Глава 5. Незваная на факультете тьмы

Магическая столовая располагалась в старом крыле Академии, где потолок был столь высоким, что тени под сводами словно жили собственной жизнью. Пространство внутри было большим, а столы стояли рядами, длинные, будто банкетные, и каждый был занят. Воздух здесь пах не только магией, но и жареными гренками, медом, дымом от пряных чаёв и лёгким озоном — кто-то, видимо, случайно поджёг бутерброд молнией.

На первый взгляд — хаос. Но внимательный взгляд сразу замечал: студенты сидели по факультетам, словно по своим стихиям.

У дальнего окна, под вьющимися лозами, что сползали с потолка, шумели Природники — студенты Факультета Природной Магии. Их одежда — мягкая, цвета мха, с вплетёнными листьями и нитями светящихся жилок. Некоторые даже несли на плечах мелких фамильяров — сов, лис, странных птичек с двумя хвостами.

Рядом, но на безопасном расстоянии, устроились Бытовые маги. Те, к которым я должна была присоединиться. Уютные, как пледы. У них была самая опрятная форма: мягкие вязаные шарфы, рукава, украшенные вышивкой, и заклинания для подогрева пирогов. Они ели спокойно, беседуя о новых рецептах чарующих булочек и подушках с эффектом объятия.

Боевые маги держались ближе к центру, как ядро. Черные или красные мантии, у кого-то даже кожаные вставки. Некоторые предпочитали броню — лёгкую, символическую, но грозную. От них пахло порохом и магической гарью. Они были шумные, словно гром. Там сидела Эйлин, моя соседка по комнате, смеясь среди своих. Дейлан Риварн тоже сидел за столом боевых магов, как будто на троне. Его волосы, серебристо-стальные, сверкали в свете заклятий, а осанка была нарочито расслабленной — как у хищника, знающего свою силу и скучающего от мира.

Вокруг него сидели девушки. Некоторые с боевого факультета — с яркими глазами, с мантиями, срезанными по моде, с амулетами на шее. Другие — с ментального, даже одна из артефакторов.

Одна из них смеялась, облокотившись на его плечо. Другая кормила его фруктами с кончика ножа. Кто-то дотрагивался до его руки, «случайно».

Он же не реагировал.

Как только я шагнула внутрь столовой, будто что-то в пространстве дернулось. Разговоры не стихли совсем, но замерли — на долю секунды, едва заметно. Достаточно, чтобы почувствовать кожей: на меня смотрят.

Некоторые делали это в открытую. Другие — исподтишка, прячась за краями чашек, недопитых супов или за спинами друзей. Кто-то толкнул соседа локтем. Кто-то склонился ближе, прошептав что-то короткое. Магия шепота — раздражающе эффективная — передавала её имя от одного стола к другому.

— Это она, та самая.

— Белая, но не совсем.

— Странная. Даже форма на ней странно сидит.

Среди шепота было что-то вязкое. Не враждебность, нет. Любопытство. Опрометчивое, осуждающее и восторженное одновременно. Та смесь, с которой обычно смотрят на заклятие, которое может и сработать, и взорваться прямо в лицо.

И естественно я почувствовала себя под лупой. Под увеличительным стеклом, под прицелом.

За столом менталистов царила тишина. Их легко было узнать: одежда спокойных, сдержанных цветов — серые, глубокие синие, бордовые, и глаза, в которых отражалось слишком много. Они словно слышали мысли друг друга, и, возможно, даже меня.

Артефакторики сидели ближе к стенам, их стол буквально искрил. Из их рюкзаков выглядывали шестерёнки, магические отвёртки, у кого-то по столу ползал механический таракан с рунами на спине. У одного парня прямо из грудины рубашки торчал кристалл — возможно, это была шутка… а возможно, нет.

И наконец — самый тёмный, почти незаметный угол столовой. Как будто туда не попадал свет. Факультет Незаметной Магии. Эти студенты будто нарочно терялись на фоне. Их форма не имела формы — оттенки серого, пепельного, цвета пыльного стекла. Один мог сидеть напротив — и ты бы не сразу заметил. Некоторые говорили, что они умеют пропадать. Но никто не был уверен.

