Глава 33

Александр,

Чего мы не знаем друг о друге, что могут рассказать нам письма?

У меня нет для тебя новых слов. Сколько бы писем я ни написала, я не передам Таиссе ни одного. Сколько бы писем ни написал ты, ты ни одного не оставишь мне.

Ни одного слова. Только его имя. Роберт.

Прощай.

Поездка на слоне через лес – популярное развлечение для туристов.

Но Таисса не представляла, что это ещё и испытание для путешественников во времени.

«Мы можем долететь прямо до места, – сказала ей Элен. – Можем спуститься с орбиты. Но я предпочитаю не оставлять следов и пройти последнюю часть пути обычным человеческим способом».

То есть увеличить риски, дать отличную возможность себя атаковать и растянуть дорогу к «заброшенной хижине на краю света», о которой когда-то упоминал Роберт.

Но Таисса не возражала. Если ей дадут ещё несколько дней с Элен, ещё несколько вечеров на плече Вернона, ещё несколько ужинов у костра – пусть будет так.

– Но ведь Великий Светлый мог перенести нас домой сразу же, – проговорила она, забравшись на слона в первый раз. – Всё ещё может. Почему тогда…

– Потому что там точка отсчёта, – просто ответила Элен. – Ничего не изменилось, Таис. Мы по-прежнему не можем его позвать, а он – вмешаться. Но есть место, где…

– Контакт возможен?

– Где мы исправляем свои ошибки, – мягко сказала Элен. – Условная точка. Аномалия. Возможность поговорить с ним, знание, что в этой точке он тебя услышит. И не стоит открыто говорить всему миру, где она.

Никто и не знал об этом месте. Возможно, существовали легенды, но наверняка знали только Элен и Роберт, сопровождающие их с Верноном.

Майлза с ними не было. Таисса знала, что Вернон связывался с Майлзом по сети, но она не присутствовала при их разговорах. Впрочем, вряд ли отец и сын говорили о чём-то сверхважном. Сама Таисса и Элен, кажется, затрагивали совсем мало тем, кроме природы и запасов воды.

Но каждое слово имело значение.

– Эйвен с детства мечтал покататься на слоне, – проронила Элен. – Хохотал и махал руками, когда наконец оказался у него на спине. Удивительно, что я вспомнила об этом только сейчас.

Шёл четвёртый день поездки, и они ехали бок о бок. Таисса покосилась на Элен из своей корзины. Между ними было несколько метров, но им не нужно было прибегать к крику: слуха Тёмных было достаточно, чтобы разговаривать негромкими голосами.

– Вспомнила об этом только сейчас? – уточнила Таисса. – Или решила поговорить об этом именно сейчас?

– Скажем так, – в голосе Элен скользнула ирония, – я знала, что этот разговор будет. Кое-кто писал о нём.

Сердце Таиссы пропустило удар. Кое-кто? Если это была не Таисса, значило ли это, что об этом написал ей собственный сын? Что Эйвен Пирс ещё придёт в себя, сбросит электронный гнёт коллективной Лары и его разум не повредится? Что с ним всё будет хорошо?

Элен повернулась к ней. Покачала головой.

– Я не скажу ничего нового, Таис, ты же знаешь.

– Знаю, – упавшим голосом сказала Таисса. – Хотя ужасно надеюсь, что хотя бы намекнёшь.

– Я скучаю по вам обоим, Таис. Но я не могу сказать слишком много. Если бы только…

Элен замолчала. Но Таисса поняла её. Если бы ей, Таиссе, было известно наверняка, что с Эйвеном Пирсом всё будет в порядке после этого путешествия…

Но она не знала. Её будущее ещё не было написано. Точнее, не было прожито.

– Расскажи что-нибудь ещё про то, каким был мой отец в детстве, – попросила Таисса. – И ты. Какой была ты?

– Я рано осталась без родителей, Таис. Моё детство рано закончилось. Эйвену повезло больше. Тебе, к счастью, ещё больше.

– Я жила в тепличных условиях три года, пока вокруг бушевала война, – с горечью проговорила Таисса.

– Лучше так, чем погибнуть и разбить сердце Эйвену, когда ему нужно было защищать всех вас, – проронила Элен. – Ты же знаешь.

Таисса вздохнула.

– Когда мы начали говорить друг другу банальности?

