Глава 11. Мод

Карлайл-Холл, Корнуолл, 2019 год

Она все стояла у окна и смотрела, как на берег обрушивается одна волна за другой. Она кричала, пыталась позвать на помощь, хотела бежать туда, чтобы спасти ребенка, оказавшегося на пути у непокорной стихии, но все было напрасно. Никто не слышал ни ее криков, ни ее рыданий. Когда стало поздно что-то делать и крошечная фигурка исчезла в чернильной густоте разбушевавшегося моря, Мод сползла на пол под окном и скулила, как животное, которое знает, что его притащили на убой.

Потом она почувствовала, как воздух вокруг нее сгустился, стал плотным и ледяным. Она задрожала, ощутив, как холод проникает под одежду, обволакивает ее, убаюкивает в своих смертельных объятиях, заполняет легкие, оседая в них каменной глыбой. А затем из темноты выступила черная фигура. Она будто поглощала весь свет вокруг себя и испускала тьму, казалась темнее окружающей ночи. Мод хотела крикнуть, но не смогла выдавить из груди ни слова, ни писка.

– Мод, – раздался голос, похожий на звук иссохшего трухлявого дерева, скрипящего от ветра.

– Мод! Мод!

Она зажмурилась, чтобы не видеть, как зловещее существо, чем бы оно ни было, склоняется над ней, но тут же почувствовала прикосновение ледяной влажной руки к своему лицу и дернулась в последней попытке спастись.

Мод распахнула глаза и увидела обеспокоенный взор Артура.

– Слава богу. Ты пришла в себя! – облегченно вздохнул он.

– Что случилось? – пролепетала Мод и попыталась сесть, но Артур положил руку ей на плечо и нежно, но властно заставил лечь обратно.

– Ты потеряла сознание. Мистер Трайтон нашел тебя и принес сюда, сразу же послав за мной.

– Мистер Трайтон? – Только сейчас Мод поняла, что она лежит на канапе в большой гостиной внизу.

– Я как раз вышел из своей комнаты и встретил дворецкого, – послышался откуда-то сбоку голос Дэвида Трайтона.

Мод обернулась и увидела его. Он стоял чуть поодаль, перебирая статуэтки на каминной полке.

– Мистер Грейвз был чем-то сильно обеспокоен и, казалось, не знал, что делать, – продолжил объяснять Дэвид. – Я спросил, что случилось, и он сказал, что вы пошли в восточное крыло, не поставив в известность вашего супруга.

– Видимо, перед Грейвзом встала дилемма мирового масштаба, – с сарказмом сказала Мод. – Разбудить хозяина и не позволить мне шарить, где я хочу, или же дождаться, пока Артур проснется сам и сам же решит, есть ли повод для беспокойства.

Мод услышала смешок, который издал Дэвид, и поймала его взгляд. Она уловила в его глазах понимание: видимо, ему тоже не нравился пронырливый дворецкий.

– Однако, как мы видим, повод для беспокойства все же был, – пожурил ее Артур, похлопав по руке. – Мистер Грейвз не зря волновался. Если бы он не сказал Трайтону, где ты, тот не пошел бы тебя искать. А тогда кто знает, сколько бы ты пролежала в тех комнатах бездыханная.

– Брось, – отмахнулась Мод и наконец-то села. – Я просто потеряла сознание, а не впала в кому. Очнулась бы сама, ничего бы со мной не стряслось.

– И все-таки ты поступила неосмотрительно.

– Я просто пошла посмотреть, – огрызнулась Мод, чувствуя, как все это – чрезмерная забота Артура, невыносимый мистер Грейвз, нелепые условности – ей уже порядком надоело.

– Я позвонил доктору в Гвивир. Скоро он приедет осмотреть тебя.

– Господи, это еще зачем? – закатила глаза Мод.

– Ты ни с того, ни с сего потеряла сознание. Лучше убедиться, что все в порядке.

Мод хотела опять сказать что-то резкое, но остановилась. Артур и правда выглядел обеспокоенным. К тому же здесь все еще присутствовал мистер Трайтон, совершенно посторонний человек.

– Конечно, все в порядке. Просто наглоталась пыли, надышалась затхлым воздухом, вот и все. Сколько не открывали восточное крыло? Там не мешало бы проветрить, – улыбнулась Мод, пытаясь казаться беспечной, но она до сих пор ощущала тот страх и ледяной холод, которые вдруг накатили на нее в мастерской.

