Глава 32

После завтрака Айна снова поторопилась на крышу.

Нужно было осмотреть рану дракона, проверить крыло. Как бы бодро Арчибальд не размахивал с утра своими крылатыми конечностями, а всё же он был слишком серьёзно ранен, чтобы за одну ночь окончательно поправиться.

«Хотя, — вспоминала девушка, — порез на руке у Тьера затянулся за несколько часов. И от ран на запястье тоже очень быстро оставались лишь тонкие шрамы».

Так с мыслями о герцоге она и распахнула дверь на крышу. Её первой реакцией и стало:

— Тьер?!

Герцог стоял к ней спиной у зубчатого ограждения — высокий, стройный, широкоплечий — положив руки на каменный парапет. И ветер трепал его длинные волосы.

Несказанно обрадовавшись, что Тьер жив, расстояние, что их отделяло Айна буквально пробежала. Он не мог не услышать цокот её каблучков, но даже не шевельнулся.

— Тьер?

— Вы включили фонтан?! — и голос у него был такой удивлённо-восторженный, словно это было что-то невероятное.

— Фонтан?! — подошла поближе к ограждению Айна.

Серебрясь в солнечном свете, из-под фигурки амура, который с такой высоты казался крошечным, вырывались вверх и падали в каменную чашу тонкие струи воды.

— Фонтан! — воскликнула девушка и повернулась к де Ризу. Она совсем забыла, как сама вчера ждала, что фонтан включат. И она лично бы его ещё раз отмыла и даже собственноручно натаскала воды вёдрами, чтобы только ещё раз увидеть на лице у герцога эту счастливую улыбку. Обращённую к ней улыбку и взгляд, от которого у неё по телу побежали мурашки. И это был никакой не его драконий взгляд. Просто звучало в нём что-то… пронзительное. Жаль только слов этих она никак не могла разобрать.

«Господи, да что это со мной?» — пригладила она вставшие дыбом волоски на руках, когда де Риз, наконец, отвернулся.

— Собирайтесь, миледи, — сцепив за спиной руки, произнёс герцог. — Мы должны совершить небольшую поездку по окрестностям. И она займёт у нас несколько дней. А потом вы должны явиться во дворец.

— Для допроса? — ухнуло в пятки сердце Айны.

— Скорее, на слушанье вашего дела, — лицо де Риза снова стало непроницаемым.

— А как же Арчибальд?

— Уверяю вас, с ним всё в порядке. И, вашими стараниями, он быстро поправляется. Думаю, ему пойдёт только на пользу эта передышка.

— Хорошо, — кивнула Айна, ожидая ещё каких-нибудь пояснений. Но, судя по тому, как герцог снова уставился вниз, разговор был окончен.

Айна так давно не ездила верхом, что, когда граф де Вонн предложил ей выбор, с радостью согласилась на рыжего коня, приветливо обнюхавшего её руку и махнувшего хвостом.

Правда, переезжая через мост над пропастью, девушка слегка засомневалась, не погорячилась ли она, принимая решение ехать верхом, а не в карете. Даже несмотря на то, что справа от неё ехал де Риз, а слева граф, она нервничала, хоть и старалась не подавать вида.

К счастью, вся их неожиданно многочисленная колонна переправилась без происшествий. И дальше дорога пролегала по живописной долине с цветущими травами, позволяя насладиться и чудесными запахами, и шикарными видами.

Кроме конной охраны и карет, в одной из которых с комфортом разместились обе её служанки, их сопровождал повар и часть мужской прислуги, что скорее были взяты для приличия, чем действительно были нужны графу и герцогу, ведь в первую очередь они ехали в герцогство Одилон.

Айна точно знала, что ни Лотера, ни Лорины сейчас в замке нет, но всё же увидеть их родовое гнездо и, особенно, познакомиться с их отцом, представлялось ей важным событием.

— Вы знакомы с историей жизни Фуля де Одилона? — спросил Айну де Риз, пока они поджидали, когда их нагонят едва ползущие кареты.

— Нет, совершенно не знакома, — покачала девушка головой. — А вы?

