Глава 20

– Нет, – отрезал Майлз Лютер.

Вернон скрестил руки на груди.

– Интересно. Это ещё почему?

Таисса с любопытством оглядывалась. Они стояли посреди зала, которому позавидовал бы любой музей антиквариата. Резные квадраты потолка, впечатляющих размеров камин, венецианские зеркала… Таисса осторожно села на вертящийся стул у рояля, стараясь не касаться платиновой инкрустации на подлокотниках. Похоже, в семействе Мезо по-настоящему любили старую роскошь.

– Ты превысил полномочия, сын, – в голосе Майлза Лютера зазвенели опасные нотки. – Сбежал, ввязался в сомнительную авантюру и в итоге сунулся не в своё дело и начал отдавать приказы об утилизации, прикрываясь именем своего брата!

Таисса перевела взгляд на Вернона. Тот уже был замаскирован под Роберта целиком и полностью, поэтому его диалог с отцом выглядел особенно впечатляюще. И сюрреалистично.

– Я не прикрывался его именем, – невозмутимо парировал Вернон. Даже его голос изменился, приобретя интонации брата. – Павел дал мне порулить как другу детства. И, заметь, фактически не соврал. Кстати, какого чёрта вы допустили существование хранилища боевых ракет невесть где? Вам в школе забыли показать, что они стреляют? Помнится, двести лет назад твои ребята продемонстрировали это куда как наглядно. Когда Пирс отправилась шататься на кладбище ваших жертв, на ней лица не было.

Майлз Лютер не отвёл взгляда.

– Тогда я был под нанораствором и не мог даже близко отдавать подобные приказы, – жёстко сказал он. – Да, я был виноват, что сделал своим людям инъекции, довёл до такого состояния и не смог остановить. Да, ты прав. Но здесь и сейчас ты не отвертишься. Никаких больше действий без согласования со мной, ты понял? Иначе бункер, в котором хотел вас запереть Робби, покажется тебе райским местечком.

– Да, кстати, это ведь была твоя идея насчёт бункера? – полюбопытствовал Вернон-Роберт. – Или Элен постаралась устроить внучку поудобнее?

– Робби настоял на том, чтобы укрыть вас там, – произнёс Майлз.

– И зря, – спокойно сказал Вернон в облике Роберта. – Больше ты нас не запрёшь, и ты сам об этом знаешь. Так какого чёрта сыпать пустыми угрозами, когда мы можем работать вместе? Времени не то чтобы много.

– Времени? Ты притащил сюда взломанных фанатиков из варианта «ноль»! Лара вычислила вас через них! Это бомбы замедленного действия, которые могут взорваться в любой момент! Использовать их снова? Ты ума лишился?

– Ты сам предложил их использовать!

– Тогда никто не понимал, насколько они уязвимы!

Таисса встала. Пора было вмешаться.

– Они не взломаны, – твёрдо сказала она. – Они пытались атаковать Лару и угодили в ловушку, но теперь они в порядке и могут нам помочь. Майлз, мы спасли их, привезли подкрепление и обезвредили несколько очень опасных складов, из которых ракеты могли полететь на людей. На обычных людей, у которых нет портативного силового купола. Может, тебе стоит сказать Вернону спасибо?

Майлз резко развернулся к ней.

– За твою руку нам тоже стоит сказать спасибо? Ещё неизвестно, кто напортил больше – Вернон или ты. Ты не должна вернуться в таком виде, ты понимаешь?

Таисса вскинула бровь.

– Мне что, отрежут руку? Или ты поделишься технологиями будущего?

– Это подтверждённая психосоматика, – раздражённо буркнул Майлз. – Её не исцелит ничто, кроме тебя самой.

– Пирс разберётся со своей рукой сама, – резко вступил Вернон. – Без твоих приказов. А тебе стоило бы притормозить с проявлениями родительской власти, знаешь ли. И любой другой заодно. Элен назначила главой Совета по аномалиям Робби, а не тебя. Как думаешь, почему?

Повисло напряжённое молчание. Взгляды Майлза и Вернона-Робби скрестились, как клинки дуэлянтов.

– Может, хватит? – поинтересовался женский голос.

Леандра стояла в дверях, затянутая в узкий алый комбинезон. Выглядел он, признала Таисса, весьма стильно, несмотря на кажущийся простым фасон.

Леандра с любопытством осмотрела Вернона-Робби с ног до головы.

– Вернон, это правда ты? Впечатляюще, надо сказать. Даже я не вижу разницы.

