ГЛАВА 20

POV Брэндан

На меня смотрел отец и брат в одном лице. Таким Джонатан выглядел на старых фотографиях, и уже тогда я знал, что Бастиан не просто похож на него, он абсолютная его копия. Каждый раз, когда я пристально рассматривал брата, я невольно ловил себя на мысли о том, кто я на самом деле.

Что я не такой. Испорченный. Бракованный. Проклятый.

И вот мой кошмар вернулся вместе с тысячами вопросов и болью. С разрывающим виски вопросом:

Во имя чего я терпел муки Адинбурга, если мой брат каким-то образом выжил?!

Но я же видел… видел, как он разбился на скале. Кровь вытекала из его головы. Там была ужасающая, смертельная высота. Вдобавок брата смыло волной. Он НЕ МОГ выжить. Разум отчаянно твердил мне, что это нереально, но глаза будто смеялись надо мной.

Брат был старше на восемь лет, но ни у кого в зале бы не возникло сомнений в том, что он и есть Бастиан.

Но вернувшийся из преисподней Бастиан убил меня не так, как новость, от которой у меня пересохло во рту и вспотели ладони.

— Девушка, известная здесь под именем Камелия. Прекрасный цветок, который я намерен оберегать и боготворить. В общем делать с ней все то, чего ты никогда не был достоин, - Бастиан с почетом поклонился Камелии. Моей Камелии, на которую он не имел никакого права так пялиться.

Она выглядела иначе. Гордая осанка и слегка опущенные вниз брови – примерно так она выглядела в миг, когда я впервые ее увидел. В каких-то лохмотьях, грязной, но упорно стоявшей на своем. С огнем в глазах и с силой в маленьких ручках.

Если бы я знал, что такое любовь, сегодня я бы влюбился в нее заново.

Я несколько раз замечал, что даже в таком скромном и закрытом платье на нее постоянно бросают взгляды.

— Камелия? Моя фаворитка, — мой голос охрип, я все еще не мог понять, что за бред несет призрак моего брата. — Принцесса Франции — моя невеста. Не знаю из какой дыры ты вылез, но ты явно путаешься в показаниях. Я согласен оказать тебе лечение. Но о короне ты можешь забыть. И для начала ты сдашь кровь.

Я пытался быть спокойным и хладнокровным. Ни в коем случае нельзя поддаваться панике и показывать всем, что этот лже-Бастиан представляет для меня серьезную угрозу. Но чувство, что из меня сделали дурака, прямо-таки дышало в спину.

— Пресловутая метка так называемой невесты — ни что иное как подделка. Любой мастер после небольшой экспертизы подтвердит это...на теле Камелии же эта самая метка есть, а если ты мне не веришь, спроси у нее сам. Кто она на самом деле?

Я перевел взгляд на Камелию. Настал мой черед погибать, гадая о чем она думает. Карие глаза еще никогда не были так глубоки и загадочны.

— Кто ты, свет мой? — снова задал вопрос Бастиан, подбираясь к ней ближе. Я хотел вцепиться ему в глотку, но обещание данное самому себе останавливало. Я не должен ввязывать Камелию во все это. Завтра же она отправится домой.

Свет мой.

Ублюдок.

— Я… — она вдруг потупила взгляд, будто что-то обдумывая. — Да, я не так давно узнала о своем происхождении, но я… не собираясь никому и ничего доказывать. Это мое прошлое, мои корни. Но я уже давно другой человек, и поэтому…

Меня затрясло от гнева.

— И ТЫ МОЛЧАЛА?! — не выдержал, схватившись за волосы. Боже, какой я идиот… такого плевка от судьбы я не ожидал. Черт, да как это может быть?! КАК?

— Не кричи на свет мой, — ухмыльнулся Бастиан, подмигивая Камелии. — Да, наверное, не очень приятно осознавать себя таким глупым, маленький Брэндан. Но факт остается фактом: твоя Скарлетт — мишура, самозванка, уж не знаю, кто ее к тебе подослал. Даю подсказку, он находится в замке. А я заявляю о своих правах на престол, — тут он взмахнул рукой, и в зал вошли люди в черных мантиях. Гребанные старики из парламента, едва скрывающие свои победные усмешки. – И о том, что Камелия, то есть принцесса Кенна, отныне взята под мою опеку и защиту. Я намерен возглавить Англию вместе с ней, если конечно она согласится. Свет мой, что ты скажешь на этот счет? – он подобрался к Камелии слишком близко и протянул ей свою мерзкую руку.

Звон в ушах, гнев и ревность затуманили мой разум, и через доли секунды я оказался рядом с Бастианом, и трясясь от гнева, схватил его за красный мундир.

— РУКИ-ОТ-НЕЕ-УБРАЛ! — отчеканил я, тяжело дыша.

Боже, что я делаю. Все смотрят. Сейчас моя чертова свадьба, которая разваливается, как я и мечтал. Но какой ценой. Бастиан просто вцепился в Камелию…

— Ваше Высочество, я к ней даже не прикоснулся. И в отличии от вас, я знаю, как нужно обращаться с женщиной. Поверьте, в моих руках она будет богиней. И то я совершенно спокойно предоставляю ее выбор. Одно ее слово, чтобы я прекратил и позволил бы тебе и дальше разрушать, и топтать ее душу — и я отступлю. Буду протаптывать дорогу к трону другими путями и без поддержки Франции..

