Глава 20

Эдгар

Это было странное путешествие: вражеский полк как для Литонии, так и для Верании, на земле которой находился, брел вперед, повинуясь указаниям девчонки. Когда Лилия говорила остановиться, мы останавливались. Говорила идти — и мы шли. Сослуживцы косились на меня, как на безумного, но больше ни о чем не спрашивали, особенно после того, как таким странным методом мы миновали две засады. Конечно, новости разлетелись быстро, и нас пытались отыскать. И как не нашли? Только стараниями Лили.

Сама она мужественно шла вперед. Не жаловалась ни на холод, ни на голод, ни на усталость. Наоборот, улыбалась и заставляла стыдиться мужчин, которые едва переставляли ноги. Лишь изредка, когда ноги разъезжались на мокрой после дождя земле, Лили опиралась на мою руку. А я всё удивлялся, откуда в этой хрупкой девушке столько силы.

На коротких перевалах вокруг Лили чаще всего собирался кружок из тех, кто хотел узнать собственную судьбу. Девушка не делала дурных предсказаний: наоборот, говорила всегда о хорошем, иногда предупреждала, но не пророчила беду, а лишь говорила: «Когда вернешься домой, береги сына, не отпускай его одного к воде», или «Не гневайся на жену, чужие языки часто злы и лживы». Солдаты слушали, хватались за головы, набирались надежды. Лишь мне она больше ничего не предсказывала, а я и не просил.

Один день пути растянулся на три: слишком дурной была Литонская погода, и когда впереди показался городок, а за ним — возвышающийся замок, я сначала подумал, что передо мной мираж, а Лили светло улыбнулась:

— Мы дома.

Как огромному количеству людей незамеченными пройти сквозь город? Оказалось, что и на этот вопрос существует ответ: дождавшись наступления ночи, Лили повела нас в обход, по обрывистому морскому берегу. Она будто знала здесь каждый камешек. Хотя, почему будто? Наверное, так и было, это ведь её дом.

В замке Эйшвил горели огни. Казалось, что нет ни одной комнаты, где бы не светилось окошко, но сама махина замка производила, скорее, неприятное впечатление. Он выглядел слишком серым, будто давил на плечи. Зато вокруг даже сейчас, в осенние дни, все пестрело от цветов, и это немного сглаживало гнетущие ощущения.

— Я пойду с Лили один, — сказал своим людям. — Вы ждите. Если почуете неладное, уходите.

— Нельзя так, командир, — загудели они.

— К чему рисковать десятками жизней? Ждите, это приказ. Если через час не вернусь, выполните его.

И зашагал за Лили к замку, оставив остатки своего полка на берегу. Да, наверное, это действительно было безумием: вот так рисковать. Но даже если попаду в ловушку, я попаду в неё один, а у ребят будет возможность уйти. А Лили вела меня не к главному входу, а к боковому. Мы поднялись по ступенькам, прошли через достаточно унылый коридор.

— Раньше здесь находились комнаты слуг, — говорила моя провожатая. — А сейчас обитателей в замке стало меньше, и комнаты пустуют.

Из полумрака и серости мы внезапно ступили в свет, а из соседнего коридора к нам кинулась женская фигурка. Я сразу понял, что это мать Лилии. Они были очень похожи внешне, только Лили вся белая, а её мама — солнечно-рыжая. Женщина схватила дочь за руки и смотрела на неё так, будто они о чем-то говорили.

— Все в порядке, мама, — улыбалась девушка. — Это Эдгар, он меня проводил.

Женщина обернулась ко мне, протянула руку, будто спрашивая разрешения коснуться, и когда я неуверенно кивнул, опустила пальцы мне на запястье.

«Здравствуйте, лер», — раздалось будто у меня в голове, и я отпрянул, а обе женщины весело рассмеялись. Теплые пальчики старшей снова опустились на мою руку.

«Прошу, простите, что напугала, — тот же голос. — К сожалению, говорить я не могу, и это единственный способ общения, который мне доступен».

— Вы — маг? — спросил я.

«Нет, что вы. Мой супруг маг, и раньше меня мог слышать только он, но после рождения дочери у меня открылась способность общаться таким образом и с другими. Меня зовут Анита Эйш».