– Ещё увидишь, – пообещал Вернон.

– Не сомневаюсь.

– Леандра, тебе стоит прийти попозже, – сухо бросил Майлз, не отводя взгляда от сына. – У нас тяжёлый разговор.

– И не подумаю. Пока вы тут выясняете отношения, у меня новости. – Леандра передёрнула красивыми плечами. – Мы знаем, кто запускал ракеты. Труп.

Таисса оторопело уставилась на Леандру.

– Что?!

– Мы нашли тело молодой женщины в океане недалеко от маяка. Фотографии и генный анализ подтвердили её личность. Это та самая… то самое тело Лары, которая… сбежала от Светлых. – Леандра устало вздохнула. – Лара очень хорошо подчистила память свидетелей. Они утверждают, что видели ту самую молодую женщину, но на самом деле им взламывала мозг другая копия Лары. Другое тело. И мы понятия не имеем, как она – или он – выглядит.

– А камеры наблюдения?

– Камеры? – Леандра закатила глаза. – Сразу видно, что вы из прошлого. У вас-то камеры стоят даже в душевых.

– В тюремных душевых, – уточнил Вернон.

– Да у вас вся планета – утыканная камерами тюрьма, – отрезала Леандра. – К нам вы её не принесёте.

Майлз потёр лоб.

– Но и Лару мы таким образом не найдём, – проговорил он.

– А Элен? – быстро спросила Таисса. – Хоть что-нибудь…

Она осеклась. Леандра с сожалением покачала головой.

Майлз продолжил, словно вопроса Таиссы и не было:

– Вернон, тебе нужно будет поработать со свидетелями и опознать труп. Согласуй свои действия с людьми Павла. Я не хочу, чтобы мы снова стали жертвами внушения. Леандра, когда ты освободишься, я жду тебя, чтобы разместить камеры слежения. – Леандра поморщилась, но возражать не стала. – Таисса…

Взгляд Майлза снова задержался на руке Таиссы.

– Тебе стоит позаботиться о руке. Если только Великий Светлый не…

– Даже не думай, – мгновенно вставил Вернон своим настоящим голосом, уже не притворяясь Робертом. – Он уже во всём этом по шею, и как бы не глубже.

Взгляды отца и сына скрестились.

– Откуда ты знаешь? – тихо спросил Майлз.

– Считай, что это очень, очень хорошая догадка.

Майлз смерил сына острым взглядом.

– Только твоих догадок нам не хватало. Хорошо. У всех есть задания? Приступайте.

Вернон в облике Роберта кивнул Таиссе и вышел из зала. Майлз двинулся за ним.

– Где настоящий Роберт? – окликнула его Таисса.

– Всё ещё пытается вычислить другие тела Лары в нашем аналитическом центре. – Майлз обернулся к ней. – Нас немного. Тебе повторить, что планетарная паника нам не нужна?

– Ну да, всего-то пару ракет и запустили, – саркастически отозвалась Таисса. – Какая паника, что ты?

Майлз вздохнул.

– Мы подключили генетические центры, которые работают вслепую. К сожалению, общих генных банков данных не существует, так что шансов найти тела Лары таким образом мало. Мы проверяем семейные истории, но это кропотливая и сложная работа. Таисса, пожалуйста, займись своей рукой.

– Хорошо, – обречённо сказала Таисса. – Попробую.

– И будь осторожна. Двести лет Великий не вмешивался ни во что, и здесь царило равновесие. Не нужно, чтобы из-за твоей эмоциональности оно нарушилось.

– Из-за моей эмоциональности?! – Таисса открыла рот. – Я даже не знаю, кто он!

– Именно об этом я и говорю. Вернон прав: ты и твои эмоции слишком много для него значите. Так не проявляй их сверх меры. Если Великий Светлый захочет прийти и спасти нас от Лары – отлично, но не дай ему повода вмешиваться необдуманно. Тот, кто стал богом, не может позволить себе капризы.

«Я не каприз!» – чуть не вырвалось у Таиссы, но она прикусила язык.

– Я… постараюсь.

– Постарайся. Иначе это может очень плохо кончиться. Для нас всех.

И, в свою очередь кивнув ей, Майлз проследовал к выходу.

Таисса осталась сидеть за фортепиано. Левая рука всё ещё не подчинялась: когда Таисса клала пальцы на клавиши, те соскальзывали или лежали мёртвым грузом. Но пальцы правой руки играли легко и свободно, и Таисса сама не заметила, как начала наигрывать грустную мелодию, под которую танцевала когда-то с Верноном. «Бездна Великого Тёмного» из фильма, где в роли возлюбленной Великого снялась Лара.

