Глава пятая

Физическая работа порой не изматывает так, как сильные эмоции. До сих пор я старалась не думать о том, что маме меня не пророчили. Все эти ритуалы, Старейшины, воля богов в кругах обычных людей казались чем-то далеким, не имеющим отношения ко мне. Мысль о том, что я – принцесса, которая не должна существовать, так давно сидела внутри, что уже перестала тревожить. Невозможно жить в постоянном страхе, и я научилась жить с ним.

Не давать себе влюбляться.

Наслаждаться тем, что имею.

Сейчас я впервые задумалась, что, возможно, время прятаться прошло. И если из-за истории со Смилем правда обо мне выйдет наружу, лучше владеть информацией. Я твердо вознамерилась узнать как можно больше о таких же, как я. Это редкость – не благословленные дети, но все же история знает несколько случаев. Не мешало бы сходить в архив, но для этого сначала надо было вернуться с практики и постараться не вылететь из университета. Я усилием воли загнала страх и все мысли об этом подальше. Что толку изводить себя страданиями, если реальная возможность что-то сделать лишь неясно маячит вдалеке?

Я пришла (вернее будет сказать, приползла) в свою комнату, когда уже рассвело. С опухшими от напряжения и недосыпа глазами. Видок был – я успела поглядеть на себя в большое зеркало, висевшее в коридоре, – не очень.

Кэдерн спал на моей кровати, в одних штанах, не укрывшись даже пледом. Настроение было не то чтобы думать о мужчинах, но я все же скользнула взглядом по спокойному, расслабленному лицу и тренированному торсу. Он явно много времени уделял занятиям спортом, хотя я никогда не видела его в спортивном зале или на турниках.

Если бы я осталась во дворце, сейчас он бы не ночевал в домике прислуги в лесной глуши, а готовился к королевской свадьбе. Считается хорошей традицией выдать принцессу замуж в день магического совершеннолетия.

Почему вдруг у Элвида проснулся ко мне интерес?

Этот вопрос преследовал меня с той неловкой встречи в кабинете. А если боги предопределяют не только продолжение рода, но и связывают наши судьбы? Если Кэдерн – не жених принцессы Дейнатары, выбранный королем, а единственно возможный, избранный богами?

В последнее время я слишком часто мысленно возвращалась в ту семью. Воспоминания причиняли боль.

– Лорд Элвид… можно я посплю? – очень тихо попросила я, мечтая только о том, чтобы лечь и закрыть глаза.

Директор мгновенно проснулся.

– Дейна? – Сонный, он выглядел забавно. – Что-то случилось?

– Я устала. Можно я лягу спать?

Мир вдруг зашатался, и я, охнув, опустилась на краешек постели.

– Дейна, что случилось? – спросил он.

– Ничего, – прошептала я. – Устала. Я немного посплю.

Сил хватило лишь чтобы улечься поудобнее и закутаться в плед. Даже острое чувство неправильности происходящего не напомнило о себе, хотя, когда я засыпала, Кэдерн все еще не спешил покинуть комнату.

Пробуждение было быстрым. Стало ощутимо легче, по крайней мере, усталость уже не чувствовалась, да и настроение стало куда лучше, чем утром. За окном уже стемнело, очевидно, я пропустила все приемы пищи и теперь останусь голодной.

– И часто у вас, Сормат, бывает такое? – раздался голос откуда-то сбоку.

Не желая шевелиться, я скосила глаза. Директор, за неимением стульев и кресел, сидел прямо на столе и что-то писал в большом блокноте. От внимательного взгляда медных глаз мне стало не по себе.

– Какое? – Голос у меня был сиплый.

– Обмороки.

– Я не падала в обморок. Я просто устала после ночного дежурства и очень хотела спать.

– Дейна… – Кэдерн снова закатил глаза.

Когда-нибудь я его убью!

– Что?

– Я могу отличить обморок от простого желания лечь спать. Вы едва дошли до постели.

Он не мигая уставился на меня, и мне показалось, будто у меня волосы на затылке зашевелились. Порой кажется, что Кэдерн прекрасно знает, кто я, и просто играет с жертвой прежде, чем ее поймать.

– Я был на войне, Дейна. Я видел, как люди падали в такие обмороки от переизбытка эмоций, от нежелания воспринимать реальность. Если бы не мое заклинание, вы бы чувствовали себя гораздо хуже, нежели сейчас.

Я молчала, ошарашенно глядя на директора. Заклинание? Я что, действительно была в таком состоянии? Кажется, я недооценивала влияние прошлого.

Не найдя, что ответить, я решила сменить тему.

– Почему вы не уехали?

– Прости? – Кэдерн недоуменно уставился на меня.

И почему он постоянно путает, обращаясь ко мне, «ты» с «вы»?

– Ну я думала, вы уедете, переночевав, – ответила я. – Вы убедились, что я в порядке и мне не грозит опасность со стороны семьи Смиля. Причин оставаться больше нет… как и номеров в отеле.

– Вы должны мне ужин.

Да… который я проспала. Хорошо хоть они не суммируются.

– Сормат! – Кэдерн рассмеялся. – Не надейтесь так легко от меня избавиться. Я дождусь свободного номера, оплачу его и проведу тут свои каникулы, ясно вам?

– Что?! – Я, забыв о слабости, вскочила. – Вы что, собираетесь жить здесь, пока не освободится номер?

– Почему нет? – удивился директор. – Комната, конечно, не ахти, но…

– А ничего, что здесь я?

– Ничего. – Кэдерн лениво пожал плечами. – Ты мне не мешаешь, оставайся.

И опять на «ты».

– А спать мы должны по очереди? – Меня возмущало спокойное лицо директора и его пренебрежительный тон.

– Ты предпочитаешь вместе? – многозначительно усмехнулся Кэдерн.

Я покраснела. Обычно, смущаясь, я злилась.

– Господин Элвид, а как отреагирует король, узнав, какие у директора, да еще и несостоявшегося супруга принцессы, отношения со студенткой? – Я наслаждалась видом замершего от неожиданности Кэдерна.

– Госпожа Сормат, а как отреагирует Варц, узнав, какие у его сотрудницы отношения с преподавателем, которому был положен отдельный номер? – нашелся Кэдерн.

Крыть было нечем. Я обиженно отвернулась.

* * *

«Нигде нет таких звезд, как в Алурте. Ими усыпано все небо. Когда-то Фар подарил мне синее платье, расшитое бриллиантами, оно осталось в том месте, которое домом я назвать больше не могу. Я уходила на глазах всего замка, под ехидные смешки прислуги. Я уходила, видя приготовления к помолвке принца, но – самое главное – я уходила, видя темную и хорошо знакомую фигуру Фара, отвернувшегося от окна.

– Прощай, Мадлен, – проговорила королева холодно. – Легкой смерти!

