Глава 2. Пламя, которого не ждали

— Всем в портальную! — крикнул мой брат Элиар, хлопая в ладоши, будто мы не семья магов с приличным достатком, а организованная экскурсия в "Мир Уюта и Варенья".

Мы стояли у заколдованного портала прямо в саду. Портал поблёскивал голубоватым светом, а вокруг сновали маги-грузчики, заклиная чемоданы, чары и внезапно взбесившуюся тётю Илану, которую телепорт случайно переправил в чулан с вениками.

Я стояла посреди этой суеты в своей идеальной мантии и смотрела на Академию Даров, которая уже маячила на горизонте портального окна.

О, Академия. Страшная, величественная, легендарная, и — как ни странно — с фасадом цвета старого пыльного персика.

Не хватало только вывески: «Добро пожаловать, выживут не все!»

Портал захлопнулся за нами, как дверца у заколдованного шкафа, и в следующую секунду я уже стояла на Каменном Полумесяце — огромной площади перед главным зданием Академии.

Здесь собирались все восемнадцатилетние дароносцы со своими сияющими глазами и нарядами.

— О, посмотри, как много прекрасной молодежи! — радостно пискнула мама за моей спиной.

Я скосила глаза. Молодёжь действительно была прекрасна. Сильно. Местами даже чересчур — явно с вмешательством чар «улучши лицо на праздник».

Я чувствовала себя скромным пирожком на витрине кондитерской для моделей.

С начинкой, но без шансов.

Мы медленно двинулись к главному залу.

— Не волнуйся, — прошептала мама. — Всё будет как у всех.

Я хотела ответить, что вот это как раз и пугает.

Серебряная Зала Академии Даров была…

Ну, скажем так: если бы хрустальные люстры, лунный свет и архитектурный пафос когда-нибудь имели ребёнка, то он бы вырос вот здесь.

В центре возвышалась Арка Истинного Огня — древний артефакт в виде полуразрушенного портала, пульсирующий слабым светом. Внутри него то вспыхивал тёплый золотистый огонь, то холодное серебро, то… что-то странное, тревожное и необъяснимое.

Всё как и обещали в брошюре.

Вокруг Арки были расположены пять факультетских секторов — каждый в своём цвете, с баннерами, магическими символами и кураторами с лицами, как будто они уже устали от нас заранее.

Я стояла в своей очереди перед Аркой, как булочка перед тостером: румяная, напуганная и понятия не имеющая, чем всё это закончится.

Вокруг суетились будущие студенты, подглядывали в брошюрки, выправляли воротники и делали вид, что не боятся.

Хотя каждый из нас думал об одном и том же: какой цвет проявится, когда тебя коснётся Арка?

Цвет значил всё.

Это не просто факультет.

Это твоя магическая искра — тонкая ниточка света, что рвётся из кончиков пальцев, когда ты впервые коснёшься своей силы.

Бытовая Магия имела мягкий золотистый, теплый как утренний свет. Искра у таких магов похожа на пыльцу, мелкую и искристую.

Природная Магия — зеленый, с переливами от изумруда до болотного. Искры — как лианы или травинки, плавные и живые.

Боевая Магия переливалась огненно-красным огнём, иногда цвет уходил в тёмную бронзу, если ты отпрыск чёрных магов. Искра резкая, вспыхивает, как пламя. Иногда сопровождается треском.

Артефакторика — светло-синий с металлическим отливом. Искра похожа на маленькие молнии, сверкает, клацает, и слегка пахнет озоном.

Факультет Ментальной Магии выдавал глубокий фиолетовый с синими искрами, как ночное небо перед бурей. Искра едва видна, но от неё тянет мурашками.

Люди факультета Незаметной Магии или Отверженных имели серо-пепельный, почти бесцветный дар. Их искра будто не могла решить, какого она цвета. У кого-то она вообще не появляется сразу.

Я всегда представляла, как из моих пальцев вылетит нежная золотистая искра, как у мамы.

Тёплая, домашняя. Та, что делает подушки мягче, а настроение — уютным.

Это же наш род! Вельтрэны — столпы Бытовой Магии!

Я терпеливо стояла в очереди к Арке, как пай-девочка в булочной на распродаже плюшек. Осталась одна участница передо мной — и тут…

Воздух вокруг потемнел.

Нет, не от волнения. От теней.

Сначала показались они — тяжёлые, густые, словно кто-то пролил чернильное облако на мраморный пол. А за ними, как и положено в пафосных постановках, величественной колонной вошли темные маги.

Семья Риварн.

О, да. Эти.

— Ну вот, — прошептала мама, стоявшая позади, — чёрные тараканы тоже прибыли.

Их было пятеро — в длинных мантиях цвета воронова крыла, с серебряными застёжками в виде когтей, с выражением «мы выше этого балагана».

