Глава 7. Сила красоты

Говорят, красавицам можно все.

Можно просто улыбаться, думая о чем-то своем, а в твою честь будут слагаться дивные легенды.

Лучшие мужчины станут бороться за твое внимание.

Лучшие воины сомкнутся грозной стеной, чтобы защитить тебя от любой скверны.

Это магия красоты... Магия гармонии... Что-то невесомо хрупкое, но ослепительно мощное.

Красота зажигает сердца, она дар и никогда не проклятье.

Я парю в бесконечном облаке и вижу себя как со стороны.

Яркие губы. Пышные длинные ресницы. Волнующие изгибы тела.

Новое чудо. Новая любовь.

К облаку, на котором я лежу, стремительно приближаются острейшие иглы.

Они прозрачные и ужасно холодные.

Они хотят проткнуть меня.

Красоте нечем себя защитить.

Я выныриваю в ужасе... и оказываюсь в маленькой комнатке Лалы.

Заботливо укутанная одеялом.

Туман полностью рассеялся, мое платье висит на подставке. Туфли рядом.

Смотрю на свои руки: та же светло-розовая кожа, ровные ноготки, но... руки словно не мои.

Грудь... О боги...

Живот...

Я прекрасно помню, что вчера было. Эльфы ничего не забывают.

Но эта я — она словно не я. Будто какая-то другая женщина, чужая, незнакомая.

Мне срочно нужно зеркало.

Наколдовать его я себе не могу.

Нужно кого-то позвать.

Надо понять, сколько прошло времени. Мои внутренние часы дали сбой.

Что сестры сказали родителям, и примут ли меня дома... не знаю ничего.

— Арлена! Троюродная!

В комнатку просовывается голова незнакомой девушки.

— Ой! Красивая какая! Прямо сказка. Лала! Лал! Твоя пациентка очнулась!

Надо одеться. Или не надо? Пусть Лала осмотрит меня.

Накрываюсь одеялом до подбородка.

У меня ничего не болит, но это чувство, что тело словно и не мое — оно странное.

Глажу кожу — хм... Она стала нежнее.

Волосы тоже немного другие.

Удивительно.

В комнату входит Лала.

— Снимай одеяло, девочка, — я встаю с постели, и Лала осматривает меня со всех сторон. — О да. Я превзошла саму себя. Портить ничего не буду, не проси. Если к тебе начнут подходить и спрашивать, кто автор работы, называй меня. И своему преподавателю я тебя как дипломную работу сдам, зачет и высший балл мне обеспечены.

— А кто твой преподаватель? Я должна ему показаться? — меня охватывает смутное чувство тревоги.

— Нет, милая, не надо. Он правитель. Он меня мысленно проверит. Так, тебе нужно зеркало и нужна Арлена. Она говорила, у вас какое-то общее дело. Ты готова себя увидеть?

Киваю.

В комнате появляется напольное зеркало. Круговое. Я вижу себя одновременно со всех сторон.

Эта обольстительная утонченно-чувственная красавица — я?

Она кому угодно сердце разобьет.

Поднимаю руку.

— Движения надо оттачивать, внешность одна, а грация другая. Портит впечатление. Но это поправимо, — Лала безжалостна. — Пару месяцев я буду за тобой наблюдать, станешь ко мне на осмотр приходить. Дальше — как хочешь. Пока сама ничего не поменяешь, все так и останется. Я свое дело знаю... Лени, полюбуйся на свою подопечную куколку.

Вошедшая Арлена рассматривает меня со всех сторон.

— Лала, ты лучшая... Эта девочка принесет мне кучу денег, если не сломается и не сбежит из жриц! Осталось ее только приодеть. И учить всему до изнеможения.

— Это вы сами разбирайтесь. До встречи, Армела.

Лала покидает свой маленький кабинет.

Арлена прищуривается:

— Неро тебя увидит — умрет. Но так ему и надо. Сейчас пойдем к твоим. Знаешь, сколько времени ты проспала? Два дня.