Я вздрогнула от этих слов. Никогда не слышала, как прощаются с обреченными. Я хоть и не была предназначена в жертву, все же удостоилась чести быть к ним приравненной.

Я глянула в последний раз на знакомый замок, который вовсю готовился к празднику. Фар и Вирайна – будущий король и его супруга.

Впереди простиралась дорога».

– Здесь совсем нет картинок, – прозвенел мальчишеский голос прямо у меня над ухом.

Я вздрогнула и едва не уронила книгу.

– Эмиль, ты меня напугал! – воскликнула я.

– Прости, – вздохнуло дите. – Можно я посижу с тобой?

Я кивнула, убирая со скамейки сумку. Несмотря на вечерний мороз и нарастающий голод, я читала, не желая возвращаться в комнату. В сумке были припрятаны печеньки и какие-то яблоки, но, что важнее, в комнате был спрятан Кэдерн, а его ехидные реплики я слушать не хотела. И как я умудрилась нарваться на него только по прошествии стольких лет обучения? Почему именно за неделю до зимних каникул этот мужчина сделал столько вещей, одновременно волнующих и возмутительных, что совсем вывел меня из состояния равновесия?

– Что случилось? – спросила я, заметив, что Эмиль какой-то грустный.

– Варц сказал, что мне скоро уезжать, – засопел мальчик. – А папы нет. Я думал, он заберет меня. Вернется. А его все нет и нет.

– У тебя есть дом?

Эмиль покачал головой.

– Мы с папой жили вдвоем, мама умерла. Мы часто ездили на охоту зимой.

Я машинально погладила мальчика по голове. Бедный ребенок, остался совсем один. Демоновы родители! До какой степени нужно быть идиотом, чтобы подвергать себя опасности, пока ребенок один, в номере, оплаченном всего на несколько недель, без денег и близких.

– Эмиль, я попробую тебе помочь, – наконец сказала я. – Пока не знаю как. Но попробую что-нибудь придумать.

– Ты найдешь моего папу? – На лице Эмиля появилось наивное выражение ребенка, верящего в волхвов, приносящих подарки на зимнее солнцестояние.

– Не знаю. У нас еще есть немного времени, придумаем. – Я успокаивала его, совершенно не представляя, как помочь. – Иди в дом, Эмиль. Холодно.

Действительно холодало. После Нового года всегда ударяли морозы, даже в нашем мягком климате. А уж здесь тем более. Самая благодать для снеговиков и ледяных горок. Жаль только, Варца не особенно заботил досуг тех гостей, которые не имели к охоте непосредственного отношения. А вот я бы с удовольствием вспомнила дворовое детство, когда редко какой зимний день обходился без игр на свежем воздухе.

Едва Эмиль ушел, я задумалась. Искать отца – не выход, слишком опасно, да и не по моим силам. Оставалось только найти мальчику приют, чтобы не умер на улице. Как назло, в голову ничего не приходило. Рейбэк обещал помочь, но он, как некстати, ушел на несколько дней в лес, а потому посоветовать ничего не мог.

Медленно я побрела к домику. Сильно хотелось есть, да и холод пробрался под теплую куртку. Не хватало еще заболеть, скоро ехать домой, защищать практику, возвращаться к учебе.

По пути я встретила Кэдерна, бодро шагающего в сторону гостиницы.

– Привет, – улыбнулся он.

– Вы чего так разгуливаете? – Несмотря на решение не затевать новый скандал, я не выдержала. – Варц увидит – убьет!

– Спокойно! – Директор примирительно поднял руки. – Один из постояльцев съехал. Я разыграл небольшой спектакль, и меня поселили в свободный номер. Так что можешь не бояться за свою кровать.

– Вот как, – пробормотала я, сердясь уже на себя за невольное разочарование.

– Дейна, все хорошо? Ты выглядишь расстроенной.

– Просто здесь есть мальчик, – ответила я. – Эмиль. У него большие проблемы…

– Стоп! – Директор заставил меня замолчать. – Идем ко мне в номер. Ты ничего не ела, и я удачно воспользуюсь своим правом на ужин.

Я замешкалась в сомнении.

– Ну же, Дейна! – настаивал лорд Элвид. – Идем!

А потом решилась. Все-таки надо же было что-то съесть, а Мара наверняка уже ушла.

– Садись, – скомандовал директор, едва мы оказались в номере. – Замерзла?

– Немного.

– Тогда освобождай стол, я схожу на кухню.

– А вам можно? – Я удивленно подняла глаза на Кэдерна.

– Мне, Сормат, можно все, – непривычно мягко ответил он.

Улыбаясь как дурочка, я освобождала стол от блокнотов и книг Кэдерна, которые он уже успел разложить.

Через полчаса на этом самом столе появилось мясо с овощами, салат, пирожные и два бокала красного вина. На мой удивленный взгляд и замечание, что на кухне у Варца двухсотлетнее вино, приготовленное без применения магии, точно не сыскать, директор предпочел не отвечать. Я присвистнула – магия созидания доступна избранным и самым сильным.

– Выкладывай, – сказал директор, когда мы перешли к салату. – Что там с мальчиком?

И я рассказала ему все, что знала. И о том, что Эмилю некуда идти, и о том, что Варц вот-вот выставит мальчика на улицу.

– Не думал, что Варц – тот еще красавец, – нахмурился Кэдерн. – Доброе сердце, ничего не скажешь.

– Рейбэк его оправдывает, говорит, что всему есть свои причины, – заметила я. – Но Эмиля жалко. Куда он пойдет?

– В приют, – просто ответил Кэдерн. – Увы, он не первый, оставшийся без родителей. Приюты… несовершенны, но альтернативы им нет. При всех замечательных качествах нашего короля, он так и не смог решить проблему с сиротами и детскими домами.

Я вздрогнула.

– Почему вы сказали в прошедшем времени? Король вроде жив-здоров.

– Его время правления подходит к концу, Дейна, – покачал головой Кэдерн. – Скоро он передаст власть Жозетт.

Я едва удержалась, чтобы не скривиться. Стерва королевская, эта Жозетт, даром что сестра.

У меня вырвался тяжелый вздох. Бедный ребенок пойдет в приют. Это, конечно, лучше, чем остаться на улице, но все же страшно. Мне в свое время повезло: приютили добрые люди, обогрели, взяли на воспитание. Небогатые, но дали необходимое. Иногда меня мучили наивные мечты – вернуться к отцу, отблагодарить приемных родителей, чтоб до конца своих дней не знали ни в чем нужды. Но едва я представляла возвращение, вспоминался и Карнатар. К встрече с ним я не была готова – эта уверенность окончательно окрепла, когда я узнала, кем приходится ему Смиль, – и не буду готова никогда.

Страх восьмилетней Дейнатары трансформировался в страх девятнадцатилетней Дейны.

