Глава 32

Дэмьян вышел, бросив на меня последний взгляд, и я обмякла, обессилив. И Татьяна Евгеньевна, и медсестра Тамара смотрели на меня с опаской, как на буйно помешанную, не торопясь отпускать. Где-то сбоку обиженно заплакала малышка, но на это никто, кроме меня, внимания не обратил.

- Дайте мне ребенка! – сказала я, вложив в голос немного силы.

Медсестра тут же отвела от меня напряженный взгляд, взяла девочку и передала мне. Укутала малышку в простынку, поглаживая горячее скользкое тельце. Дочка тут же затихла, согреваясь. Я понимала, что безбожно опаздываю, но лежать и ждать пока этот упертый спаситель себя убьет было немыслимо.

Я переложила дочку на кровать, обложив своим одеялом. Оба доктора напряженно и встревоженно наблюдали за мной, пока я осторожно, пошатываясь, выбиралась из кровати. Болело все – промежность, поясница, рука, из которой я только что выдернула капельницу. Но я встала и, придерживаясь за стенку, пошла к двери.

- Вы куда? – недоверчиво спросила доктор.

Ах да.

- Оставайтесь в комнате, пока я не вернусь. Займитесь ребёнком, - отдала я приказ, вновь прикоснувшись к магии.

Конечно, я понимала, что злоупотребляю своими возможностями, но времени, сил и желания на то, чтобы предаваться мукам совести не было.

В гостиной на диване, упершись локтями в колени и закрыв лицо ладонями, сидел один Мэтт. Потерянный, уставший и как будто потухший. Он настолько был погружен в свои мысли, что даже не заметил моего появления.

- Дим, где Дэмьян?

- Кит! – подскочил он. - Тебе нельзя еще вставать.

- Дима, - с угрозой в голосе произнесла я, - не зли меня.

На самом деле, я не чувствовала злости, только полную опустошённость. Такое ощущение, что все чувства покрыла толстая ледяная корка. Наверное, когда она подтает и сломается, вся полнота эмоций обрушится на меня и, возможно, раздавит, а сейчас защитная реакция позволяла мне не сойти с ума от всего происходящего.

Блондин помолчал, с сожалением и грустью глядя на меня. Потом покачал головой:

- Малышка, вернись в кровать, я осмотрю тебя.

- ГДЕ МОЙ МУЖ? – я вложила в вопрос так много силы, что блондин вздрогнул, а потом непослушной рукой указал на ванную. В его глазах застыла укоризна и боль, но он хотя бы жив. Попрошу прощения, когда все закончится.

- ОСТАВАЙСЯ ЗДЕСЬ, - велела я ему, а сама двинулась к ванной так быстро, как смогла. Кровь струилась по ногам, противно стягивая и склеивая кожу. Короткая родовая рубашка задралась на бедрах. Представляю, как выгляжу с стороны – взмокшая, трясущаяся, оставляющая за собой кровавый след – готовый персонаж из фильма ужасов.

Подошла к двери. Закрыто. Потянулась к крови и, набрав своей силы в ладони, со всей дури ударила ею по замку. Хоть раз в жизни мне пригодилась эта ударная сила, которой я так хотела научиться управлять. Дверь разорвало, осыпав меня осколками и чудом не добив. Вошла.

Дэмьян лежал в ванной. Абсолютно невредимый, как мне показалось сначала, но, подобравшись ближе, рассмотрела огромный страшный ожог на его груди, прямо напротив сердца.

- Дэмь, - я опустилась на колени у бортика, всхлипнула, хватая его за руку. Из совсем еще теплых пальцев выпала записка. И почему-то именно вид этой бумажки, плавно спланировавшей на пол, прорвал ледяную плотину моей боли.

Я закричала – отчаянно и дико – от разрывавшей душу несправедливости на судьбу, оставившей меня без любимого, а моего ребенка – без отца. От страха перед одиноким пустым будущем, перед холодной постелью и бессонными от воспоминаний ночами. От злости на тех, кто придумал и осуществил все это.

