Глава 19

В сознании Дирхтана я смогла разглядеть менталиста, призвавшего увров. Его щуплая фигура скрывалась под складками плаща и невозможно было определить ни пол, ни телосложение. Но Дирх уловил отчётливый запах – чересчур сладкий цветочный, явно принадлежавший женщине.

Менталист подкрался к Николаю, не заметив Дирхтана, и простёр руки. Увры получили свою добычу: отряд сопровождения, собранный братом, был растерзан. Лишь одарённые, шедшие позади, смогли сбежать и запросить помощь. Николай с друзьями оказались в ловушке, загнанные в дальний угол пещеры.

Твари щёлкнули пастями и бросились на Алексея и Семёна, но не убили, а отшвырнули их в сторону и принялись скрести стену, за которой отгородился Николай. Менталист хладнокровно наблюдал за происходящим, не вмешиваясь.

Дирхтану стало любопытно, и он вышел из укрытия. Менталист же явно испугался: после нескольких безуспешных попыток подчинить вожака он отозвал увров и скрылся среди камней, бросив раненого Николая.

Есть у менталистов такой недостаток: они могут подчинить любое живое существо, включая тварей, но только при условии, что не «прокачали» призыв. У них всего два пути: подчинение разума или материализация. При этом обе способности остаются доступными на любом уровне, но при развитии одного навыка контроль над другим падает.

Николай остался лежать рядом с друзьями, истекая кровью. Мне было больно видеть брата таким, хоть я и знала, что он поправится. Алексей не шевелился, а вот Семён Аристов сел, прислонившись к стене и закрутил головой по сторонам.

– Вытащи меня! – крикнул он.

Это он менталисту? Хм… после слов брата о том, что кто-то из его друзей может быть нашим врагом, это имело смысл. Вытаскивать его никто не спешил – через несколько минут Семён потерял сознание. Вскоре появился отец и окружил ребят каменной стеной.

Менталист действовал грамотно – твари ни единым движением не выдали своего приближения. Вместе с уврами он подкрался к защитной стене, но нападать не стал. Теперь я точно знала, что он пришёл именно за Николаем.

Отец же не спешил выходить из укрытия, а через какое-то время в пещеру заявилась я. Что я сделала, когда поняла, что работает глушилка? Конечно же отправила зов жизни. И Дирхтан его услышал.

Сейчас, находясь в его сознании, я ощутила дикую тоску. Тоску по дому, по котятам и самке, по привычной, но уже почти забытой жизни. Впервые за долгие годы у вожака вновь пробудилась надежда.

Менталист тоже услышал зов и разозлился. А потом он вдруг скинул капюшон, и я наконец смогла увидеть его, пусть и глазами Дирхтана. Это определённо была женщина. Баронесса Людмила Свиридова собственной персоной.

А ведь всё сходится. Слишком уж много было совпадений: сначала помолвка отца, потом эта ловушка, диверсия в шахтах и вторжение тварей. И отовсюду торчали закопчённые в солярии уши бывшей невесты отца.

Она похоронила двух мужей, забрав их земли и предприятия, а наследники даже не пикнули. Почему так? Не потому ли, что покровитель Свиридовой слишком уж влиятелен? А раз так, ему ничего не стоило найти учителя для незарегистрированного менталиста.

А кого не проверяют на способности к магии разума? Женщин. Считается, что это истинно мужской дар. Даже если у кого-то из благородных дочерей есть зачатки дара, их не станут обучать, а выдадут замуж за менталиста.

Итак, Свиридова дождалась, пока отец с Николаем исчезнут в портале, а потом натравила увров на меня. Если бы не Алексей, я бы не выжила. Дирхтан вмешался только после того, как увидел, что Свиридова призывает новых тварей. Он позвал свою стаю и подошёл ко мне.

Баронесса едва успела удрать, призванные твари исчезли, а Дирхтан подошёл ко мне. Теперь взгляд вожака был направлен на моё бледное лицо. Со стороны я смотрелась жалко: искусанные губы, тонкие руки, которые едва держат родовой меч Аристовых.

Похоже, именно мой зов жизни и разговор с вожаком стали отправной точкой. Свиридова увидела Дирхтана и его стаю, она вполне могла проследить за нами и увидеть, как вожак выводит нас к выходу.

