Глава 2

Едва войдя в зал, Таисса остановилась как вкопанная.

Перед ней на всю стену раскинулся старомодный киноэкран.

– А это ещё зачем?

– Не догадываешься?

Леонардо Мезо с ленивым видом раскинулся в кожаном кресле, закинув ногу на ногу. Только прищуренные глаза выдавали его напряжение.

– Лютер подсуетился, чтобы подлинность завещания не опротестовали. Поди подделай аналоговую киноплёнку, маркированную и опечатанную как надо.

Это было… изобретательно. Таисса понятия не имела, что Вернон не ограничился простым бумажным завещанием, а запишет послание. Майлз Лютер мог бы гордиться талантом сына, если бы не лежал сейчас в криокамере в бесполезном ожидании чуда.

Элен не вернётся. Не возвращается никто. И она, Таисса, не вернётся тоже.

Сердце Таиссы заныло. Киноплёнка. Ей предстоит увидеть Вернона на экране. Если бы она могла увидеть его по-настоящему, обнять…

Таисса опустилась в кресло, не глядя по сторонам. Дом вокруг неё был мёртв. Даже если Вернон часами сидел в этом кресле, вертя в пальцах ручку, какая разница? Это лишь вещи. Настоящее – живой голос, улыбка, насмешливый взгляд – ушло и не вернётся.

Но режущая боль в душе совершенно не желала уходить.

Странно, что отца здесь не было. Таисса перевела взгляд на двух мужчин в чёрном, сидящих за отдельным столом. Крошечные эмблемы на лацканах выдавали одну из старейших фирм, чудом сохранившуюся после войны. Всё было приготовлено к просмотру завещания, но где отец, где Рамона? Почему их нет?

– Что, слетелись на падаль? – раздался резкий голос. – И ты тоже, Пирс?

В дверях стояла Хлоя.

– Хлоя, – устало проговорила Таисса. – Конечно же, ты тоже здесь.

Вздёрнув нос, Хлоя прошествовала к центральному креслу. Просторное серое платье с зеленоватым отливом ей очень шло. Из знаков траура Хлоя выбрала лишь чёрный шарф. Презрительная улыбка, чёткий профиль – от фигурки бывшей невесты Вернона веяло уверенностью и презрением.

– Выключайте свет, – приказала Хлоя, и зал почти тотчас погрузился в полумрак.

Хлоя обернулась к Таиссе.

– Совсем скоро ты вылетишь из этого особняка, Пирс. Как только всё перейдёт мне, тебя даже на порог не пустят. Тебе не достанется ничего.

– Подумай ещё раз, Хлоя Кинни, – прозвучал ледяной женский голос. – Я обещала, что не трону тебя, но к наследству Лютера это не относится.

Таисса вздрогнула.

Посреди зала стояла Лара.

– Решили не дожидаться почётную гостью? – поинтересовалась она. – Зря.

– Где настоящая Лара? – резко спросила Таисса. – Она хотя бы жива?

Голограмма фыркнула.

– Даже если бы моё главное тело умерло, я бы не стала сообщать тебе, правда, маленькая Таисса? Какой смысл? Тебя уже почти нет.

– Лара жива, Таис, – раздался негромкий голос.

В зале снова зажёгся свет. Дверь открылась. Таисса повернула голову и замерла.

В дверях стоял Дир.

Она не ожидала увидеть его здесь. И, как ни странно, испытала облегчение.

Их взгляды встретились. Дир наклонил голову, и Таисса сделала то же самое.

Рядом с ней он садиться не стал. Просто замер у стены.

– Что, и Светлые здесь? – хмыкнул Лео. – Может, и Александр собирается прибыть на оглашение? Ящик отравленного виски наверняка его дожидается.

– Можете забыть об Александре, – презрительно бросила Лара. – Других наследников не будет, потому что наследство Вернона Лютера приму я. Никаких сюрпризов.

Никто не возразил ей. Никто не произнёс ни слова. Никто не хотел связываться с существом, которое могло достать их из любой точки земного шара. Никто не хотел вставать у Лары на пути. Никто, включая саму Таиссу.