Черт. Ублюдок знает, на что надавить. Все выглядит в совершенно не выгодном для меня свете. Камелия думает…

— Брэндан, отпусти его, он ничего мне не сделал, — я медленно повернулся к Камелии, мою голову било мелкой дрожью. Она отвела взгляд. — Все это время скрывала правду от принца и от всех… прости Мэридианна, — вдруг тихо вставила она, положив руку на плечо Мэри. Камелия встала из-за стола, сцепив руки в районе талии. — Потому что хотела узнать истинное отношение Его Высочества ко мне… звучит глупо, но своему королевскому прошлому я не придавала и не придаю значения. Отцу и матери на меня плевать — это факт, на случай если вы оба хотите шантажировать их, используя меня.

— Я думаю, ты ошибаешься, свет мой…

— Не перебивайте, — хладнокровно продолжила Камелия, и сквозь пелену ярости и обиды я в глубине души гордился моей девочкой. Какой сильной она была, аж дух захватывало. Черт возьми, если бы не весь этот гребанный народ в зале, я бы возбудился, как подросток. — Я не отказываюсь от вашего предложения, Бастиан. Я обещаю подумать. Брэндан, — она осмелилась посмотреть мне в глаза. Мне не верилось, что девушка, которая еще недавно хлебнула яда и кричала мне о любви, и эта гордая амазонка — один и тот же человек. — Теперь ты узнал, кто я на самом деле. Я вижу, ты пытаешься меня защитить, но поверь, это не произведет на меня никакого впечатления. Все это время, пока ты не знал, кто я на самом деле, я не была удостоена такой чести. Я выставлялась как товар… на потеху господ. Теперь, когда всем все известно, я останусь во дворце, чтобы поближе узнать вас, Бастиан.

Словами не передать, в каком шоке находились все гости. В какой-то момент я перестал обращать на них внимание, но после речи Камелии они оживились — кто-то не верил в происходящее, ссылаясь на странный спектакль, кто-то осуждал одного из нас. Кажется, один парламент был полностью доволен — они могли снова вступить в гонку за власть.

Я снова посмотрел на Камелию. Ледяное выражение лица скрывало все эмоции — девочка научилась этому у меня и теперь виртуозно мстит. Если я ломал ее без разбору и со свойственным мне сумасбродством, то она это делает изящно, переламывая по косточке.

Я ее ненавидел.

Я ее желал.

И я понял, что люблю ее, потеряв.

— Браво, решила отомстить мне, Камелия, — я испепелил ее взглядом, от чего она тут же быстро заморгала. — Скарлетт в темницу, – отдал приказ гвардии. – Твои условия. Напомни. Что нужно сделать, чтобы ты никого не тронул? Да только помни, что эти люди свидетели твоих военных действий и они никогда не захотят такого правителя.

— Мои условия, таковы: я живу в замке. Как наследник престола.

— И что ты хочешь этим сказать?! Гвардия принадлежит мне, никто не станет тебя слушать! НИКТО за тобой не пойдет!

— Я бы не был в этом так уверен, Брэндан. Я переманил на свою сторону часть твоих сторонников, и пусть дальше народ решает, кого они хотят видеть на троне. Но чтобы как-то проявить себя, я прошу у тебя три месяца, — он не просил. Он не оставлял мне никакого выбора. Бастиан затеял революцию и решил перевернуть все с ног на голову. Я был уверен, что все это можно как-то остановить, что он вовсе никакой не наследник… черт, все мысли путались.

Предательство Камелии сжигало изнутри, но я понимал, что по закону кармы, это было неизбежно. Она мстила и имела на это полное право.

Любила ли она меня, совершая такое предательство? Разумеется, нет. И это причиняло большую боль.

— Не знаю, кто ты и ЧТО ты, но я это выясню, — пригрозил Бастиану я, отпуская его. – Пока держишь моих людей на мушке, находись в замке. Я делаю это ради них. И держись подальше от Камелии… одно ее слово, что ты ей наскучил, и не пощажу собственную страну, отомстив за нее.

Я не знал, что будет дальше. Мой план подорвали вместе с фундаментом и корнем, оставив меня без крыши над головой. Я должен был контролировать все, а теперь я даже не могу считать себя полноправным хозяином в доме.

Все эти годы я считал себя убийцей. Шесть долгих лет я отбывал наказание на каторге… а теперь я вижу живого Бастиана и Камелию, которая оказалась, как и говорил Джейсон, не той, за кого себя выдает. Хотелось просто убежать. Далеко-далеко. Оставив Джейсону указания, я скрылся в толпе и через тайные коридоры замка отправился туда, куда ноги меня несли сами. В конюшню.

Находясь в полнейшем духовном и физическом оцепенении, я нашел загон Оникса, и глядя на своего коня, которого не видел восемь лет, скатился по задней стенке прямо на сухое сено.

Закрыл глаза руками. Мне хотелось просто побыть одному.

Люблю, люблю, люблю, люблю, люблю… (3303c)

Предательство Камелии разрушило меня. Но на этот раз я понимал, что я это заслужил. Теперь, когда в ее руках такая власть, я осознал, что я только пригубил ее яд. Самая ядовитая месть еще впереди.

И теперь мне остается только одно из двух: либо я верну свою женщину, поствлю на ноги страну и осуществлю свой план, либо потеряю все.

Включая смысл жизни.