О нет...

Родители за мной, конечно, не следят, но они точно волнуются и уже сильно переживают.

— Я надену свое платье, Арлена. В новом меня вообще не узнают.

— Давай-ка я на тебя его подгоню. У тебя уже другая фигура, Ари.

О боги. Весь мой шкаф одежды теперь бесполезный.

Ну ничего. Сейчас это меньшая из проблем.

Куда неприятнее другое.

— Арлена, можешь нас телепортировать ко мне домой? Я боюсь, что не справлюсь со своим новым телом... и с тобой. Если ты рассыпешься на части, я себе не прощу.

— Хорошо, дорогая. Да, тебе бы надо отсидеться пару дней дома, привыкнуть. Заодно Неро попереживает, чего тебя в храме нет. Ты сейчас как бы должна усиленно рваться на обучение. Расстроим главжреца.

— А ты можешь не напоминать мне о нем, Троюродная?

Арлена колдует над моим платьем.

— Так и не могу понять: ты Неро ненавидишь или ты в него влюблена?

Я просто молча отворачиваюсь.

Не влюблена. Конечно не влюблена.

Я все еще не могу простить Неро то странное чувство невесомости во время танца.

Мою ярость и беспомощность вместе с каким-то невозможным предательским удовольствием.

Мое тело прижималось к его телу, голая кожа к коже...

Не было ничего подобного.

А кажется, словно было.

И если бы Неро управлял в танце не моими руками и ногами, а так уверенно и спокойно трогал бы меня... там, я бы...

О нет... Ни в коем случае! Нет!

Чего доброго, если он снова меня коснется, то уже увидит эту дикую фантазию.

Я пропала.

Как наяву представляю, что Неро меня случайно трогает, видит, как я его хочу и...

Я его не хочу. Я просто дико боюсь позора!

Совсем другое дело.

Новых унижений и презрения от мерзавца мне точно не нужно.

— Красотка, полетели. Дай мне свой адрес, дорогая. И не спи на ходу, прошу. Мало быть красивой, красоту надо уметь применять к месту.

Я показываю Арлене свою комнату и крепко беру ее за руку.

***

Не знаю, кто больше шокирован: я или мои родители и сестры с братьями.

А еще в мою комнату на кой-то ляд приперся Донато.

Его-то кто позвал?!

Смотрю на Арлену: она одна полна достоинства, будто правительница из фильма.

Смотрю на тайный шкаф: тот закрыт и опечатан.

Уффф.

Папа спрашивает:

— Простите, но что вы тут делаете, Троюродные? Я вызову полицию.

Папа меня не узнал!

Арлена слегка ему кивает:

— Прости, уважаемый конструктор лодок, но Троюродная здесь одна я. А это — твоя дочь Армела и моя подопечная. Я ее выбрала, чтобы учить разным премудростям, а она согласилась. Проверьте по ауре: это ваша Армела.

Она сказала чистую правду... но ни слова про храм.

— Армела?!

Родные смотрят на меня с неверием и непониманием. А Донато — со смесью восторга и осуждения.

Больше нельзя с ним играть.

Нужно рвать. Сегодня же.

— Да, это я.

— Ох, ты хочешь чем-нибудь угоститься, Троюродная? — мама вспоминает про этикет.

— Да, спасибо, какой-нибудь сок, — Арлена обворожительно улыбается, — у нас с Армелой есть кое-какие срочные дела, мы их тут обсудим, если позволите, а потом я оставлю вам вашу дочурку.

— Какие у тебя дела с Армелой, Троюродная?! Я тебя знаю. Ты — жрица в храме Сантоса! — Донато вот-вот лопнет от возмущения.

— Да, кудрявенький. Я жрица Сантоса. И там на территории храма я с Армелой и познакомилась. А ты вообще кто такой, чтобы влезать в мой разговор с родителями Армелы? — голос Арлены приторно-сладкий.

