Глава 24. Бал-маскарад ублюдков

Подпольный аукцион эльфов-отступников, известный в узких кругах как «Золотая Клеть», располагался в нейтральной зоне между сияющим Верхним Городом и нашими грязными трущобами. Это было место, где изгнанные аристократы, коррумпированные чиновники совета и богатейшие преступники могли предаваться пороку, не опасаясь инквизиции.

Нам нужен был «Камень Эгиды» — древний кристалл, способный поглощать магию света и создавать мертвые зоны на лей-линиях. Идеальная затычка для отравленных артерий Нижнего Города. По слухам, сегодня этот артефакт должны были пустить с молотка.

Проблема заключалась в том, что Раэлара здесь знали в лицо, а меня могли узнать по моей хаотичной ауре и метке на шее.

Поэтому мы пришли в маскировке.

Я стояла в центре огромного бального зала, утопающего в декадентской роскоши. С потолка свисали люстры, сотканные из застывшего пламени, вокруг фонтанов с эльфийским вином кружились пары в гротескных масках. В воздухе висел тяжелый, дурманящий аромат опиума, иллюзий и похоти. Местные аристократы не просто танцевали — они прилюдно ласкали друг друга, пили кровь экзотических животных и заключали сделки на миллионы золотых. Атмосфера абсолютного, разлагающегося порока.

Я сделала глоток из хрустального бокала и скосила глаза на своего спутника.

Раэлар стоял рядом, небрежно опираясь о мраморную колонну. Иллюзия скрыла его лунное серебро волос, заменив их на вороново крыло. Фиалковые глаза стали карими, но даже в образе темноволосого наемника-полукровки он излучал такую хищную, подавляющую угрозу, что толпа инстинктивно огибала нас по широкой дуге.

На нем был строгий, идеально скроенный черный костюм, а вот на мне...

Чтобы сойти за высокооплачиваемую куртизанку элитного эскорта (идеальное прикрытие для спутницы темного дельца), я надела платье, которое Раэлар едва не сжег еще в мастерской.

Это был шедевр эльфийского ткачества, сотканный из алого шелка и магии иллюзий. Платье не имело спины — ткань заканчивалась где-то в районе копчика. Глубокий V-образный вырез спереди едва прикрывал грудь, а разрез на юбке открывал правую ногу до самого бедра. Оно держалось на мне буквально на честном слове и парочке заклинаний натяжения. Мою истинную метку скрывал широкий бархатный чокер с рубином, а лицо наполовину пряталась за изящной черной полумаской.

Я чувствовала себя невероятно сексуальной и опасной.

Раэлар же чувствовал непреодолимое желание кого-нибудь убить.

— Тот ублюдок в маске ворона смотрит на твою спину уже три минуты, — его голос, искаженный заклинанием изменения тембра, прозвучал у меня в голове по нашей ментальной связи. Он был пропитан такой густой, ядовитой ревностью, что я физически ощутила, как по моей коже пробежали мурашки. — Если он опустит взгляд еще на дюйм ниже, я вырву его позвоночник и сделаю из него ожерелье.

— Спокойно, владыка, — я мысленно усмехнулась, изящно поводя обнаженным плечом. — Мы здесь ради Камня Эгиды. Я наживка, чтобы отвлечь внимание охраны, пока ты сканируешь ауры продавцов. Работаем по плану.

— План был дерьмом с самого начала, — глухо рыкнул Раэлар, делая шаг ближе ко мне. Его рука по-хозяйски, жестко легла на мою обнаженную поясницу.

Его пальцы были обжигающе горячими. Я тихонько выдохнула, чувствуя, как от этого прикосновения низ живота мгновенно наливается тяжестью. Наша связь сделала нас гиперчувствительными друг к другу. Его ревность работала на меня как мощнейший афродизиак.

В этот момент к нам приблизился высокий эльф в маске золотого льва. От него разило дорогим вином и вседозволенностью. Это был один из тех изгнанников, кто сохранил свое состояние и считал, что может купить всё в этом мире.

Он полностью проигнорировал Раэлара и уставился прямо на мой вырез.

— Какая... изысканная жемчужина, — эльф облизнул губы, склоняясь ближе ко мне. Его бледная рука потянулась к моей шее. — Твой хозяин продает тебя на эту ночь, сладкая? Я готов предложить тройную цену. Твоя кожа так и светится.

Воздух вокруг нас мгновенно заледенел.

Музыка в зале продолжала играть, пары кружились в вальсе, но в нашем радиусе пространство сжалось в тугую пружину.

Рука Раэлара, лежащая на моей пояснице, сжалась так, что я чуть не пискнула.

Принц не стал доставать оружие. Он сделал один плавный шаг вперед, закрывая меня собой. Его рука молниеносно взметнулась вверх, перехватывая запястье эльфа в золотой маске.

Раздался тихий, влажный хруст.