– Когда истории о том, как мы с Эйвеном летели по морю на скоростном катере, перемазавшись манго, и смеялись как сумасшедшие, становятся слишком грустными. – Элен откинулась на спинку корзины, глядя только вперёд. – Когда в реальности на этом месте зияет потеря, воспоминания затягивают в слишком опасную воронку, чтобы этим злоупотреблять.

– Воспоминания драгоценны, – тихо сказала Таисса.

– Когда мы редко позволяем себе погружаться в них – да. Но даже в солнечных днях можно утонуть, когда за окном…

– Дождь?

– Совсем другое солнце, Таис. – На лице Элен была далёкая улыбка. – Которое обжигает, когда ты слишком глубоко погружаешься в прошлое. Которому больно.

– Ты о Майлзе и Роберте, – поняла Таисса. – Которым больно, если ты сравниваешь их с моим отцом и Александром. Даже если ты никогда не делаешь это вслух.

Элен подняла бровь, глядя на неё.

– Интересную меня ты представляешь.

– Хочешь сказать, что это неправда? Элен, – голос Таиссы дрогнул, – я же потеряю Вернона совсем скоро. Неужели ты предупреждаешь меня, чтобы я не тонула в воспоминаниях о нём? Чтобы забыла о нём как можно скорее?

Лицо Элен – Таисса впервые в жизни увидела её такой – дрогнуло и исказилось.

– К чёрту эти тайны, – вдруг произнесла она. – Таисса, милая, твоё счастье не…

И оборвала себя.

А в следующий миг Таисса услышала далёкий топот. Казалось, дрожала сама земля.

– Роберт! – властно крикнула Элен. Совсем другим тоном.

– Слоны, стадо более сотни голов! – почти тотчас откликнулся Роберт резко и отрывисто. – Прямо на нас! Почти наверняка муст! Мама, это невозможно!

Муст, состояние, близкое к бешенству. Огромное, слишком огромное стадо.

Странное, почти невозможное совпадение. Но опасности для них четверых не было: улететь и оказаться вне досягаемости стада проще простого.

И, глядя на Элен, Таисса поняла, что та думает о том же.

– Мы не можем бросить животных, – твёрдо сказала Таисса.

– Согласен, – тотчас отозвался Роберт. – Но стадо идёт не цепочкой, а чуть ли не врассыпную, и оно нас учует. Сдвинуть в сверхскорости тушу в несколько тонн и протащить её на сотни метров… Мы не просто устанем, мы надорвёмся.

Если они бросят слонов, они совершат зло, пролетело в голове у Таиссы. Естественное, прагматичное, но зло. Но они не должны совершать зла или позволить ему свершиться. Пусть это звучало по-детски, пафосно, даже фальшиво – плевать. Великий Светлый рискнул бы, даже не будучи Великим. И она, Таисса, поступит так же.

Топот делался всё ближе. Лицо Элен затвердело. Она готова была отдать команду.

– Нет, – выдохнула Таисса, вылетая из корзины. – Ни за что. Мы летим к Великому Светлому. Мы должны выбрать жизнь.

И увидела, как Вернон выпрыгивает из соседней корзины. Обхватывает своего слона – и взлетает с ним.

Невозможная задача. Но если она использует все силы, если постарается…

Дальше не было ни слов, ни мыслей. Только чудовищное, невыразимое напряжение, только соскальзывающие руки и бешено трубящие туши справа и слева.

Прогремело под ногами. Таиссу обдало волной резкого запаха.

А потом в полубессознательном состоянии она приземлилась в нескольких шагах от шатающегося Роберта.

– Они… не… нападут?

В ответ её накрыло облако аэрозоля.

– В любом случае дальше придётся… обойтись без них, – хрипло отозвался Роберт. В его руке был незнакомого вида баллончик, и Таисса ощутила запах воска. – Их подберут.

Словно услышав его слова, их слоны быстро удалялись в сторону лагеря. К счастью, в безопасном направлении: бешеный топот стада затих в другой стороне.

– А мы? – позвал Вернон.

Он сидел в двух шагах от них на земле, морщась и разминая руки.

– Взлетим – станем лёгкой мишенью. – Роберт потёр лоб. – Нужно хотя бы отдышаться.

– Можем не успеть, – бросила Элен.

Элен стояла прямо, но её лицо было хмурым, а по лицу текли капли пота. Выглядели и пахли они все очень так себе. Таисса боялась представить, как выглядит она сама.