— Уходи, Донато. Между нами ничего нет и не было. Тебе больше нечего делать в моем доме, — сейчас удачный момент.

— Донато, моя дочь тебе все сказала. Будь добр, покинь наши владения и больше сюда не возвращайся, пока Армела тебя лично не приведет, — это папа.

Я отворачиваюсь. Не хочу смотреть, какими взглядами парень меня наградит. Знаю, он мне еще попортит крови за пределами дома.

Но с этим я разберусь потом.

— Доченька, почему ты так выглядишь? — мама вносит грушевый сок для Арлены.

— Благодарю. О, Армела выступила моделью для дипломной работы моей сестры. Лала обучает пластической магии и проходит курсы повышения квалификации у правителя. Так что Армела ее ходячий дипломчик. Она сказала, что правитель пришел в восторг от качества работы.

— Тебя видел сам правитель? — это Мауро.

— Да, видел конечно. Сказал, что Армела теперь гордость нашего народа. Нехорошо, что я вместо нее отвечаю, — Арлена сама непринужденность. Вот артистка!

Мои родные обескуражены.

Новостей много, и Арлена, надо отдать ей должное, подала все блестяще.

Мне бы такое даже не пришло в голову.

Мама говорит:

— Главное, Ари, что ты нашлась. Хорошо, не будем вам с подругой мешать. Приятно с тобой познакомиться, Троюродная.

Все выходят, и мы с Арленой остаемся вдвоем.

— Ну вот, а ты боялась. Про то, что ты жрица, им пока не говори. Я вижу, они еще не готовы к правде. Все будущие изменения и отлучки списывай на мои прихоти, Ари. Я все буду подтверждать. А потом придумаю, как подать твоей родне новости повкуснее, — она улыбается.

— А Донато? Он может все испортить, как сейчас.

— Этого сладкого мальчика я тоже возьму на себя. Если ты, конечно, согласна и не приревнуешь. Он явно ходит к нам в храм, видимо там к кому-то прикипел. Я выясню или сама им займусь, так что минимум временно он точно оставит тебя в покое. Ну как?

— Спасибо, Арлена. Хорошо.

— Значит, не думай о нем больше. Показывай скорее платья! Умираю от нетерпения их увидеть!

Я открываю шкаф с легким волнением — вдруг Неро внезапно забрал свои подарки?

Но нет, манекены на месте.

Сама не знаю, зачем отцепляю карточку с почерком Неро и прячу ее.

Арлена увлечена украшениями, не видит.

С легкой тоской смотрю, как наряды навсегда телепортируются в неизвестном направлении.

Потом мы тихонечко переходим в комнаты Ви и Нэй и молча, чтобы нас не обнаружили папа с мамой или мои братья, опустошаем их тайные шкафы.

Наконец-то можно выдохнуть.

— Дело сделано, дорогая. Остался твой новый повседневный гардероб на разные случаи жизни. Я уже все продумала и воплотила. Изучай наряды сама, — на моих глазах пустой шкаф заполняется вещами, — подбирай обувь и украшения. Я собрала все так, чтобы вещи подходили друг к другу, это целая коллекция. Жрица должна воспитывать вкус, так что твоим домашним заданием будет составить образы. Дня три я тебе дам привыкнуть к новой внешности и отвыкнуть от праздного образа жизни. А затем мысленно с тобой свяжусь, придешь в храм пластику тренировать. Главжрец был груб, но попал в точку: тебе не только танцевать надо учиться, но и ходить, и сидеть, и вообще своим телом владеть.

— Слушай, Арлена, просто любопытно... А у тебя другие подопечные есть?

— Ну конечно есть, я давным-давно наставницей работаю. Под моими крыльями тьма девушек. Наставницу меняют, только если становятся старшей жрицей. У старших они тоже есть. Ну все, отдыхай, ни о чем не волнуйся, Ари. Я полетела. А, еще да. Если главжрец будет тебя домогаться, пропади со связи, не отвечай ему ничего нигде и никак. Это тебе экспресс-урок обращения с мужчинами.

