10

Элли

Оказавшись одна, Элли устало присела на кровать и вздохнула. Вокруг нее творилось что-то безумное, и только сейчас у нее появилось время все обдумать. Для начала она нашла свой телефон в рюкзаке и позвонила родителям: успокоить их было задачей номер один.

Судя по голосу мамы, волновались они ни на шутку. Элли благодарила Бога, что у отца не случился приступ. Она соврала, что ее рейс задержали, и что уже завтра она их навестит. Положив трубку, она обеспокоенно сжала ее. Если завтра не получится вырваться, придется придумать еще одну ложь.

Она долго глядела на контакт Агнес, раздумывая стоит ли сказать ей правду. Раньше у нее не было секретов от подруги, но… Элли внутренним чутьем понимала, что ее жизнь изменилась навсегда. Что-то переключилось, и как раньше уже не будет. Она знала страшную тайну: об оборотнях, о пылающих волках и о кровожадных чудовищах… И эту тайну она должна хранить, потому что ей все равно никто не поверит. Она и сама не верила, пока не увидела собственными глазами. В лучшем случае, они решат, что она сошла с ума.

Элли покачала головой и тяжело вздохнула. Был еще один человек, не дававший ей покоя — Марсель. Она до сих пор не могла поверить, что он так с ней обошелся. Буквально бросил один на один с похитителем… Это настолько было непохоже на него — всегда такого внимательного и отзывчивого, что Элли была уверена: Рэс что-то сделал с ним. Судя по тому, что он мог перевоплощаться в огненного волка, он вполне мог загипнотизировать Марселя или что-то в этом роде. Удивляло лишь то, что он не стал гипнотизировать ее.

Элли рухнула на постель, ощущая, как зудит от усталости все тело. Стоило ее голове коснуться мягкой подушки, и она невольно застонала. Повернувшись на живот, она уткнулась носом в подушку и замерла. От нее пахло так… Элли закрыла глаза, невольно вдыхая глубже. Боже… Перед глазами сразу вспыхнул образ Рэса: его полуобнаженное рельефное тело, прикосновение к которому вызывало у Элли дрожь.

Разум кричал, что она ничего не знает о нем. Он дикий, безумный оборотень, он чудовище… Он похитил ее, удерживает против воли. Столько причин ненавидеть его, столько причин держаться подальше, но… Она помнила, как он нес ее на руках, как при этом все нутро сводило сладостной судорогой. Она никогда не испытывала ничего подобного. Раз вдохнув его запах, она уже не могла перепутать его ни с чем. И теперь она отлично понимала: это его кровать. Это его подушка. Она лежит в его постели. И от этой мысли томление в низу живота стало еще сильнее.

Элли прислушалась, пытаясь уловить его шаги. Он остался внизу, на первом этаже, а она поднялась в единственную спальню. Что он собирался делать? Ночевать на диване в гостиной? Она задумалась, представляя его, и тут же отругала себя. Боже, о чем она только думает? Какое ей дело, где он будет спать?

Решив не тратить время на пустые размышления, Элли достала из чемодана полотенце и сменную одежду и направилась в ванную. «Удобно, что меня похитили вместе с вещами», — подумала она и усмехнулась, представив лицо Рэса, если бы она послала его за нижним бельем или прокладками. Так и застыла, рисуя в голове его лицо с суровыми хищными чертами, его жесткие губы, горящие желтым пламенем глаза… Он красивый. Он безумно красивый…Черт.

Элли зажмурилась и покачала головой. Что с ней происходит? Почему все наталкивает ее на мысли о нем? Почему так тянуло спуститься к нему и снова прикоснуться к его горячей коже? А что он вытворял тогда в машине… Его губы… Нет! Это неправильно. Это ужасно. Он не должен привлекать ее.

Элли встала под душ, вслушиваясь в шум воды и стараясь ни о чем не думать. Она поняла, что буквально валится с ног от усталости. Еще вчера она была в Париже, а сейчас не представляет, где находится и что будет дальше. Это был чертовски длинный день, и пора его закончить.

Завернувшись в полотенце, она вышла из ванной. Сделав два шага к кровати, она резко отпрянула к стене. Из темноты комнаты на нее глядели два желтых глаза. В полумраке она видела, как Рэс застыл и провел рукой по лицу. Как прикрыл глаза, и снова распахнул их: они горели еще ярче. Он часто дышал и не сводил с нее взгляда.

