Глава 5
Тэйл
- Мог хотя бы спросить разрешения, - заметила Иннельда с нечитаемым выражением лица. - Конечно, я понимаю, что она тебе понравилась больше, - и тут она усмехнулась.
- Мы только танцевали! - не сдержался я. - Ничего такого!
Потом понизил тон, понимая, что сорвался от чувства вины.
- Простите. Нужно было спросить, конечно. Я сделал только хуже?
- Да, - хищно улыбнулась она. - Теперь я очень хочу кого-нибудь убить, и очень советовала бы тебе исчезнуть на денёк, пока не успокоюсь.
- Так ведь для этого я здесь, да? - улыбнулся я.
- Для этого ли? Хочешь спину в лоскуты? Тэйл, уйди, не зли меня! Я знаю, что наказание не соразмерно поступку, потому и предупреждаю!
- Зачем ходить вокруг да около? - посмотрел я ей в глаза. - Зачем бегать от правды? Ну, давайте, я узнаю самое страшное, что меня ждёт.
- И долго не сможешь сесть, и даже лечь на спину! - хищно сощурилась она.
Но я-то теперь понял, что она зачем-то сдерживала себя с самого начала, а сейчас все эмоции вырвались. Если мне не все равно, что она чувствует, то нужно пережить этот гнев один раз. Да, одного раза точно хватит нам обоим...
- Хорошо, давайте покончим с этим сразу, - спокойно ответил я.
- Ну, если ты так хочешь... - с предвкушением улыбнулась она. - Мне тут вскользь рассказывала наша общая знакомая - госпожа Мэйри - о крапиве. Не на тебе, случайно, она ее пробовала?
- Нет! - поперхнулся я. - Какая крапива?!
А сам смутно начал вспоминать, что было что-то связано с крапивой, кажется, ее Лекс собирал. Большая выдумщица госпожа Мэйри, как оказалось! Да и моя госпожа - тоже.
- Ладно, самой мне не по статусу этим заниматься, тебя послать - вопросов будет много. А если служанку отправить - они вообще языки потом от любопытства сотрут. Обойдёмся простыми и добрыми розгами.
***
Дьявол! Больно. Я думал, что попробовал все, или почти все, но розгами меня не стегали. Причем, от души и с удовольствием. Страшно не было, я не думал, что убьют или искалечат - все же, это не кнут.
Нет, вру, было страшно - что не выдержу, заору от боли. И боли я, как оказалось, все равно боюсь. И ненавижу ее. Зря согласился... Нет, опять не так сказал: зря я подумал, что вытерплю боль, которую захочет причинить Иннельда, и потом у нас с ней что-то получится. Потом я смогу получить удовольствие...
Видимо, не смогу. Буду снова ожидать этой боли. Ну, впрочем, это были только мои фантазии: о том, что «она меня поймет, и я сделаю так, что ей понравится просто заниматься любовью»... Ну, размечтался, с кем не бывает. Такой большой эльф, Тэйл, а все ещё в сказки веришь.
Но на леди Иннельду я не в обиде. Она предупреждала.
Иннельда
Рука устала. Я увлеклась. Эльф... эльф терпел. Не нужно было этого делать? Но тогда я бы сорвалась на нем позднее.
Тэйл держался. А я поняла, что не получаю от этого удовольствия. От его боли я совсем не получаю удовольствия. Потому что ничего плохого он, конечно, не сделал. Сестра и сама бы никогда не выбрала «порченного», она слишком правильная. Это хорошо, ведь кто-то из семьи должен блюсти традиции. А Тэйл... думаю, Тэйл отказал бы любой, даже если бы его заставляли. Даже если бы соблазняли.
Я ведь ещё при разговоре посмотрела в его красивые, понимающие, какие-то уверенные, а не бегающе-лживые, глаза, и поняла, что сама придумала его подлые мотивы.
Но все равно ситуация бесила меня до крайности, искала выхода. Я могла бы уйти, и потом разбить руки об стену, вымещая злость и неуверенность в себе. Я ведь сделала попытку пожалеть, предложила ему уйти... Но он не ушел, он провоцировал меня, хотя и мягко, и, кажется, специально. Пробовал мои пределы?
Я сделала ему больно, но даже не поняла, стало ли легче мне самой. Кажется, легче только в одном: я поняла, чего хочу.
***
- Живой? - спросила я, заходя в комнату.
Тэйла после порки я отправила тайным коридором, точнее, просто закрытым от прислуги и остальных ходом, в его комнату.
Сейчас он стоял спиной ко мне, глядя в окно. Спина являла собой живописное полотно, раскрашенное алыми полосами на розовом фоне воспалённой кожи. Конечно, никаких кровавых рубцов - я же не палач и не мясник! Но оказалось, что у него очень нежная кожа, которая потом выглядит ещё хуже, чем сразу, после ударов. Наверное, и чувствительность сильнее, чем у человеческих мужчин...
