Глава восьмая

Зарядил дождь, но об этом я узнала лишь по звуку капель, барабанящих по окну кареты. Меня везли уже минут сорок, и, по ощущениям, оставалось еще столько же. Я не знала ни того, кто снаружи, ни того, где мы сейчас, ни того, сдержит ли Карнатар свое обещание, или все это было ложью, а меня везут куда-то, чтобы незаметно убить. Внутри все перевернулось, тщательно выстроенные и уложенные эмоции всколыхнула встреча с советником.

Я обдумывала его слова и чувствовала, как к горлу подкатывает комок.

Темнота перед глазами начинала понемногу рассеиваться, и это вселило в меня уверенность, что Карнатар все-таки сдержит обещание и даст мне вернуться. А там я подумаю, как отвоевать свою жизнь. Я различала какие-то огни снаружи, очевидно, свет придорожных фонарей. Но вскоре они исчезли, и я поняла, что мы удалились в сторону. Северная дорога? Вполне возможно, часть ее проходит через лесной массив. Единственной возможной причиной того, что Карнатар приказал везти меня этим путем, было то, что он все же решил вернуть меня в университет. Потянуло холодом.

– Дейнатара, – нежный шепот, почти девичий.

Я подскочила.

– Кто это?!

– Дейнатара, – повторил голос. – Дейнатара!

В конце голос сорвался на визг, от которого застыла кровь в жилах. Я бросилась к дверям, впрочем, не надеясь на то, что они откроются. Но, к собственному удивлению, вылетела наружу, глубоко вдохнув вечерний морозный воздух.

Одновременно произошло несколько событий.

Упали двое мужчин, сраженные горящими стрелами.

Вспыхнули огнем, будто ударившись в невидимую стену, всадник и лошадь, ехавшие впереди.

– Дейнатара, нет! – Крик Карнатара был последним, что я слышала, прежде чем потерять сознание от удара о землю.

Мне обычно не снились сны, но в этот раз, проснувшись, я поняла, что что-то видела. Какие-то неясные образы, картинки, слышала чьи-то голоса, зовущие меня. Это было так жутко и непривычно, что я резко открыла глаза и вместо плотной тьмы увидела комнату, оформленную в красно-коричневых тонах. Я лежала на чем-то мягком, а в ногах у меня сидел Карнатар, устало откинувшись на спину.

– Тихо, – предупредил он мои вопросы. – Не дергайся. Голова как? Болит?

Прислушавшись к себе, я поняла, что боль вроде бы прошла. Ну или не успела вернуться.

– Где мы? Мы вернулись? Что случилось?

– Мы не вернулись. – Голос Карнатара звучал как-то мрачно.

– Что это значит? – Я насторожилась. – Где мы?

– В ловушке.

Меня передернуло от холода, царившего в доме.

– Замерзла?

Карнатар сбросил камзол и закутал меня.

– Почему я мокрая? – ощупала свои влажные волосы.

– Дождь пошел. Когда клетка схлопнулась, пришлось немного подождать на улице, пока дом не установится.

– Что вообще все это значит? Что это за дом? Что случилось?

– Ты что, вообще ничего не знаешь о клетках? – Карнатар выглядел удивленным.

Наверху что-то грохнуло, и я подскочила.

– Это что-то типа магической клетки, стены которой не позволяют жертвам выбраться из ловушки. Ты видела, что случилось с дозорным. Мы заперты в междумирье, в этом доме. Ну, может, пара десятков метров вокруг еще доступны для прогулок, но дальше лучше не соваться. Ты что, серьезно ничего не знаешь о таких штуках?

Я ошарашенно помотала головой.

– Я говорил Сертану, что образование у нас ужасное, – пробормотал мужчина. – Такие клетки создаются при определенном количестве затраченных усилий для того, чтобы убить без последствий. Они подстраиваются под обстоятельства и маскируют все под несчастный случай. Даже следователи не могут определить присутствие такой ловушки.

– И кто хочет меня убить?

– Почему тебя? – хмыкнул Карнатар. – Ты же – студентка и дочка портных, верно?

– Значит, тебя. – Я совсем сникла. – А я просто оказалась рядом.

– Скорее всего, так. Но теперь нужно выбираться вместе. Потому что тебя постараются убить, даже не зная, кто ты. Сейчас попробуй забыть о том, что тебе хочется разделать меня на рагу, и держись рядом.