Там, за самым крайним столом, почти развалившись, сидел он.

Высокий. Худощавый. Серые волосы падали на лицо, точно пепел. Тот же оттенок — и в его глазах. Он не ел, просто покачивал ногой и что-то чертил пальцем на поверхности стола. Один. Совершенно.

Других мест не было.

Я, вдохнув, подошла к нему.

— Привет… — сказала я, чувствуя, как тишина вокруг будто сгустилась.

Он поднял глаза. На секунду взгляд показался стеклянным, но потом в них вспыхнуло нечто живое. Лёгкий, ленивый интерес.

— Хочешь сесть? — спросил он, словно мне следовало уже знать ответ.

— Остальных столов нет.

— Это звучит, как отличная причина.

И я села. И тогда он добавил, почти шёпотом:

— Руэн. Руэн Эрес.

Уголок его губ дёрнулся, будто улыбка. Или тень улыбки.

— Кая Вельтрен.

На мгновение мы молчали. Я слышала, как кто-то сзади зашептался сильнее. Кто-то даже рассмеялся — коротко, сдавленно. Они всё ещё смотрели.

— Все уставились на тебя, — добавил Руэн, не глядя на них. — Интересный эффект. Обычно это я — странный.

Я усмехнулась и наконец посмотрела прямо на него.

— Не беспокойся. Это все с того самого распределения.

— Ааа, это ты та девчонка, которая упала перед всеми на распределении. Точно. Я вспомнил тебя.

— Ну да, громче еще прокричи, хмм. А ты? Из факультета Незаметной Магии, да? — спросила я, разглядывая его мантии. Ткань у него была тоньше, почти сливающаяся с цветом тени. И пуговицы — не золотые, как у белых, и не из обсидиана, как у боевых. Какие-то… матовые, туманные.

— Верно. Мы стараемся не шуметь. Особенно по утрам, — он криво улыбнулся. — И по вечерам. И вообще.

— И что ты умеешь? Невидимость? Шпионить? Исчезать?

Он посмотрел в сторону, будто слушал кого-то за десятки метров, а потом тихо сказал:

— Я не знаю. Мания не определилась.

Я не знала, что ответить. В груди что-то дрогнуло — не страх, нет. Что-то другое. Что-то похожее на… одиночество, узнающее себя.

— А ты? — спросил он. — Что у тебя за дар?

Я чуть наклонилась вперёд и прошептала:

— Я думала, что принадлежу к бытовым магам, как и вся моя семья. Но по моей форме видно где я оказалась. — с горечью добавляю я.

— Это… хреново, — сказал он, почти шёпотом.

— Ага, — только и выдохнула я.

В этот момент за наш стол буквально впрыгнула девчонка с пышными, огненно-рыжими кудрями, в зелёной, будто покрытой листвой мантии. Очки на её носу едва держались, а на плече, трепыхая крылышками, сидел лохматый, странно хохочущий птенец, похожий на помесь совёнка и ежа.

— ХА! Я же говорила, что это свободно! — Она буквально обвалилась рядом со мной, раздвигая поднос с едой. — Приветик! Вы такие мрачные, что я не удержалась. Надо же вас как-то разбавить!

Птенчик поддержал её и издал пронзительный, довольный писк, словно тоже смеялся.

— У тебя птенец смеётся? — ошарашенно спросила я.

— Ага! Это Гиггл! Не бойтесь, он не кусается. Разве что за уши, если скучно, — она подмигнула, снимая очки и протирая их краешком мантии, покрытой пятнами зелёного мха. Да, буквально мха. — Я, кстати, Кэрри Гринвик. Второй курс, Природная Магия! Вы первокурсники? Не бойтесь, тут не кусаются. Только плющ иногда.

— Ну как сказать. Дружелюбным здесь никто не кажется, — буркнул Руэн, явно пытаясь исчезнуть в стол.

Она засмеялась громче.

— Тебя как зовут, угрюмчик?

— Руэн, — сказал он сухо.