– Знаешь, – Кэдерн отставил пустую тарелку, – парня все-таки жалко, остался без отца. Попробуем помочь.

Он как-то озорно улыбнулся.

– Как?

– Есть у меня идея. Сначала попробуем найти родителя. Отдыхай, Дейна. А мне надо отправить пару писем.

Я поднялась, чтобы отправиться в свою комнату, но Кэдерн меня остановил.

– Побудь здесь, пожалуйста, – серьезно попросил он.

– Я могу отдыхать и у себя.

– Дейна, – вздохнул Кэдерн, – твоя комната непригодна для жилья, а у меня есть хотя бы одеяло. Считай это ответной услугой за возможность переночевать у тебя.

– Лорд Элвид, я ценю вашу заботу, правда, но, признаюсь честно, она меня пугает. Мы из разных кругов, из разных миров, у нас разница не столько в возрасте, сколько в положении. Мне бы хотелось избежать неуместных ситуаций. Я вернусь к себе, но…

– Нет. Это не обсуждается. – И дверь захлопнулась.

Растерянная, я села на кровать. Поразительный мужчина!

Хотя перспектива провести ночь в настоящей постели не могла не соблазнять. Кэдерн явно планировал привести меня сюда, потому что в шкафу обнаружились два комплекта постельного белья и два одеяла. Я не стала упрямиться, быстро застелила постель и нырнула в тепло, с наслаждением потягиваясь на мягком матрасе. Потом вспомнила о книге, и через несколько минут уже читала при слабом мерцающем свете свечи.

«Меня преследовал не только страх. Постоянно присутствовал какой-то нездоровый интерес. Как я умру? Где? Больно ли будет? Это будет быстро или медленно?

Ожидание конца изнуряло так, как не могли измотать дорога и тоска по Фару. Ночами, лежа на холодной земле, я упивалась видениями – а может, это были сны, – в которых снова жила в замке.

– Фар, – шептала я, и в каждом облаке мне виделись его черты.

В одних снах он просил прощения, в других – радовался новой невесте, разворачивал счастливое предсказание и улыбался. Я вставала, захлебываясь слезами, и смотрела на Облачную Гору, которая предрекла мне смерть. Она виднелась вдалеке.

– За что?! – кричала я, спугивая стайку маленьких птичек.

Драматический жест, пошло и наигранно. Ярость, взметнувшуюся внутри, нельзя было унять криком. Она требовала крови, требовала расплаты, требовала забрать жизни тех, кто обрек меня на такую судьбу.

Пошатываясь, я встала.

Когда есть цель, идти проще. Моей целью отныне была Облачная Гора».

Я поежилась. Облачная Гора – священное место, обитель Старейшин и послушников. Удивительно, что Мадлен решилась на такой поступок, как попытка взойти на гору. Отчаяние, конечно, толкает еще и не на такие действия, но все же…

Я отложила книгу в сторону. Тяжелое чтиво. Обычно мы не говорим о пророчествах и ослушавшихся, сама мысль об этом противоестественна, так крепко в нас засели традиции.

Я знала, что Мадлен приблизилась к разгадке, и хотела оттянуть момент истины.

Да уж, вымысел это или нет, но автору отлично удалось показать события. Надо будет узнать у Рейбэка, кто автор произведения. Подработаю и пополню свою небольшую коллекцию книг.

Я услышала голоса, доносившиеся с лестницы, и с любопытством прислушалась. Гости Варца не имели привычки шумно себя вести, по большей части, когда не пропадали на охоте, они предпочитали сидеть в номерах. К тому же мне показалось, что я различила голос Кэдерна.

– Кэд, ты идиот! – Дверь распахнулась, и на пороге появился высокий светловолосый парень.

Мы молча уставились друг на друга. Я как раз хотела подойти ближе, чтобы послушать, но на свое счастье была в теплом длинном свитере, который скрывал все, что нужно.

– Ого! – произнес он.

За ним показалась чья-то рыжая голова.

– Кэд, это нам?

Второй парень нагло улыбнулся мне. Кэдерн прошел вперед, оттеснив парней в коридор.

– Нет, не вам, – буркнул он. – Кто вас воспитывал? Вламываетесь в чужие комнаты без спроса, а еще называете себя лордами.

– Тебе? – тут же среагировал рыжий, проигнорировав замечание.

– Ан, прекрати. – Кэдерн поморщился. – Она моя студентка.

– Так это у тебя студентки такие? – поразился светловолосый. – Может, махнемся универами, а, приятель?

– Дейна, – Кэдерн повернулся ко мне, – не обращай на них внимания, у них еще подростковый возраст не закончился. Это мои друзья, Антаф и Витар.

– Очень приятно, – пробормотала я.

И тут до меня дошло.

– Вы тоже директоры?!

– Алуртинский, – ухмыльнулся рыжий Антаф.

– Северный Боевой, – кивнул Витар.

– А на каком курсе вы, Дейна? – спросил Антаф.

Я не успела ответить – директор бесцеремонно оттеснил меня в сторону.

– Мы делом займемся или вы будете дальше болтать?

– Делом? Мы? – захохотал Витар. – Нет, приятель, вчетвером – это не ко мне. Развлекайся с Дейни сам, я лучше подожду итогового ужина.

– Тебе лишь бы пожрать, – хмыкнул Антаф.

– Хватит! – Кэдерн выглядел взбешенным.

– Ладно-ладно! – Рыжий испуганно отступил назад. – Ты так не нервничай, Кэд.

– Они помогут нам найти отца Эмиля, – пояснил Кэдерн мне. – Или хотя бы узнать, что с ним случилось.

– Кэд, ты невыносим. – Витар поморщился. – Мы не виделись полгода, а оказывается, что о дружбе ты вспоминаешь, только когда тебе что-то надо. Скотина ты.

– Вы мои должники. – Кэдерн как-то угрожающе это произнес, я даже поежилась.

– Это правда, – скорбно вздохнул Антаф. – Я увел у него подружку.

– А я ему денег должен, – подхватил Витар.

– А ты чем провинилась, красотка? – Рыжий подмигнул мне.

– Э-э-э…

Кэдерн наконец рассмеялся.

– Вы невыносимы, – произнес директор. – Дейна, не слушай этих идиотов. Они слишком много болтают, но маги прекрасные. Мы отыщем отца Эмиля.

– Или то, что от него осталось, – жизнерадостно заметил Антаф.

Я вздрогнула.

– Хватит быть таким грубияном! – воскликнул Витар. – Дейна, держись от него подальше. Таким хорошеньким студенткам опасно оставаться рядом с ним.

– Витар! – Кэдерн закатил глаза.

– Что «Витар»? – удивился тот. – Вспомни красотку Реену. Кто соблазнил студентку самым подлым образом?

Я покраснела.

