Эпилог Дэн

Год спустя...

Я тону. Погружаюсь в черную, абсолютно беспросветную темноту, в которой не видно ни дна, ни поверхности. Впрочем, с чего я взял, что это вода? С той же вероятностью это может быть воздух. Ведь я не задыхаюсь, не захлебываюсь, кажется, что просто не дышу. Правда, падаю я неестественно медленно. Поэтому, будем считать, что всё-таки я тону.

Ни страха, ни боли не испытываю. Только поразительную безмятежность, совершенно мне не свойственную. Все это ровно до того момента, когда подо мной раскрывается воронка - черная дыра, пытающуюся затянуть меня, поглотить, стереть. Я не вижу чёрное в черном, но чувствую, знаю. Внезапно просыпается первобытный, вымораживающий ужас. Я начинаю осознавать, что прямо сейчас теряю что-то неимоверно драгоценное, то, что от меня отрывают с кровью. От этого я чувствую поистине адскую боль. Бьюсь, пытаясь оттянуть неминуемое погружение в небытие и... Просыпаюсь.

Такой мокрый, что отросшие волосы спутанными прядями прилипли ко лбу. Сердце бешено колотится, набатом отдаваясь в ушах.

- Дэмь? - Катя садится, смотрит сонно. - Опять кошмар?

- Да, милая, уже все хорошо, спи.

Она падает на подушку и практически сразу засыпает. Последнее время у Инги сбился график сна и перестал совпадать с нашим. Так что жена пользуется любой возможностью, чтобы выспаться.

Я встаю и иду в ванную, включаю горячий душ и смываю с волос пот, а с души едкий осадок, оставшиеся после сна. Счастье, что кошмары посещают меня все реже. Последний раз - месяц назад. А первое время я жутко пугал жену, с криком подскакивая с кровати чуть ли не каждую ночь.

Я знаю, что мне снится. Моя не случившаяся смерть. Все ещё стоя под горячими струями, я возвращаюсь мыслями в те дни.

Инга была идеальным младенцем. Спала, ела и снова спала. Что такое колики или прорезывающиеся зубки, мы узнавали только из человеческих книг. У нашей дочери все происходило безболезненно и само собой. Очень контактная, улыбчивая, ласковая малышка с отросшими пушистыми волосенками бронзового цвета только недавно начала ходить. Видимо, поэтому перевозбуждалась от избытка новых ощущений и стала просыпаться по ночам. Не плача и не капризничая, а радостно требуя идти вниз в игровую, или ещё лучше - на улицу. С этим мы боролись, пытаясь сказками и колыбельными успокоить и усыпить малышку. Пока безуспешно.

Весь этот год я был счастлив так, что старался об этом даже не задумываться. Не расслаблялся ни на миг, подспудно ожидая, что испытания на этом не закончились. Как оказалось, опасался я не зря. Я не знаю, как именно Даяна узнала, кто виноват в том, что она лишилась дара, и как она нас нашла, но в тот день - примерно спустя месяц после рождения Инги - она пришла в наш дом вооруженная и пьяная.

Это случилось вечером, когда мы втроём были в гостиной. Катя сидела со своими любимыми книгами - иногда я ее к ним искренне ревную - периодически покачивая спящую в слинге Ингу. Я просматривал на планшете новый заказ на создание голографической модели к празднику победы, поглядывая то на жену с ребенком, то на освещённую новогодними гирляндами лужайку перед домом. Когда заметил приближающуюся к дому фигуру - отреагировал мгновенно, даже не осмыслив, что именно меня встревожило.

Метнулся к жене, подхватил ее на руки и поставил на пол только на лестничном пролете.

- Дэмь? - прижимая к себе слинг с малышкой, спросила Катя. Не испуганно, скорее удивлённо.

- Не знаю, милая, просто нехорошее предчувствие. Постой здесь, пожалуйста.

На всякий случай отдал ей свой телефон и, пообещав все объяснить позже, спустился вниз. Как раз к тому моменту, когда в дверь замолотили чем-то тяжёлым.

Дом заговорен от незваных гостей, так что внутрь никто не попадет. Но терпеть этот шум, наверняка пугающий жену, я не стал. Открыл дверь и не удивился, увидев там Даяну. От привычной идеальной прически «волосок к волоску» не осталось ни следа. Бледная, встрепанная, с горящими фанатичным блеском глазами. На миг мне показалось, что она абсолютно безумна.

- Где она? - спросила Даяна, очень четко выговаривая слова, как это часто делают сильно пьяные люди.

- Кто? - спокойно спросил я, стараясь ее не провоцировать. Пистолет она держала опущенным. И пусть так и будет.

- Твоя ведьма! - вдруг закричала Даяна, становясь совершенно невменяемой. - Это она виновата во всем! Почему она не сдохла?!

- Закрой рот, - сказал я, делая к ней шаг, и она тут же наставила на меня оружие. Рука ее дрожала, а рот продолжал извергать гадости:

- Она должна была сдохнуть! Мы все продумали! И ты мог катиться в ад вместе с ней! И своего щенка могли бы прихватить!

- Уйди по-хорошему, Даяна. И не появляйся здесь больше никогда, - медленно проговорил я, прикидывая как лучше перехватить оружие.

- А я всё исправлю! Вот прямо сейчас! - и она повела стволом, целясь мимо меня.

Не нужно было оглядываться, чтобы понять, кто стоит за моей спиной. Я сделал шаг, загораживая Катю и приготовил электрический щит, внимательно следя за пальцем Даяны на курке.

- Брось оружие, - сказала Катя из-за моей спины, и я почувствовал, что она обратилась к силе, - ты сейчас уйдешь и забудешь все об одаренных, обо мне и моей семье. Ты работала в правительстве, но тебя уволили, и нужно начинать жизнь с нуля. Иди.

Даяна развернулась и ушла, ни разу не обернувшись. Больше мы о ней не слышали.

Я подобрал пистолет и повернулся к жене.

- Я же просил меня подождать, - с упрёком сказал ей.

- Прости, Дэмь. Ты же знаешь, я не умею так.

- Знаю, - обречённо вздохнул я и обнял любимую. Мы вернулись в дом, забрали ребенка из спальни наверху и пошли на кухню - успокаивать нервы.

Пожалуй, это было единственное событие, омрачившее этот год. Оно и мои кошмары.

Я вышел из душа только когда смыл последние липкие щупальца сна. Вернулся к жене в кровать, обнял ее, улыбнулся, когда она довольно проурчала, прижимаясь ко мне теснее, и заснул. На этот раз без сновидений.