Глава 18. Мод

Карлайл-Холл, Корнуолл, 2019 год

Уже перед самым рассветом Мод вернулась в свою спальню. Дэвид проводил ее до распахнутого окна столовой, помог перелезть через подоконник в дом. Он еще какое-то время постоял, прислушиваясь, вдруг Мод снова напугают призраки, но все было тихо. Дэвид медленным шагом отправился обратно в гостевой домик. В призраков он не то, что не верил, он просто ни разу с ними не сталкивался. В последние годы он постоянно посещал то один старинный дом, то другой, восстанавливал их, выслушивал семейные тайны и легенды о неупокоенных душах – почти все хозяева замков и особняков могли похвастаться собственным призраком. Однако для Дэвида все это оставалось лишь байками, плодом впечатлительности или разыгравшейся фантазии. Пока он не приехал в Карлайл-Холл. Здесь он пока тоже не увидел ни одного привидения, но чувствовал отголоски чего-то необъяснимого, обитавшего в доме. Он помнил вопль Мод и как ринулся к ней вверх по лестнице, как краем глаза уловил какое-то движение в коридоре, ведшим в восточное крыло, какую-то черную тень, сгусток странной энергии, от которого у него на руках волосы встали дыбом. Он вспомнил, как ощутил такой холод, что изо рта вырвалось облачко пара; вспомнил обезумевшие от ужаса лицо Мод. Дэвид верил, что она видела больше, чем он. Странно, что ее муж даже слышать об этом не хотел. Уж кто-кто, а Артур должен был знать о легендах, ходящих про его родовое гнездо.

История некой Эмбер Фрайерс увлекла Дэвида не на шутку. Сегодня они прочитали несколько записей в дневнике Мод, которые запутали их еще больше.

Дэвид, проводив Мод, вернулся в домик, закрыл дверь на задвижку и прошел в спальню. Вытащил из угла стенного шкафа свой чемодан и распахнул его. Все вещи он уже успел разложить по местам, кроме черной шкатулки. Она одиноко стояла на дне чемодана. Дэвид вынул ее – шкатулка была совсем маленькая, размером с ладонь. Набрав на крошечном замке нужную комбинацию кода, он откинул крышку. В черную подкладку было вставлено золотое кольцо с огромным рубином. Оно было точной копией того, что красовалось на пальце Мод в тот первый вечер за ужином, когда Дэвид только приехал в Карлайл-Холл. Дэвид вытащил кольцо и поднес его к глазам так, чтобы свет от лампы падал прямо на камень. Кольца действительно были похожи, однако камень в этом был более насыщенного красного оттенка. Если ему не изменяла память, рубин в кольце Мод быт такого густого темно-алого цвета, что казался почти черным. А может, то просто игра света?

– Не узнаешь, пока не проверишь, – пробормотал Дэвид и убрал кольцо обратно в шкатулку.

Может, стоит показать его Мод и сравнить кольца? Но пока Дэвиду делать этого не хотелось. Мод начнет задавать вопросы, на которые у него не было ответов. Свое кольцо Дэвид получил от бабушки, которая, вручив ему перстень на смертном одре, лишь сказала: «Надеюсь, ты разгадаешь эту тайну». Прошло уже восемь лет, но Дэвид почти не сдвинулся в поисках разгадки. Про свое кольцо он знал только, что оно старинное, но ни кому принадлежало в прошлом, ни каким образом оказалось в их семье, он ничего не знал. Пока не приехал в Карлайл-Холл и не увидел точно такое же на пальце Мод. А сегодня, когда они прочитали дневник Эмбер и дошли до места, где девушка описывала кольцо, подаренное ей Фредериком, Дэвид окончательно запутался. Кольцо Эмбер передавалось в семье Карлайлов из поколения в поколение и наконец дошло до Мод. Тогда откуда у Дэвида второй экземпляр? Может, кто-то из его предков сделал искусную подделку? Но ведь он отдавал свой перстень специалистам, и те подтвердили его подлинность: настоящее золото, очень редкий огромный рубин. Ювелир утверждал, что кольцо было изготовлено не позднее XVI века. Дэвид не мог понять, каким образом его кольцо связано с графским родом Карлайлов, ведь не мог же какой-то древний ювелир сделать идентичные кольца – одно для Карлайлов, а другое просто так, продав его кому попало. Да и кольцо это было не из дешевых, а Дэвид знал, что в его роду никогда не было богачей. Лишь его отцу удалось сколотить кое-какое состояние, а до этого все Трайтоны прозябали в бедности.