– Она была выпускницей, – прорычал Кэдерн.

– Да какая разница! – хором откликнулись парни.

Мне они понравились. Веселые, непосредственные, обаятельные и очень симпатичные. С виду и не скажешь, что главы высших магических учебных заведений.

– Все, пошутили – и хватит, – наконец сказал Антаф. – Выкладывайте, что случилось.

Получив одобрительный кивок Кэдерна, я начала рассказывать.

Спустя несколько часов Антаф склонился над картой, Витар неспешно пил чай, а Кэдерн что-то писал в блокноте, изредка поглядывая на меня.

– В принципе, ничего сложного, – подытожил Антаф. – Из опасных мест болото да какие-то овраги. Если он не сворачивал с маршрута, что вероятно в такую погоду. Но странно для опытного охотника.

– А звери? – спросила я. – Вы их не боитесь?

– Дейна, они отличные маги, – ответил Кэдерн. – Звери – ерунда.

– Хорошо. – Я кивнула. – И когда вы начнете искать отца Эмиля?

– Сейчас, – снова хором откликнулись директоры.

– Ночь на дворе!

– Вот именно! – воскликнул Витар. – Не надо привлекать внимания. Мы все-таки не последние люди в стране. Хотя, признаться, я соскучился по настоящей магической работе.

Я и забыла, что директоры отчитываются перед королем. Каждый из этих парней не далее как в прошлые выходные видел моего отца, в то время как я не знала о нем почти ничего уже одиннадцать лет. Странное ощущение…

– Пошли, – скомандовал Кэдерн. – Иначе до рассвета можем не успеть. Дейна, сиди здесь.

– Что? Я с вами!

– Нет, – лорд Элвид покачал головой, – за тебя я отвечать не хочу, сиди здесь. Я буду давать тебе знать, как идут дела.

– Но… – я лихорадочно искала аргументы.

Что-то во взгляде Кэдерна не позволило спорить дальше.

– Пожалуйста, Дейна, – мягко попросил он. – Я помогу Эмилю, но ты не лезь. Ты хорошая девушка, не подвергай себя опасности.

Я медленно кивнула, глядя в его глаза. По телу разливалось приятное тепло. «Хорошая девушка» – не самый лучший комплимент, но определенно приятный.

Они ушли, оставив меня в одиночестве ждать результатов. Мелькнула мысль отправиться к Эмилю, но я тут же отмела эту идею – незачем было обнадеживать мальчика раньше времени. Может статься, отца вообще не найдут. У ребенка будет и крыша над головой, и кров, но вот семья окажется потерянной безвозвратно.

Я вновь вернулась к книге. Читать особенно не хотелось, но это помогало отвлечься от странного волнения, которое я испытывала. Волнение за Кэдерна? Вот не хватало!

«Облачная Гора была в трех днях пути. Я не знала, отведено мне столько времени или нет, но упорно шла вперед, экономя припасы. От прежней красавицы Мадлен, наверное, не осталось и следа. Ох, Фар, видел бы он, во что превратилась его жена! Бывшая…

Я не винила Фара. Он принц, а этот титул накладывает обязательства. Втайне я надеялась, что он встретит со мной конец, останется вдовцом, но понимала, что такие надежды даже не бессмысленны – кощунственны.

Но я хотела жить, пусть и без него. Хотела дышать, видеть небо, чувствовать прохладу леса. Скольких вещей я не понимала, живя ради любимого, скольких чувств не испытывала! Сейчас, зная, что в любой момент могу угаснуть, я, как никогда ранее, чувствую себя живой. Наслаждаюсь каждым мгновением, гоня прочь боль, рвущуюся из груди».

Рейбэк собирается уезжать. А это значит, что книгу придется вернуть. Хорошо бы все-таки узнать автора, чтобы найти копию. Интересная история Мадлен. Фар, конечно, форменный козел, вышвырнул умирающую жену из дома и тут же прыгнул в койку с новой невестой. С другой стороны, я мало знала историю правящих домов и не успела изучить брачные традиции. Может, все не так однозначно.

– Дейна, – из-за двери раздался шепот Эмиля. – Дейна!

Я отворила дверь. Мальчик выглядел бледным и испуганным.

– Дейна! Тебя дядя зовет.

– Что? – удивилась я. – Какой дядя?

– Который недавно приехал, снял этот номер. Он сказал, что нашел папу, но ему нужна твоя помощь.

Кэдерн? Демон, он же говорил, что свяжется со мной! Это он Эмиля имел в виду?!

Я быстро схватила куртку и велела:

– Веди!

* * *

Лес, темный и непролазный, должен был пугать, но почему-то лишь настораживал. Эмиль как ни в чем не бывало шагал следом и, кажется, не особенно волновался. Кэдерн должен, по идее, снабдить его защитой. Во всяком случае, Эмиль явно знал, куда идет, и выглядел уверенным.

Мы отошли не так уж и далеко. Огни гостиницы скрылись за деревьями, но совсем уж непроглядной тьмы не было.

– Что с твоим отцом? – спросила я, боясь услышать страшный ответ.

– Он упал и сломал ногу, – печально отозвался Эмиль. – Ему очень плохо, он несколько дней не ел. Замерз.

– Кошмар. – Я поежилась. – Он выживет?

– Если покушает – да, – отозвался Эмиль.

Он резко остановился, вглядываясь в чащу, и я не успела понять, почему вдруг встревожилась после этих слов.

– Вот, это там.

Мальчик поднял руку и указал на что-то темное, видневшееся вдали.

– Что это? – не поняла я.

– Что-то вроде пещеры, – сказал Эмиль. – Папа сказал, там была лежанка медведя.

Ох уж эти охотники! Зря, что ли, каждый год выпускаются брошюры, в которых ясно написано: «На медведей охотиться запрещено!» О чем этот идиот думал? Принципиально хотел оставить сына сиротой?

– Дейна, – жалобно позвал Эмиль, – там папа. Идем!

Он взял меня за руку и повел к пещере. Я вздрогнула, когда через карман куртки мне обожгло бедро. Почему-то украдкой я достала чуть дымящуюся записку и развернула. Буквы светились, позволяя читать даже в темноте. Едва до меня дошел смысл слов, я похолодела.

Вляпалась.

А Эмиль тащил меня в пещеру, где, как я уже поняла, ни Кэдерна, ни отца мальчика не было.

Я вздохнула. Лес – он чем примечателен? Тем, что немноголюден. А значит, принцессу Дейнатару во мне сможет распознать разве что коряга, но она будет верно хранить секрет. Можно и пошалить, тем более что родовая магия давно рвалась на волю. Так сказать, магическая разрядка.

– Быстрее, Дейна! – Эмиль то ли притворялся, то ли действительно верил, что в пещере его отец.