Он протянул мне руку. Неуверенно я ухватилась за нее, только тогда почувствовав, как замерзла.

– Пойдем.

– Куда? – спросила я, вставая с дивана.

– Наверх. Там легче спрятаться.

– От чего спрятаться? – Я чувствовала, что снова начинаю паниковать.

Все-таки близость Карнатара совсем не успокаивала.

– От того, что обитает в клетке, – отрывисто бросил советник.

– И что это?

– Не закусывай губу. Это магия, какая – сказать сложно. Быть может, монстр, может – зверь, может – демон, может – иллюзия, может – стихия, может – страх.

Едва он закончил, люстра над головой у меня закачалась. Я испуганно застонала и поторопилась отойти подальше.

– Ты боишься землетрясений? – удивленно спросил Карнатар.

Я кивнула, не отрывая глаз от люстры.

– Прекращай, – совершенно серьезно предупредил мужчина.

Что? О чем он? Как я могу прекратить бояться?

– Страх. Отлично, характер клетки мы определили. – Карнатар буквально потащил меня вверх по лестнице.

– Характер?

– Клетка воплощает твои страхи.

– Мои?

Карнатар закатил глаза.

– Наши. Твои, мои. Разница лишь в том, что мы немного в разных условиях, а потому слушай внимательно.

Он остановился посреди какого-то коридора, в конце которого противно мигал свет, а двери то и дело хлопали. В доме кто-то был.

– Что бы здесь ни было, что бы ни пыталось тебя убить, оно не сможет причинить вреда, пока ты не веришь в это. Стоит тебе поверить, что огонь жжет, и сгоришь. Страх нельзя победить заклинанием, поэтому такая клетка самая опасная. Я не смогу тебя заслонить от твоих собственных страхов, вернее всего, потому, что сам являюсь одним из них.

Он говорил очень серьезно. И если надеялся, что я вдруг резко перестану бояться, то добился ровно противоположного эффекта.

– А как насчет твоих страхов? – Мой голос дрожал, и было очень стыдно.

– Со своими страхами я разберусь, – устало произнес Карнатар. – Ты, главное, постарайся не погибнуть. Чего ты боишься? Стой молчи. Идем сюда.

Он выбрал одну из комнат, оформленную в мрачных серо-черных тонах. Половину площади занимала огромная кровать, накрытая покрывалом с замысловатым узором.

– Чего ты боишься?

Я отвернулась. Чего я боюсь? Землетрясений, воды, гусениц. Не то. Вряд ли меня съест огромная гусеница, да и тонуть здесь негде… Боюсь разоблачения, но это скорее нервный страх перед новой жизнью и старыми проблемами. Нужно что-то, чего я боюсь до такой степени, что теряю способность мыслить.

– Карнатар, – позвала я, напуганная тишиной, внезапно воцарившейся в комнате.

Обернувшись, я вскрикнула и отступила к окну. Пустой взгляд не мог напугать меня так, как длинные пальцы, медленно расстегивающие рубашку. Я сглотнула.

– Карнатар? Мне кажется, сейчас не время.

Он как-то странно улыбнулся.

– Маленькая Дейнатара… Детство закончилось.

От этого голоса мурашки побежали по телу.

Ничего общего с тем Карнатаром, что был в охотничьем домике.

– Иди ко мне. – Он отбросил рубашку в сторону. – Дейна, иди сюда.

Голос был таким жутким, звучащим откуда-то из груди, с оттенком ярости. Я молчала, не в силах даже пошевелиться. Хотелось забиться в угол и свернуться калачиком.

– Нам будет весело. – Он приближался медленно, наслаждаясь моим страхом. – И ты даже не будешь слишком громко кричать.

Жесткие пальцы сомкнулись на моей шее, но не сжимались, давая возможность дышать. В нос ударил запах крови, и по шее потекла струйка – но не моей.

– Карнатар, прекрати! – Я дернулась, но лишь поцарапала локоть о каменную стену.

Он провел по моей щеке пальцем, и боль обожгла лицо. Я закричала, срывая голос, и почувствовала, как теперь уже моя кровь потекла по шее.

– Не надо… – я уже шептала, ужас держал крепче рук.

