрел на сына. — Это последнее, что я сделаю. Ради тебя. Ради королевства. Ради неё.

Он посмотрел на Эларию. В его глазах было что-то — не жалость, не благодарность. Признание. Он знал, кто она. И принимал.

— Помогите мне, — сказал он.

Король вышел в тронный зал через час.

Он шёл медленно, опираясь на руку Кассиана. Элария шла рядом. За ними — лекари, стража, придворные. Слух разнёсся по дворцу за минуты. Все хотели видеть. Все хотели знать.

Герцог Кроу уже был там. Он стоял у трона, окружённый людьми. Двадцать солдат. В чёрных плащах, с гербом герцога. Увидев короля, он побледнел.

— Ваше Величество, — сказал он, шагнув вперёд. — Вы живы. Какая радость.

— Не лги, Вальдемар, — ответил король. — Ты знал, что я умру. Ты сам это устроил.

Зал ахнул. Герцог сжал кулаки.

— Это ложь. Клевета. Кто вам сказал? Она? — он посмотрел на Эларию. — Ведьма. Еретичка. Она отравила вас.

— Она спасла меня, — сказал король. — И я объявляю при всех: мой сын, Кассиан Валент, — регент королевства. С этого дня он правит от моего имени. Все указы, все решения — его.

Он поднял руку. В ней был свиток. Печать. Подпись.

— Вот указ. Заверенный. Подписанный. Вступает в силу немедленно.

Герцог шагнул вперёд:

— Это подделка!

— Это правда, — король посмотрел на него. — И ты это знаешь.

Он передал свиток Кассиану. Тот взял его. Поднял над головой.

— Я — регент, — сказал он. Голос был холодным, твёрдым. — И первое, что я делаю, — приказываю арестовать герцога Вальдемара Кроу за измену короне.

Солдаты герцога двинулись вперёд. Солдаты короля — навстречу. Сталь зазвенела. Зал взорвался криками.

Элария схватила Кассиана за руку:

— Не здесь. Слишком много людей. Он убьёт вас.

— Я знаю. — Кассиан сжал её руку. — Но выхода нет. Если я не убью его сейчас, он убьёт нас позже.

Он рванулся вперёд. Меч блеснул в воздухе. Герцог отступил. Его люди окружили его.

— Убейте принца! — крикнул герцог. — Убейте ведьму!

Бой начался.

Элария отступила к стене. Она не умела драться. Но она видела. Даром. Она чувствовала, откуда придёт удар. Кто нападёт. Куда бежать.

— Слева! — крикнула она.

Кассиан обернулся. Убил нападавшего. Ещё один. Ещё.

Кровь заливала пол. Крики. Звон стали. Элария искала герцога. Он отступал к боковой двери. Уходил.

— Кассиан! Он уходит!

Кассиан рванулся за ним. Но путь преградили трое. Он рубил. Быстро. Яростно. Но герцог уже скрылся.

— Проклятие!

Бой стих. Люди герцога отступили. Кто-то сдался. Кто-то бежал. Зал был залит кровью. Тела. Стоны раненых.

Элария бросилась к Кассиану. Он стоял, тяжело дыша. Меч в руке. Кровь на лице. Не его.

— Вы целы?

— Цел, — он посмотрел на неё. — Он ушёл.

— Ушёл. Но недалеко. Он вернётся.

— Знаю. — Кассиан вытер меч. — Но теперь у нас есть указ. Теперь я — регент. Теперь мы можем бороться.

Король Альдрик сидел на троне. Бледный, слабый, но живой. Он смотрел на сына. На Эларию. На кровь на полу.

— Уведите его, — сказал он. — В покои. Я хочу поговорить с сыном. И с ней.

В покоях короля было тихо. Слуги ушли. Стража стояла у дверей. Кассиан сидел на краю постели отца. Элария — в кресле у окна.

— Он вернётся, — сказал король. — С армией. У него есть люди. В провинциях. В столице. Он не остановится.

— Я знаю, — сказал Кассиан.

— Ты должен убить его. До того, как он убьёт тебя.

— Я пытался.

— Плохо пытался. — Король усмехнулся. — Ты слишком благороден. Слишком честен. Это твоя слабость.

— Отец…

— Молчи. Слушай. — Король взял его за руку. — У тебя есть она. — Он посмотрел на Эларию. — Она — ключ. Не только к проклятию. Ко всему. Герцог боится её. Больше, чем тебя. Потому что она — наследница. Потому что она — Луна. А Луна помнит.

Элария подошла. Села на край постели.

— Ваше Величество, вы знали мою мать.

— Знал. И твоего отца. Аларик был моим другом. До войны. Мы вместе росли. Он был… хорошим человеком. Лучше меня. — Король посмотрел на неё. — Когда герцог предал Лунарию, я ничего не сделал. Я боялся. Я был молод. Глуп. Я позволил убить твоего отца. Позволил уничтожить ваш народ. Я виноват.