Потянуло сыростью и чем-то неприятным. Под ногами хрустели белые ветки, в которых я узнала косточки мелких животных. В углу, вздрогнув, я заметила человеческий череп.

Всюду сидели пауки: на стенах, на полу, на каких-то хаотично наваленных ветках, на костях. Их маленькие блестящие глазки, казалось, следили за мной, а Эмиль шагал как ни в чем не бывало. И что-то в его походке давало мне повод думать, что он знает, куда меня ведет.

– Отец, – мальчик вдруг остановился, – я привел девушку.

В темноте пещеры что-то пошевелилось. Меня передернуло, когда на свет луны выполз огромный паук, весь покрытый черной лоснящейся шерстью. Его жвалы мерзко шевелились, а тело мелко подрагивало. Но самым жутким был взгляд: разумный, почти человеческий, что наталкивало на определенные мысли. Я слышала о темных созданиях, бывших раньше людьми и проклятых богами.

– Отец, – Эмиль шагнул вперед, – ее зовут Дейна, она молода и здорова.

– Я вижу.

Ой… вот этого я не ожидала и выругалась.

– Молчи, человеческая женщина! – приказал паук.

Голос у него был бархатистый, под стать лапам и телу. Неприятный голос.

– Сам молчи, – обиделась я. – Ты что за тварь? Пауки не разговаривают!

Он возбужденно щелкнул жвалами. Эмиль испуганно попятился.

– А ты – мелкий пакостник, – сообщила я мальчику. – Я тебе помочь хотела, а ты…

– Вы, люди, часто ведетесь на подобные трюки, – произнес паук. – Мне нравятся ваши нежные сердца.

– Это ты сейчас фигурально выразился, я надеюсь?

Паук не ответил. Эмиль ушел в глубь пещеры и забрался в кокон из паутины, сплетенный как раз ему по размеру.

Эх, жаль, нечистология будет только в следующем семестре! Знать бы еще, что это за тварь.

– Я даю тебе выбор, человеческая женщина. Ты можешь выносить моего детеныша или послужить едой для меня и моих детей.

Вот и зачем я ужинала? Меня чуть не стошнило, и стоило немалых усилий сохранить внешнее спокойствие.

– Зама-а-анчиво, – протянула я. – Нелегкий выбор.

Вспыхнуло серебряное пламя, и один из маленьких паучат с писком обуглился в мгновение ока.

– Я настаиваю на пересмотре условий. Потому что и рожать тебе детей, и быть едой категорически не хочу.

– Лучше бы тебе добровольно сдаться, колдунья. Какой бы ни была твоя сила, против нас ей не выстоять. Моим детям нет числа, они выбрали тебя.

– А, так пауки в комнате Рейбэка – твоя работа? Меня, мой мохнатый друг, чуть с работы не выгнали из-за твоих детей. Воспитывал бы ты их.

– Я даю последний шанс…

А я не собиралась давать ему шансов. Краешком разума я понимала, что сдерживаемая годами магия опьянила меня, и лишняя самоуверенность может выйти боком, но я не могла противиться ей. Кто бы знал, как тяжело было все эти годы изображать девочку с факультета общей магии, лишенную дара предков!

– Дейна!

Я обернулась и увидела Рейбэка, который отпихнул ногой нескольких паучат и подскочил ко мне.

– Что ты здесь делаешь?!

Страдаю, по всей видимости. Магию пришлось снова унять, несмотря на болезненные спазмы.

– Эмиль заманил. Он вовсе не бедный мальчик, потерявший папочку.

– Так, быстро идем отсюда!

– Никуда вы не пойдете! – Паук гневно дернул лапами, и вся пещера закопошилась – детям отдали приказ атаковать добычу.

Я приготовилась к битве, но недооценила пришедшего на помощь мага.

– Пошел ты, – буркнул Рейбэк, и с жутким грохотом с потолка посыпались камни.

Ими завалило ту часть пещеры, куда ушел Эмиль, и я не видела, выжил он или нет. Вокруг заметались пауки, их было целое полчище! Покрупнее и совсем маленькие. Меня передернуло от отвращения. Рейбэк схватил меня за руку и буквально выволок из пещеры, но нескольких особо резвых паучат размером с некрупную кошку я все же поджарила – и нерастраченной магии стало чуть меньше.

Вспыхнуло еще раз, и потолок пещеры обвалился. Из-под него потекла противная жижа. Я брезгливо поморщилась.

– Совсем?! – Рейбэк выругался. – Надо же было залезть! Я эту тварь три дня выслеживал, не мог поймать. И то осторожничал, хотя у меня тридцать лет практики, а ты вот так просто полезла!

Я не стала говорить ему, что, наверное, справилась бы без посторонней помощи, хотя практикой была обделена. Чуть подумав, я все же согласилась – действительно глупо. Пусть паук не самое страшное существо на свете, но ведь в пещере могла оказаться любая тварь. И я в качестве обеда – не такая уж невозможная вещь.

– Как вы здесь оказались? – спросила я Рейбэка, когда мы шли обратно к отелю. – Я думала, вы пошли к горам.

– Это оставался единственный квадрат, который я не исследовал. Я все это время рыскал по лесу в поисках нечисти, из-за которой появились пауки. Исследования привели меня сюда. Я не планировал возвращаться, поэтому решил зайти к тебе, чтобы попрощаться. Не нашел в комнате для прислуги. Варц недовольно поведал, что ты подрабатываешь в комнатах постояльцев.

– Что?! – ахнула я. – Вот урод! Это директор моего университета, он… мм-м… просто решил помочь Эмилю и оставил меня для связи. Между нами ничего нет!

– Это не мое дело, Дейна. Лорд Элвид сказал, что ты должна была ждать его в комнате. Он отправил тебе послание, но не получил ответа. Они с друзьями наткнулись на прошлых жертв паука, высосанных досуха. И решили, что одна из жертв – отец Эмиля.

Я вспомнила записку. «Мы нашли отца Эмиля. Возвращаемся в отель».

– Когда я понял, что тебя понесло в лес, решил найти. Считай, тебе повезло, что я понял это раньше, чем лорд Элвид.

– Нашли отца? – нахмурилась я. – Эмиль называл отцом паука.

– Вероятнее всего, нашли какого-то охотника, которого приняли за отца мальчика. С кем-то же он приехал в гостиницу, – отозвался мужчина.

– Мне не хватает знаний. Что это за тварь? Я никогда не слышала о таких.

– Проклятые маги. Если ты лезешь в самую тьму, то должен быть готов к последствиям. Ты ведь знаешь, что бывают общая и родовая магии?

Я осторожно кивнула. Еще не хватало раскрыться перед Рейбэком.

– В редких случаях родовая магия становится темной. Если человек увлекается ею, какой-то из ритуалов идет не так… и появляются такие монстры.

– Кэдерн очень злой? – Я закусила губу.