Возлюбленная Великого. Женщина, которая стала матерью его сына. Женщина, которую он любил и которая любила его, но им не было суждено остаться вместе.

Почему Таисса вспомнила эту мелодию именно сейчас?

– Такое чувство, что я что-то упускаю, – проговорила Таисса вслух. – Что-то важное. Но что? Или я чего-то не знаю?

Леандра, стоящая у камина, негромко кашлянула. Таисса чуть не подпрыгнула. Она совсем перестала замечать, что осталась в зале не одна.

– Есть двести лет вещей, которых ты не знаешь, только и всего, – произнесла Леандра. Она рассматривала Таиссу с болезненным любопытством. – Неужели ты правда та самая Таисса… Пирс? И тебе сейчас, сколько, двадцать лет?

– Биологически меньше, – рассеянно отозвалась Таисса. – Хотя сейчас, полагаю, мне все двести двадцать.

– Ну уж погоди присваивать наше время себе. – Леандра понимающе усмехнулась. – Ты здесь ненадолго.

Таисса вздохнула.

– Хотелось бы.

– Не нравится будущее?

Таисса опустила взгляд на клавиши.

– Я бы осталась тут с Верноном на всю жизнь, если бы могла, – тихо сказала она. – Вообще на целую вечность. Но это невозможно. Мне придётся вернуться, и я знаю, что будет, когда мы вернёмся. Это… не то, чего я жду.

Леандра подняла бровь.

– На целую вечность, говоришь? Это не фигура речи? Миллион ночей в одной постели и никаких других мужчин, кроме Вернона Лютера? Ты настолько уверена?

Таисса открыла рот, чтобы сказать: «Да», – но что-то в лице наследницы рода Мезо её остановило.

– Ты же не про меня спрашиваешь, – утвердительно сказала Таисса. – Ты спрашиваешь про себя и Роберта. Ты не уверена.

– А кто-нибудь может быть в этом уверен? – саркастически поинтересовалась Леандра. – Ты вот влюбилась в Вернона Лютера, когда мальчишка вколол себе смертельно опасную инъекцию и стал живым смертником. Какая, к чёрту, долгая жизнь вместе, когда у вас остаётся только год-полтора и каждый день может стать последним? Да это сплошной медовый месяц.

Таисса вздрогнула.

– Вряд ли Вернон с тобой согласился бы.

– С физиологической точки зрения – нет, – цинизма во взгляде Леандры хватило бы на целую дивизию Тёмных аристократок. – С эмоциональной? Блаженство и любовь как в сказках. Скажешь, нет?

Таисса прикусила язык.

И тут раздалось тихое мяуканье.

Стуча коготками по полу, к Леандре подошла и села на задние лапы обычная кошка, белая с коричневыми пятнами. Кошки совсем не изменились в будущем.

Леандра наклонилась и погладила её.

– Вижу, ничто человеческое тебе не чуждо, – с улыбкой в голосе проговорила Таисса. – Жаль, у меня не было кошки в детстве.

– Что не отменяет ответственности, – отозвалась Леандра мрачно. Впрочем, выражение её лица было уже не таким жёстким.

– Она любит Роберта, – сказала она. – Больше, чем меня. Вечно лезет к нему на руки, трётся и мурчит.

– Думаешь, это его инопланетное происхождение? – предположила Таисса не без улыбки.

Леандра откинула голову и устало вздохнула.

– Дразнись сколько тебе угодно. Это серьёзно.

Кошка тихо мяукнула.

– Ещё ты начни спорить, – пробормотала Леандра, но взяла её на руки, продолжая поглаживать.

– Мне всегда казалось, что семья – это проще, чем жить одному, – тихо сказала Таисса. – Одиночество – это тяжело.

– Романтические отношения – это просто, – фыркнула Леандра. – А вот построить партнёрство, воспитать детей, внуков, распределить обязанности, проводить друг с другом время каждый день, проявлять терпение, внимание, заботу – это не сказка. Это рутина. Очень комфортная и привилегированная, но рутина. И если ты не готова, если вас объединяет всего лишь любовь…

– «Всего лишь»?

– Это только чувства. – Пальцы Леандры продолжали гладить кошку, но у губ появилась горькая складка. – Ответственность важнее. Надёжность.