Скорее всего, баронесса действовала по отработанной схеме: получала цель – будущего мужа – и последовательно избавлялась от наследников. В итоге к моменту замужества оставались лишь боковые ветви, младшие ро́да и те, кого можно будет легко вывести из игры.

Именно это она и хотела проделать с Николаем, но тут пришла я и приманила Дирха. И какие выводы мог сделать покровитель Свиридовой? Он мог подумать, что я необученный менталист, либо у меня есть особые навыки по подчинению тварей. Тем более, что всего через несколько дней Ахашши, которого она привязала к себе, внезапно выбрал меня своей хозяйкой.

Объявление войны было неожиданным, но, видимо, уничтожить Войтовых покровителю баронессы хотелось как можно скорее. И виновата в этом Свиридова: кто знает, что она доложила обо мне и моих умениях?

Её покровитель мог догадываться, а возможно даже знал наверняка, что я адепт Хаоса. И вдруг выясняется, что я ещё и Порядком овладела. Учитывая урезанные возможности двух конкретных Великих Сил в этом мире, можно было только предполагать, как управление ими нарушит баланс Сил. Конечно, такая неопределённость вызвала опасения.

Дальнейшие воспоминания Дирхтана меня не так интересовали – я узнала всё, что хотела, но на всякий случай решила просмотреть чуть дальше. А там обычные вопросы, связанные со стаей, и охота на зверушек вдоль горной цепи. Дирх держал около себя только сильных. Его стая насчитывала почти три десятка особей разного вида, и им приходилось охотится довольно часто.

Вынырнув из сознания Дирха, я поблагодарила его за доверие. Новая порция энергии – и вот уже по шкуре вожака пробегают искрящиеся молнии. Я угадала, этот зверь намного сильнее Ахашши. Хороший питомец. Сильный, умный и послушный.

Я положила руку на загривок, прошлась пальцами по жёсткой шерсти. Защитные пластины разошлись в стороны, чтобы открыть мне доступ к самым уязвимым местам. Он мой. Целиком и полностью.

– Госпожа, он опасен, – дёрнулся ко мне Колум, когда я почти уткнулась лицом в шею Дирхтана.

– Нет, Колум, только не для меня, – я сжала шерсть в кулак и потянула морду Дирха к себе. – Он мой. Навсегда.

– Вы не можете этого знать наверняка, – в голосе Колума отчётливо слышалась паника. Да, после преображения мой кошак уже выглядит не так жалко.

– Могу и знаю, – я щёлкнула пальцами другой руки по носу Дирхтана. – Правда же, малыш?

Дирх издал что-то вроде «м-рряв» и лизнул меня шершавым языком. Из пасти пахнуло не очень приятно, но я даже не поморщилась. Заглянув в глаза питомца, я задумалась.

– Ты можешь найти по запаху того чужака, – спросила я, мысленно передав образ Свиридовой.

Появилась у меня одна мыслишка. Дирх кивнул, а я оскалилась.

– Тогда нас ждёт славная охота, – я рассмеялась. – Когда я пройду ритуал принятия в род, мы отправимся на охоту, мой друг.

– Госпожа? – Колум дёрнулся ко мне, но рык Дирхтана остановил его. – Никакой охоты без моего участия.

– Не переживай, мы возьмём тебя с собой, – сказала я вслух, мысленно спросив у вожака, зачем он меня звал.

– В горах появились чужаки, – ответил он. – Много чужаков.

– Можешь показать?

От слияния сознаний у меня уже кружилась голова, да ещё и подташнивать начало. Всё-таки я не менталист, и блуждание по закоулкам чужого разума может свести с ума.

Дирхтан кивнул и показал мне, как группа людей расставляет у подножья горы оборудование для добычи фульгурита и приборы для обнаружения иномирной энергии. Это плохо, очень плохо для Войтовых. Несмотря на то, что добытчики находились далеко от наших земель, их появление означало, что разработки начнутся на протяжении всей горной цепи. И уже скоро доберутся и до нас.

После ещё одного видения, посланного Дирхом, проняло меня неслабо, даже мысли стали будто чужими. Мне нужно было отвлечься. Как только я начинала прогонять в памяти воспоминания своих питомцев, в голове стучали невидимые молотки, ударяя по темени и вискам. И как только менталисты выдерживают такое на протяжении многих лет? Или со временем эти ощущения проходят?