– Очень, – подтвердил Рейбэк. – Злее некуда. Если ты с ним еще не спишь, то придется.

Я покраснела. А мужчина рассмеялся:

– Да я шучу, расслабься.

– Шуточки у вас, – буркнула я. – Значит, уезжаете?

– Пора, – вздохнул Рейбэк. – Дома жена, сын. Нельзя надолго отлучаться.

Я вдруг вспомнила о книге.

– Ой! Погодите, у меня ваша книга! Я еще не дочитала, но верну. Вы мне только автора скажите, я найду копию.

– У нее нет копии, – покачал головой Рейбэк. – Оставь себе. Я все равно не смогу ее взять с собой.

– Она дорогая.

– Она дорога тому, кто понимает, о чем она. У меня большая библиотека, и, поверь, я хорошо чувствую, какие книги должны в ней остаться, а каким стоит подыскать новых хозяев. Тебе нравится эта история?

– Нравится? – Я задумалась. – Она не может нравиться, но дочитать я обязана.

Показались огни отеля и домика прислуги.

– Верное решение. – Рейбэк чуть улыбнулся. – Удачи, Дейна. Мне пора. Постарайся быть осторожной, хорошо?

– Хорошо. Спасибо вам за все.

Он махнул мне и пошел в сторону гостиницы, а я, повесив голову, поплелась к домику прислуги, ибо заметила Кэдерна, Антафа и Витара, сидевших на ступеньках. Кэдерн держал в руках какой-то листок. Едва я показалась из леса, лорд Элвид вскочил, а остальные переглянулись.

– Сормат! – Его крик разнесся по поляне.

– Господин директор… – я застыла на месте, несмотря на то что до входа было еще шагов тридцать.

– Что вы себе позволяете?! – разорался Кэдерн.

– Дейни вляпалась, – вздохнул Антаф.

– Крупно вляпалась, – подтвердил Витар.

– Идите отсюда! – махнул им директор.

– Вот так всегда. Как бегать по лесу в поисках жертв неведомой твари – так мы первые. А как все самое интересное, так «идите отсюда», – фыркнул Антаф.

Подмигнув мне, парни удалились, оставив меня на съедение взбешенному директору.

– И что это значит?!

– Простите, – смущенно пролепетала я. – Это Эмиль, он сказал, что вы меня зовете, что вы нашли его отца. А Эмиль оказался… э-э-э… ну не знаю, кем он там оказался, но он помогал большому пауку. Тот хотел меня сожрать. Ну или не совсем сожрать, но тоже мало приятного. А потом пришел Рейбэк и спас меня, но, честно говоря, ситуация была под контролем.

– Под контролем?! – взревел Кэдерн. – Ты угодила в пещеру огромного монстра, на счету которого десятки жертв, и у тебя все якобы под контролем? У девочки с факультета общей магии?!

– Ну, знаете! – Я с негодованием фыркнула. – Если я с факультета общей магии, я что – тупая?

– Я этого не говорил!

– Зато подумали.

– Не думал я.

– Думали. По глазам вижу.

– Хватит, Дейна. Ты сделала глупость.

– Это в какие-то времена помочь мальчику считалось глупостью?

– Я велел тебе ждать от меня вестей!

– Я и подумала, что Эмиль принес весть от вас! – Злость бушевала во мне, хотелось орать и драться.

– Я приказал сидеть в номере.

– Кто вы такой, чтобы мне приказывать?

– Пока, – он подчеркнул это слово, – никто.

– И как это понимать? – Я прищурилась.

Очередная волна подозрений. Я становлюсь параноиком или иногда теории заговора приобретают практическое значение?

– Как хочешь. Идем.

– Куда?

Он вцепился в мою руку и потащил к домику прислуги.

– Соберешь вещи, мы уезжаем.

– Нет! – Я пыталась вырваться, но безуспешно. – У меня еще практика не закончилась!

– Закончилась! – Директор помахал перед моим носом листком, который я заметила, едва вышла из леса. – Варц все подписал, мы уезжаем.

То ли от шока, то ли от радости я перестала сопротивляться и послушно последовала за Кэдерном.

– Ну как? – улыбнулся Антаф, увидев нас. – Жива?

– Все свое на месте? Ничего не потеряла?

– Витар! – рявкнул Кэдерн, и я подскочила. – Будьте серьезнее, хоть немного. Она могла погибнуть. Посмотрел бы я тогда на тебя!

О чем это они?

– Собирай вещи, – уже спокойнее сказал Кэдерн. – Как только будешь готова, поедем.

– Вообще-то у меня другие планы, – вполне миролюбиво ответила я, боясь разозлить директора.

– И какие же, позвольте узнать?

– Я хочу заехать к бабушке. До начала учебы еще несколько дней, а с бабушкой мы давно не виделись. И уже оттуда я поеду в университет.

Директор несколько раз глубоко вздохнул.

– Хорошо, я подвезу вас к вашей бабушке. Собирайтесь.

Опять он мне выкает. Что за странный человек этот лорд Кэдерн Элвид…

Бабушка Лисса жила в каких-то пяти часах пути от города, в глухой деревне, даже не имеющей названия. Приемным родителям было по восемнадцать, когда они перебрались в город и начали свое дело. И оно у них шло не то чтобы хорошо, но те деньги, что они зарабатывали, помогали бабушке держать небольшое хозяйство. Мне нравилось ездить в деревню, там было небольшое озерцо, красивые места, вкусная еда, и – что самое главное – там меня всегда ждали.

Мы приехали к вечеру. Экипаж остановился напротив ворот небольшого домика, покрашенного в нежный голубой цвет и увитого цветами. Бабушка любила растения, то ли по природе родовой магии, то ли просто так. Меня всегда поражали ее зимние цветы, не вянущие в любую погоду. А сейчас, после монохрома севера, я словно очутилась в яркой сказке. К дому вела вымощенная камнем дорожка, все грядки были аккуратно вскопаны и засеяны. Мне оставалось лишь гадать, как одинокая пожилая женщина умудряется содержать сад в таком порядке, но бабушкин участок считался самым красивым и ухоженным во всей деревне.

Она вышла к нам, удивленная и обрадованная. Невысокого роста, полноватая, с короткими седыми волосами, одетая, как всегда, в коричневое рабочее платье.

– Ох, Дейна! – воскликнула она, когда я вышла из кареты. – А я-то думаю, кого принесло! И с таким экипажем. Проходи, родная. А это кто?

Из кареты вылезли Кэдерн, Антаф и Витар – поздороваться.

– Это лорд Кэдерн Элвид, бабушка. Он – директор Риверского университета. А эти двое – Антаф и Витар, я не знаю их фамилий. Они его коллеги.

– Здравствуйте, – заулыбались парни.

Кэдерн поклонился.