— Во всех её пикантных подробностях, — усмехнулся он. — Если они не покоробят ваш нежный слух, могу рассказать.

— Буду вам искренне благодарна, — оставила Айна без ответа его лёгкий намёк на то, что она считает его плохо воспитанным грубияном.

— Что ж, — стал рассказывать Тьер, после того как убедился, что их колонна не слишком растянулась, и нагнал Айну с графом, едущих во главе. — Герцог Одилон был уже стар и успел похоронить двух жён, с которыми так и остался бездетным, когда ему пришла в голову мысль удочерить безродную сироту Генриетту Эрно.

— Королеву?! — повернулась к нему Айна, совершенно ошеломлённая.

— Да, — усмехнулся Тьер на реакцию девушки. — Даже фамилию Генриетте дали по имени реки, на берегу которой её нашла старая рыбачка. И к тому времени как добрая женщина скончалась, Генриетте исполнилось пятнадцать. Какими-то неисповедимыми причудами судьбы пути их пересеклись, и Фуль де Одилон привёз девочку в свой замок.

Граф де Вонн, покашляв, усмехнулся в свою бороду, но Тьер остался невозмутим, когда Айна снова перевела взгляд на герцога.

— Как выяснилось, к сожалению герцога, с точки зрения закона, возраст удочерения уже прошёл, а, чтобы жениться, нужно было дождаться, как минимум, совершеннолетия подопечной.

— Но девчонка всё равно осталась жить в замке, хотя и была там практически на птичьих правах, — пояснил лорд Тео.

— К слову сказать, — продолжил де Риз, — её это сильно не беспокоило. Тем более, жизнь, после рыбацкой хижины, теперь стала сытой и богатой. А понимая, какие перспективы ей сулит брак с бездетным старым герцогом, она и не собиралась препятствовать такому ходу событий и всячески старалась угодить своему будущему мужу.

— Но её планы чуть было не испортила начавшаяся война, — подхватил де Вонн, — Только и здесь сироте повезло — по причине возраста и полученного на прошлой войне увечья, когда вся страна во главе с королём отправилась защищать свои границы, герцог де Одилон остался дома.

Граф закашлялся, теперь уже серьёзно. Айна видела, как тревожно посмотрел на него де Риз, как мучительно сжались его зубы, правда, всего на несколько мгновений. Он быстро справился с собой и продолжил:

— Шли приготовления к свадьбе, когда младший из Контаров, Эдгард, неожиданно навестил герцогство Одилон. Эдгарду в ту пору было не больше двадцати и воевать его категорически не отпустила мать, обосновывая свой запрет тем, что, если король погибнет, у неё должен остаться хоть один сын, а у страны — наследник престола. В общем, история умалчивает — пленил ли сердце девушки сам крепко сложенный Эдгард Контар, или Генриетта воспылала чувствами к возможному королю, но старый Фуль де Одилон остался с носом.

— Но разве не благодаря его поддержке и обосновался на троне Эдгард Пятый? — удивилась Айна.

— Это случайно не птичка ли Грэсия вам нашептала эту сказочку на ночь? — подал голос граф.

— А разве это неправда? — повернулась к нему Айна.

— Чистая правда, — ответил за графа де Риз. — Другой бы на месте герцога обиделся, разгневался, чем обязательно впал бы в немилость у будущего короля, но только не хитрый Фуль.

— И может, не такой уж он и хитрый, но так поступить посоветовали его астрологи, — прокомментировал де Вонн. — Или предсказали чёртовы гадалки, которые в его замке не переводятся.

— Гадалки? — оживилась Айна, уже не зная, к кому же из мужчин обратить свой вопрос.

— Видите ли, моя дорогая, Энсийские горы славятся не только драконами, и синайскими рунами, но и древним племенем дранар.

— Дранарские гадалки! — воскликнула Айна, радуясь, что хоть об этом она знает. А ещё то, что с древне-синайского «Дра Нар» переводится как «духи грядущего» или «повелители предсказаний». В данном случае, видимо, «повелительницы».