— А тебя?

— Кая, — ответила я. Неожиданно даже для себя — с улыбкой. Смешная. Такая… живая.

— О-о-о, да это ж ты! Ты та, про кого шепчутся! Белая в форме боевых! Вот это жесть, конечно.

Я лишь фыркнула. Гиггл хихикнул у неё на плече.

— Да не обижайся, мне ты сразу понравилась. У тебя взгляд такой… как у разозлённого филина. Влюбиться можно!

Я рассмеялась. Слишком громко, неожиданно даже для себя.

Руэн слегка улыбнулся.

Кажется, даже он начал оттаивать под её непробиваемым солнечным напором.

И тут…

Весь шум в зале затих сам собой, будто кто-то выдохнул заклинание тишины.

Одна из стен столовой зазолотилась, будто покрылась светящейся пылью. Сначала проступили старинные узоры, потом символы факультетов — и расписание всплыло прямо из воздуха, буквы словно вытекали из самой стены. Волшебная иллюминация разгоралась по краям каждого листа расписания — мерцали глифы, менялись цвета в зависимости от факультета, а предметы как будто прокручивались в воздухе, давая студентам возможность прочитать.

— О-о-о, расписание! — Кэрри аж подпрыгнула.

Я поднялась и направилась ближе. Буквы мягко подсвечивались, когда я остановилась напротив секции «Факультет Боевой Магии, Первый курс». РАСПИСАНИЕ: ПОНЕДЕЛЬНИК

08:00 — Контроль Энергии

10:00 — Магическая Самозащита

12:00 — Теория Магических Конфликтов

14:00 — История Магии: Военные Эпохи

16:00 — Практика Призывов (Совместно со старшими курсами)

— Эх, у тебя "Призывы"! Обожаю, как на них всё всегда идёт не по плану, — прошептала за моей спиной Кэрри, появившись будто из ниоткуда.

— А у меня в это время будет Ботаника с оживлением! Представляешь, оживляем кору, и она ругается! — и снова взрыв хохота. Даже Гиггл подхихикнул.

Руэн подошёл, глянул мельком на своё имя, но не стал озвучивать — расписание у него, скорее всего, было полным пустым местом или загадками. Под стать факультету.

Как это получилось, что мы втроём — я, парень из факультета, про который никто ничего не знает, и девчонка с говорящим птенцом на плече — теперь вместе идём на первый урок, я понятия не имела.

Но, видимо, академия решила: раз ты странная, получай компанию под стать. И не жалуйся.

Кэрри болтала без остановки, делая выпады во все стороны, как неконтролируемый магический волчонок. Руэн молчал, ступая бесшумно, как тень, и бросал взгляды в сторону каждого проходящего мимо преподавателя, будто запоминал их ауры. Или запах. Кто знает, что у них там на факультете незаметной магии.

А я… я шла посередине. Светлая девочка в чёрной мантии, которой не место ни там, ни сям.

Мимо прошли трое с боевого — парни, похожие на скульптуры в движении: высокие, точёные, волосы зачёсаны назад, мантии сидят как литые. У одного на руке вспыхнула огненная искра — чисто чтобы "по приколу".

— Эй, белянка, — бросил один из них, проходя мимо. Голос — лениво-издевательский, будто он заранее знал, что выше. — Ты что тут делаешь? Заблудилась по пути в магическую пекарню?

— Или решила, что чёрная мантия похудит тебя визуально? — с усмешкой добавила девица рядом с ним. Тонкая, как игла, и, судя по выражению лица, такая же ядовитая. — Зря стараешься. Магия иллюзий — не твой профиль.

Они расхохотались. Смех — холодный, точеный, как сталь. Даже воздух будто чуть похолодел от него.

Я остановилась. Могла бы промолчать. Могла бы ускорить шаг и сделать вид, что не слышала.

Но, знаешь, иногда молчание звучит слишком похоже на согласие.

— Ну а вы, похоже, забыли, что боевой факультет — не трамплин в карьеру дешёвого злодея, — сказала я спокойно, развернувшись. — Хотя, судя по вашим репликам, у вас неплохие шансы. Особенно в массовке.