– Ну и ладненько, что не одна путешествуешь, – улыбнулась бабушка. – Идемте, я вас накормлю.

– Вообще-то… – начала было я, но, увидев, как радостно переглянулись Антаф с Витаром, махнула рукой. – Ну хорошо.

– Может, мы лучше поедем? – спросил Кэдерн.

– Да бросьте! – Бабушка открыла калитку. – Я пирожков напекла, супчик сварила, ягод насобирала. Много вы там у себя в каморках ученых еды домашней видите? А ну вперед! Вам еще детей делать!

– Кому? – хором спросили ошеломленные парни.

– Ну не мне же! Девкам своим.

Я тихо хихикала, наблюдая за ошалевшими директорами. Да, ребята, это вам не с королем трапезничать. Моя бабуля не любит неповиновения в вопросах еды.

Мы расселись за большим деревянным столом и сразу получили по огромной тарелке. Я скептически посмотрела на изобилие съестного и поняла, что при всем желании съесть столько не смогу. К тому же бабушка поставила еще и огромное блюдо с пирожками, которые я так любила. Я потянулась было к пирожку, но тут же получила по руке.

– Суп сначала! – строго произнесла бабушка.

Кэдерн захихикал, как мальчишка.

Пришлось съесть суп и только потом, отказавшись с трудом от картошки, получить заветный пирожок.

Когда все наелись, бабушка разлила мятный чай.

– Вы, господа, угощайтесь конфетками, пряничками, а мы с Дейной пойдем поговорим. Я давно не видела внучку.

– Да мы поедем уже, спасибо. – Кэдерн начал было вставать.

– Нет! – рассмеялась бабушка. – Никуда я вас не пущу. Ну куда ехать на ночь глядя? Оставайтесь, вы парни хорошие, сразу видно. Я вам баньку соображу, озерцо рядом. Ну? Неужто не хочется немного отдохнуть?

Они явно засомневались. Антаф уже готов был согласиться, Витар явно предвкушал прелести деревенской бани, а вот Кэдерн выглядел раздраженным. Чем ему так не угодила моя бабушка?

– Согласен! – махнул рукой Антаф.

– И я! – радостно закивал Витар.

Кэдерн кисло улыбнулся, но спорить не стал.

– Тогда чай пейте, сразу после еды в баню нельзя. Вот стемнеет, тогда и отправитесь. Идем, Дейна, приготовим постели.

Мы ушли, оставив их тихо о чем-то беседовать. Бабушка всучила мне кипу постельного белья и велела застилать кровати для гостей.

– Твой который? – вдруг спросила она.

– Что? – не поняла я.

– Твой-то который из трех? – хитро усмехнулась бабушка.

– Никто не мой, – смущенно пробормотала я.

– Да ладно! – Бабуля отмахнулась, как от назойливой мухи. – Кто в сердечко-то запал? Расскажи старухе, мне интересно! Я тут сижу, в глуши, ничего не знаю, молодежь не вижу.

– Не могу я, не могу. Они же директоры, все трое. С королем обедают.

– Ну и что, что с королем обедают? – удивилась бабушка. – Тебе-то какое дело, какие у него друзья? Не с друзьями же спать будешь.

– Бабушка!

– Что? – невинно отозвалась она. – Вы сейчас все только об этом и думаете.

Я закатила глаза.

– Сейчас он приглашает меня на ужин, потом захочет большего, потом свидания, потом знакомство с королем, триумфальное возвращение принцессы, Карнатар в шоке… мой труп вылавливают из реки буквально на следующую ночь.

– Это у тебя сначала «большее», а потом уже свидания? – хмыкнула бабушка. – Говорю же, вы все озабоченные. Слушай, Дейна, тебе ведь все равно придется вернуться, так? Почему бы не вернуться с ним – под защитой такого мужчины?

– Потому что я не хочу возвращаться.

– Дейна, – бабушка посмотрела на меня очень внимательно, и, как всегда, у меня на глаза навернулись слезы, – прости отца. Он, конечно, идиот, но ты слишком сильно его наказываешь.

Я села на кровать.

– Ба, там Карнатар.

– И что? Ты не справишься с каким-то психом? Да не поверю я в это! Сходи к целителю, пускай избавит тебя от детского страха перед этим человеком – и в бой! Нельзя столько прятаться. Тем более что там тебя ждут.

– Не ждут, – буркнула я.

– Ждут, Дейна, ждут. Любой родитель ждет своего ребенка, если тот пропал. Даже если надежды нет, даже если все уже перестали вспоминать о нем. Любой отец будет верить, что дочка вернется и простит. А ты – глупая девочка. Вернись и покажи врагам, что ты стала сильнее.

– Я не могу. Карнатар…

– Да что ты заладила со своим Карнатаром! – взорвалась бабушка. – Подонок он! Грязь под твоими ногами! Слуга твой, стоит тебе только пальчиком пошевелить.

– То, что он сделал…

– И ты, конечно, ждешь, что кто-то другой непременно его накажет. Только кто, если советнику удается скрывать свои преступления? Ты же сбежала, никому не сказав, что видела!

– Мне было восемь!

– Сейчас тебе не восемь. Тебе двадцать скоро, Дейна.

Я вздрогнула. Двадцать… Я почти забыла о том, что я неблагословленная. Знает ли бабушка, какая судьба меня ожидает?

– Впрочем, твое возвращение – твое дело. – Бабушка поджала губы. – Но мужчина хороший, это видно. Я такие вещи чувствую. Как увидела в тебе много лет назад Дейнатару, так вижу в нем надежную опору.

– Бабуль, я его студентка. Дочка портных. Максимум, что мне светит, – быть любовницей.

– Ну так и пользуйся тем, что дают. Лучше быть любовницей, чем старой девой.

Я рассмеялась. На душе стало легко.

– Ты меня поражаешь.

– Я не только тебя поражаю, я еще и деда твоего поразила, – рассмеялась в ответ бабушка. – На, подарок тебе приготовила. Думала, может, замуж соберешься.

Она отдала мне какой-то сверток. Внутри оказалась красивая ночная сорочка, связанная из тонкой пряжи. Белая, легкая, кружевная, она ничего не скрывала, но выглядела потрясающе.

– Ух ты! – Я восхищенно рассматривала обновку. – Спасибо.

– Иди мойся, пока мужики баню не заняли. – Расчувствовавшаяся бабушка подтолкнула меня к выходу. – Я сама все постелю.

Перед сном я вертелась возле зеркала, рассматривая себя в новом наряде. Пожалуй, стоит действительно сохранить его до свадьбы, иначе просто жалко носить такую красоту.

Потом я вспомнила, что свадьбы мне, возможно, не видать, и вздохнула. Почему бы и нет? В конце концов, носить красивые вещи приятно, это способствует повышению чувства собственного достоинства, которое в последнее время как-то сникло.