Дир тоже молчал. Молчал и спокойно смотрел на Лару.

– Что, не будешь опротестовывать моё право, Дир? – с сарказмом спросила Лара. – Боишься? Или надеешься перехватить приз первым?

Таисса напряглась.

– Думаю, выяснение отношений подождёт, – покачал головой Дир. – Мы готовы. Включайте проектор.

Один из юристов кивнул, набирая команды.

И противоположная стена осветилась.

Вернон, усталый и взъерошенный, сидел за пультом управления. Таисса узнала кабину дирижабля Виктории.

– Да, мама, – бросил Вернон через плечо. – Сейчас. Дай мне пару минут.

У Таиссы сжалось сердце. Она помнила этот небрежный тон и холодное безразличие в интонациях. Именно так Вернон выглядел, когда она, Таисса Пирс, внушила ему её не любить.

– Вернон, милый, я рада, что ты согласился написать завещание, – раздался бархатный голос, и Виктория появилась в кадре. – Я уже отдала распоряжения на твой счёт. Всё, что принадлежит мне, будет принадлежать тебе, включая сферу. Ты не умрёшь в следующем году, обещаю.

Если бы Вернон не отдал ту сферу ей, Таиссе, сейчас он был бы жив. Это было нечестно, нечестно, нечестно…

– Конечно, конечно. – Вернон зевнул. – Вечная жизнь и прочие разные неважные блага. Считаешь, я вот-вот отброшу коньки?

– Ты сидишь в кресле главы «Бионикс», – с нажимом произнесла Виктория. – Ты ведь не хочешь потерять всё, что таким трудом досталось тебе и Хлое? Твоей любимой невесте?

– Я никого не люблю, – отмахнулся Вернон. – Кроме родных родителей, занятых порабощением человечества, но тут уж ничего не поделаешь – генетика.

У Таиссы вырвался нервный смешок. Хлоя бросила на неё уничтожающий взгляд.

– Завещание – такая штука, которая иногда меняется, – задумчиво протянул Вернон. – Порой внезапно меняется. Пожалуй, надо бы учесть и это.

Морщинка разделила надвое лоб Виктории.

– Учесть что? – резко спросила она. – И кого? Ты же не думаешь сейчас о той девчонке?

Вернон фыркнул.

– Таисса Пирс для меня ничего не значит. Что не отменяет факта, что жизнь изменчива, дорогая матушка. Поэтому, – его пальцы скользили по виртуальной клавиатуре, – раз продолжительность этой самой жизни порой сокращается с очаровательной быстротой, я добавлю в своё завещание одну милую деталь. Если с моего линка придёт подписанное моей кровью сообщение… свежие эритроциты, простейший анализатор… то радостный наследник сменится с быстротой молнии.

Финальный росчерк, и Вернон откинулся в кресле, коснувшись линка. По его лицу блуждала усталая отчуждённая улыбка.

– Разве я не умница? Жаль только, что мне к тому времени будет наплевать.

Лицо Виктории напряглось, застыло маской.

– И в чью пользу ты планируешь изменить своё завещание?

– Начнём с того, что мне сегодня почти нечего завещать, – отозвался Вернон рассеянно. – Или ты хочешь получить наш особняк? Полузатопленные руины замка? Чтобы что, открыть картинную галерею?

Он развёл руками.

– Впрочем, мало ли? Вдруг я послезавтра загляну в будущее? Или украду секреты Великого Тёмного всем назло? Не всё же Пирс быть любимицей судьбы.

– Сейчас Таисса Пирс и её отец в моих руках, – холодно бросила Виктория. – Не сказала бы, что им повезло.

– Да уж, материнской нежностью ты не отличаешься.

Таиссу вновь поразило выражение лица Вернона. Даже знакомая небрежная насмешка казалась мёртвой. Сколько же боли причинила ему его мать когда-то, заставив Таиссу влезть в его сознание!