— А так можно? Он же начальник, — зачем бы Неро ко мне приставать? Или Арлена знает больше, чем говорит? Я холодею.

— Как начальник он должен о тебе у меня спрашивать. А я подам ему все в лучшем свете. Смотри, не испорти мне игру. Пока-пока, дорогая.

Игру?! Эта женщина играет мной?! Во что?

Спросить не успеваю: Арлена телепортируется.

Да и вряд ли она сейчас ответит.

Ну а мне предстоит разговор с семьей.

***

Из-за того, что Арлена рассказала, меня не особо мучают.

Семью больше всего занимают два вопроса.

Первый: почему Троюродная выбрала тебя?

Не знаю, говорю. Но когда выяснилось, что я могу стать «работой», которую увидит правитель, то сомневалась мало.

Быть на виду у правителя — огромнейшая честь. Кто знает, чем потом обернется такое «знакомство».

Второй вопрос занимает и меня саму.

Как и с кем я теперь свяжу свое будущее.

Ведь простые парни уровня Донато и чуть повыше больше не вариант.

Такая красивая подруга — источник их постоянной ревности.

Да и жить по-простому, имея внешность на уровне даже не Троюродной, а Двоюродной — глупость.

Мама переживает:

— Не прогадала ли ты, доченька? Теперь знатные будут мечтать сделать тебя любовницей. А официально проходить Церемонию не захотят: им нужна жена по уровню их способностей.

Это мой страх, и моя боль.

— Мам, у меня есть голова на плечах. Буду, значит, усерднее учиться и повышать свои навыки. Что мне еще остается?

— А если к тебе пристанет Двоюродный, как ты отобьешься?

— В глаз ему дам. Пусть сперва меня чему-нибудь научит. Просто так я ему не дамся.

В доме повисает тревога.

Как будто все чего-то ждут.

Словно нам уже не укрыться от опасности. Что-то жуткое, разрастется и поглотит наш светлый домик...

Наверное, потому и спится мне плохо.

А снится...

Неро. Главжрец сидит на одном из своих серых диванов. Перед диваном верблюжьего цвета палас. На паласе стою я. Такая, как я сейчас.

С каждым днем я все больше привыкаю к тому, что это — я. Другая — и такая же.

Я двигаюсь так же, а то, как ты двигаешься, отражает тебя больше всего.

Это идет из самой души.

Ни один эльф еще не получил от богов Дар совершенного танца.

Это всегда личное мастерство, труды бесчисленных лет.

А я стою перед Неро в одном из новых нарядов от Арлены, но почему-то без обуви.

Хочу что-то жрецу сказать и вдруг чувствую, что не могу пошевелиться.

Это его колдовство — оно здесь. Нечто невидимое, но совершенно реальное крепко меня держит.

Я хочу закричать, ужасно хочу пожаловаться, но... это нечто словно ласкает и целует меня во всех местах одновременно.

Не пропуская ничего. Оно, как вода. Трогает все...

Мягко и упоительно нежит мне губы и шею. Ласкает мои плечи.

Бесстыдными касаниями сводит с ума соски, дерзко проступающие сквозь ткань платья.

Ткань колдуну абсолютно не мешает.

Неро следит за мной с мрачной полуулыбкой. Ему явно нравится эта полная сумасшедшая власть надо мной.

Он слегка приподнимает бровь, и касания становятся еще интенсивнее, но еще нежнее.

Находят правильный ритм и темп.

Они, как расплавленная страсть. Дразнят и возбуждают.

Так, что невозможно терпеть.

Мои ноги подгибаются, а бедра лижет живой огонь.

Он подбирается туда, где ощущения сильнее всего.

Невыносимо сладко.

Мне дико, безумно стыдно. Я абсолютно беспомощна.

Я даже слова сказать не могу... не хочу.

И чем я больше смущена, тем сильнее эти ярчайшие ощущения.