– Я пытаюсь связаться с базой. – Элен смотрела перед собой. – Роберт, у тебя то же самое?

– Ничего, – подтвердил Роберт. – Нам отрубили связь.

– Нас убьют, временная линия разомкнётся, и всё человечество погибнет из-за пары слонов, – задумчиво проговорил Вернон. – Звучит логично, не находите?

Роберт быстро коснулся генератора на бедре.

В следующую секунду вокруг них возник купол силового поля.

А секундой позже раздался лёгкий хрустальный звон, и поле пошло волнами.

– Что и требовалось доказать, – прокомментировал Вернон. – Элен, где там твой чудо-клинок? Пирс, зайди мне за спину, будь добра.

– Поздно.

Из-за сплетённых в глухой клубок лиан и стволов вышел человек, одетый в полупрозрачную броню. Пластины цвета сирени напоминали поле, пристёгнутое к клинку Элен.

– Это переговоры? – поинтересовался Роберт.

– Что-то вроде того.

Ещё пятеро вышли на открытое пространство. Над одним из них мелькнула игольчатая конструкция, отдалённо походящая на дрон времён Таиссы, но она передвигалась так быстро, что Таисса едва успевала следить за ней краем глаза.

– Мы не будем вам угрожать, – покачал головой человек в броне. – Не будем драться. Всё уже произошло. Ваши гости даже ничего не почувствовали.

Дрон над головой Таиссы размазался и исчез. Вернон сделал какое-то движение – и удивлённо посмотрел на свои руки.

– Это ещё что за штука? – поинтересовался он.

– Замедлитель, который будет действовать ещё полчаса. У ваших родных, естественно, иммунитет, но вам двоим его никто не предоставлял. – Человек отвесил им поклон. – Кстати, меня зовут Алекс. Почти как твоего дедушку, Таисса.

– Кто вы?

– А это не очевидно? – Алекс развёл руками. – Ты видела жрецов Великого и познакомилась с прекрасными людьми из Совета по аномалиям. Настало время дать слово и противоположной стороне, не находишь?

– То есть вы…

– Маленькая двухсотлетняя секта, выступающая против Великого, путешествий во времени и прочей дряни, которой вы отравляете мир, – кивнул Алекс. – У нас есть союзники в Конгрессе, но я лично предпочитаю более прямые методы.

– Бандитские, – произнёс Роберт.

– Когда защищаешь человечество, выбирать не приходится. Тебе ли не знать, мальчик?

Таисса шагнула вперёд. Тело ей повиновалось, но двигаться было сложно, словно она шла по морскому дну.

– Вы знаете, кто я, – проговорила она. – Значит, вы знаете, что мы с Верноном должны остаться в живых, иначе у всех будут проблемы.

– О да, – кивнул Алекс. – Именно об этом я и хочу поговорить. Увы, времени у нас совсем немного.

– Почему?

– Хорошо, я выражусь точнее. Времени у одной из вас совсем немного.

Он без улыбки указал на Элен.

Таисса вдруг поняла, что Элен стоит прямо. Слишком прямо.

– Многокомпонентный яд, регенерация не справится, формулу не знаю я сам, её гибель не обрушит мир, – проговорил Алекс скороговоркой на одном дыхании. – Противоядие в обмен на то, что нам нужно.

Таисса и Роберт, не сговариваясь, одновременно закрыли Элен собой, хотя Таисса прекрасно понимала, что это бесполезно. Вернон очень задумчиво смотрел на Алекса, не пытаясь двинуться с места.

– Ты понимаешь, что «Амиго» продвинулся за эти годы так, что не помогут и твои таланты? – насмешливо поинтересовался Алекс. – Собственно, они не помогли бы тебе с самого начала. Так что кончай морщить лобик, Вернон Лютер.

Таисса бросила быстрый взгляд на Роберта. Успел бы он обезвредить этих людей и захватить противоядие?

Алекс в очередной раз покачал головой.

– Не советую. При попытке атаки дрон самоуничтожится, а противоядие внутри. Готовы рискнуть?

– Что тебе нужно? – устало спросил Роберт. – Мама, не говори и не двигайся.

Это даст Элен лишние секунды, чтобы яд распространялся медленнее. Но только секунды.

Спутники Алекса перестроились цепочкой. Теперь они закрывали его от Таиссы и её спутников.