- Жалеешь, хочешь на волю? - не смогла удержаться от смешка. Только смех был не издевательским, и мы оба это знали. - Отпущу, когда чуть-чуть подлечу.
При моих первых словах Тэйл повернулся, но вежливо молчал. Или попросту не знал, о чем разговаривать. Но сейчас он улыбнулся:
- Живой. Я помню, что мог отказаться, но решил узнать все до конца.
- Спина выглядит хуже, чем я думала, - по-деловому заметила я. - Хотя в любом случае я принесла мазь, не хочу продлевать боль. Ложись... нет, проще будет, если ты встанешь лицом к шкафу, быстрее тебя намажу. Не поднимай сильно руки, я знаю, что тебе от этого больно!
Тэйл бросил на меня непонятный взгляд, а потом подошёл к платяному шкафу, стоявшему у стены, и облокотился на него, поворачиваясь ко мне спиной.
Мазь охлаждала горячую кожу, и я знала, что она хорошо снимает боль. И раны тоже залечивает, и ушибы. Он дал мне выместить гнев, но за это я хотела как-то отблагодарить.
- Легче? - спросила, чтобы хоть что-то сказать, услышать его голос.
- Легче, спасибо, - ответил он с каким-то даже удивлением. - Я и не знал, что есть такие снадобья.
- Секретный рецепт, - улыбнулась я. И немного спустила его штаны, обнажая красивые, манящие мужские ягодицы. Повезло с красавцем-эльфом, который выполняет все желания!
- Эй, ой, зачем?! - дернулся он. - То есть, простите, это зачем?!
- То есть, пороть можно, а потрогать нельзя? - расхохоталась я, вдруг приходя в хорошее настроение. - Тэйл! Ты чудо!
- Ну, я думал, что вам будет неприятно, - буркнул он.
- Мне очень даже приятно... - массировала я упругие половинки, чувствуя, как сжимаются под кожей и моими ладонями его мышцы. Сдерживается?
- А тебе неприятно? - добавила в голос наивности, обиды и удивления.
- А... ммм... не нужно... Или нужно! - вдруг повернулся он, сверкнув зелёными глазами. - Издеваетесь?!
- Солнышко, давай без «госпожи» и на «ты», - засмеялась я. - После всего, что между нами было... а моя рука до сих пор на твоей заднице! Как ты думаешь, я издеваюсь?
И тут он заметил, что штаны-то сняты с бедер, он их придерживает машинально, вот только мне видно, как он реагирует на мои «издёвки»! И вряд ли Тэйлу нравится вот этот намек на унижения, ему нравится то, что делаю я, когда дотрагиваюсь.
- Тэйл, можешь не отвечать, но когда у тебя последний раз было... по любви?
Тут он поперхнулся, и демонстративно (или стеснительно?) отвернулся, уткнувшись лбом в деревянную дверцу шкафа.
- Вот если бы не добавили «по любви», я бы ещё мог вспомнить, - вздохнул он. Я заметила, что он продолжал вежливо обращаться ко мне, но не стала настаивать. Значит, ему самому так нравится. - У госпожи Мэйри ничего не было, хотя я вначале честно попытался ее соблазнить. Она была лучшей из всех, с кем меня сталкивала судьба, - усмехнулся он.
- Смешной ты, - заметила я, с удовольствием поглаживая его спину. Припухлости спадают, отлично, но кожа всё ещё чувствительна. Но мне это и нравится.
- Не ругай сестру, она все рассказала мне, - вдруг ответил Тэйл. - Я никому не передам это.
- Все, кому интересно, и так знают, - вздохнула я. - Тэйл, в такой момент... ты специально?!
- Нет, - ответил он, улыбнувшись краем рта: - Я всегда что-то вовремя делаю, да?
- Ага, и как ты только дожил до своих лет!
А потом я перестала отвлекаться на слова, потому что, кажется, поняла: он много говорит, потому что нервничает. И, кажется, даже боится.
- Сейчас самое время? - дунула я ему в шею, подойдя поближе. - Чтобы если не по любви, но хотя бы по желанию? Ты же не подумаешь, что обязан мне подчиняться и в этом?
- Ответьте мне, пожалуйста, - неожиданно начал он совсем про другое. - Вы презираете меня? После всего, что со мною было? Жалеете?
- А ты меня презираешь? - вопросом на вопрос ответила я. - Ты ведь тоже кое-что узнал...
Тэйл молча и с улыбкой покачал головой, глядя на меня своими невозможно красивыми зелёными глазами.