– Расслабься, – скомандовал Карнатар, проводя пальцами по моей шее.

Откуда-то подул холодный ветер.

– Дейнатара, – тот же шепот, что и в карете.

– Не верю, – прошептала я. – Не верю тебе!

Губы мужчины изогнулись в усмешке.

– Веришь.

Пощечина обожгла лицо, и я бы упала, если б не его руки.

– Не верю! – Я орала раз за разом, пытаясь увериться в этих словах. – Не верю! Не верю! Не верю!

Его лицо изменилось. Карнатар не выпустил меня, но остановился.

– Ты ничего не можешь мне сделать, – выдохнула я. – Я не ребенок. Я принцесса. Отпусти!

Он отступил на пару шагов. Сработало? Это лишь страх? Не ловушка, устроенная Карнатаром, чтобы больнее меня унизить? Действительно клетка, воплощающая страхи?

– Я тебя не боюсь. – Это было вранье, но говорила я уверенно. – И не верю в то, что ты способен причинить мне вред. Уходи.

– Я покажу тебе, что значит мужчина, – хищно усмехнулся Карнатар, и меня передернуло.

– Пошел к демонам!

Я нашла в себе силы оторваться от стенки и подойти к нему вплотную.

– Что, не можешь? – Я улыбнулась увереннее. – Не можешь ничего мне сделать, да? У тебя неплохо получалось сначала. Увы, ничего не выйдет. Я не боюсь тебя. Исчезни, я устала.

И я сделала то, до чего никогда бы не додумалась в здравом уме. Повернулась к нему спиной. Хотелось сжаться, ожидая удара или чего-то еще, но я лишь задрала нос, загнав куда-то глубоко-глубоко скулящий внутренний страх. И тихо прошептала:

– Спасибо.

Кем бы ты ни была, таинственная девушка-голос.

Он подошел, я слышала шаги. Но теперь я верила, что ничего не будет. Зло не может меня тронуть, не потому что я не верю в его силу, а потому, что верю в обратное. Меня прижали к крепкому телу, я почувствовала дыхание в волосах.

– Все, – выдохнул Карнатар. – Молодец. Умница, Дейна.

– Я не знала, что они выберут этот страх, – прошептала я, закрывая глаза.

Я так устала. Никогда бы не подумала, что эмоциональная усталость может действовать подобно удару дубиной по голове.

– Они выбирают те страхи, которые могут убить нас обоих. Все кончилось.

– Что это значит? Как мой страх может убить тебя?

– Не важно. Идем, нужно уходить. Мы все еще в опасности.

– Но они же больше не станут использовать мои страхи? – спросила я.

– Этот страх – нет. Но, полагаю, у тебя много других. Так что держись рядом.

– Ты знал? – спросила я, когда мы вышли из комнаты. – Что ты попытаешься сделать, ты знал?

– Нет, конечно, нет. Иначе я никогда бы не запер тебя вместе с собой. – Мне показалось, он говорит честно. – Ты молодец, сообразила.

– Это не я. Мне помогли. Если б не этот голос, я бы уже была мертва.

– Голос? – Карнатар резко остановился. – Какой еще голос?

– Женский. Не знаю, – пожала плечами я. – Он просто появился из ниоткуда. Сначала в карете, потом – в комнате. Позвал меня по имени.

В глазах Карнатара что-то промелькнуло.

– Зачем ты это сделал? – жалобно спросила я.

Он моргнул и непонимающе уставился на меня.

– Тогда, одиннадцать лет назад. Зачем? Если хотел защитить, почему выбрал такой способ, почему не объяснил?

Карнатар отвернулся, вновь схватил меня за руку и потащил к лестнице.

– Прятаться было плохой идеей, – сказал он. – Попробуем сломать стену.

Я покорно шла за мужчиной, а в голове вертелся миллион вопросов. Почему именно на мне сосредоточили силы, если убить хотели Карнатара? Как то, что произошло в комнате, могло убить его? Почему я за одиннадцать лет не задалась вопросом, что он за человек?

Двери захлопнулись с таким грохотом, что я отскочила.

– Мы не выберемся из дома, – мрачно изрек советник. – Сядь на диван и постарайся не паниковать. Я что-нибудь придумаю.

Я послушалась; легла, свернувшись калачиком, и прикрыла глаза.