– Ты связана с вашим настоящим Советом, – вспомнила Таисса. – Это значит, что у тебя огромная… ответственность? Власть?

– Я лишь передаточное звено, – отмахнулась Леандра. – Ничего больше. По крайней мере пока.

Дир в примерном возрасте Леандры уже побывал главой Совета, а Вернон – главой «Бионикс». Но, возможно, в будущем карьеры строились куда медленнее. Да и от хорошей ли жизни Дир возглавил Совет?

– Каково это? – неожиданно для себя спросила Таисса. – Жить спокойной жизнью?

Леандра коротко рассмеялась от неожиданности.

– Тыэтоназываешь спокойной жизнью? Визит коллективного разума? Или откровения моего бывшего жениха?

– Мы скоро вернёмся домой, – напомнила Таисса.

– Но Роберт останется, – резко сказала Леандра. – Он и его ложь. Он и моё будущее. Если в тебе что-то, что ты скрывал с самого начала, если ты родился неизвестно как, если ты чуть ли не клон чужого существа, и даже не существа, а оболочки, которую он надел… – Тонкие аристократические пальцы замерли на белой шерсти. – Скажи мне, ты бы вышла замуж за такое существо, Таисса Пирс?

Голос Леандры не повысился ни на секунду, но напряжён он был крепче натянутой струны. Кошка у неё на руках тихо мяукнула.

Таисса встала.

– Роберт не клон Вернона, – отчётливо проговорила она. – Они совсем разные. И Роберт не отпечаток и не эхо Стража, он отдельная личность.

Леандра криво улыбнулась.

– Да? Ты так в этом уверена? Как ты вообще можешь быть в этом уверена?

Таисса открыла рот и закрыла его. Она не была в этом уверена. В конце концов, она сама не смогла различить Кая и Вернона как минимум дважды.

– Доверие, – просто сказала Таисса. – Если ты любишь и доверяешь, то какая разница, как Роберт родился, где и у кого? Он тебя любит.

– А наши дети? Они будут наследниками, но чьими? Моими и Роберта? Или существа, которое может вселиться в них в любой момент?

Повисла тишина.

Леандра опустила кошку на землю и разжала руки.

– Иди, – приказала она. – Как ты бы его ни обожала, это всё равно ничего не изменит.

– А мне кажется, ты так не думаешь, – возразила Таисса.

Леандра проводила взглядом обиженно уходящую кошку.

– То, что я думаю, не имеет значения. Важно то, что я знаю. А я не знаю, человек ли он. Теперь, когда я знаю о Роберте правду, я даже не знаю, бояться его или нет.

– Бояться? Ты так мало его знаешь?

– А ты так хорошо знаешь своего Вернона? – парировала Леандра.

Таисса почесала в затылке.

– Ну… Вернон при второй встрече перерезал мне горло. Думаю, от Роберта такого ожидать всё-таки не стоит.

Рот Леандры открылся. Выражение её лица было таким ошарашенным, что на минуту Таисса даже забыла о своей руке.

Но потом Леандра решительно покачала головой.

– Всё равно. То, что Роберт рассказал мне о себе, нельзя игнорировать. Земля для людей.

Таисса невесело улыбнулась.

– Да, я такое уже где-то слышала.

– И ты не согласна? У вас в прошлом как-то по-другому? Как я помню, нашествие цифрового Саймона Рида мало кому понравилось.

Таисса отвела взгляд. Да уж.

Она помолчала, подбирая слова.

– Если уж на то пошло, я владела Источником, и в другой реальности у меня были такие способности, что я могла встряхнуть целую планету. Я наследница Великого Тёмного. Но я всё равно человек. Чёрт подери, в Ларе и Дире инопланетные гены, но это не мешает им быть людьми!

Очень странная улыбка коснулась губ Леандры.

– Не мешает быть людьми, говоришь?

Таисса сглотнула. Да, говорить такое о Ларе сейчас…

– Всё равно, где-то глубоко внутри она человек. И я хочу позвать эту человечность. Хочу, чтобы Лара о ней вспомнила.

Словно отвечая на её мысли, от фортепиано прозвучало несколько беспорядочных нот. Взгляд Леандры упал на левую руку Таиссы.

– Ещё минуту назад ты рукой пошевелить не могла, – хмыкнула Леандра. – Интересно.

Таисса ахнула и попыталась поднять руку снова. Увы, та не откликнулась.

Леандра смерила Таиссу мрачным взглядом.