— Эдгар Аттеус.

Глаза женщины сверкнули радостью.

«Эдгар? Сын Эрвинга? Я помню вас совсем крошкой, — затарахтела она. — Вам было полгода, когда Эмми и Эри уехали отсюда. Надо же! Какой вы взрослый. Да, время летит. Моей девочке скоро исполнится пятнадцать».

Я ошалело смотрел на лери Эйш. Родители жили здесь, когда я родился? В замке Эйшвил? Я чего-то не понимаю. Анита махнула: идем, а Лили сжала руку матери и шла рядом с ней. Мы поднялись в большую светлую гостиную, Лили попросила, чтобы нам принесли чай, а я все не знал, как подступить к интересующей меня теме. Нам нужна была еда и хоть какой-то отдых.

А лери Эйш усадила нас обоих на диван и взяла за руки.

«А теперь рассказывайте, — потребовала она. — Лили, куда ты пропала? Я чуть с ума не сошла!»

— Я заблудилась из-за тумана, мама, — ответила Лилия.

Анита нахмурилась, будто подозревала дочь во лжи, а я чувствовал себя сумасшедшим. Моя жизнь перевернулась с ног на голову, и, кажется, сделает такой кульбит еще не раз.

«Заблудилась? Ну-ну. — Голос лери Эйш звучал недовольно. — Мы поговорим об этом отдельно. И как же ты познакомилась с Эдгаром?»

Лили взглянула на меня с немой просьбой.

— Мы столкнулись где-то в сутках пути, лери Эйш, — ответил я. — Видите ли, думаю, туман был вызван магической аномалией. Не буду скрывать, я — солдат Изельгарда, и часть моего полка под Самарином оказалась в тумане, а вышли мы здесь, и лерина Лилия проводила нас в ваш замок. Со мной около шестидесяти человек, лери Эйш. Прошу, если есть возможность, поделитесь с нами хоть какой-то едой. Понимаю, мы враги…

«Вы мне не враги, — перебила меня Анита Эйш. — С дочерью я сама выясню, зачем она решила довести мать до седых волос. А ваш отец — мой хороший друг, и я рада, что мы с вами встретились. Но, думаю, ваши люди устали за столько дней пути. И спасибо, что присмотрели за моей девочкой. Ваш отец всегда был образцом честности и порядочности, и я рада, что вы такой же. Давайте пригласим ваших товарищей в замок. Пообещайте лишь, что здесь никто не пострадает».

— Слово чести, лери Эйш, — ответил я, и хозяйка кивнула.

«Тогда я отдам распоряжения слугам, чтобы никто за пределами Эйшвила не узнал о вас, а вы приведите солдат. Лили, проводи».

Лилия подскочила и почти бегом бросилась обратно по тому пути, по которому мы сюда пришли. Ребята ждали. Представляю, что они успели передумать за те полчаса, пока я отсутствовал. Наверняка, не чаяли, что вернусь.

— Командир! — воскликнул Джимми Дейвон. — Вы долго.

— Главное, что вернулся, — улыбнулся я. — За мной. Учтите, за безопасность жителей замка отвечаете головой.

И мы тенями двинулись по уже знакомой дорожке. Лери Эйш встречала нас на пороге. Она кивнула гостям и попросила меня передать, что рада им, несмотря на сложные времена. Солдаты переглядывались. Наверняка, я сам выглядел так же, когда пришел сюда с Лили, а Анита уже раздавала указания слугам. Моих сослуживцев развели по комнатам, а я остался с хозяевами.

Теплые пальчики Аниты Эйш опустились на руку. Я начинал к этому привыкать.

«Не беспокойтесь, Эдгар, — сказала она. — Скоро слуги накроют на стол, а пока что вам стоит отдохнуть и смыть дорожную пыль. Встретимся через час. Лили, проводи Эдгара в гостевую на третьем этаже».

— Хорошо. — Лили все так же кружила рядом с нами, будто и вовсе не устала. Мы поднялись по широким ступенькам, и моя новая подруга толкнула двери гостевой спальни.