– Только не спи, – откуда-то издалека донесся голос Карнатара. – Быть может, скоро начнется веселье.

Еще больше? Мне казалось, я этого не выдержу. Болела щека, я размазывала кровь по лицу, но не могла ничего сделать. Вся магия спряталась то ли под влиянием страха, то ли просто было мало сил. Я находилась на пределе. Слишком быстрая смена событий, слишком много боли. И даже не душевной. Моим спине, голове, рукам и прочим частям тела не нравится, когда их бьют, хватают и царапают.

– Дейна, не спи! – Карнатар подошел и помахал рукой перед моим носом.

Я поморщилась и чихнула. Дом не отличался чистотой.

Карнатар улыбнулся какой-то совсем не свойственной ему улыбкой.

– Мне кажется, ты хочешь меня спасти, – продолжала я. – Но каждый раз, когда я хочу начать тебя благодарить, вспоминаю, что ты хотел отдать меня Смилю.

Он усмехнулся:

– На самом деле твое заявление о дурманах меняет ситуацию. Он у меня не девочку получит, а ремня. Впрочем, об этом потом, я еще не продумал все детали. Но убить двух зайцев…

– Каких зайцев? – Я ничего не соображала. – Здесь есть зайцы?

– Дейна, не спи. Я тебя сонную не вытащу. Давай шевелись!

В памяти снова промелькнуло воспоминание…

Я сидела на высоком стуле в комнате, перед большим круглым зеркалом серого цвета с причудливыми узорами по контуру. Пышные волосы растрепаны. Без привычных кудрей мое отражение выглядело очень странным. Слишком взрослым для семи лет.

– Ваше высочество, – хныкала горничная. – Ну пожалуйста! Разрешите вас заплести, иначе господин советник меня убьет!

– Не убьет, Рита, – хихикнула я. – Ты же знаешь, я не люблю, когда ты заплетаешь. Ты слишком дерешь волосы.

– Я позову Катрину, хотите? – жалобно попросила девушка. – Скоро выходить, экипажи вот-вот подадут.

– Зови, – вздохнула я.

Я любила Риту, но причесываться с ней просто ненавидела. Впору было орать так, словно режут. Катрина тоже не умела делать прически из моих волос, но она хотя бы старалась обращаться с моей гривой нежнее.

– Дейнатара! – Я даже подскочила, когда в отражении показался Карнатар.

– Господин Морено, – я слезла со стула и сделала книксен, – доброе утро.

– Доброе, – кивнул советник. – Почему ты до сих пор не готова?

Я молчала, закусив губу.

– Не кусай губы, Дейнатара. Так почему ты еще не готова?

– Рита пошла за Катриной, – пришлось признаться мне. – Она слишком сильно дерет волосы, когда причесывает меня.

Карнатар неожиданно рассмеялся и опустился на корточки, чтобы быть со мной одного роста.

– И все? Дейнатара, ты что, не можешь причесаться самостоятельно?

– Жозетт говорит, что принцессы не должны сами причесываться, – пробормотала я.

Карнатар тяжело вздохнул.

– А ну садись, – скомандовал он.

И я, даже не подумав ослушаться, забралась на стул. Он взял расческу и начал осторожно расчесывать мои длинные волосы.

– Дейнатара, принцесса – это не та, что имеет толпу служанок для плетения косичек. Принцесса – это та, что имеет толпу слуг для управления страной. Принцесса должна быть не только красивой, но и умной.

Он быстро и умело заплетал мне косу, не оставляя ни единой лишней прядки.

– Учись всему сама, – сказал Карнатар. – Потому что бывают ситуации, в которых рядом не оказывается ни Катрины, ни Риты. Все, готово. Идем?

– Так быстро? – удивилась я.

Карнатар рассмеялся.

– Конечно, быстро, принцесска. Я же не твоя горничная, чтобы разводить охи-ахи по поводу твоей шевелюры. Все, слезай и пошли. Нас ждут.

– Ты заплетал мне волосы, – прошептала я.

– Ты любила, когда я заплетаю тебя. Риту больше не подпускала. Либо делала это сама, либо звала меня, – бесстрастно ответил Карнатар.

– Как Рита? И Катрина?

– Служат Жозетт. Делают вид, что счастливы, но мне кажется, в гробу они видели эту дуру. Если ты вернешься, будут в восторге.