– И в тебе, и в Роберте есть что-то ещё. И это «что-то ещё» наверняка проявится. Например, если к нему явятся родственники из далёкого прошлого и вдруг окажется, что у него с ними куда больше общего, чем со мной.

Её щёки горели. И Таисса вдруг поняла, чего боится наследница рода Мезо.

– Или если, – тихо добавила Леандра, – в одной из своих аномалий он просто умрёт. Например, завтра.

Как Вернон. Совсем как Вернон. Таисса помолчала.

– Если он умрёт раньше тебя, будет очень больно, но каждый прожитый с ним день будет того стоить. Но ты не я, Леандра. Ты выбираешь сама.

Леандра устало вздохнула.

– Это я и без тебя знаю.

– А ваши дети… – Таисса запнулась и беспомощно улыбнулась. – Одно я могу сказать. Скучно тебе с ними точно не будет.

Леандра изумлённо уставилась на неё.

А потом расхохоталась.

Оставшись одна, Таисса отправилась бродить по залу.

И остановилась перед гитарой, словно сотканной из воздуха.

Изумительное серебристое вещество, казалось, не имело ни веса, ни толщины, хотя струны звучали вполне материально. Гитару можно было поднять кончиком пальца. Внимательно осмотрев её изгибы, Таисса с изумлением поняла, что инструмент складной. Его можно положить в карман. Можно даже…

Таисса наугад ткнула в клапан слева от грифа. И ахнула, когда инструмент моментально и беззвучно сколлапсировал в плоскую коробочку.

В линк.

Горел жёлтый огонёк-предупреждение о низком заряде батареи. Но устройство было исправно.

Таисса совершенно некстати вспомнила, что линк Вернона прекрасно работал в местной сети. А стало быть…

Она взяла линк в руки.

Таисса знала, что есть знание, которое для неё, пришелицы из прошлого, запретно. Но что, если Таисса не будет ничего искать в сети о своём будущем? Просто…

– Фотографии Элен Лютер, – попросила она. – Матери Роберта Лютера и супруги Майлза Лю…

«Мы с Элен не женаты», – зазвучали в ушах слова Майзла.

– Фотографии Элен Пирс, – быстро поправилась Таисса. – Матери Роберта Лютера. Другую информацию не показывать, текст и подписи размыть.

И ахнула, увидев родное лицо.

Элен Пирс, неулыбчивая и серьёзная, смотрела в камеру. Тёмные волосы падали на плечи, глаза смотрели вдаль, губы были сжаты. Напряжённое лицо. Какой-то кризис из будущего? Таисса хотела посмотреть, когда была снята фотография, но текст был размыт, как она и просила.

– Элен, – проговорила Таисса, листая фотографии. – Здравствуй.

Снимков было совсем немного. Вот Элен почти улыбается, стоя на палубе яхты. Вот сидит за столиком в саду с чашкой чая в руке.

А вот Майлз обнимает Элен. Высокий, уже поседевший, но сильно моложе, чем тот Майлз, которого Таисса видела в этом зале час назад. Две фигуры в серебристых костюмах. Элен казалась необыкновенно маленькой и хрупкой, в отличие от уверенной и жёсткой наёмницы Омеги. Может быть, снимок был сделан сразу после возвращения Элен из сферы? Если бы только Таисса могла спросить…

Ещё одна Элен, в этот раз с Робертом, ужасно похожим на Вернона с детских фотографий. Вот Майлз и Робби смотрят на Элен, стоящую на сцене. Ещё фотографии Элен с Робби, и здесь Элен улыбается. Один раз даже смеётся, и её взгляд, устремлённый на сына, полон необычной мягкости – и любви.

Так Элен смотрела на Эйвена Пирса, а он на неё. И на Таиссу. В одном они были похожи – в любви к друг другу. К родителям и детям, к тем, с кем им так повезло быть связанными в жизни…

Таисса сморгнула слёзы. Одно она знала наверняка – Робби был желанным и любимым ребёнком. Рука Майлза на плече сына… Вернон, наверное, хотел бы, чтобы у них были такие отношения с отцом.

Что ж, Майлз хотя бы дозрел до них в будущем.

А она, Таисса? Дозреет ли? И будет ли у неё такой шанс?

Таисса задержалась взглядом на последнем снимке. Кажется, он был снят совсем недавно. Элен и уже взрослый Роберт, перегнувшись через ограждение, смотрят на скачки и, смеясь, машут наездникам. Должно быть, фото делал Майлз.

На этом результаты поиска оборвались.

