Глава 8

Тэйл

- У меня есть своя земля, есть верная мне охрана, мои воины, - задумчиво говорила Иннельда. - Кто-то из них уже хочет завести свои семьи, но в замке для них нет места. Свое поселение, мои порядки - я тоже хочу так жить. Хватит кочевать по дорогам!

- А для меня есть место на этой земле? - спросил я.

Я знал ответ, точнее, надеялся, что все правильно понял, но все равно сердце замерло.

- Кажется, я только с тобой и задумалась о своем доме, - мягко и как-то ожидающе улыбнулась она.

Неужели все мои скитания были не зря? Неужели я не ошибся, когда ушел от госпожи Мэйри, и решил найти свой путь?

Только хотел ответить ей что-то, чтобы Иннельда поняла, как я это ценю, только хотел подобрать правильные слова, и тут на горизонте показалось облако пыли.

Мы с моей любимой (в мыслях я мог ее так называть без боязни) ехали сейчас вдвоем. Немногочисленная охрана сопровождала обоз. Оставив у госпожи Мэйри свои подарки, мы не смогли отказаться от ответных даров, да и потом по дороге прикупили на ярмарках много нужных товаров. Пригодятся в новой жизни, в своем городе! Обоз сейчас шел другой дорогой, и вся охрана была там.

Мы срезали путь, поскакали налегке вперёд, туда, где не прошли бы телеги. И повстречался нам явно не другой обоз...

- Успеем скрыться? - взглянул я на свою спутницу. Может, это и трусость, но вдвоем нам не выстоять против чужого отряда.

Однако я сам уже знал ответ, и Иннельда его подтвердила:

- Не успеем. Их много, кони свежие, быстро идут. Кто бы там ни был, это враги. Наших отрядов здесь нет, я не слышала о них.

Все же была слабая надежда, что это кто-то из дружественных эльфов, или, хотя бы, отряд нейтральных нам людей. Но...

- Демоны! - выругалась вглядывавшаяся вдаль Иннельда. - Нет, не демоны, конечно, но ещё хуже. Разбойники. Отряд Рарога Рыжего, у него носят хвосты на шлемах.

- Ускачем? - ещё раз предложил я, разворачивая коня. - Стоять и ждать - нет ничего хуже. Или драться будем!

- Драться до смерти! - решительно сказала моя воительница. - Заберём в подземный мир столько врагов, сколько сможем.

Ну, что ж... не такой и плохой конец. По крайней мере, вдвоем.

И вдруг Иннельда сказала:

- План. Есть план. Сейчас слушай меня, и не спорь. Но спрячь кинжал так, чтобы сразу не нашли - может быть, нам придется уйти самим, если не выйдет... Меня эта рыжая тварь знает. И знает слишком хорошо, тут только смерть. А вот тебя он не знает. Сыграем на его слабостях. Ты сделаешь вид, что захватил меня в плен, что ненавидишь меня, и у нас личные счеты. Может быть, главарь удовлетворится моим унижением. И у нас всегда остаётся первый план - все умрут. Все, нет времени! Вяжи мне руки, вот ремень, и на шею тоже удавку! Так, я делаю вид, что сопротивляюсь, и потому мы не успели ускакать.

***

- Гляди-ка, какую добычу этот эльф поймал! Не отдашь мне ее? Я давно за этой красоткой гоняюсь!

Если бы не рыжие волосы и борода, я бы решил, что главарь разбойников - матерый орк. Или помесь тролля с орком - из того племени, где тролли лесные, здоровенные. Однако цветом кожи и чертами лица главарь напоминал человека. Худший вариант этой расы...

Ну, моя спасительница, пусть все боги нам помогут, чтобы этим обманом я смог отдать тебе долг жизни!

- Это моя добыча, я сам долго гоняюсь за этой эльфийкой, - ответил я, старясь сохранять на лице самое злобное и торжествующее выражение. - Есть унижения, которые не прощают, и смывают кровью... или слезами! Женскими слезами!

И я загоготал, понимая, что сейчас от моей игры, от того, поймаю ли я правильный настрой, зависит все. Я должен доказать, что я - худший кошмар для красавицы-эльфийки, для гордой воительницы. Что будет дальше - не знаю, и готов потом жизнью искупать все те мерзости, которые придется о ней сказать и сделать. Главное, чтобы у нее осталась эта жизнь, и чтобы мы вырвались из ловушки.

- Отметим твою удачу вместе? - остро взглянул на меня рыжий главарь.