- Жалею тебя, ты абсолютно прав. После того, как узнала твою историю - жалею. Но знаешь, о чем жалею? О том, что не должно все это случиться с тобой! Я бы пожелала подобную судьбу подлецу, трусу, какому-нибудь жестокому эльфу, но не тебе. Ты появилась благородство, и до сих пор за это страдаешь.
- Я уже сам распоряжаюсь своей жизнью, - ответил он. - Но не уверен, что делаю это правильно.
Но это я, похоже, сделала все неправильно. Это чувство неправильности смутно беспокоило все время, как Тэйл сделал свое предложение, от которого совершенно невозможно было отказаться.
Я только сейчас поняла, ЧТО было неправильным: мне не нужно было доказывать ему, что я сильная, могу играть чужими жизнями. Именно с ним можно позволить себе быть нежной. Он бы понял. Он бы не посчитал меня слабой, не достойной уважения.
Наверняка ведь все были уверены, что, если отдать в мою власть эльфа, то я просто буду над ним издеваться. Может, я и сама когда-то так думала, вот только представляла себе при этом надменного блюстителя традиций, глядевшего на "не таких" с презрением.
А вот того, кто сам доверился мне, сам все позволил, не жаловался на грубость или боль, мне вдруг захотелось наградить. Наградить лаской, уж как умею! Я не говорила, что я - великий гуру любви.
- Тэйл, ты такой красивый! - честно сказала я, перебирая темные пряди. - А знаешь, что не так давно вот таких, как ты и я, считали неправильными эльфами, и презирали. Считалось, что настоящие эльфы - это светловолосые, сдержанные в эмоциях. Я бы со скуки с таким умерла! - фыркнула я.
- Я бы тоже, наверное, - потерся он о мою руку, изогнувшись. - Меня бы все равно в это общество обратно не приняли. Да и наплевать на это!
- Не нужно в другое общество, ты мне здесь пригодишься!
Я снова погладила его спину, потом наклонилась, дохнула на поясницу. Если бы не мазь, я бы лизнула его кожу, попробовала на вкус...
- Послушай, если ты ляжешь на спину, будет очень больно? Или отложим все до лучших времён? - спросила я.
- Нет, не будет мне больно! - вдруг сверкнул он глазами, как темная пантера на охоте. - Уж эту маленькую неприятность я переживу! Если бы не ваше... твое прошлое, я бы сказал, что не отпущу тебя, пока не докажу, что хочу любви, и готов подарить тебе свою. Но сейчас так шутить я не буду.
- Сейчас можешь пошутить, я тебе доверяю, - ответила я. - И не боюсь.
Последние слова я добавила, понимая, что первый раз признаюсь в своих страхах. И Тэйл прекрасно меня поймет.
- Только я могу простыни испачкать мазью... - успел сказать Тэйл перед тем, как я шутливо опрокинула его на кровать.
- Ничего, постирают! - широко улыбнулась я. - Пусть это будет самой большой нашей проблемой.
Я сейчас не хотела ни причинять боль, ни срывать плохое настроение - настроение было отличным! Как я могла подумать, что Тэйл за моей спиной будет оскорблять меня изменой? Я сама дурочка.
Кожа у него нежная, гладкая, чуть-чуть солоноватая. От поцелуев и моих прикосновений Тэйл вздрагивает, закрывает глаза, потом широко их распахивает, и беспомощно стонет. Я целую его грудь и живот, а потом возвращаюсь к губам. И сама начинаю расстёгивать мелкие перламутровые пуговички своего наряда, проклиная этот фасон. Надо было надеть тот, что можно сорвать одним махом!
И тут Тэйл, открыв глаза, понимает причину промедления, и, лукаво улыбаясь, накрывает мои пальцы своими. И начинает расстёгивать мое одеяние сам. Он расстёгивает пуговицу за пуговицей, время от времени нежно целуя мою открытую шею, а потом и обнажающуюся грудь.
- Ты сам жестокий! - смеюсь я, просто поднимая юбку, после того, как он расстегнул корсет. - Сейчас порву твои штаны!
Он очень по-мужски смеётся, и мы, наконец-то, соединяемся тело к телу.
- Как долго у меня не было мужчины, которого я бы так хотела! Может, и никогда не было...
Да, того, которого я бы так хотела, и который так мне подходит. Он действует бережно и осторожно, но напористо. Мне не нужно бояться, что придется его остановить, что мне не понравится, или, наоборот, удовольствие получит только он. Первой взлетаю куда-то ввысь и проваливаюсь в омут небывалого блаженства я, а потом за мною следует Тэйл.
Ни один «правильный» и «достойный» эльф никогда не давал и не даст мне таких незабываемых ощущений.