— Совершенно верно, — кивнул герцог и показал рукой направление. — Вон там, у большого камня, как раз проходит тропинка к их селению.

Айна задрала голову вверх на осыпающиеся скалистые горы, но среди кучи наваленных у подножия камней девушка при всём желании не смогла определить, на какой из больших валунов показывал герцог.

— Говорят, они убивают всех детей мужского пола, — вмешался граф.

— Тео, не пугайте девушку, — усмехнулся де Риз, глядя как испуганно обернулась Айна, тщетно надеясь всё же увидеть ту козью тропу. — Хотя мужчин дранарцев действительно никто никогда не видел. Кто-то говорит, что эти женщины просто бессмертны, поэтому не нуждаются в продлении рода. Другие уверяют, что мужчин они держат в клетках, как зверей, и используют только для размножения. Но, думаю, правду не знает никто. И чужаков в свои владения они не пускают.

— А правда, что они до сих пор говорят на древне-синарском, а не просто используют для гадания эти руны? — очень волновала эта тема Айну.

— Говорят, они даже драконий язык до сих пор знают, — ответил де Вонн. — Но вы сможете сами у них это спросить. В замке у Одилона они не переводятся. Правда, в последнее время я встречаю там только одну.

— Чиис? — спросил де Риз, отклоняясь, чтобы увидеть де Вонна у Айны за спиной.

— Её самую, — согласился граф. — И — бьюсь об заклад, за последние лет семь она ничуть не изменилась.

— Но как же у старого Одилона тогда появилась новая жена и дети? — перебила их Айна, испугавшись, что её спутники сейчас начнут отпускать какие-нибудь сальные шуточки. Очень уж у графа был подозрительный взгляд.

— Когда мой отец погиб, — сказал Тьер, — Одилон предоставил будущему правителю поддержку Севера, забыв упомянуть, что рыцари должны оказать её не сыну короля, который у него родится, а младшему брату. Кстати, Тео, я только что подумал, — снова отклонился де Риз. — Жаль, что я не родился девочкой. Сколько проблем удалось бы избежать.

— Вот ни разу твоей матери даже мысль такая в голову не пришла, — улыбнулся граф. — К тому же уж что-что, а пол будущего ребёнка эти гадалки определяют безошибочно. Да, и вообще редко ошибаются, что уж греха таить. А уж сколько Кристель сделала для этих гадалок, — он тяжело вздохнул, — Всю жизнь она обо всех заботилась.

— Да, при каждом дворе есть гадалка, — перехватил поводья Тьер. — Только служить Эдгарду ни одна из них не согласилась. Даже беглые, даже из тех, что приручил Одилон.

— Наверное, у них были на то весомые причины, — многозначительно качнул головой де Вонн. А Айна, устав крутить головой как флюгер, уставилась на свои израненные пальцы.

«Надо будет мазью помазать», — потыкала она ногтем в воспалённую кожу.

— Простите, миледи, мы отвлеклись, — прервал её размышления де Риз, и девушка снова к нему повернулась. — В общем, Север до сих пор не простил Одилона. А тем временем во дворце не на шутку увлёкшийся не только самой Генриеттой, но и её ненасытными честолюбивыми планами, король с радостью принимал глав других держав, которые обещали ему всяческую поддержку. Там Одилон и охмурил младшую сестру Мартины, хотя рассчитывал явно на старшую. А может это был политический брак. Тем более, что Гиацинтария была повержена, а сила нашей армии не вызывала вопросов — мой отец дошёл бы, наверное, до самой их столицы и завоевал дерзкую страну, если бы не был убит.

Ровный голос герцога всё же дрогнул. Он замолчал. Правда, ненадолго.

— Кстати, миледи. Всё забываю у вас спросить. Это кольцо, — он показал на руку девушки, где красовался кроваво-красный камень. — Откуда оно у вас?

— Мне подарил его мессир Хьюго от имени короля, — посмотрела Айна на украшение на указательном пальце.