– Как обычно. – Алекс усмехнулся. – Мне нужна клятва Таиссы Пирс, слово которой может остановить даже Великого. Очень простая клятва.

Один шаг вперёд.

– Ты оставишь время в покое. Ты уберёшься отсюда домой и больше не шагнёшь в прошлое или будущее ни одного раза, ни на одну секунду. В нашем времени ты больше не появишься. Наше будущее навсегда останется для тебя неизвестным. Твои слова попадут в сеть и будут храниться там, начиная с этой минуты. Ты поняла?

– Да.

– Ты клянёшься?

Никто не издал не звука. Казалось, затихли даже звуки джунглей.

Но у всех, знала Таисса, в голове были одни и те же вопросы. Такие же, как у неё.

«Что, если Великий сам перенесёт…»

«Если не будет другого выхода…»

«Это не во власти…»

«Мир может быть уничтожен, если не…»

Облака над головой. Медленное, слишком медленное дыхание. Абсолютная неподвижность Роберта, стоящего рядом.

И одно-единственное имя, заслоняющее все мысли.

Элен.

«Что мне эта планета, если на ней нет тебя?»

– Да, – произнесла Таисса. – Я клянусь.

И поняла, что совершила ошибку.

Нет, она поступила правильно. Она поклялась и этим сделала то, что должна была. И она выполнит клятву. Как бы горько ей ни было не увидеть больше Роберта, юную Таиссу, Майлза и Элен, расстаться со взрослым Тьеном на двадцать лет, время должно быть закрыто. Любое путешествие во времени – ошибка, и Алекс знал и понимал это. Бандитские методы? Что ж, с определённой точки зрения можно сказать, что цель оправдывает средства.

Почти. Потому что Вернон и Таисса могли быть затоптаны во всеобщей свалке. Потому что Элен, спасённая Великим Светлым и важная и нужная этому будущему, будь то как сдерживающий фактор или просто как та единственная, кто должен доставить Вернона и Таиссу на встречу с Великим Светлым, – всё ещё может погибнуть.

А она, Таисса, только что дала Алексу то единственное, что ему было нужно, и теперь оказывалась в позиции просительницы. Он может развернуться и уйти, не отдав им противоядия, и Элен погибнет. От какой-то дурацкой незаметной иглы с ядом…

…Из-за неё. Из-за Таиссы. Защищая её.

Судя по выражению лица Алекса, он вполне понимал это – и наслаждался своим положением. Возможно, в эту самую секунду решал, бросать ли умирающую Элен здесь.

«Многокомпонентный яд, формулу не знаю я сам».

У них нет противоядия. Нет противоядия!

Она совершила ошибку. И пора было её исправлять.

Мышцы взвыли от напряжения, но Таисса шагнула вперёд.

– Алекс, ты проиграл, – произнесла она. – Мой дед не был бы впечатлён, увидев тебя сейчас. Ты понимаешь, перед кем ты стоишь?

Алекс удивлённо рассмеялся.

– Надо же, мания величия! Не ожидал, что ты…

– Это Элен Пирс, – голос Таиссы был холодным и чётким. Так мог говорить сам Александр. – Есть кое-кто, кто любил эту женщину больше жизни. И, пока я в этом времени, он сделает всё, чтобы она была жива.

Однажды Александр уже сделал так, чтобы Лара оказалась в нужное время в нужном месте. Даст ли он Элен умереть?

Таисса не знала. Но иногда нужно кому-то довериться, даже если это всего лишь голос из прошлого.

…Однажды уже подаривший Элен будущее.

Алекс издал недоумённый смешок.

– Да о ком ты…

А потом его глаза округлились. Он понял.

– Эй, что не так? – озабоченно позвал один из его спутников.

– Она вернулась и всё рассказала Александру! – вдруг закричал второй. – И про нас тоже! Он знает, где мы!

Таисса сделала шаг вперёд и протянула руку.

– Противоядие, – отчеканила она.

Алекс сделал знак, и над его головой завис игольчатый дрон. В руку упал флакон-инъектор, и Алекс быстро, словно тот жёг ему руки, перекинул его Таиссе.

Флакон мгновенно исчез из её ладоней, подхваченный рукой Роберта.

– А теперь, – дрогнувшим голосом проговорила Таисса, – бегите.

Она не успела.