Демоны... либо этот мерзавец догадался о нашей игре, или просто начал что-то подозревать, либо ведёт свою собственную игру. Возможно, он хочет напоить меня, возможно, как-то по иному усыпить бдительность. Странно, что эта банда не попыталась зарезать меня сразу. Может, пытаются сохранить видимость справедливости и разбойничьей удали?

Надо воспользоваться этим.

- Я очень спешу, нет времени где-то задерживаться, - сделал я попытку.

- Ты не уважаешь нашего вождя?! - заревели спутники разбойника.

- Что же, если меня накормят и напоят за его счёт, готов следовать за вами!

А что я должен был сделать? Будем действовать по ситуации. Выхватывать сейчас оружие - чистое самоубийство.

***

Разбойничье логово. Когда-то в подобном месте я был в роли вещи, игрушки сильных, трофея победителей. Сейчас... сейчас всё ещё хуже, потому что со связанными руками Иннельда. Правильно ли мы поступили, когда не попытались ускакать, или просто умереть в сражении?

Демоны, я не готов брать на себя ответственность за смерть любимой! По крайней мере, без попыток хоть что-то придумать, вырваться из этой ситуации. Ещё не всё пропало, я верю.

Никогда не хотел увидеть женщину на коленях, никогда! Даже если бы оговоренный месяц или иной срок я бы платил за спасение нашего города Иннельде самыми унизительными способами, я бы не хотел потом видеть ее на коленях!

Есть те, кого я ненавижу, есть те, чье предательство никогда не забуду, но это точно не она.

Конечно, мы с ней всё ещё играем роли. Удастся ли спастись... удастся ли мне спасти ее? Я уже принял решение: в случае провала я отвлекаю разбойников, и даю ей возможность скрыться. Но как заставить ее бросить меня?! Надо было отвлечь погоню ещё в тот момент, когда мы их заметили. Но, опять-таки, Иннельда бы не согласилась пожертвовать моей жизнью...

Женщина, которой я обязан жизнью, стоит на коленях позади, когда я пью с разбойниками, и гоготом поддерживаю их шутки. Роль «эльфа с большой дороги» мне, надеюсь, удается, потому что другого выбора нет. Усыпить бдительность, и потом просто уехать «с добычей» - с Иннельдой? Получится ли? Поверят ли? Но уже поздно думать, какое решение было бы правильным, нужно спасаться из той ситуации, которая существует.

- Может, всё-таки дашь попользоваться красоткой? - показывает крупные кривые зубы главарь. - А я тебе лично отвалю свою часть добычи!

- Она - только моя, после ваших игр от красоты уже ничего не останется, - цежу я.

Сам тем временем оглядываю шатер, надеясь, что делаю это незаметно: у кого какое оружие, как охраняют выход? Я ни в чем не уверен: не уверен, что со мною самим не играют, и не отберут «добычу», пользуясь численным превосходством.

Может, главарь смеётся про себя, зная, что сейчас получит две строптивые игрушки: и Иннельду, и меня. Что же, тогда мы действуем сообща, и забираем с собой к демонам столько этих ублюдков, сколько сможем. Значит, суждено нам так жизнь закончить...

Да, в благородство разбойников я не особо верю, и то, что мне показали их стойбище, тоже не прибавляет оптимизма: свидетеля могут убрать. Скорее всего, они захотят меня убрать.

Когда же закончится этот проклятый пир! Я пью отвратительное пойло, радуясь, что на эльфов оно почти не действует, но при этом каждое мгновение помню о том, что моя любимая сейчас в этом унизительном и опасном положении. Если кому-то из разбойников снесет голову от близости красивой непокорной женщины, то... нужно будет действовать первыми!

Душный спертый воздух, разгоряченные немытые люди и нелюди. В разбойничьих ватагах всегда собирается всякий сброд. Они выпили уже столько, что пора бы отвалиться и пойти на боковую, дав нам свободу маневра... но нет, все ещё заливают в себя пойло.

Рыжий главарь пытается, как будто ненароком, зацепить Иннельду то за плечо, то за талию, и я пытаюсь хладнокровно решить, сколько ему можно позволить, прикидываясь пьяным. Потом я готов служить моей любимой куклой для битья за весь отвратительный мужской род - за эльфов, орков, вот таких людей. Только бы у нас было это «потом»!

И тут сдвинулась шкура, которая прикрывала вход в шатер, и вошёл кто-то новый. Демоны, откуда же они тут ещё берутся!

- Веселье в разгаре! - хмыкнул вошедший. - Я торопился, чтобы не пропустить.

- А, друг, заходи! - заплетающимся языком радостно позвал вошедшего вождь разбойников.