Таисса невольно коснулась шрама на щеке, оставленного наёмниками Виктории. Нет, лучше так, лишь бы он был жив. Прекрасных принцев можно расколдовать, можно очнуться от любого гипноза, но из объятий смерти не возвращаются.

– Дело сделано, – заключил Вернон. – Разве что одна деталь… Впрочем, неважно.

– О чём ты?

Вернон зевнул.

– Не бери в голову, мама. Подарил колечко одной недостойной девице, а отнимать его поздно, лень, да и не хочется. К счастью, недогадливая глупышка не умеет им пользоваться, а теперь уже никогда не сумеет.

Таисса накрыла рукой перстень Вернона. Кладезь тайн, внутри которого притаилась сложная многоуровневая электроника. Давний подарок Вернона, который пронзил руку Таиссы током, когда умирающий Вернон упал ей на руки. Тогда Таиссе было не до этого, но сейчас она невольно задумалась. Что это было? Флуктуация, влияние воронки? Или же в перстень пришло… что-то? Сообщение? Или нечто большее?

Вернон коснулся линка.

– Всё, – донёсся его голос. – Конец записи.

Плёнка закончилась. Перед глазами Таиссы вновь горел белоснежный экран.

Таисса нахмурилась. Стало быть, Вернон оставил всё Хлое… но с тех пор его завещание наверняка изменилось, правда? Ведь Хлоя перестала быть невестой Вернона давным-давно.

Но если Хлоя беременна от него, если Хлоя ждёт его ребёнка…

– Это ведь не всё? – громко спросила Таисса. – Где последняя версия завещания?

Юристы переглянулись.

– Это не всё, – ответил один из них. – У нас есть цифровая запись с линка, верифицированная кровью Вернона Лютера. Его воля и завещание. Вернон Лютер оставляет всё одной персоне.

Все в зале обернулись к Таиссе.

– Мне, – утвердительно сказала она. – Не так ли?

Оба юриста поклонились.

Хлоя взлетела с кресла.

– Я желаю видеть это завещание, – выпалила она. Голос её был полон ледяного яда. – Чтобы мой Вернон оставил всё ей, забыв обо мне? Забыв о том, что…

Она не договорила. Её взгляд, гневный и испуганный, упал на Лару.

Один из юристов коснулся стола, и на экране появилось несколько коротких чёрных строк.

Имя Таиссы Пирс было видно совершенно ясно.

«Всё, чем владею…»– успела прочесть Таисса, прежде чем её глаза наполнились слезами.

Словно издалека до неё донёсся язвительный голос Лары:

– Не верит твой бывший жених в ценность семьи, да, Хлоя? Вы, Тёмные, все одинаковы. Жадность и глупость – ваше второе имя.

Таисса вытерла слёзы и вновь взглянула на экран. На Вернона это не было похоже. Оставить Хлою и своего ребёнка с пустыми руками? Невозможно. Немыслимо. Если только…

Но анализ крови подтвердил беременность Хлои, правда? И Вернон пошёл на всё, лишь бы защитить раненую Хлою и вырвать у Лары обещание не вредить ей.

У Вернона было достаточно времени, чтобы вписать в своё завещание Хлою и её ребёнка, но он этого не сделал. Почему? И почему взрослый Тьен, пришелец из будущего, так странно смотрел на Таиссу, когда она упомянула ребёнка Хлои?

Но следующие слова заставили Таиссу мгновенно забыть о Хлое.

– Завещание уже внесено в реестр, – сообщил юрист бесстрастно. – Осталось лишь одно, последнее.

– Что ещё? – раздался резкий голос Лары. – Всё ясно. Вернон Лютер оставил всё этой девчонке!

– Да, но… – пожилой юрист откашлялся, – у нас есть видеосообщение, записанное как часть завещания. Правда, зарегистрировано оно… – короткая пауза, – в необычное время.

– Когда?

– За полторы минуты до официально подтверждённого времени смерти.

Глаза Таиссы округлились. Вернон успел отправить сообщение с линка, прибыв из воронки? Но он уже умирал, это было невозможно!