В этот момент мне страшно захотелось домой. Глаза наполнились слезами, а от тоски захотелось выть.

– Когда наши отношения так испортились? – спросила я. – Почему я почти ничего не помню из своего детства?

– Страх парализует. И отшибает память, – нехотя ответил Карнатар. – Сложно сказать. Дети очень тонко чувствуют настроения, витающие в семье. А у тебя и семьи толком не было.

– Паршивый день, – буркнула я. – Свалились вы все на мою голову. Да не смотри на меня так, я все еще тебя ненавижу.

– Я и не смотрю. – Карнатар пожал плечами. – Повернись.

– Что? – Я на всякий случай отодвинулась подальше.

– Эй, мы в ловушке. Что может еще случиться? Просто повернись ко мне спиной.

Я нехотя повернулась и на всякий случай напряглась. Мало ли что придет ему в голову. Хотя у Карнатара уже был миллион возможностей меня убить, и раз он до сих пор ничего не делал, я готова если не доверять, то хотя бы довериться сейчас.

Когда он начал заплетать мне косичку, я расплакалась.

От усталости, от ноющей где-то на периферии сознания боли, от непонимания, от количества информации и эмоций. В один день жизнь переворачивается с ног на голову, заставляя тебя принимать решения, которые так долго откладывала, говорить о том, о чем даже думать боялась.

Когда он закончил, я вскочила с дивана. И тут же упала обратно: Карнатар крепко держал кончик моей косы.

– Ты чего? – возмутилась я. – Косичку отпусти!

– А зачем ты дергаешься? – в ответ удивился советник.

– А ты не хватай чужую косичку! Я хочу действовать. Надо искать хоть какой-нибудь выход.

– Какой? – Карнатар зевнул. – Остается только ждать продолжения банкета. Рано или поздно клетка рухнет, такую магию сложно поддерживать долго. Если мы продержимся – выживем.

– Я не хочу, – тихо сказала я. – Мне и одного раза хватило.

– Такого больше не будет. Ты знаешь, что все это не является реальностью, и сумеешь справиться. Кто бы ни организовал ловушку, он проиграл и понимает это.

– А ты? Твои страхи? – Я не желала отставать. – Ты так и не сказал, чего ты боишься.

– Мои страхи, – медленно ответил Карнатар, – тебе не повредят.

– И что? Просто ждать до утра? Ничего не предпринимать?

– Ладно, идем, – решил Карнатар.

Как он объяснил мне позже, клетка плетется с определенной точки, которая и является ее слабым местом. Рвется там, где тонко. Увидеть своеобразный «шов» можно при срабатывании стен, которые сжигали все, что подходило к ним близко. По приказу Карнатара я бросала в стену разные предметы, а он наблюдал, периодически рисуя в воздухе какие-то знаки. Это казалось бредом, но стена в итоге действительно рухнула, открыв темный и холодный, но совершенно обычный лес.

Хотя я до конца не была уверена, что это произошло из-за наших усилий. По-моему, он просто отвлекал меня придуманными ритуалами и ждал.

– И все? – Я не поверила своим глазам. – Так просто? Столько пафоса и такая развязка?

– Маг слабеет, – пояснил Карнатар. – Каким бы сильным он ни был, долго поддерживать такую ловушку нельзя. Ее питают страхи, а мы с тобой с частью из них справились.

– Ты, по-моему, вообще никаких эмоций не испытываешь, – буркнула я и двинулась вперед.

– И куда ты идешь? Ты что, знаешь дорогу? – настиг меня насмешливый голос Карнатара.

Я остановилась и посмотрела на небо, будто там был кто-то, способный мне помочь.

Спустя полчаса мы остановились у первого фонаря, который ярко освещал участок дороги, делая ее менее жуткой.

– Все, пришли. Пойдешь вперед по освещенной части, выйдешь к университету.

– Э-э-э, – меня напрягала перспектива тащиться одной ночью по дороге, но, помня урок в охотничьем домике, я не решилась просить проводить. – Ладно.

– Стой! – Он не дал мне уйти, ухватив за локоть. – Дай я уберу царапины. А то как с войны вернулась.

Карнатар коснулся холодными пальцами моего лица, и боль прошла, оставив после себя легкое ощущение покалывания. Царапины на щеке и лбу затянулись, синяки с запястий исчезли, будто и не было их вовсе.