— Напротив — двери в ванную и уборную, — говорила она. — А форму я вам верну, когда слуги её вычистят. Боюсь, что нацепляла на ваш мундир колючек.

Я тихо рассмеялся. Рядом с Лили сложно было оставаться серьезным. Да, сейчас мы все рисковали, принимая гостеприимство Эйшей, но они рисковали куда больше нас. Замок могут просто сравнять с землей, если узнают, что нас здесь приютили.

— Я зайду за вами через час, — пообещала Лилия и сбежала, а я впервые за долгое время остался один. Прежде всего, с наслаждением вымылся. Увы, о чистой одежде оставалось только мечтать, но когда снова вернулся в комнату, моих вещей не было. Закутаться в простыню, на манер древних? Представил, как величественно буду выглядеть за ужином. Да уж…

Правда, исполнить замысел мне не дали. Полчаса спустя в двери постучали, я скрылся в ванной и в щелку наблюдал, как служанка оставила на кровати мой вычищенный мундир и чистые вещи. Видимо, в замке прижился какой-то бытовой маг, иначе подобное невозможно. И этому бедолаге сегодня прибавилось работы.

С наслаждением оделся в чистое, завязал волосы, взглянул в зеркало на стене и заметил, что изменился за эти дни. Будто стал старше. Если лери Эйш так дружна с моим отцом, может, у неё найдется магический конверт? Не хотелось бы, чтобы родители посчитали меня погибшим. И вообще, у меня накопилось так много вопросов, что в голове царил полный сумбур.

А вот вид моих ребят за огромным обеденным столом позабавил. Вряд ли замок Эйшвил видел когда-то столько изельгардских мундиров в одном месте. Хотя, Лили упоминала что-то о том, что когда-то здесь стоял изельгардский гарнизон. Наверное, после войны.

— Сюда, лер Аттеус!

А вот и Лили. Она помахала мне рукой, приглашая во главу стола, а мать посмотрела на дочь и покачала головой. Я присел рядом с Лили, чувствуя себя почти что неловко, а она улыбнулась мне, будто только меня и ждала.

Лери Анита кивнула мне и взялась за приборы. Я последовал её примеру, а за мной — и весь мой отряд. Ели мы быстро, стараясь кое-как соблюдать манеры, но голод был сильнее. В тарелках скоро показалось дно, а бравые вояки заклевали носами.

— Благодарим за ваше гостеприимство, лери Эйш. — Я первым поднялся и поклонился. — Завтра мы покинем ваш замок и продолжим наш путь, но не забудем вашей помощи.

— Нет! — вдруг воскликнула Лили. — Завтра нельзя, никак. Скажи ему, мама.

Анита, видимо, что-то ответила дочери, но, увы, сейчас я слышать её не мог, поэтому позволил солдатам разбрестись по комнатам, а сам остался, чтобы задать накопившиеся вопросы.

«Пройдемте со мной, лер Аттеус», — пригласила хозяйка дома и увлекла в большую гостиную. Лили замерла на диване слева от матери, я — справа.

— Лили, ты говоришь, что мне нельзя идти в Самарин. Почему? — прежде всего, спросил я.

— Рано. — Девушка покачала головой. — Ты должен дождаться моего папу, это важно.

— Но зачем?

«Лер Аттеус, вы ведь понимаете, что моя дочь — провидица. — Голос Аниты в голове прозвучал совсем тихо. — Прошу, прислушайтесь к тому, что она говорит. Возможно, это сохранит жизнь, и не только вашу. Лили уже рассказала мне, что вы её спасли. Нет слов, которые опишут мою благодарность. И меньшее, что я могу для вас сделать — это приютить здесь, в Эйшвиле».

— А когда приедет твой отец? — спросил у Лили.

— Скоро. — Она сразу успокоилась, когда поняла, что не рвусь уезжать. — Он уже в пути.

— Что ж, на пару дней я смогу задержаться, но не более.

«А теперь ступай спать, — приказала дочери Анита. — Я хочу пообщаться с нашим гостем наедине».

— Но мама! — возмутилась та.

«Спать!»

Девчонка насупилась, но послушалась: пожелала нам доброй ночи и ушла, а Нита посмотрела на меня с материнской улыбкой.