– Обязательно проветрим и все приведем в порядок, дорогая. Но тебе не стоит ходить туда, по крайней мере, одной. Будь умницей, Мод, и послушай, что тебе говорят.

Мод промолчала, оставив слова мужа без ответа. Она знала: что бы Артур ни говорил и как бы ни беспокоился, она пойдет в восточное крыло снова и снова. Ей почему-то казалось жизненно важным осмотреть все помещения до того, как в поместье начнется ремонт. Мод снова перехватила взгляд Дэвида Трайтона. В его глазах плясало лукавство – он точно знал, что уж кем-кем, а умницей Мод не будет. А еще Мод поняла, что если Дэвид вынес ее бездыханное тело из той мастерской, то он наверняка видел картины. Ей казалось, что он все про нее знает. Знает, что в обморок она упала не из-за спертого воздуха или пыли, а из-за чего-то, что не поддавалось никаким рациональным объяснениям.

Через десять минут в Карлайл-Холл приехал доктор, осмотрел Мод и не обнаружил ничего страшного. Разве что слишком упало давление. Он прописал Мод спокойствие, поменьше стресса, побольше черного чая или кофе, чтобы взбодриться, но не переусердствовать – нельзя перевозбуждать нервную систему. Мод все это одновременно смешило и злило. Ей казалось, что весь мир уже давно живет в XXI века, и только Карлайл-Холл во главе с Артуром застрял где-то между столетиями. Если так пойдет дальше, то жить вместе им будет очень и очень тяжело. Мод, может, и сумасбродка, но уж точно не идиотка. Ей не хотелось прикидываться чопорной леди Карлайл. Ей нужно было снова стать самой собой. Пора заканчивать эти игры в Викторианский дом и изменить все так, как нужно ей. Артуру придется подстроиться и тоже перестать прикидываться аристократом из прошлого века. Ведь в Портофино он был совсем другим. Или Мод была так слепа в своем отчаянии, что ничего не видела?

***

После ланча Артур и Дэвид Трайтон ушли осматривать гостевой домик, или, как его называли слуги, домик привратника. Его планировали отремонтировать первым, чтобы Дэвид мог туда перебраться. Все-таки он будет кем-то вроде управляющего – следить за Карлайл-Холлом, пока в нем ведутся восстановительные работы, а значит, ему не пристало жить в большом доме, как выразился Артур. На это Мод лишь закатила глаза, но ничего не сказала. Она набросила шерстяное пончо и отправилась в парк, желая найти то место с фонтаном, что видела на одной из картин в восточном крыле.

Парк был большим и раскинулся далеко на восток по всему утесу. Около самого дома он заканчивался ровно там, где естественное небольшое ущелье отделяла возвышенность, на которой стоял Карлайл-Холл, от острого, похожего на треугольник мыса: этот мыс тонкой стрелой уносился в море, расширяясь все больше и больше в сторону плато. С другой стороны парк упирался в вязовую аллею и дорогу, устремленную вдоль утеса на восток.

Насколько знала Мод, от центральной лужайки перед входом в Карлайл-Холл парк отделял кованый забор, а вот с противоположной стороны он естественно переходил в зеленый луг все того же плато, раскинувшегося вдоль утеса, который резко обрывался у моря отвесной стеной. Как удачно все-таки несколько веков назад один из Карлайлов выбрал место для дома, рядом с тропинкой-ущельем, будто специально прорубленной в скале и полого спускающейся к пляжу.

Парк был совсем запущенный. Меж камней, которыми были вымощены дорожки, повсюду виднелись пучки прошлогодней травы вперемежку со свежепроросшей, яркой зеленью. Мод свернула направо от основной тропинки, по которой они прошлый раз шли с Артуром, и почти сразу же наткнулась на большую чашу из серого камня. По ней змеилась трещина. Наверняка раньше здесь был декоративный пруд с лилиями. Даже несмотря на то, в каком плачевном состоянии пребывал парк, Мод поняла, что когда-то он был прекрасен. Ее удивляло, почему Карлайлы забросили это место. Две большие войны, прогремевшие в XX веке, изменили мир. Многим аристократам пришлось приспособиться к новым условиям, и они успешно превратили фамильные дома и дворцы в отели или же открыли их для экскурсий. Артур рассказывал Мод, что то же самое стало с их поместьем в Бате. Почему же предки Артура так пренебрежительно отнеслись к Карлайл-Холлу, Мод понять не могла. Ей это казалось странным и даже кощунственным. Она все больше склонялась к мысли, что дом таит слишком много черных секретов, а ей, Мод, позарез нужно было их раскрыть.