Я изнемогаю... и кончаю у Неро на глазах, больше не в силах терпеть эту острейшую пытку.

Неро порочно улыбается, и я слышу его мысленный голос:

— Жду тебя в храме, лодочница. Очень жду.

Нервное напряжение сводит меня с ума.

Я еле дожидаюсь, когда Арлена наконец позовет меня на тренировку.

Увижу Неро, убежусь, что он самый обычный гад.

И только тогда успокоюсь.

***

Впрочем, прицельно проверять, собирается ли Неро поймать меня в чувственную ловушку или нет, я не планирую.

Мне слишком страшно.

Мы заседаем у меня в комнате с Найрини и Ви.

Найрини предупреждает:

— И все-таки будь осторожнее, Ари. Эта твоя Арлена очень скользкая. Мы-то с Ви знаем правду, но и то подкопаться не смогли. Мало ли во что она тебя впутает. А еще говорят, что Дар жрецов Сантоса вызывает безумие!

— Ну, сама Арлена без Дара. Погоди, жрецы что, психами становятся? — и Неро уже того, чокнутый?

— Да нет же! Не они становятся. У этого Дара просто какие-то особые свойства. Его владельцы как бы подсаживают на себя. Конечно, это просто слухи, мало ли что рассказывают влюбленные. Но ты знаешь: всем официально женатым эльфам в храме присутствовать нельзя.

— Это значит... Если главжрец даже признается мне в любви, то все равно никогда на мне не женится? — я потрясенно замолкаю.

Я абсолютно не хочу замуж за Неро.

Просто эти странные сны. Страхи мамы. Моя тревога...

— Да, Ари. Он может в чем угодно тебе признаться, но за этим ничего не последует. Жрецу жениться нельзя, иначе он все потеряет. Потому будь с ним ооочень осторожна. Наставница хочет на тебе заработать, тут понятно. А главжрец — все, что он может от тебя хотеть — поиграть с тобой.

— Я сама с ним поиграю, вот увидите. Теперь, когда я такая красивая, я чувствую себя еще увереннее!

— Хорошо бы так, Ари... Это твоя жизнь... Никто не может тебе запрещать. Но знать правду ты должна, особенно раз теперь все стало так серьезно. Теперь тебе сложно не быть жрицей, с этой-то хваткой Троюродной...

— А сколько там платят за праздники? Оно хоть стоит нервов? — это Ви.

— Пока не знаю, Вирини. Скорее всего, от уровня праздника зависит... Я так думаю.

На закате мне приходит мысленное сообщение от наставницы: «Дорогая, завтра в полдень жду тебя в храме, вот здесь. Оденься для танцев и обуйся поудобнее. Юбку подбери такую, чтобы ноги в ней не запутались. Это важно. В зале ты будешь одна, особо не наряжайся».

Это своего рода искусство.

Когда ты не умеешь творить себе любую одежду из энергии, приходится одеваться с учетом поводов, но так, чтобы тебя не видели на мероприятиях в одном платье дважды.

Знать, которая создает что угодно по щелчку пальцев, этого не поймет.

Арлена обмолвилась: «Отдельные вечера для бедняков мы не делаем, это лишено всякого смысла. Они копят на билет и приходят, если могут. Потому в основном приходит состоятельная публика, и мы рассчитываем на их вкусы. Бедняки ходят на публичные праздники на открытых площадях, но и там нужно стараться... Там-то тебя видят все. Хорошая жрица каждое мгновение думает, как блеснуть перед потенциальными гостями».

Ну да. Жизнь артиста — всех развлекать.

И мне никто пока не объяснил, как именно это делается.

Что принято, а что не очень.

И самое жуткое и волнующее: замешан ли в праздниках секс.

Ежедневно я понемногу тренируюсь в телепортации. Не так просто избавиться от старого страха.

А теперь надо учитывать и новую внешность, и новые одежды.

Три для пролетают абсолютно незаметно.