Эльф открыл рот в немом крике. Раэлар сломал ему запястье в трех местах одним неуловимым движением, не привлекая внимания толпы. Тьма принца, невидимая для окружающих, тонким жгутом обвила горло наглеца, парализуя его связки.

— Она не продается, падаль, — прошептал Раэлар в самое лицо побледневшего аристократа. В его карих глазах под иллюзией на секунду вспыхнула первобытная, фиолетовая бездна. — Еще раз посмотришь в ее сторону, и я заставлю тебя сожрать собственные глаза. Пшел вон.

Он разжал пальцы. Эльф, скуля от боли и ужаса, схватился за сломанную руку и, спотыкаясь, растворился в толпе.

Я тяжело сглотнула. Аура Раэлара после этой короткой вспышки агрессии искрила так, что мне стало трудно дышать. Откат истинной связи прошел, но моя зависимость от его доминирования никуда не делась. Я посмотрела на его сжатые челюсти, на пульсирующую вену на шее, и поняла, что план летит ко всем чертям.

— Раэлар, — прошептала я, касаясь его груди. — Камень...

— К бездне чертов камень, — прохрипел он.

Он перехватил мою руку, его пальцы стальной хваткой сомкнулись на моем запястье. Одним резким рывком он дернул меня на себя и потащил сквозь толпу танцующих.

Мы юркнули в боковой коридор, освещенный лишь тусклыми магическими светильниками. Миновав пару дверей, Раэлар нашел то, что искал — глубокую, глухую нишу за тяжелыми бархатными портьерами, скрывавшую древнюю статую.

Он втолкнул меня в полумрак ниши. Задернул портьеры, отрезая нас от основного коридора. Звуки струнного оркестра и смех толпы стали приглушенными, но они все еще были здесь, всего в паре метров от нас.

Раэлар мгновенно активировал полог тишины, но он был слабым — сильная магия привлекла бы внимание стражи аукциона. Нас могли услышать. Нас могли найти в любую секунду.

И это осознание ударило мне в голову сильнее лучшего эльфийского вина.

— Ты с ума сошел? — горячо зашептала я, вжимаясь спиной в холодный камень стены. — Аукцион начнется с минуты на минуту!

— Я не могу там находиться, — Раэлар навис надо мной. Его иллюзия дрогнула, и на секунду я увидела его настоящие, серебряные волосы и пылающие черные глаза. Он тяжело, прерывисто дышал. — Я смотрю на то, как эти выродки пялятся на твое тело, и мой зверь сходит с ума. Я хочу убить каждого в этом зале.

Его руки легли на стену по обе стороны от моей головы. Он наклонился так близко, что наши губы почти соприкоснулись.

— Это платье, Ева, — прорычал он, и его голос вибрировал от невыносимого, собственнического голода. — Ты надела его специально, чтобы свести меня с ума. Чтобы я смотрел, как другие истекают слюной, зная, что трогать тебя могу только я.

Я вызывающе вздернула подбородок, глядя прямо в его темные глаза. Моя кровь кипела.

— А может, и так, владыка, — прошептала я, облизнув пересохшие губы. — И что ты собираешься с этим делать? Прочитаешь мне лекцию о морали?

Его ответным рыком можно было забивать гвозди.

Остатки самоконтроля древнего эльфа рухнули. Он обрушился на мои губы поцелуем такой дикой, первобытной ярости, что я едва не задохнулась. Его язык властно проник в мой рот, сминая любое сопротивление, подчиняя, забирая мое дыхание.

Его рука мгновенно скользнула по моей обнаженной спине, зарываясь в волосы на затылке и жестко фиксируя мою голову, не давая отстраниться.

Я ответила с не меньшей страстью, впиваясь ногтями в плечи его безупречного пиджака. Темнота ниши, близость врагов за портьерой, риск быть пойманными — всё это смешалось в коктейль чистейшего, бьющего по нервам адреналина.

Раэлар оторвался от моих губ, тяжело дыша.

— Я покажу тебе мораль, моя грязная ведьма, — прошипел он мне в шею, прокладывая дорожку влажных, кусачих поцелуев к ключице.

Его правая рука скользнула вниз, по моему бедру. Разрез на алом шелковом платье позволил ему мгновенно добраться до цели. Ткань взлетела вверх. Его пальцы жестко и безошибочно скользнули под кружевную кромку белья.

Я вздрогнула, с силой закусив губу, чтобы не вскрикнуть.

Он не стал тратить время на прелюдии — мы оба были взведены до предела. Одно резкое движение, звук рвущегося тонкого кружева, и я оказалась полностью открыта для него.

Раэлар подхватил меня под правое бедро, заставляя закинуть ногу ему на пояс. Моя спина вжалась в холодный мрамор статуи.

Он расстегнул брюки с такой скоростью, словно от этого зависела его жизнь.

Музыка в зале заиграла громче. Струнный аккорд взмыл к потолку.