— Рэс… — пробормотала она.

— К дьяволу, — прошипел он и в один прыжок оказался рядом с ней.

Его пальцы коснулись ее щеки, и Элли прикрыла глаза, ощущая, как приятно покалывает кожа. Она почувствовала его пальцы на своих губах, услышала его шумный выдох. Она распахнула глаза, читая в его взгляде борьбу. Неприкрытое желание и тоску.

Сама не понимая, что делает, Элли подалась вперед и легонько коснулась губами его сжатых губ, чувствуя, как по телу пробежала электрическая волна. Рэс прошипел какое-то ругательство. Его пальцы до боли сжали ее плечи, и в то же мгновение его губы накрыли ее. Резко и напористо, заставляя раскрываться. Он обжигал ее, терзал ее рот, вызывая мучительную сладостную судорогу в низу живота. Она едва успевала дышать. Он целовал ее так, будто хотел впечататься в нее, будто пытался присвоить ее. Ненасытный поцелуй, полный отчаяния. Спину холодила стена, но там, где ее касались его руки, горел пожар. Он прижался к ней всем телом, отрывался от губ на короткие мгновения, чтобы уткнуться носом в ее шею, чтобы водить горячими губами по плечам, покусывать ее кожу, чувствительную настолько, что она вскрикивала и извивалась от каждого его движения. А потом он снова впивался поцелуем в ее губы, не давая вдохнуть, не давая одуматься. Как безумный он шептал ее имя, и она отвечала ему. Целовала его, кусала его, не желая прекращать эту пытку. Она не сразу поняла, что ее руки блуждают по его телу: она ощущала под пальцами выпуклые мышцы, и не могла оторваться. Рэс прижался к ней так сильно, что она почувствовала, как в живот уперлось что-то твердое. Наверное, это должно было напугать ее, но не пугало. Ей двадцать четыре года. И она еще никогда так сильно никого не хотела...

Рэс вновь перешел с ее губ на шею, заставляя ноги подогнуться. Она крепче обхватила его плечи. Пальцы заскользили по гладкой коже, и на секунду пришло осознание: она не чувствует его рану. Элли еще раз провела ладонью: даже шрама не было. Она попыталась отстраниться, чтобы разглядеть получше, но Рэс не отпускал ее. Его руки опустились на ее бедра, он схватился за державшееся на груди полотенце и потянул его. Элли непроизвольно прикрыла грудь руками — она была полностью обнажена, а Рэс буквально ел ее глазами. Медленно он прильнул губами к ее животу, оставляя дорожку огненных поцелуев.

— Боже…

Элли закрыла глаза, тяжело дыша. Губы Рэса были уже ниже, гораздо ниже… Он застыл, провел ладонью по внутренней стороне ее бедра, заставляя дрожать. Она почувствовала, как он подхватил ее на руки, и распахнула глаза. Он отнес ее на кровать, аккуратно уложил на мягкую перину и навис над ней. Короткий, глубокий поцелуй в губы, а потом его горячее дыхание на ее груди. Рэс резко отстранился, развел ее ноги в стороны и расстегнул брюки. И Элли инстинктивно отпрянула.

Ей казалось, что она хотела этого, но понимая, что вот-вот случится, она вдруг струсила. У нее никого не было целых пять лет. Мужские прикосновение просто причиняли ей дискомфорт. И хотя с Рэсом все было иначе, но переступить черту было сложно. Здравый смысл одержал верх над страстью. Не могла же она в самом деле переспать с первым встречным оборотнем? Она схватила одеяло, прикрылась и села у изголовья кровати.

Рэс проследил за ней взглядом, и Элли видела, как огонь, горевший в них, сменился горечью. Разочарованием. Болью. Он едко усмехнулся и, прикрыв лицо руками, приглушенно застонал.

— Рэс… — позвала она.

— Спи, Элли. Мне нужно прогуляться.

Он подошел к окну и открыл его. Элли недоуменно следила за ним. Рэс запрыгнул на подоконник и оглянулся на нее, сверкнув желтым взглядом.

— Не вздумай бежать. Я приставил к тебе охрану.

А потом он спрыгнул.

Элли закричала и бросилась к окну, но увидела уже огромного черного волка, устремившегося к лесу.