Единственный вариант – это если бы сообщение было записано заранее. Там, откуда Вернон прибыл. Если оно отправилось юристам с линка в ту самую секунду, когда Вернон вылетел из воронки.

Сердце Таиссы застучало быстрее.

– Видеосообщение предназначено для просмотра только одной персоной, – сухо сообщил юрист. – Той, кому оставлено наследство.

Взгляды гостей не отрывались от Таиссы. Лоб Дира пересекла тонкая морщинка.

– Таис, возможно, смотреть это сообщение – не лучшая идея, – негромко произнёс он. – Не стоит играть со временем.

Таисса закусила губу. Вернон признал перед смертью, что знает больше, чем ему положено. Неужели в таинственном сообщении зашифрована информация из будущего?

Таисса покачала головой.

– Там Вернон. Я хочу его видеть.

– Мы, – поправила её Лара, кошачьей походкой подходя к юристам. – Мы хотим его видеть.

– Невозможно, – произнёс пожилой юрист, и Таисса поразилась его выдержке. – Запись доступна только Таиссе Пирс. Условия…

Лара лишь насмешливо улыбнулась.

– Ты серьёзно думаешь, что можешь мне помешать? Вы отключились от сети, забрали у всех гостей линки, но ведь это нам не помеха, правда? Вернон Лютер отнял у меня моё тело, а я, пожалуй, украду его последний поцелуй девочке Таиссе. Пусть наслаждается им в моей компании.

Её глаза сверкнули нестерпимо ярким белым светом. Лара развернулась к экрану, и чёрные строчки слетели с него, будто сожжённые пламенем.

– Все вон или умрёте, – приказала Лара. – То, что вы здесь увидите, – не для ваших глаз.

Раздался звук отодвигаемых стульев. Лео чуть задержался, но, поймав взгляд Таиссы и помедлив ещё секунду, в сверхскорости выскользнул из зала вслед за юристами.

– Я останусь, – твёрдо сказала Хлоя. – Я хочу увидеть Вернона, и ты меня не тронешь. Ты обещала.

Лара коротко рассмеялась.

– Хочешь помучиться, в очередной раз убеждаясь, что ты безразлична ему даже сейчас? Да тебя даже пытать не надо, чтобы отомстить. Пожалела бы своего ребёнка, беременная дурочка… Впрочем, мне всё равно.

Дир не сдвинулся с места. Они остались вчетвером.

– Тебя, я вижу, выгонять бессмысленно, – кисло бросила Лара.

– Совершенно верно.

Лара коротко фыркнула, но больше не сказала ничего.

Свет в зале погас. Экран потемнел снова.

– Где же ты? – жадно проговорила Лара. – Покажись, Вернон Лютер.

Секунда темноты. Ещё одна. Таисса застыла в кресле, не дыша, не думая.

И тут Вернон появился на экране.

У Таиссы перехватило дыхание, когда она увидела его лицо – заострённое, усталое, но светящееся триумфом.

– Думаю, мне удастся выжить, – проговорил Вернон, странно улыбаясь. – Теперь удастся.

Таисса не видела, во что Вернон был одет, не могла понять, как лежали его волосы. Где он находился? За его спиной лежала ночь, но где облака, где звёзды?

– Не верю, что наш новый Великий оставит Пирс с разбитым сердцем. – Вернон с иронией улыбался, хотя глаза его были печальны. – Поневоле спросишь себя, кому больше повезло, мне или этому мальчишке.

Великий? Нет. Нет. Не может быть!

– Великий? – прошептала Хлоя.

В её голосе было столько глубокого удивления, что Таиссу внезапно качнуло в другой мир. Не в тот, где обсуждали патенты и завещания, подписывали мировые соглашения и говорили речи в Конгрессе. Человеческая реальность отошла на второй план, выцвела, выгорела. Перед Таиссой был мир, куда людям не следовало заходить. И Вернону, на что бы он ни надеялся в ту минуту, тоже не стоило.

Потому что он умер всё равно.

Как это невозможно сложно. Как необъяснимо.