Я уменьшила приток силы и ослабила контроль над внутренним доспехом. Хотелось ощутить мороз на щеках и немного охладить голову. Мне казалось, что на шее болтается удавка, которая затягивается всё туже и туже. Будто кто-то перекрыл доступ воздуха, и я вот-вот задохнусь.

Я попрощалась с Дирхтаном и мы с Колумом пошли по каменистой тропинке, ведущей к поместью. Мои мысли то и дело возвращались к увиденному в памяти моих питомцев. Казалось, что все события связаны между собой: авария и гибель мамы, спонтанный разлом на полигоне, вархи и погонщики под гостевой резиденцией императора и даже уничтожение рода Макаровых.

Ещё и Людмила Свиридова. Она хотела влезть в мою семью, избавиться от Николая, потом объявила войну… и она до сих пор жива. Возможно, не стоит мне самой отправляться на эту охоту? Отправить Дирха вместе с его стаей, и пусть они с ней разберутся.

Надо обязательно поделиться с отцом про разработки фульгуритов. Я обернулась на Варданову Гряду. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая вершины гор в багряный цвет. На редких деревьях, что росли у подножья, вместо листвы висели бусины засохших ягод. Каждый шаг отдавался эхом по камням, и мне казалось, что завывание ветра – это скорбный крик, исходящий из самых недр гор.

– Колум, скажи честно, это ты устроил взрыв в резиденции? – спросила я, чтобы хоть как-то избавиться от тягостных мыслей.

– Да, мы с Трисой решили подчистить хвосты, – кивнул Колум, а у меня прямо гора с плеч свалилась – я-то боялась, что это была попытка убить нас с отцом. – Уровнем ниже были ещё клетки.

– И кто в них содержался? – мой голос дрогнул.

– Вам не стоит знать, госпожа, – вздохнул Колум.

– Мне нужно это знать, – налетевший ледяной ветер растрепал волосы и забрался под пальто, заставив меня поёжиться от холода. – Я хочу понимать, что происходит.

– Это были… существа размером с крупную собаку, только вместо шерсти чешуя, испускающая голубоватый свет, – Колум показал примерный рост тварей, а потом прищурился, вспоминая детали. – Длинный тонкий хвост, покрытый шипами и несоразмерно большие уши вроде локаторов.

Я поняла, про кого он говорит. Веларги – одни из самых странных тварей. Помимо маскировки и невероятной скорости, веларги могут влиять на разум людей, вызывая страх и панику. Его ментальные атаки могут привести к параличу, потере сознания и даже смерти. И если их сумели поймать и посадить в клетки, то без участия менталистов тут точно не обошлось.

– Тогда взрыв действительно был самой лучшей идеей, – прошептала я, дыхнув на озябшие пальцы.

– Вы знаете, как уничтожить таких тварей? – удивился Колум. – Они как-то воздействуют на психику, даже доспех духа не помог.

– М-м-м… их можно ослабить световыми и звуковыми гранатами, они очень чувствительны к интенсивному излучению, особенно ультрафиолетовому, – перечислила я то, что было доступно в этом мире. – Ну а убить только через групповое объединение сил четырёх магов вне категории. Так что вариант с той сферой, которую использовала Триса на площади, вполне неплох.

– Вы готовы к спаррингу? – сменил тему Колум, заметив, что я загрустила.

– Готова, конечно, – я усмехнулась.

– Посмотрим, госпожа, – хмыкнул он.

Я тряхнула головой, чувствуя, как подмерзают кончики ушей, и выдохнула облачко пара. Спаринг меня не сильно волновал – всё, что хотела, я сделала. Даже если проиграю и брат будет таскаться за мной по пятам, в разлом или на охоту вырваться как-нибудь смогу.

Михаил ждал меня у ворот с двумя мечами. А за его спиной стояли гвардейцы, Матвей и даже отец. Это что, показательное выступление? Ха! Отец-то видел записи с камер, когда я уложила Матвея на лопатки, а Миша нет. Будет забавно.

Подхватив брошенный мне меч, я скинула пальто на руки Колума и побежала к площадке перед домом, залитой багровым светом заходящего солнца. Ещё полчаса, и станет темно, как ночью, но мы успеем.

Сжимая рукоять меча и чувствуя знакомую тяжесть, я прошлась по Михаилу оценивающим взглядом. Стоял вроде расслабленно, но я видела, что он готов в любой момент атаковать. Пластика, жесты, стойка – всё выдавало в брате опытного воина, прошедшего десятки боёв. Какую специализацию он выбрал в военном корпусе? Наверняка разведку.