И в этот самый момент Раэлар вошел в меня. Одним мощным, сокрушительным толчком до самого основания.

Из моего горла вырвался сдавленный, почти животный стон. Я уткнулась лицом в его плечо, кусая ткань его пиджака, чтобы заглушить звук. Разница между холодным камнем у меня за спиной и его обжигающе горячей, огромной плотью внутри меня была сводящей с ума.

— Тише, моя истинная, — хрипло прошептал он мне в ухо, хотя сам дрожал от напряжения. — Ни звука.

Он начал двигаться.

Это был жесткий, быстрый, бескомпромиссный секс. Секс хищников, зажатых в угол, ворующих удовольствие на вражеской территории. Каждый его толчок был коротким, но невероятно сильным. Он вбивал меня в стену, задавая рваный, агрессивный ритм.

Прямо за тяжелой портьерой, в полуметре от нас, раздались шаги.

— ...и я говорю ему, ставка в пятьдесят тысяч... — раздался пьяный голос какого-то аристократа, проходящего по коридору.

Я замерла, широко распахнув глаза. Ужас смешался с таким диким, простреливающим возбуждением, что внутри меня всё сжалось судорогой.

Раэлар почувствовал это. Его глаза в полумраке вспыхнули дьявольским огнем. Вместо того чтобы остановиться, он улыбнулся и резко, глубоко толкнулся вперед, идеально синхронизировав свое движение со спазмом моих мышц.

Я зажмурилась, слезы выступили на глазах. Мои пальцы вцепились в его волосы так сильно, что я, наверное, вырвала пару прядей. Я не могла кричать. Я не могла даже нормально дышать.

Шаги за портьерой остановились.

— Погоди, мне нужно прикурить, — сказал второй голос.

Чиркнуло огниво. Запахло дорогим табаком. Они стояли прямо перед нашей нишей. От них нас отделяла только полоса бордового бархата.

Мое сердце колотилось так, что, казалось, оно проломит ребра.

Раэлар прижал меня к себе вплотную. Его грудь тяжело вздымалась, но он не прекратил свои движения. Он начал двигаться с мучительной, садистской плавностью, задевая каждую нервную точку внутри меня. Он использовал нашу связь, посылая по ментальному каналу волны чистой, концентрированной похоти.

«Ты чувствуешь, как они близко?» — прозвучал его бархатный шепот в моей голове. — «Они даже не подозревают, что в метре от них владыка берет свою королеву. Ты моя, Ева. Только моя».

Я не выдержала. Искры моей хаотичной магии сорвались с пальцев. Мое тело выгнулось, натягиваясь, как струна. Экстаз ударил меня изнутри с такой силой, что мир перед глазами померк.

Я кончала молча, судорожно глотая воздух, содрогаясь в его руках, распятая между стеной и его раскаленным телом.

Раэлар зарычал — беззвучно, утробно. Его огромная фигура напряглась до предела. Он сделал три последних, сокрушительно мощных толчка и излился в меня, замирая, вжимая меня в холодный камень.

Аристократы за портьерой наконец докурили и двинулись дальше по коридору, смеясь над какой-то пошлой шуткой.

Мы остались одни.

Только звук нашего прерывистого, загонанного дыхания нарушал тишину ниши.

Раэлар медленно отстранился. Его иллюзия снова стала стабильной. Карие глаза с дьявольским прищуром смотрели на мое раскрасневшееся лицо, сбитую маску и тяжело вздымающуюся грудь в вырезе алого платья.

Он аккуратно поправил юбку, скрывая мои обнаженные бедра. Его длинные пальцы скользнули по моей щеке, поправляя полумаску.

— Выглядишь безупречно, моя леди, — хрипло произнес он, застегивая свои брюки с невозмутимой, истинно королевской грацией. Зверь внутри него был сыт. Ревность сменилась абсолютным, сытым самодовольством собственника, который только что поставил свою метку.

Я прислонилась лбом к его плечу, пытаясь восстановить пульс.

— Я тебя ненавижу, — слабо пробормотала я, поправляя подол шелкового платья. Мои ноги все еще дрожали. — Если бы они заглянули за портьеру...

— Если бы они заглянули, в зале стало бы на два трупа больше, — спокойно констатировал Раэлар, подавая мне руку. — А теперь, моя дорогая куртизанка, пойдем. Аукцион вот-вот начнется. Нам нужно купить этот проклятый Камень Эгиды, пока я не решил разнести это место просто ради удовольствия.

Я тихо рассмеялась, выпрямляя спину и принимая его руку.

Мы вышли из ниши, как ни в чем не бывало. Два идеальных, опасных хищника, возвращающихся на охоту. В моем теле все еще пульсировало его семя и его темная магия, а на губах блуждала сытая, порочная улыбка.

Синдикат Тьмы только начинал свою игру, и я собиралась насладиться каждым её мгновением.