«Теперь давайте откровенно, Эдгар. Вы не против, если буду обращаться к вам по имени?»

— Конечно, лери Эйш, — кивнул я.

«Спасибо. Так вот, я настаиваю, чтобы вы прислушались к словам Лили. Верите или нет, она ждала вас. Ничего мне не говорила, только то и дело выбегала из замка, прислушивалась к чему-то. Я думала, она ждет отца. Муж уехал в Самарин, чтобы встретиться с королем Илвертом. Но теперь понимаю: нет, не его».

— Лили говорила, отец не знает о её даре?

«Пока нет».

И лери Эйш тихонько вздохнула.

«Её сила проявила себя недавно, и с тех пор Лили сама не своя, — продолжила она. — Это тяжелый дар, но моя девочка справляется. Она сильнее, чем кажется».

— Да, я уже заметил, — вспомнил наш долгий нелегкий путь. — И она тоже по-своему спасла нас. Лери Эйш, я хотел попросить у вас магический конверт, чтобы написать отцу, если есть такая возможность.

«Да, конечно, — кивнула она. — Увы, в Литонии тоже почти не осталось магии, но пара магических писем найдется. Я не думала, что встречу вас здесь, Эдгар. Увы, и вас, и вашего отца я в последний раз видела двадцать два года назад. Изредка пишу Эрвингу, но что такое письма? С начала войны не получила еще ни одной весточки. Вы с ним — одно лицо».

И она мягко коснулась моей щеки, а я улыбнулся. От лери Эйш исходила материнская забота, и я на миг почувствовал себя дома.

«Жаль, мой супруг никогда не ладил с вашим отцом, — вздохнула она. — Такая давняя история, а видите, как тесен мир. И дорога привела вас к нам».

— Откуда вы знакомы с моими родителями, лери Эйш? — спросил я.

«Это давняя история, — улыбнулась Анита немного грустно. — Когда-то я была рабыней в этом замке, а ваш отец — военнопленным. Он защищал меня вопреки всему и стал для меня старшим братом».

Я замер, не веря своим ушам. О том, что отец когда-то попал в Литонский плен, слышал лишь раз и не стал расспрашивать, заметив, что тема ему неприятна.

«А потом все переменилось, — продолжила Нита. — Старая хозяйка замка и её старший сын умерли, лери Амелинда вышла замуж за Эрвинга, а я — за младшего сына хозяйки. Айк всегда говорил, что рано или поздно очередной Аттеус окажется в Эйшвиле, а я не верила. Мой супруг тоже провидец, дочь унаследовала его магию. Как поживают родители? Как Тиана и Ники?»

— Тиана сбежала из дома на войну, — вздохнул я. — За все эти дни так её и не нашел. Мама в замке с братом, от отца тоже давно не получал вестей.

«Да, кто же мог подумать, что снова будет война? Айк — и тот не сразу поверил, когда в видениях увидел возвращение Илверта. А как лер Вейс с супругой? Слышно что-то от них?»

— Когда я уезжал из Изельгарда, ничего слышно не было. Дядя Ник куда-то исчез, оставил лишь письмо. Думаю, он пытается прорваться к Илверту. А как его супруга, не знаю.

«Представляю, как расстроена лери Бранда. Она, конечно, суровая женщина, но Илверт ведь её сын. Ни одна мать не хочет, чтобы её ребенок воевал».

— Согласен. Ни одна.

«Но что это я? — Анита всплеснула руками. — Вы устали, Эдгар. Давайте дам вам бумагу для письма, и отдыхайте. Утром наговоримся. Подумать только! Эдгар Аттеус».

И она счастливо улыбнулась, а я почувствовал себя дома. Остаток вечера потратил на письмо отцу. Попытался описать битву с Илвертом и магическую аномалию, встречу с Лили и путь в Эйшвил. Бумаги едва хватило, а послание наконец-то отправилось к папе. Ответа я не стал дожидаться, потому что действительно смертельно устал. Лег и почти сразу уснул, а во сне видел странные тени, которые переплетались, принимали различные очертания, среди которых, в основном, были лилии.