А потом боль переросла в ярость. Еще не зная, что буду делать – я вновь обратилась к силе, благо кровь все еще текла из меня, не останавливаясь.

Я собрала столько, сколько смогла, и даже больше. Меня разрывало от этой мощи, грозя убить. По легенде сила Лилии была столь огромна, что рушила горы и осушала моря. Я же направила все это немыслимое могущество на одно единственное, но самое сокровенное желание, объединяя магию крови и свою собственную, данную мне при рождении – я хочу, чтобы мой муж жил!

Приложила руки к его раненой груди и стала вливать в его тело пропущенную через себя силу. Ничего не происходило, и вместе с временем утекала моя надежда. Магия по-прежнему кипела во мне, не находя выхода. И я подумала, что раз Дэмьян не может вернуться, то я обрушу всю свою силу на головы виновных в его смерти.

Уже собиралась отнять ладони и исполнить задуманное, как любимый вздрогнул, вскинулся, будто подброшенный ударом тока и открыл глаза.

Я не отрываясь смотрела на него, боясь, что опоздала, вернув только тело – пустую оболочку. В его глазах как будто была мутная пелена, он оглядывался вокруг с совершенно диким выражением на обожжённом лице. Потом ухватился руками за бортики и рывком сел. Я замерла.

Наконец, его блуждающий взгляд остановился на мне.

- Дэмь, - позвала я дрожащим голосом, - пожалуйста, любимый, вернись ко мне, прошу.

По моим щекам снова текли слезы. Дэмьян все еще не приходил в себя. Хотя он больше не озирался дико и потеряно, а уставился на меня, но ни тени эмоций не было на его лице, ни лучика узнавания в его глазах.

- Дэмь, - я уже откровенно рыдала. Ко всему прочему сила продолжала кипеть во мне, не потраченная полностью на возвращение Дэмьяна. И, глядя в безумные глаза самого дорогого мне человека, я заговорила – тихо и истово - вкладывая всю свою немыслимую силу в следующие слова, почти не вдумываясь в их значение:

- Силой, данной мне моими предками, я снимаю проклятие со своего рода и проклинаю Старших Даяну и Рэйделла – отнимаю их силу, оставляя доживать век простыми людьми без возможности вернуть магию, проклинаю Старшего Станислава – пусть он узнает, что такое отчаянно любить и не познать любви в ответ, проклинаю всех, кто был причастен к смертям моего рода - пусть воздастся им по степени вины.

Всю свою энергию, все свое умение я вложила в эти слова и выплеснула их, словно черных жалящих мошек, разлетевшихся в разные стороны и погасших, но не исчезнувших. Я знала, что каждая из них достигнет своей цели.

А теперь мне предстоит сделать то, что убьет саму мою суть, но и не дать упокоение любимому человеку, оставляя его жить безумцем, я не могла. Яростно вытерла слезы, подняла руки, последний раз прикасаясь к любимому.

- Дэмь, - прошептала я, вновь начиная плакать, - прости меня, любимый.

Но стоило мне коснуться его висков, как Дэмьян поднял свои руки и обхватил мои запястья. Несколько мгновений ничего не происходило, потом он моргнул, еще раз и еще. И с каждым этим движением пелена безумия покидала его глаза.

- Милая? – проговорил он неуверенно, и я радостно закивала, не переставая плакать. Теперь уже от облегчения.

- Что произошло? – он снова огляделся, но на этот раз вполне осознанно. Остановил взгляд на дверном проеме за моей спиной.

- Придется делать ремонт, - нервно хихикнула я, наблюдая за ним.

Потом оглянулась сама и тоже впечатлилась - развороченный косяк, пол усыпанный щепками по обе стороны бывшей двери.

- Вижу, ты очень хотела войти, - слабо улыбнулся Дэмьян.

- Очень, - подтвердила я, - ты как?