Шли медленно, гордо, как будто им принадлежала не только Академия, но и вся магия, планета и ближайший лунный свет.

Впереди — восемнадцатилетняя наследница рода, высокая, бледно красивая девушка, Эйлин Риварн.

Наверняка направляется в Боевую Магию.

Позади неё — брат. Он же Поганец. Он же кретин. Дейлан Риварн.

Дьявол в тёмном, самодовольный, мрачный, как кофе без сахара, и вечно морщащийся при виде меня и моей семьи.

Наши взгляды встретились.

И, как обычно, он сморщился.

Причём так, будто в этот момент кто-то всучил ему под нос не просто лимон, а лимон с нашей фамильной печатью на кожуре.

Я демонстративно подняла подбородок, представляя, как у меня из-под ног вырастают золотые искры, а из-за плеча — нежные бабочки Бытовой Магии.

Он в ответ приподнял бровь. Тень в уголке губ. Почти усмешка.

Какого демона он тут делает? Он же уже учится — как минимум на третьем курсе.

Ах да, наверное, приехал со своими, повыпендриваться и посчитать, сколько потенциальных лузеров поступит на факультеты, не соответствующие его представлениям о великой магии.

И ведь, если честно, Риварны всегда считали себя аристократами тьмы.

Считали нашу магию «полезной, как тряпка в поле боя».

Риварны.

Даже само это слово звучит так, будто его следует произносить шёпотом, стоя в тени, закутанным в капюшон, и предварительно прокашлявшись от яда в горле.

Если бы по академии устраивали конкурс на самую надменную, тёмную и элегантно устрашающую семью — они бы взяли кубок с закрытыми глазами.

Глава семейства — Тавир Риварн.

Ходит в мантии, которая шуршит, как змея, когда он поворачивается. Волосы седые, лицо — как высеченное из ночного мрамора. На его бровях, кажется, уже давно лежит налёт разочарования в этом мире. В особенности — во всех, кто не носит фамилию Риварн.

Мать — Артемиана Риварн.

Губы сжаты, как банковский сейф. Спина прямая, как у шпаги. Говорят, в молодости она приручила теневого хищника, заставила его убивать неугодных ей и теперь держит его в виде чёрного платка.

С нашей семьёй — Вельтрэн — у них вражда официально с 1783 года.

(Неформально — со времён, когда один наш прапрадед решил не отдавать дракона по семейной сделке, а назвал его Флакси и поселил у себя в саду.)

Они хотели использовать дракона как оружие. Мы — как средство доставки горячего хлеба.

Ну и понеслось. Суд, дуэли, письма в Совет Магии, взрывы, мелкие отравления, подложенные в торты боевые амулеты… обычные семейные радости.

С тех пор — ненависть.

И не просто презрение, а настоящее, шипящее, вежливое на публике, но смертоносное при встрече презрение.

Вельтрэны для Риварнов — как жирное пятно на тёмной мантии.

А Риварны для нас — как гвоздь в любимом домашнем тапке.

Вдруг я слышу свое имя.

— Кая Вельтрэн.

Имя отозвалось по залу, как удар в колокол. Даже в спину кольнуло.

Я сглотнула, постаралась выпрямиться и не думать, что сейчас у меня лицо цвета перепревшего крыжовника.

Сзади кто-то (очень характерно) гнусно засмеялся. Даже не оборачиваясь, я знала — Дейлан Риварн.

Вот бы тебе самой искра прямо в нос прилетела, Риварн.

Я подошла к Арке.

Она возвышалась надо мной, сияя холодным серебром, с вкраплениями мерцающих рун.

На вид — просто полукруглый портал с мраморным порогом.

На деле — штуковина, которая вытягивает наружу твою суть и показывает всем, кто ты на самом деле.

Не страшно. Вообще не страшно. Абсолютно не дрожат коленки. Совсем.

Я шагнула внутрь.

Сначала — ничего. Тишина, как в чулане. Время будто задержало дыхание.

А потом… началось.

Пальцы зазудели, как будто в них поселилась стая комаров, под напев шаманского хора.

Я посмотрела на руки — и на кончиках пальцев что-то вспыхнуло.

Не золотое.

Не тёплое.

А тёмное.

Сначала — густая, чёрная, как воронье перо, искра. Потом — красные жилки, как раскалённые нити.

Магия вжалась в мои ладони и с глухим гулом вырвалась ввысь, будто кто-то раскрыл во мне крышку котла.

Зал охнул. Реально охнул.

Отец вскрикнул. Мама в обморочном состоянии. На лицах всего моего рода — недопонимание.

Кто-то прошептал:

— Это… это что тёмная магия?

Я чувствовала её во всем теле.

И, клянусь всеми кухонными заклинаниями мира, мне стало страшно.

— Добро пожаловать, Кая Вельтрэн, — произнес кто-то из магистров. — Факультет Боевой Магии.

…Проклятье.