— Вы не убивали их.

— Я не спас. Это одно и то же. — Король закрыл глаза. — Я знал, что Иоланта жива. Я знал, что она в Нордвуде. Я не помог. Я боялся герцога. Боялся, что он узнает. Что он убьёт меня. Я был трусом.

— Вы не трус, — сказала Элария. — Вы просто человек. Как все.

— Нет. — Король открыл глаза. — Я король. Я должен был быть лучше. — Он сжал её руку. — Прости меня. За всё.

Элария молчала. Она не знала, что сказать. Простить? Она не могла. Слишком много боли. Слишком много смертей. Но и ненавидеть не могла. Этот старик был слабым. Но он не был злым.

— Я не могу простить, — сказала она. — Но я могу понять.

Король кивнул. Он отпустил её руку.

— Хорошо. Этого достаточно. — Он посмотрел на Кассиана. — Береги её. Она — твоё будущее. И будущее королевства.

— Я знаю, — сказал Кассиан.

Король закрыл глаза. Дыхание стало тише. Ровнее. Он уснул.

Кассиан встал. Подошёл к Эларии. Взял её за руку.

— Идёмте. Вам нужно отдохнуть.

— А вы?

— Я останусь. С ним. Пока не поздно.

Элария кивнула. Она вышла. В коридоре её встретила Мира. Бледная, испуганная.

— Леди! Я слышала… бой… кровь…

— Всё закончилось. Пока. — Элария обняла её. — Идём. Я устала.

Они пошли в покои. По дороге Элария заметила фигуру в тени. Селина. Она стояла у стены, смотрела на неё. В её глазах был страх. Настоящий. Не ненависть. Страх.

Элария остановилась.

— Селина.

Та вздрогнула. Отступила.

— Я ничего не сделала. Я не говорила. Никому.

— Знаю. — Элария подошла. — Ты в безопасности. Пока. Но если хочешь выжить — уезжай. Сегодня. Из дворца. Из столицы. Куда угодно.

— Куда я поеду? — прошептала Селина. — У меня никого нет.

Элария посмотрела на неё. Вспомнила прошлую жизнь. Селина смеялась, когда её изуродовали. Селина помогала матери. Селина была врагом. Но сейчас она была просто напуганной девушкой. Такой же пешкой, как и она сама когда-то.

— У тебя есть деньги?

— Немного.

— Возьми. Уезжай в провинцию. Найди дом. Начни заново. — Элария достала из кармана кошель. Протянула. — Здесь достаточно. На первое время.

Селина взяла. Руки дрожали.

— Почему? — спросила она. — Почему ты помогаешь мне? Я же… я же тебя ненавидела. Я хотела тебя убить.

— Знаю. — Элария улыбнулась. — Но я не ты. Я не убиваю без нужды.

Она пошла дальше. Селина осталась стоять. С кошелём в руках. Со слезами на глазах.

Ночью Элария проснулась от крика.

Она вскочила. Сердце колотилось. Крик повторился. Из покоев короля. Она побежала. По коридору, босиком, в одной рубашке. Стража расступалась.

В покоях короля было светло. Свечи. Люди. Кассиан стоял у постели. Бледный. Лицо — каменное. Король лежал. Неподвижно. Глаза открыты. Пустые.

— Он умер, — сказал лекарь. — Только что.

Элария подошла. Взяла руку короля. Холодную. Мёртвую. Она чувствовала это. Даром. Жизни больше не было. Только пустота.

— Я не успела, — прошептала она. — Я могла…

— Нет, — Кассиан обнял её. — Вы сделали всё. Он умер не от яда. Его сердце остановилось. Само.

— Но я могла…

— Нет. — Он прижал её крепче. — Не вините себя.

Она плакала. Впервые за долгое время. За этого старика. За его слабость. За его вину. За то, что он не успел стать лучше.

Кассиан держал её. Молчал. Смотрел на отца. На человека, который был его отцом. Который не любил его так, как любил брата. Но который всё же был его отцом.

— Он оставил указ, — сказал Кассиан. — Он оставил нас. Мы продолжим.

Он отпустил Эларию. Посмотрел на неё.

— Я король теперь. Официально. Коронация через неделю.

— А герцог?

— Он придёт. На коронацию. С армией. Или раньше. — Кассиан сжал кулаки. — Но мы готовы. Теперь мы готовы.

Он посмотрел на неё. В его глазах была боль. И решимость.

— Элария. Я не справлюсь без вас.

— Я рядом, — сказала она. — Всегда.

Он поцеловал её. Долго. Крепко. Как будто прощался. Как будто боялся, что она исчезнет.

— Идёмте, — сказал он, наконец. — Нам нужно готовиться. Война начинается.

Они вышли. За окном светила луна. Бледная. Холодная. Но всё ещё живая.

Как и они.