Скрежет стали разорвал морозный воздух. Брат ринулся в атаку. Его клинок мелькал, словно молния, оставляя за собой ослепительные блики.

Я парировала удары, отступая назад. Гравий скользил под ногами. Лязг стали эхом разлетелся по двору.

Михаил был сильным и ловким противником, он атаковал яростно, загоняя меня к стене дома. Я снова парировала, контратаковала, выворачивалась и изгибалась. После того, как я повысила уровни Эфира и Хаоса, Материя тоже должна была скакнуть выше, но вот насколько? Пока что я особых изменений не заметила.

Миша сделал резкий рывок, я вывернулась и, потеряв равновесие, упала на одно колено. Брат тут же бросился на меня. Перекатившись, я поднырнула под его руку и ударила сбоку. Лезвие скользнуло по камню.

Он. Использовал. Трансформацию. Умение, которое доступно шаманам и которому наша мама не обучала никого, даже Николая. Я вскочила на ноги и криво ухмыльнулась.

– Эй, мы же договаривались без магии! – возмутилась я в голос, переводя дыхание. Не стоило привлекать внимание гвардейцев к новому умению – пусть думают, что так и должно быть. – Нельзя использовать усиления!

Михаил отшатнулся, ошеломлённо глядя на свою руку. Каменная броня, проступившая на его коже, словно пульсировала, источая еле заметную вибрацию, и уплотнялась, словно превращаясь в гранит. Хм, а это любопытно. Каменная корка и впрямь засверкала. Гранитная броня вместо каменной? Повезло братишке.

– Я не… – пробормотал он, не сводя взгляда с руки. – Не понимаю, как это произошло.

– Ты проиграл, братик, – насмешливо крикнула я. – Правила поединка нарушены.

– Молодец, дочка!

Отец, бесшумно подошедший сзади, одобрительно похлопал меня по плечу. Он бросил быстрый взгляд на Матвея, и тот принялся разгонять гвардейцев.

– Поговорим в кабинете позже. Михаил, поздравляю, ты принял дар рода Шуваловых. Твоя мать гордилась бы тобой.

– Дар? – хмуро спросил Миша, оторвавшись от созерцания своей руки и переводя взгляд на отца. – Но они же владеют магией земли?

– Не совсем, – пояснил отец. – Это особая разновидность магии, даже не совсем стихийная. Тебе нужно тренировать новый навык, чтобы не выдать себя.

– Понял, – Михаил кивнул, всё ещё не до конца осознавая происходящее. – Точнее, не понял, но разберусь. Яра, ты не победила! Это не считается!

– Ага, как же! – фыркнула я. – Прими свой проигрыш с честью, воин. И чему тебя там только в корпусе учат…

Я резко замолчала, услышав странный звук. Так скрипит несмазанное колесо телеги или ржавые петли. Обернувшись, я увидела то, что повергло меня в шок. Матвей смеялся. Раскатисто, заразительно, заполняя своим смехом всё пространство двора. И в этот момент он не был суровым стариком, а просто счастливым человеком, наслаждающимся моментом.

– Вот нахалка мелкая! – выдавил он сквозь слёзы. – Урыла братца подчистую! Какова пигалица!

– Так это… я бы проиграла в честном бою, – призналась я, передёрнув плечами. От смеха Матвея у меня мороз по коже.

– На равных бились, даром что в корпусе четыре года отслужил. Совсем там, погляжу, плохо с обучением-то. А ты молодец, без усиления хорошо держалась. Ноги в следующий раз держи лучше, видишь – гравий скользкий от изморози.

Матвей цокнул языком, усмехнулся и со всей силы приложил меня по плечу. Если папино похлопывание было поддерживающим и ободряющим, то от шлепка наставника я чуть не свалилась. Ноги подогнулись, из груди вырвался не то всхлип, не то хрип, и я начала оседать. Отец вовремя успел подхватить меня и помог удержаться в вертикальном положении.

– Пап! – тут же сориентировалась я, вспомнив, что Колум обещал показать, как ставить усиленный доспех духа. – Меня Колум обещал кое-чему научить, я на пару часов в зал для магических тренировок, потом загляну к тебе, ладно?

– Конечно, а Миша пока приведёт себя в порядок, – улыбнулся он. – После ужина жду вас в кабинете.