Он помолчал, прислушиваясь к себе, потом без особой уверенности сказал:

- Вполне живой.

В этот момент до нас долетел голос Мэтта:

- Если вы сейчас же, эгоисты клятые, не приползете оба сюда, я за себя не отвечаю!

Дальше последовала серия отборной ругани, переждав которую, Дэмьян спросил:

- Почему он так орет?

- Я использовала силу, приказав ему не мешать мне, – я виновато отвела глаза.

- Тогда не будем злить его еще больше, - сказал муж и, опираясь на бортики ванны, начал осторожно вставать.

Я тоже подскочила, заодно заметив, что больше у меня ничего не болит. Взглянула на сгиб руки, из которого еще недавно сочилась кровь. Никаких следов неаккуратно вырванной капельницы. Как и ранее, уходя, моя магия залечила все мои раны.

- Дим, помоги нам, - позвала я, надеясь, что для отмены приказа магию применять не придется, и не ошиблась – колдун тут же появился на пороге ванной, мягко отодвинул меня и помог Дэмьяну вылезти и дойти до дивана.

Но у меня оставались еще две проблемы, запертые в спальне. Мне очень хотелось остаться в кругу только близких, а еще – забрать малышку и показать ее мужу. Поэтому, оставив мужчин, я отправилась в спальню.

Обе женщины сидели на кровати. С разных сторон – внимательно глядя на спящего младенца. Обратила внимание, что ребенка помыли и одели. Меня снова укололо виной. За то, что я сделала и за то, что сделаю.

- Татьяна Евгеньевна, Тамара, - позвала я, привлекая их внимание, и они тут же уставились на меня.

- Роды прошли хорошо, ребенок и мать здоровы. Все записи вы уже сделаете дома. Ничего необычного не происходило, это были обычные домашние роды, - спокойно и мягко произнесла я, вкладывая в слова свою обычную, не связанную с кровью магию.

Женщины кивнули и я, поддавшись порыву, добавила:

- Каждая из вас в ближайший месяц получит то, что очень хочет.

Конечно, они меня не поняли, но снова кивнули и начали собираться. А я подошла к кровати и осторожно подняла спящего ребенка на руки. Прижала к себе и вышла из спальни, на пороге столкнувшись с Мэттом, который стоял так, чтобы видеть происходящее в обеих комнатах. Он молча пропустил меня и пошел следом, прикрыв дверь спальни.

Опустилась на диван рядом с мужем, с тревогой рассматривая его. Он выглядел измученным, но, хвала богам, живым. Сидел с закрытыми глазами, откинув голову на спинку дивана. - Он спит, - подтвердил мою догадку Мэтт.

- Дим, - озвучила я свои страхи, - сначала я думала, что опоздала, что вернулся не он, только его тело. Я даже собиралась…

Последнее я проговорить не смогла, но в этом и не было нужды.

- Кит, все хорошо. Он истощен. В основном даже магически, а не физически, но, в целом, в норме. Дай ему час сна, и будем будить.

- Спасибо, Дим. И, пожалуйста, прости меня. Я обещаю, что никогда больше не применю к тебе своих способностей.

- Верю, Кит. Это было крайне неприятно, - его передернуло, - не контролировать свое тело.

- Понимаю. Когда меня опоили зельем, наверное, было что-то похожее.

- Кстати об этом. Нам нужно придумать, как обезопасить тебя от Старших. Теперь, когда они узнают, что ты жива…

- Не надо, Дим, - перебила я его, - считай, что Совета больше нет.

Мэтт посмотрел на меня с недоумением и тревогой:

- Что это значит?

- Сейчас, дождемся, пока уйдут врачи, и проснется Дэмьян, и я все расскажу, хорошо?

Выбора-то у него не было, поэтому Мэтту пришлось согласиться.

- Дим, - попросила я, протягивая ему спящую девочку, - мне нужно помыться и переодеться. Не хочу оставлять Ингу одну. Подержи ее, пожалуйста.