Или этот проклятый рыжий главарь не так пьян, как мне хотелось бы надеяться? Да, он вполне ещё контролирует происходящее, не нужно его недооценивать.

Как жаль, что столько лет я был игрушкой, а не бойцом, даже «бойцовой куклой» - успел бы набраться полезного опыта, лучше бы оценивал ситуацию.

Но вот лицо вошедшего кажется смутно знакомым. Тоже эльф, только полукровка, и...

«Этих беляночек ведите туда, их мы продадим дороже. Есть у меня покупатели на принцессочек высших рас!»

Когда меня, словно мечом по голове, шарахает этим воспоминанием, я вначале не верю. Столько лет прошло! Это просто дрянной алкоголь и опасная ситуация, вот и всплыли такие воспоминания.

- Вождь, тебя можно поздравить: вон, какую красотку вы поймали? - сразу обратил внимание вошедший на единственную женщину в шатре. Чтоб он ослеп и обезножил, принесли же демоны!

- Это не моя красотка, хотя я не теряю надежды выменять ее! - усмехнулся главарь.

А я все больше начинаю понимать, что просто так нас не отпустят. Кажется, этот рыжий Рарог со мной просто играет. Но тут вошедший обратил внимание уже на меня:

- Ба, да это же старый знакомый?! Мне не изменяет память, это он! Что, Тэйл, перешёл на правильную сторону? А когда это ты успел освободиться?

- Ты его знаешь? - остро блеснул совсем не пьяными глазами Рарог.

Значит, не ошибся я, и тот гнусный подонок из моего прошлого вернулся. Конечно, где же ему быть - только в банде разбойников!

- Я давно успел освободиться, - скрипнул я зубами. - Сейчас сам по себе.

- Ну, сам по себе никто не бывает, всегда есть право сильного, - с предвкушением улыбнулся старый знакомец.

А вот теперь уже всё пропало, хуже уже не будет...

Тэйл

- Добычей надо делиться! - глумливо говорит Энтельстейн, этот позор эльфийского рода.

Да, я его вспомнил, вспомнил имя, вспомнил его методы.

Понимаю, что дальше медлить нельзя, и терять нам нечего. С приездом ненавистного "старого знакомого" все стало ещё хуже: подозрение просто читается на лице главаря, и только вопрос времени, когда попытаются связать меня: не тяну я на "правильного разбойника". Либо от меня потребуют доказать, как я могу унизить пленницу, и этого я тоже не сделаю.

И я делаю выбор. Иннельда, прости; надеюсь, живой выберешься ты. А если все пойдет совсем плохо, то оба и умрем. Попасть в плен снова я никому из нас не позволю.

- Нехорошо держать только для себя такую красоточку, - улыбается старый враг. - Либо всем, либо... давайте устроим поединок? Кто достойнее, тому и добыча достанется. Если наш эльф не поделится по доброй воле с вождем, значит, он его не уважает!

Провоцирует? Да, у нас много нерешённых вопросов осталось с этим мерзавцем. Будь я один, давно сражался бы с ним хоть и голыми руками!

Впрочем, сейчас все к этому и идёт. Я только надеюсь, что Иннельда воспользуется тем, что охрана отвлечется на поединок, и освободится от своих пут. Хотя и сам понимаю, что она меня не бросит... демоны! Надо победить, получается?

И тут вдруг тяжёлой удушливой волной накатывают страшные воспоминания: родные и любимые лица, безысходность, понимание, что все проиграно. Моя попытка выиграть жизнь и свободу для родных, издёвки победителей. Моя беспомощность, когда готов душу продать за их свободу... да хотя бы за то, чтобы просто отомстить!

И я впервые чувствую, как то проклятие, которое уже укоренилось в моей душе, от которого не было толку в плену, и которого я начал бояться в мирной жизни, вдруг оживает. Словно огромная охотничья птица, оно щелкает хищным клювом, внимательно оглядывает душный шатер, освещаемый всполохами пламени. А потом страшная птица неторопливо расправляет крылья.

"Всех, кто виновен в гибели моих родных; всех, кто повинен в мучениях мирных жителей, эльфов или просто людей! - шепчу я про себя. - Пусть они сами испытают на себе все муки, которые несли другим!"

Не только я чувствую неладное: разбойники начинают недоуменно оглядываться.

- Проверь охрану, не проспали ли они кого, - хмурится главарь, посылая наружу своего подручного.

Поздно. Вы все проспали уже. А теперь, надеюсь, будет не вечный сон, а вечные муки!