Я побрела в спальню, которую всегда занимала, когда гостила у бабушки. Антаф с Витаром еще были в бане, наслаждаясь редким отдыхом, а Кэдерн, как мне показалось, уже завалился спать. Не стала включать свет, чтобы не разбудить никого, лишь небольшой огонек летел передо мной, не позволяя споткнуться в темноте. Я потянулась, сбросила домашние туфли и юркнула под одеяло, в тепло и уют.

И только перестав ворочаться, поняла, что явно не одна…

Я заверещала так, словно увидела мертвяка. Директор вскочил и начал испуганно озираться по сторонам. А потом меня отбросило заклинанием к стене и уронило в гору подушек, зачем-то сваленных в углу.

– Дейна?! – Кэдерн выглядел ошеломленным.

– Вы что тут делаете? Это моя комната!

– Вообще-то меня положили здесь.

Его глаза как-то странно блестели. И тут до меня дошло…

Я взвизгнула и зарылась в пресловутые подушки. Только огромными от пережитого шока глазами смотрела на Кэдерна. А тот уже отошел от испуга и ехидно улыбался.

– Адептка Сормат, вылезай из подушек! – ласково попросил он.

– Не вылезу!

Ну и морда у него идиотская…

– Там спать будешь?

– Может, и тут. А может, пойду будить бабушку и просить другую кровать.

Потом вспомнила, что бабуля в последнее время страдала бессонницей и на ночь накладывала заклятие. Сейчас ее и драконом не разбудишь. Да и кровати явно заняты Антафом и Витаром, дом-то небольшой.

Пожалуй, в следующий раз, прежде чем лечь в постель, буду проверять ее на наличие посторонних личностей.

Ситуация складывалась безвыходная.

– Ну? – поднял бровь Кэдерн. – Ты так и будешь там сидеть?

– Буду! Что вы мне предлагаете?

– Да ничего я тебе не предлагаю, – почему-то обиделся директор. – Сиди в своих подушках, а я буду спать.

Он специально, чтобы я видела, с удовольствием растянулся на кровати и сладко улыбнулся. А я… Что я? Я свернулась калачиком на полу. Прохладно, но спать можно. Постепенно, под довольное сопение лорда Элвида, я засыпала, удобно устроившись среди мягких пуховых подушек. Сквозь сон, когда уже первые красочные картинки не напоминали мои фантазии, а начинали жить собственной жизнью, я услышала чье-то ворчание и почувствовала, как меня поднимают с пола.

Потом я свернулась калачиком на чем-то мягком и почувствовала руку в волосах.

– Эри, отстань, завтра на пары, – пробормотала я и отключилась.

Утро встретило меня лучиками, пробившимися через занавески. От теплого света пришлось нехотя открыть глаза и перевернуться на спину. С кухни уже доносились запахи завтрака, оладий с ягодами, которые – бабушка хорошо это знала – я очень любила.

– Мм-м… – я потянулась.

– Доброе утро.

Перевернувшись, я свалилась с кровати. Вернее, почти свалилась, потому что встретиться с полом мне не дали.

– Как дела? – Кэдерн довольно улыбался.

– В моей кровати посторонний мужик, – хмыкнула я. – Не очень.

– И чем ты недовольна? Тем, что он посторонний, или тем, что мужик?

Я задумалась.

– Дейна, – он убрал с моего лица волосы, – давай немного поговорим.

– Хорошо. – Я приготовилась слушать.

– Ты мне нравишься, это заметно. Я не могу сказать, что это любовь на всю жизнь или вечная страсть, но определенные чувства ты во мне вызываешь. К несчастью, я – твой преподаватель. Вернее, я преподаватель в твоем университете.

– Вы что-то ведете? – До сих пор я не задумывалась о том, какой предмет ведет Кэдерн.

– Не отвлекайся.

И как можно было не отвлекаться, когда он задумчиво перебирал мои волосы? Между прочим, кожа головы у девушек – одна из самых эрогенных зон. Она так закрыта пышными космами, что редко получает заслуженное внимание и мужскую ласку.

– Что? – Я моргнула, прослушав сказанное Кэдерном.

Он закатил глаза.

– Я говорю, что мог бы за тобой ухаживать. Как за нормальной девушкой.

– Я что, ненормальная?

– А что, нет? Ты постоянно куда-то влипаешь. Мы познакомились несколько недель назад, а я уже сутками думаю о том, куда ты вляпалась, где ты ходишь, что ты делаешь и как тебя выпутать из очередной истории. Сормат, ты – человек-неприятность.

– Вот и прекрасно! – Я обиженно пискнула. – Я ухожу.

– Лежать! – Он не дал мне даже дернуться. – Так что, пойдешь со мной на свидание?

– Пойду, – вздохнула я. – Но после экзаменов.

– Если все сдашь. – Кэдерн хитро ухмыльнулся.

– Как мы скроем это от остальных?

– Это надо скрывать? – удивился директор. – Я же говорил, что иду на повышение.

– И что? Надо. Вам плевать на все, что о вас говорят, а мне придется слушать сплетни сутками. И скоро вы уедете в Алурту. А мне будет нужно заканчивать учебу.

Если я вообще останусь в живых каким-то чудом. Но об этом я ему не расскажу.

– Я придумаю что-нибудь, – озадаченно ответил Кэдерн.

Ему что, и в голову не приходила ситуация, в которой нужно скрывать отношения со студенткой? Зато теперь я точно знала, что лорд Элвид вовсе не узнал во мне пропавшую принцессу. Он просто… влюбился?

Вот блин, а это приятно.

– Дейна, господин Элвид, вставайте! – раздался крик бабушки.

– На весь дом, – простонала я.

Случайно ли мы с директором оказались в одной комнате? Ой, не знаю.

В дверях появились две головы: рыжая и светлая.

– Опа! – хмыкнул Антаф.

– Гляди, лежат, – подхватил Витар.

– Пошли вон! – рявкнул Кэдерн. Впрочем, разозленным он не выглядел.

Парни скрылись, и с кухни послышался их смех.

– Они серьезно управляют университетами?

– Сам удивляюсь, – кивнул он. – И как король их терпит?

Я напряглась от одного упоминания о короле.

– Ты едешь в университет или будешь гостить у бабушки? – спросил Кэдерн.

– Еду, – подумав, решила я.

– Тогда поторопись, дела не ждут.

Уезжали мы еще до обеда, несмотря на все уговоры бабули. Она то и дело обеспокоенно на меня поглядывала. А я намеренно не замечала этих взглядов – не хотела слушать очередную нотацию о том, что надо вернуться.

Еще не время.

Впрочем, когда наступит это время, я не знала. Если верить истории Фара и Мадлен, я могла в любой момент умереть, не дожив до совершеннолетия. Но ведь это была всего лишь глупая книжка.

Ведь правда?