Смесь недоверия и откровенного ужаса при виде протянутого ребенка могла бы показаться забавной, но не сейчас.

- В чем дело, Дим? - чуть громче, чем следовало, спросила я.

- Я никогда не видел таких маленьких детей. Вдруг я ее уроню?

Не став больше слушать мужчину, я встала и буквально всучила ему ребёнка. Тому ничего не оставалась, как взять девочку на руки. Держал он ее при этом на весу.

- Дим, я устала. Мне очень нужно в душ. Просто прижми малышку к себе и посиди пятнадцать минут!

Сглотнув, колдун неловко прижал ребенка к груди и замер, боясь пошевелиться.

- Дима, это младенец, а не сверток с динамитом! – бросила я в сердцах, потом развернулась и пошла в развороченную ванную. Ни с гостиной, ни с прихожей она не просматривалась, так что есть шанс быстренько привести себя в порядок.

Мне никто не мешал. Я стянула рубашку, кинула ее на пол и встала под душ, с болезненным удовольствием отдирая жесткой мочалкой засохшую кровь с кожи. Управилась минут за двадцать, а когда вытиралась и закутывалась в халат, услышала негромкий голос Мэтта и Татьяны Евгеньевны. Потом захлопнулась входная дверь, и я вышла из ванной.

Мэтт все также сидел в гостиной. С выпрямленной спиной, напряженный, словно солдат на почетной страже. При моем появлении на его лице отразилось такое явное облегчение, что я не смогла сдержать улыбку.

Забрала малышку, причмокивающую во сне губками. Села вместе с нею на диван, рядом со спящим мужем.

- Я готова. Буди Дэмьяна, мне нужно вам кое-что рассказать.

Мэтт подошёл к Дэмьяну, положил руки тому на виски, и муж вздрогнул, просыпаясь. Сразу нашел меня глазами и замер, глядя на сверток в моих руках.

- Хочешь подержать? – спросила я, в душе опасаясь такой же реакции, как у Мэтта.

Но Демьян с готовностью протянул руки и бережно забрал малышку. И теперь смотрел на нее, как на самое большое сокровище.

- Ее зовут Инга, - сказала я и спохватилась, - ты же не против?

- А как же Александра? – улыбнувшись, спросил муж. - Вроде это был последний вариант имени, на котором ты остановилась.

- Не знаю, - пожала плечами, - просто в какой-то момент поняла, что ее так зовут.

- Хорошее имя, милая, мне очень нравится.

Я облегченно выдохнула и подсела ближе, прижавшись к его боку. Муж вздрогнул, и я, отклонившись, разглядела пропитавшее футболку кровавое пятно.

- Это еще что?

- Мелочи, милая, теперь уже все это такие мелочи.

Решив отложить расспросы на другое время, я пересела, чтобы прижаться к Дэмьяну с другой стороны. Это было похоже на сон, на несбыточную мечту – все живы и относительно здоровы. Я закрыла глаза, чтобы сдержать грозящие пролиться слезы. На этот раз от счастья.

- Что ты хотела нам рассказать, Кит? – прервал затянувшееся молчание Мэтт.

- Да, - встрепенулась я, - у нас больше нет Совета Старших.

Оба мужчины уставились на меня с практически одинаковым выражением на лицах – смесью недоверия и тревоги. Видимо за мое психическое здоровье.

- Как это, милая? – осторожно спросил Дэмьян.

- В общем, как бы это вам сказать, - замялась я, сама уже не веря, что все это действительно произошло со мной, - я лишила магического дара Даяну и Рейделла.

И снова два потрясенных и недоверчивых взгляда.

Обидно, однако!

- Разве это возможно?

- Оказалось, что да. Когда ты, - тут я замялась, - боясь озвучивать страшные слова, - ум-м-мер, я обратилась к магии крови, чтобы тебя вернуть. Как оказалось, слегка переборщила. Ну как слегка. В какой-то момент я чувствовала себя как сверхчеловек, как суперразум. Я не просто видела, я ЗНАЛА все. В том числе, кто все это задумал. И я их наказала.