Дэвиду всегда была интересна история кольца, которое вручила ему бабушка. Он даже пытался составить генеалогическое древо, но не особо преуспел в этом деле. Узнал только, что Трайтоны перебрались в Канаду в конце XIX века, а откуда – разведать не удалось.

На душе было тревожно. Не только из-за колец, но и из-за Мод. Дэвид знал, что, влюбляясь в леди Карлайл, он совершает огромную глупость. И хотя он чувствовал, что Мод тоже тянется к нему, он боялся, что впереди их ждет масса проблем. Артур Карлайл только с виду был мягким и дружелюбным. Чутье подсказывало Дэвиду, что он ввязывается в опасную игру, что ему стоит держаться подальше от графа, а тем более от его молодой жены. Все его инстинкты кричали бежать, забыть про Мод и про Карлайл-Холл. К сожалению, Дэвид никогда не был осторожным или трусливым. Ему нравилась Мод. Даже больше, чем нравилась. А после сегодняшнего вечера он понял: из Карлайл-Холла он уедет только с ней. Но Мод отсюда просто так не сбежит, пока не узнает всю историю до конца. Любопытство сгубило кошку. Так, кажется, принято говорить у англичан? Дэвид чувствовал, что они с Мод превратились в тех самых любопытных кошек, а Артур Карлайл был тем, кто расставил на них капкан.

***

Артур вернулся через два дня и почти сразу они с Дэвидом заперлись в его кабинете, где начали обсуждать этапы восстановления Карлайл-Холла. Когда мужчины наконец-то освободились, Мод пригласила их в библиотеку, чтобы перед ужином скоротать время и выпить по аперитиву. Артур удивленно взирал на расставленные вдоль стены картины.

– Это те самые, что ты обнаружила в восточном крыле, как я понимаю, – голос его был полон безразличия, но Мод удалось уловить в нем дрожь.

– Да. Красивые, правда?

Артур задумчиво уставился на картины Эмбер Фрайерс, усевшись в кресло напротив. В другом кресле расположился Дэвид, а Мод разместилась на диване.

– Посредственные, – хмыкнул Артур.

– Да брось! – Мод услышала, как ее собственный голос зазвенел от негодования. – Они прекрасны.

– Видно, что писал их не профессионал, – возразил Артур. – Никакой техники.

– Техники, может, и никакой, зато в них есть душа. Они полны жизни.

– Душа? – засмеялся Артур, окончательно выведя Мод из себя. – Не думал, что ты так сентиментальна.

– А вы что думаете, мистер Трайтон? – ища поддержки, нахмурившаяся Мод обратилась к Дэвида.

Тот вздохнул, сделав изрядный глоток хереса, и сказал:

– Я думаю, лорд Карлайл прав, говоря, что писал эти картины не профессиональный художник в том смысле, который мы вкладываем в это слово сегодня. Но мало кто из великих художников приобрел свой талант, посещая художественную школу.

– Что вы хотите этим сказать? – спросил Артур.

– Хочу сказать, что у автора этих картин был явный талант и умение передавать красоту окружающего мира при помощи кистей и красок. Мне эти картины нравятся, – улыбнулся Дэвид, – хотя это, конечно, не великие голландцы.

Артур криво усмехнулся, Мод надула губы, как маленький ребенок. Ей было обидно за Эмбер. Мало того, что ее картины кто-то запер в восточном крыле на долгие годы, так теперь еще и Артур пренебрежительно о них отзывался.

– А ведь это кто-то из твоих предков написал их, – пробормотала Мод задумчиво и уже более громко спросила: – Ты узнал что-нибудь об Эмбер Фрайерс?

– Нет, дорогая. У меня совершенно вылетело из головы, – он улыбнулся, и глаза его как-то странно блеснули.

Мод еще больше нахмурилась и встала:

– Я думаю, нам пора переместиться в столовую. Ужин уже подали.

За ужином говорили в основном мужчины, а Мод витала в своих мыслях. Ей было о чем подумать. Во-первых, ей хотелось поговорить с Артуром о его прошлом. А во-вторых, она страшилась оставаться с ним наедине. Мод казалось, что если Артур ночью придет к ней в спальню, то ее просто-напросто стошнит. Конечно, глупо было относится к этому так, будто она будет изменять Дэвиду, но снова оказаться в объятиях мужа Мод не хотела, особенно теперь, когда она познала вкус поцелуев Дэвида и ощутила то тепло, которое от него исходило. Мод чувствовала себя мухой, запутавшейся в паутине. Только вот она сама была и пауком тоже, ведь в том, что она оказалась в нынешней ситуации никто, кроме нее, не виноват.