– Леди Карлайл?

Мод вздрогнула от неожиданности и увидела Дэвида Трайтона, который пробирался к ней сквозь заросли кустов.

– Дэвид? Что вы здесь делаете? Вы разве не должны осматривать гостевой дом вместе с Артуром?

Дэвид наконец-то вышел на тропинку и отряхнул темные джинсы.

– Мы и были там, а потом ваш муж вспомнил, что у него в пять часов должен состояться важный телефонный разговор. Ну а я решил пройтись по парку и посмотреть, в каком он состоянии.

Мод усмехнулась.

– Как видите – в удручающем.

– Ну, все не так уж плохо, – улыбнулся Дэвид, и в его карих глазах засияли искорки.

Мод поймала себя на мысли, что ей нравятся и его улыбка, и его глаза. Она почувствовала, как к щекам прилил жар, и, отвернувшись, двинулась вдоль заросшей тропинки. Дэвид пошел рядом.

– Вам нравится Карлайл-Холл, леди Карлайл? – спросил он.

– Бросьте эти условности, – раздраженно и даже зло ответила Мод. – Зовите меня Мод.

– Боюсь, вашему мужу это не понравится.

– При нем можете быть учтивым, а без него… Я бы предпочла, чтобы меня звали по имени.

Дэвид хмыкнул, и боковым зрением Мод уловила, что он смотрит на нее с удивлением.

– Мод – это просто Мод или…?

– Сокращенно от Модести. Так что я Леди Скромность.

Дэвид не удержался и рассмеялся. Смех его оказался заразительным, и Мод тоже улыбнулась.

– Посмеете назвать меня полным именем, и я вас поколочу, – пригрозила Мод.

– Обещаю, ваша тайна уйдет со мной в могилу.

Они медленно шли вдоль тропинки, свернули на другую, потом еще на одну, затем на следующую. Дорожка извивалась между голыми кустарниками, с крупными, набухшими, готовыми вот-вот лопнуть почками. Ветки так разрослись, что то и дело норовили зацепиться за пончо Мод.

– Дэвид, а кто вы по профессии?

Он не ответил сразу, задумавшись, а потом пожал плечами.

– Такой сложный вопрос? – удивилась Мод.

– Нет, вопрос не сложный, но вот ответить на него просто не получится, – он искоса посмотрел на Мод. – Я закончил финансовый колледж – так что деньги – моя профессия.

– Но она вас никогда не увлекала? – поняла Мод.

– Так и есть. Никогда не испытывал тяги ни к бизнесу, ни к возможности приумножать чьи-то барыши.

– Даже свои?

– Даже свои, – засмеялся Дэвид. – Я совершенно лишен рациональности.

Это Мод могла понять. Она тоже пошла на поводу у отца и закончила экономический факультет, что не доставило ей ровным счетом никакого удовольствия.

– Как же получилось так, что вы начали заниматься восстановлением старинных домов?

– Пока я учился в колледже по одной профессии, вторая стала моим хобби: я увлекся историей и искусством. Ума не мог приложить, как все это соединить вместе и что мне это даст в будущем. – Дэвид тряхнул головой, и его непослушные волосы разметались в разные стороны. Мод вдруг захотелось поднять руку и пригладить золотистые пряди.

Дэвид, казалось, прочитал ее мысли, запустил руку в волосы и провел пальцами, словно расческой, ото лба к затылку, придав прическе более или менее аккуратный вид.

Насилу оторвав взгляд от Дэвида, Мод спросила.

– И что было дальше?

– А дальше меня занесло в Нидерланды. Поехал в гости к своему другу, с которым мы вместе учились в Штатах. Он родом из Маастрихта. У его семьи был старинный дом, который достался Браму по наследству от рано умершего отца. Дом стоял в запустении с начала прошлого века. Мы провели в нем уикенд, и я четко осознал – я знаю, что нужно сделать, чтобы вдохнуть в старое строение жизнь. Я предложил Браму восстановить дом. Он сначала не воспринял мою идею всерьез, а потом… – Дэвид широко улыбнулся.

– А потом у вас все получилось?