По щекам Таиссы неудержимо текли слёзы.

Вернон помолчал.

– Мало времени, а я всё ещё не знаю, стоит ли это делать, – наконец сказал он. – Но, чёрт подери, раз никто меня не останавливает, а произойти может что угодно…

Вернон опустил взгляд, размышляя над чем-то.

– Да, Пирс, – внезапно сказал он. – Я хочу тебя увидеть и увижу.

Его голос стремительно обретал знакомые насмешливые нотки:

– Я не могу поделиться с тобой самыми главными тайнами, Таисса-недогадливость. Обидно, правда? Увы, если расскажу тебе всё, это уничтожит тебя, меня, прошлое, будущее, и пару звёздных систем со всеми вечерними туфлями. Хотя, будем откровенны, некоторые модели того заслуживают.

Лицо Вернона осветилось мальчишеской улыбкой.

– Но я рискну вмешаться всё равно. Видишь ли, в моём прошлом и в твоём будущем ты перенеслась ко мне – туда, куда меня вынесла воронка. И версии по поводу того, как именно ты там оказалась, разнятся, так что самое время предоставить тебе попутку на всякий случай. Бывший Страж я или кто?

Таисса перестала дышать.

– Не спрашивай, как совершилось невозможное, Пирс. – Вернон посерьёзнел. – Не скажу, не объясню и даже не намекну. Но тебе будет достаточно произнести те самые слова, потребовать у своего перстня перенестись ко мне, и это произойдёт тотчас же, в ту же самую секунду.

Таисса не колебалась ни мгновения.

– Перенеси меня к Вернону, – выпалила она, активировав перстень.

Не произошло ничего.

Изумлённо-презрительный смех Лары разнёсся по комнате.

– И ты ему поверила, Пирс?

Вернон на экране помолчал, глядя куда-то в пространство.

– Но я не рискну протягивать тебе руку без страховки, – почти шёпотом сказал он. – Прости, но ты сама меня этому научила, Таисса-предосторожность. Помнишь линк из будущего? Нельзя рисковать временем, а то опять сломаем вселенную. И ладно бы чужую, но свою собственную как-то жалко. По второму разу нам её никто не выдаст.

Таисса смотрела на него, не отрываясь. Зала больше не существовало. Не было ни прошлого, ни будущего, ни даже её самой. Только Вернон, глядящий на неё из другого времени. Обещающий ей, что они увидятся снова. Увидятся, если сработает страховка… страховка?

– Прости, Пирс, но путь останется запечатанным, пока его не откроет Великий своим именем и отпечатком ауры. Любой Великий, бывший или будущий. Совсем скоро ты поймёшь.

Улыбка Вернона не была весёлой.

– Пойму? – прошептала Таисса. – Что я пойму?

Вернон взъерошил волосы.

– Трудно поверить, что у нас всё это было, да? Таисса-волшебница, ты и всё это безумие, через которое мы пронеслись вместе, игольные ушки двух вселенных… Три года назад я никогда не поверил бы, что избалованная наследница Пирсов втащит меня в этот головокружительный кавардак. Год назад расхохотался бы, скажи мне кто, что я стану бессмертной суперзвездой целого измерения. Теперь я верю, что мы сможем прожить вместе целую вечность. Одну человеческую жизнь.

У Таиссы вырвался глухой всхлип.

– Или нет, – тихо завершил Вернон, глядя на неё так, словно всё яснее видел её из своей невозможной дали во времени и пространстве. – Таисса-невозможность, я не вижу будущего. Единственный мой аргумент – здесь, в настоящем. Поэтому я протягиваю тебе свою коварную авантюристскую ладонь – если, конечно, Великий поставит на неё штамп с печатью.

Короткая пауза.

– Но хочешь ли ты браться за неё – решать тебе.

В следующую секунду темнота стёрла всё.

А ещё мгновение спустя в зале вновь вспыхнул свет.

Все смотрели на Таиссу.

Дир.

Хлоя.

И Лара, усмехающаяся очень нехорошей усмешкой.