После ужина они перешли в гостиную, однако почти сразу же Дэвид ушел к себе в гостевой дом. Завтра ему предстояло ехать в Лондон, чтобы организовать перевозку некоторых предметов мебели из Карлайл-Холла, которые требовали реставрации, а так же решить другие насущные вопросы. Он распрощался с Мод и Артуром, оставив их одних.

– И с чего же вы планируете начать? – спросила Мод.

– Трайтон собирается работать параллельно внутри дома и снаружи. Мы будем восстанавливать комнату за комнатой не спеша, чтобы дом не стал похож на строительную площадку, а вот в парке планируем провести работы как можно быстрее, расчистим его, запустим фонтаны, пересадим, где необходимо цветы, – объяснил Артур. Мод видела его полные энтузиазма глаза. Еще неделю назад она была бы только рада тому, что Карлайл-Холл постепенно обновят, выбьют пыль из старых ковров, выметут паутину столетий из темных углов. Сейчас же она не испытывала никакой радости от предстоящих изменений.

– Почему ты вдруг решил восстановить Карлайл-Холл? – спросила Мод.

– Ты уже спрашивала, – Артур устало прикрыл глаза рукой, – и я дал тебе ответ.

– Ответ, который ничего не объясняет, – возразила Мод.

– А какого объяснения ты хочешь? – Артур впился в нее пристальным взглядом.

– Не знаю, – махнула рукой Мод, – но ведь должна же быть какая-то конкретная причина. Почти семьдесят лет дом приходил в запустение, и вдруг ты решаешь его полностью обновить.

– По-моему, ты ищешь загадки там, где их нет, – улыбнулся Артур.

– Может быть, – согласилась Мод и, развернувшись к Артуру, резко выпалила: – Тогда открой мне загадку своего первого брака! – она увидела, как муж побледнел, и испытала злорадство: наконец-то ей удалось пробить кокон спокойствия, в котором все время пребывал Артур.

– Кто тебе сказал?

– Викарий из Гвивира. Но это не важно, Артур. Важно другое – почему ты сам не рассказал мне о том, что уже был женат?

– Здесь не о чем рассказывать.

Артур отвернулся и налил себе бренди. Мод видела, как напряжены его плечи, как прямо и отстраненно он старался держаться, будто она задавала ему ничего не значащие вопросы о каких-то пустяках.

– Неужели? И то, что твоя жена покончила с собой в этом самом доме, тоже не стоит упоминания? – вспылила Мод.

– Послушай, Мод, – Артур обернулся к ней. Голос его был спокойным, но Мод видела, что в глубине глаз затаился ледяной холод. – Да, это правда. Я был женат. Но это было очень давно, целую жизнь назад. Я не рассказал тебе о Елене, потому что все давно в прошлом и забыто.

– Извини, – помотала головой Мод, – но я считаю, что вправе знать о том, что произошло с твоей бывшей женой.

– Да зачем тебе лезть в это? – голос Артура стал резким, слова – колкими. Он бросал их, словно метал ножи в Мод. – Ты чрезмерно любопытна, знаешь ли. Это раздражает. Ты бегаешь по дому, открываешь запертые двери, выспрашиваешь и вынюхиваешь. Ты ведешь себя как… как…

– Как кто? – вспыхнула Мод.

– Как уличная торговка! – отрезал Артур.

Мод расхохоталась.

– Ах, ну конечно. Леди Карлайл не пристало совать свой нос, куда не следует!

– Именно!

– Прости, но я не леди, никогда ей не была и впредь не собираюсь притворяться. Меня тошнит от твоего снобизма, – крикнула Мод. – Не хочешь рассказывать о своем прошлом – не нужно, но тогда не жди, что я буду молча сидеть и не задавать вопросы посторонним.

– Мод…

Она не стала дослушивать его реплику, вышла из гостиной, громко хлопнув дверью, и убежала к себе.

Чуть позже, остыв, Мод стала стыдно за саму себя. Она вела себя как девчонка, но, в конце концов, она и была девчонкой. Молоденькой, глупой девчонкой, которая еще вчера дурачилась с Джереми, строя планы на будущее, которая ходила с подружками на вечеринки, пила коктейли и веселилась, для которой самой сложной проблемой было выбрать цвет нового платья. А последнее время Мод только и делала, что притворялась, не была сама собой. Если Артуру не нравится такая леди Карлайл, то пусть разводится с ней! Мод и сама собиралась уйти от него, но ей нужно было время, чтобы разобраться в себе, чтобы понять, что ей делать дальше со своей жизнью. Было и еще одно «но» – нужно было сначала разузнать все-все об Эмбер Фрайерс.