– Именно. Проект, конечно, был финансово затратным, но семья Брама не из бедных, к тому же, как оказалось, я не зря окончил финансовый колледж – деньги считать я все-таки научился. Это был мой первый проект, не самый большой, но один из лучших.

– Значит, не зря леди Пембрук расхваливала вас Артуру.

– Смею надеяться, что не зря.

Они шли молча какое-то время, следуя за изгибами тропинки. Оголенные кустарники становились все выше, пока не начали возвышаться над головой Дэвида почти на два фута. Дэвид свернул налево, и Мод сделала шаг за ним. Они оказались на небольшом пятачке, вымощенном мелкой плиткой. Здесь стояла каменная скамья, а перед ней невысокая скульптура на постаменте – ангелок, протягивающий руки к небу.

Мод схватила Дэвида за руку, ощутив под пальцами холодную кожу его куртки.

– Дэвид, мне кажется, или мы…

– Попали в лабиринт, – закончил за нее Дэвид.

И действительно, они так увлеклись беседой, что не заметили, как обычная тропинка, виляя между плотно посаженными кустами, завела их вглубь лабиринта. Площадка, на которой они оказались, была со всех сторон огорожена кустарниками, ветви которых так плотно переплелись между собой, что меж ними нельзя было ничего разглядеть.

– Не бойтесь, Мод. Мы выйдем отсюда по той же тропинке, что и пришли.

– А вы уверены? Я ведь краем глаза видела, что там в нескольких местах можно было повернуть в разные стороны, – голос Мод дрогнул от страха.

– Ничего страшного тут нет, – улыбнулся Дэвид. – Вряд ли кто-то из Карлайлов построил здесь лабиринт Минотавра. Всего лишь его крохотное подобие.

– Вам смешно, а я чувствую, что сбывается мой самый жуткий кошмар.

Дэвид смотрел на нее, нахмурившись.

– Мне с детства снится один и тот же сон, будто я ночью бегу по лабиринту, за мной кто-то гонится, и я совсем не вижу дороги, а потом оказываюсь в тупике – вот прям как здесь.

– И чем заканчивается ваш сон?

– Я слышу, как кто-то дышит мне почти в затылок, он уже готов схватить меня, а потом я просыпаюсь.

– В вашем сне вряд ли хоть раз присутствовал я, – снова улыбнулся Дэвид. От его теплой улыбки Мод стало спокойнее, и она почувствовала себя глупой трусишкой. – Ведь не присутствовал?

– Нет…

– Ну, значит, положитесь на меня, и я выведу вас отсюда.

Дэвид сдержал свое обещание, и уже через пять минут они вышли в ту часть лабиринта, где кустарник становился низкорослым. Правда, как оказалось, вышли они с противоположной стороны. И широкая дорога вскоре привела их на большую площадь, в центре которой красовался фонтан. Мод тут же узнала его – фонтан с одной из картин, что она нашла в запертой мастерской.

– Дэвид, я хотела вас спросить…

Он внимательно посмотрел на нее, уловив волнение в голосе Мод.

– Когда вы нашли меня в восточном крыле, вы… вы видели картины?

– У меня не было времени разглядывать картины, ведь вы лежали на полу без сознания, – сказал Дэвид. – Вас там что-то напугало?

– Да, там была одна очень странная картина, но больше всего меня испугало то, что было написано на другой, той, что стояла на мольберте.

– Вы имеете в виду тот черный холст?

– Да, и эта жуткая надпись…

– Какая надпись? – Дэвид казался озадаченным.

– Ну как какая? – разозлилась Мод, всплеснув руками. – Там красным было выведено слово.

– Простите, Мод, но я не заметил никакой надписи.

– Дэвид, ее просто нельзя было не заметить. Огромными красными буквами было написано «Проклинаю тебя».

Дэвид нахмурился. Он точно знал, что на холсте ничего не было. Это черное пятно было первым, что бросилось в глаза, когда он заглянул в распахнутую дверь.

– Там ничего не было, Мод, – мягко сказал он.

– Хотите сказать, что мне померещилось?

– Нет… не знаю.

Мод устало провела рукой по волосам, у нее вдруг жутко начала болеть голова.

– Пожалуй, я пойду назад, в дом. Я устала.

– Я провожу вас, – тут же предложил Дэвид.

– Не стоит. Я уже заметила дорожку, что идет в обход лабиринта, так что не заблужусь.