- А Станислав?

- Его я тоже наказала, хоть, возможно, и не в такой степени. Он сразу был против проклятия. Наказала я его за другое. Можно я не буду сейчас об этом? Честно сказать, сама не понимаю, как все произошло.

- А что будет с Рэем и Даяной?

- То, что происходит со всеми людьми без дара – они состарятся. И когда-нибудь умрут. Дим, ты считаешь, я перестаралась? Они убили мою маму и бабушку!

- Не волнуйся, милая, - вмешался Дэмьян, - ты была в своем праве.

Я посмотрела на Мэтта. Тот тоже согласно кивнул, хоть и выглядел все еще изрядно потрясенным. Потом выдал, усмехнувшись:

- Тебе опасно переходить дорогу, Кит.

- Я обещала, что никогда не применю свою силу против тебя, Дим.

- Я помню. Прости.

- Я очень устала, правда. Если вспомню какие-то подробности, я расскажу вам позже, хорошо?

- Конечно, милая. Тебе нужно отдохнуть. Расскажешь, когда будешь готова.

- Хорошо, - кивнула я с облегчением. Потом посмотрела в окно, где уже серели первые рассветные сумерки. Зевнула. Потом вспомнила, что кровать как бы не совсем в приемлемом виде для сна. Да и вся квартира в целом.

- Дим, ты за рулем? Отвези нас, пожалуйста, в мой дом. Я очень-очень устала.

В доме, подавив отчаянное желание немедленно упасть в кровать вместе с Ингой (и желательно под бок мужа), настояла на осмотре Дэмьяна. Мэтт, хоть и сам изрядно изможденный безропотно подчинился, и под его ладонями рана практически на глазах превратилась в грубый, красновато-синий рубец. Которому, однако, я жутко обрадовалась.

Попыталась уложить Мэтта в гостевой, но тот категорически отказался и вскоре уехал.

Хотя за окном уже рассвело, спать я хотела по-прежнему немыслимо сильно.

- Дэмь, пойдем спать, пока Инга не проснулась.

Малышка пыталась проснуться, когда мы выходили из машины, но я покормила ее, сменила подгузник, и теперь она снова сладко спала.

- Это вообще нормально, что она все время спит?

- Твой ребенок – самый здоровый человечек в мире, милая. Для нее это естественно сейчас – спать и набираться сил.

- Тогда нам тоже пора в кровать, пока она их не набралась.

Уже проваливаясь в сон, я подумала, что впервые за много-много дней, которые успели сложиться в месяцы и даже годы, я засыпаю абсолютно безмятежно.

Но перед тем как заснуть, чувствуя дыхание мужа в волосах и тепло от маленького комочка под другим боком, я сказала в темноту:

- Я не все рассказала, Дэмь.

- Ты о чем, милая?

- Проклятие, Дэмь. Семейное проклятие моего рода. Его больше не существует. Я смогла снять его в тот момент, когда сила переполняла меня. И это было не сложно, Дэмь.

- Это… - даже Дэмьян не смог сразу подобрать слова, - это просто потрясающе! Это значит, что ни тебе, ни Инге больше не угрожает эта опасность! Почему ты сказала при Мэтью? Забыла?

- Нет, - и это объяснить мне было тяжелее всего, - так надо, Дэмь. Мы не скажем ему. Он узнает все сам.

- Хорошо. Верю, что ты знаешь, что делаешь. А сейчас – спи! Теперь у нас впереди вся жизнь.

- Еще один момент, Дэмь.

- Какой, милая? - чуть напряженно спросил муж.

- Пожалуйста, больше не связывайся со Станом, мне твоя старая прическа больше нравилась.

Дэмьян тихо рассмеялся, и под этот звук я, наконец, уснула.