– Три месяца, – повторил Карнатар. – Если я не увижу тебя во дворце через три месяца, то приеду сам. И вместо того, чтобы проститься с этой жизнью так, как хочется тебе, наградив всех, кто был с тобой рядом, ты уедешь во дворец без права на объяснения и прощания.

Я презрительно фыркнула. Я всерьез с ностальгией вспоминала детство?

* * *

Если и был какой-то предел неприятностям, так внезапно свалившимся на мою голову, то все случившееся явно давно его превысило. Нет, меня не поймали на вахте (знание секретных студенческих ходов существенно облегчает жизнь), и я даже не заблудилась в лесу, не подвернула ногу и не встретила никого из знакомых. Я вполне благополучно дошла до комнаты и остановилась, увидев Кэдерна, сидящего на корточках возле моей двери.

– Ой, – пролепетала я.

Лорд Элвид дернулся и поднялся.

– Дейна, – воскликнул Кэд, – почему ты не пришла?

Пришла. В итоге. Свидание, ужин у Кэдерна! Я давно должна быть там. Да нет, я давно должна быть дома, накормленная и довольная жизнью. А я шаталась по лесам с Карнатаром и вообще вела какой-то непринцессовский образ жизни.

– Кэд… – я не знала, с чего начать объяснение, впрочем, как и то, что я хотела сказать.

– Я все понимаю, – хмуро откликнулся Кэдерн. – Прости, что не догадался сразу. Но, Дейна, не нужно было сбегать. Я понимаю, что напугал тебя сценой в кабинете и ты боишься мне отказать. Все нормально. Все это никак не отразится на твоей учебе. Я не стану давить на тебя, ты в чем-то права, в моем мире все происходит иначе. Я думал об этом весь вечер. Прости, иногда я бываю невыносим. Тебе не нужно бояться мне отказать. Давай поговорим, когда будешь готова. Если захочешь.

Он обошел меня, ошеломленную и не могущую произнести и звука.

Когда я поняла, что вот-вот Кэдерн уйдет из этого коридора, а заодно и из моей жизни, то, к своему удивлению, не расстроилась.

Разозлилась. Безумно, желая что-нибудь разломать и орать во весь голос при этом. Слишком много гадостей случилось за последнее время. И позволить Кэду просто так уйти я не могла.

– Стой! – Я догнала мужчину и встала в проходе. – Прости меня. Я хотела прийти, правда!

– Не пришла. – Он покачал головой. – Дейна, не оправдывайся. Ты замечательная, а я дурак.

– Дурак, – кивнула я. – Выслушай меня. Я не пришла не потому, что не хотела. Я пошла к родителям и… встретила Карнатара Вирне.

Вот так. Вроде и соврала, а вроде и сказала правду не моргнув глазом. Не стану уточнять, что он меня похитил и заставил пережить несколько очень неприятных моментов.

– Советника? – В глазах Кэда промелькнуло беспокойство. – Что он хотел?

– Выяснял все о своем сыночке. – Я неопределенно пожала плечами. – Я правда хотела уйти, но, сам понимаешь, Карнатар Вирне – это не однокурсник с потока. Хочешь не хочешь, а приходится беседовать.

– Дейна, он тебе угрожал? – подозрительно прищурился Кэдерн.

– Нет, – рассмеялась я. – Он угрожал Смилю. Обещал прописать ему ремня.

Кажется, Кэд немного успокоился. Во всяком случае, атмосфера между нами стала заметно дружелюбнее.

– Так что там с ужином? – Я нервно закусила губу.

– Остыл, – пожал плечами Кэд.

– Ты же маг. Согреешь?

Когда его лицо озарила улыбка, я подумала, что ради этого момента стоило пережить все, что я сегодня пережила. Теплые губы, теплое дыхание, нежность без тени жестокости и абсолютная, безграничная уверенность, что все будет хорошо. На ум пришел поцелуй с Карнатаром. Кэд не делал мне больно и вряд ли сделает. Кэд боится меня напугать или обидеть, он слушает и слышит. Он не заламывает мне руки и не кусает губы. Но и такого всплеска чувств, лишающих сознания, не вызывает. С ним хорошо, просто хорошо.

И почему мне этого достаточно?