У парня дёрнулся глаз. Девица моргнула, будто не сразу поняла, что по ней проехались.

— Что ты сказала? — прошипела она.

— Сложные слова, да? — я слегка наклонила голову. — Бывает. Кстати, магия общения — это не на боевом преподают. Но вы держитесь.

И пошла дальше.

Сзади ещё донёсся смешок Руэна — тихий, будто невольный. А Кэрри выдохнула:

— Мерлин тебя побери. Это было красиво.

Я усмехнулась.

Нет, я не королева остроумия.

Но я, чёрт побери, не пеку пирожки ради одобрения этих пафосных заклинателей.

— Ну-ну, — донеслось из-за ближайшей колонны. Голос был ленивым, но в нём скользнула усмешка, та самая — высокомерная, будто он ел сарказм на завтрак.

— Слышу, кто-то решил потренировать боевую магию на уровне "убей словом".

Я обернулась.

Конечно же, он. Дейлан Риварн. в расстёгнутой на груди тёмной рубашке, обтягивающих кожаных штанах и высоких сапогах. Он был воплощением беззастенчивой уверенности, с оттенком "я знаю, что красивый, и ты знаешь, что я это знаю".

Серебряная серёжка на левом ухе поймала солнечный луч и метнула бликующе-оскорбительный отблеск мне в глаза. Даже сияние у него вело себя, как наглая флиртующая тварь.

Прислонился к стене, скрестив руки, как будто это он придумал позу "я наблюдаю, но мне всё равно".

Хотя глаза — тёмные, внимательные — пробежались по мне чуть внимательнее, чем ему хотелось бы показать.

— Наслаждаешься представлением? — спросила я, поджав губы.

— Сложно не насладиться, когда белая овечка начинает щелкать пастью, — он хмыкнул. — Неожиданно. Даже почти… весело.

— А ты, я смотрю, всё ещё греешься на тепле чужих конфликтов, да?

Он оттолкнулся от стены и сделал шаг ближе, слишком грациозный, чтобы быть небрежным. Его сапоги глухо стучали по каменному полу, и каждый шаг звучал как "осторожно, эгоизм".

— Просто интересно, как ты собираешься выжить здесь. Если честно — ставки против тебя не плохие.

— Отлично, — я вскинула подбородок. — Ставь. Потом не забудь расписаться, когда проиграешь.

Угол его губ дёрнулся. То ли усмешка, то ли нерв.

— Хм. Упрямая, как и все Вельтрэн. Только ты, кажется, ещё и с юморком. Это делает твоё падение чуть интереснее. Давай так, сегодня на практике призывов, ты покажешь мне, что ты умеешь делать.

И развернулся. Просто ушёл. В развевающейся рубашке, звякая пряжками на сапогах. Рядом послышалось тихое:

— Это что сейчас было?

— Это кретин — Дейлан. У нас с его семейкой не задалось, — пробормотала я и двинулась к аудитории, делая вид, что спина не вспотела.

— Ну, ты и находишь себе врагов, — сказал Руэн. Он всё это время стоял чуть в стороне, прислонившись к мраморной колонне, как будто наблюдал происходящее через невидимую лупу.

Я вздохнула.

— Покажешь мне, что умеешь делать, — передразнила я тихо, уставившись ему вслед.

Я-то? Покажу?

У меня было ощущение, что я не то что призывать — заварить чай без катастрофы не в состоянии. Что я ему покажу? Как падаю лицом в грязь с грацией брошенной картофелины?

Он даже не обернулся. Просто скрылся за поворотом. Вот так. Сказал и ушёл.

Ходячее самомнение в кожаных штанах.

Я осталась стоять посреди холла с пылающими щеками и сердцем, колотящимся где-то в горле. И ведь знала, что не могу провалить этот дурацкий урок. Не сегодня. Не с ним.

— Великолепно, — буркнула я себе под нос. — Осталось только выяснить, что, в принципе, означает "практика призывов". И желательно — до того, как меня спросят первой.