— Вот как? — удивился Тьер. — Я могу, конечно, ошибаться. Но оно называется «кровь дракона» и было найдено на одной из раскопок древне-синайской цивилизации. Оно принадлежало моему отцу, но, после его гибели пропало. Он даже на портрете изображён в нём.

Айна попыталась припомнить картину в галерее с изображением Брандо Восьмого, но, к сожалению, поняла, что запомнила только его глаза.

— Я с радостью его вам верну, — глядя на нахмурившееся лицо Тьера, Айна подумала, что он расстроился так же, как и из-за камеи. — Тем более, оно действительно на мужскую руку. Оно на мне едва держится.

— Нет, нет, миледи, вы неправильно меня поняли, — поднял Тьер руку в предупреждающем жесте, когда Айна попыталась снять кольцо. — Я просто подозреваю, что это — совсем не случайный подарок.

— А я просто уверен в этом, Тьер, — вмешался граф. — И то, что его сделали именно миледи Айне, тоже неспроста.

— И ты прав, потому что Гиацинтария мало того, что не воюет — она и не так слаба, как распускаются об этом слухи. А эта просьба о помощи — был только повод заманить меня на их территорию, не вызывая вопросов. Гугго предложил мне поддержку против Астарии.

— Лично тебе? — даже не удивился де Вонн.

— Ну, ещё миледи Айне, — показал рукой на девушку Тьер. — Видимо, как предполагаемой жене наследного принца, на которую они возлагали большие надежды.

Айна откровенно хлопала глазами, не понимая, она-то здесь при чём. Да, её отец вёл дела с гиацинтарцами. Презрев осуждение, он поставил экономические отношения выше политических. Но Юг всегда был богат, своеволен и неуправляем, ведь воевать на землях, кормящих целую страну, не позволил себе ни один правитель. Но это отец. А Айна…

«Эх, мужа бы тебе хорошего, — часто вздыхала тётя Черизет, когда осталась у Айны и за отца, и за мать. Айна подозрительно покосилась на Тьера. — А может, этот не так уж и плох?»

— И очень дальновидно, — восхитился граф, заставляя девушку прервать свои размышления. — Но откуда тогда Арчи едва выбрался живым? Кто изрешетил дракона как сито? Ты так и не сказал, где вас так.

— Не хотел быть голословным, — потёр свежевыбритое лицо Тьер. — Но чем дольше я об этом думаю, тем всё больше прихожу к мысли, что это была засада. Это случилось на сейде Асхин, где сходятся границы Фриталии, Гиацинтарии и Астарии.

Последнее он пояснил явно для Айны.

— И это был самый короткий путь из Гиацинтарии домой, — нахмурился Теодор де Вонн. — Если бы я сам выбирал место для засады, то выбрал бы именно это. И, если я правильно понял, стреляли с нашей территории.

— Да, Тео. Я уверен, что трёхгранные болты, что рассекли даже кожу дракона, были пропитаны ядом. Он и не позволял ране затянуться.

— Вы были бесконечно правы, миледи, когда сказали, что раны надо промыть, — обратился к Айне де Вонн.

И хотя она не видела в этом никаких выдающихся заслуг, Айне было приятно от того, как посмотрел на неё Тьер.

— Я крайне признателен, вы спасли мне жизнь, миледи, — поклонился де Риз.

— Вы мне тоже, милорд, — поклонилась Айна в ответ. — Так что, будем считать, мы — квиты.

— И всё же, ваша заслуга больше, ведь вы спасли две жизни, — улыбнулся герцог.

— Зато ваш вклад серьёзнее, вы пожертвовали своей свободой, — не сдавалась девушка.

— А вы искололи себе все пальцы, — усмехнулся он.

— А Арчи пришлось совать в рот всякую гадость, спасая меня от преследователей.

— Зато вы…

— Кхе! Кхе! — демонстративно перебил Тьера граф. — Не хотелось бы вмешиваться в вашу дискуссию, но боюсь, вы можете продолжать до вечера, а мы уже подъезжаем.

Айна вскинула голову и увидела впереди в долине белый и ажурный, словно отделанный кружевами, замок.