Совсем мало фотографий. Неужели это всё?

Неужели никто не узнает, что Таисса будет смотреть эти фотографии? Неужели Элен из прошлого, вернувшаяся из сферы, не узнает? Неужели не оставит что-то для неё, Таиссы?

Что ж, был только один способ это проверить.

– Снимки Элен Пирс, – произнесла Таисса, – предназначенные для Таиссы Пирс и только для неё.

И экран осветился вновь.

Первый снимок заставил сердце Таиссы сжаться.

Элен сидела с книгой, опираясь на гранитный камень. На могильную плиту. И что-то в позе Элен, в её взгляде, поглощённом отнюдь не книгой, тихо сказало Таиссе, что эта могила важна. Важна для Элен. Важна для неё.

– Почему будущее всегда означает смерть? – прошептала Таисса.

Не только смерть. Но и её тоже.

Второй снимок.

Город, сверкающий на заднем плане, был Таиссе удивительно знаком. И купол, раскинувшийся вокруг, – тоже.

– Луна, – проговорила Таисса, изумлённо разглядывая фотографию.

Этот город показывал ей во сне Великий Тёмный. И он воплотился именно таким.

Прозрачные иглы небоскрёбов. Многослойные облака солнечных батарей. И цветной квадрат в небе, из которого проявлялись очертания корабля, как в ночь, когда Дир впервые показал ей будущее. Может быть, так выглядит выход из энергетического канала?

А на фоне далёкого города в лунной пыли стояла босоногая девушка в голубом платье, улыбаясь. Девушка, с которой Таисса когда-то ступила на Луну.

Найт? Или Элен?

Таисса попыталась разглядеть золотистую оболочку силового поля. Ведь Найт никакая оболочка не была нужна.

Сердце забилось быстрее. Если это всё-таки Найт…

Тогда у Таиссы была надежда. Надежда протянуть руку и обнять свою электронную подругу снова.

Таисса улыбнулась, почти касаясь рукой виртуального экрана.

– Мы увидимся, – прошептала она. – Мы обязательно увидимся.

А третий снимок…

Таисса изумлённо уставилась на фотографию.

Звёзды. Звёзды, сияющие через разрывы в тумане среди огромных и знакомых до боли металлических сот.

Эта фотография была снята в сфере. Элен осталась там, замершая во времени на много лет, пока её не освободил Великий Светлый.

– Спасибо тебе, – проговорила Таисса. – Кем бы ты ни был. Я не буду эмоционально тебя вовлекать, ладно? Майлз запретил. Но… спасибо.

Ей хотелось увидеть улыбку в ответ. Почувствовать ободряющую руку на плече. Увы, ничего. Впрочем, разве не этого хотел Майлз Лютер? Полного невмешательства?

Таисса медленно, по кусочкам разглядывала фотографию. И невольно рассмеялась, увидев в шестиугольном поддоне крошечный, едва проклюнувшийся саженец.

«Было бы здорово посадить там вишнёвые сады».

А в центре кадра стояла Элен, освещённая неведомым источником света, и улыбалась. Улыбалась такой счастливой улыбкой, что Таисса узнала в ней себя. Отчасти они с Элен были зеркалами друг друга. Две Тёмные, сделавшие всё, чтобы выбраться из сферы и вытащить оттуда своих близких. Сколь же многим пожертвовала Элен, победившая в этом противостоянии и спасшая Таиссу!

«Я не проиграю тебя».

– Элен, – вырвалось у Таиссы. – Найт. Я вас так люблю.

Таисса оглядела фотографию в последний раз. И в отражении звёздного неба, в свете, окружающем Элен, ей вдруг показалось, что она видит силуэт – и светлые волосы.

Чьи? Неужели…

Но в следующий миг жёлтый огонёк на линке сменился красным, замигал, и линк погас. Энергия кончилась.

Таисса сжала линк в здоровой руке и осторожно положила на каминную полку. Посмотрела в зеркало, висящее над камином, и ей показалось, что она видит в отражении образ Элен.

Таисса попыталась помахать рукой, но левая рука, конечно же, ей не повиновалась.

– Мы увидимся, – дрогнувшим голосом сказала Таисса. – Обязательно.

Она глубоко вздохнула, глядя в зеркало.

Впереди ждал приём по поводу помолвки Роберта и Леандры. Цель обезвредить Лару оставалась прежней, и они должны были её достичь. Элен не ожидала бы от них меньшего.

Таисса твёрдо кивнула своему отражению и вышла из зала.