Полыхнуло перед глазами. Таисса не услышала ни звука, ни движения, не почувствовала жара.

Была только короткая вспышка. А секунду спустя перед ними расстилался чёрный круг спёкшегося стекла.

Ни следа доспехов. Ни одного тела. Ничего.

Только дрон, лежащий у её ног и абсолютно целый, с раскрытыми креплениями грузового отсека. Так, словно в последнюю секунду кто-то перехватил управление.

Таисса почувствовала, что её трясёт. Руки Вернона легли ей на плечи.

– Ты их не убивала, Пирс, – тихо произнёс он. – Ты предложила им уйти.

– Всё верно. Убил их я.

Голос доносился из невидимого динамика, установленного на дроне. Суховатый и не особенно приветливый голос, который Таисса узнала сразу.

– Стефан, – упавшим голосом сказала она. – Почему? Вы ведь могли просто нас предупредить!

– И они атаковали бы иначе неизвестным мне способом, – прохладно ответил Стефан из динамика. – Ты изображаешь дурочку или пытаешься показать моральное превосходство? В любом случае у нас нет на это времени.

Таисса судорожно кивнула. И наконец-то обернулась к Элен.

Та сидела на земле, очень бледная. Капли пота катились по её лбу. Роберт, не менее бледный, чем она, держал её за руку.

– Мы достаточно близко, чтобы долететь без транспорта, – произнёс он нетвёрдо. – Стефан, тебя арестуют.

– Я сам сдамся. Превышение полномочий не должно оставаться безнаказанным. Остальных бандитов найдут и без меня, как и источник утечки. – Стефан издал смешок. – Не бойся, Таисса. Все они останутся живы, потому что их действия уже не будут угрожать реальности.

– Но вы окажетесь в тюрьме.

– У каждого из нас своя тюрьма. Твоей будет невозможность попасть сюда.

Таисса опустила голову. Наверное, стоило бы поблагодарить Стефана, но у неё не поворачивался язык.

Но он был рукой её деда, спасающего человечество. Повернулся бы у неё язык сказать, что он был неправ?

– Мне жаль, что мы больше не встретимся, – только и сказала она.

– Прощай.

Связь оборвалась.

Ещё одна нить, связывающая её с этим временем. Какое будущее ждёт человека, который полжизни провёл, ожидая возможности стать проводником чужой воли? Сможет ли он обрести покой, счастье, собственный путь?

А она сама?

Таисса обхватила себя руками и прижалась к Вернону.

– Как бывший Страж, я одобряю и принимаю твою клятву, – произнёс Вернон ей на ухо. – Не то чтобы это имело значение.

Таисса покачала головой.

– Не имеет. Но спасибо.

Её всё ещё колотило, но она мягко высвободилась из объятий Вернона и замедленно опустилась рядом с Элен.

– Всё сработало? Противоядие подействовало?

Элен коротко кивнула.

– Нам лучше улететь сейчас. – Она плавно поднялась на ноги. – Несколько часов полёта с короткими перерывами… Мы справимся.

Таисса рассеянно кивнула. Тем временем Роберт отошёл в сторону, поманив за собой Вернона, и сейчас проводил тонкой пластиной вдоль его рук.

– Он нейтрализует замедлитель. – Элен проследила за взглядом Таиссы. – Потом твоя очередь.

Таисса вновь молча кивнула. Элен продолжала на неё смотреть.

– Тебя всё ещё волнует, кто ты, Таис? – негромко спросила она.

«Тебя ещё волнует, кто ты?»

Словно её спрашивала не только Элен, но и собственный голос.

Таисса моргнула.

– Да, – наконец сказала она. – Ещё как. Это не то, о чём можно взять и забыть, но… – она запнулась, – знаешь, даже если в храме исчезла Таисса-первая, а я оказалась Таиссой-второй, пять минут назад это не имело значения. Главной была твоя жизнь. И… если бы действительно существовал миллион Таисс, эту мысль они думали бы одинаково.

Элен едва заметно улыбнулась.

– Тогда кто ты?

– Я – это я, – просто сказала Таисса. – Единственная я, которая есть. Я буду собой, и я буду помнить. Всегда.

Она протянула руку к Элен и медленно, словно сквозь воду, коснулась её плеча.

– Я не хочу тебя забывать, – тихо сказала она. – Но так будет, да? Воспоминания перестанут быть живыми и острыми, а у меня больше нет часов с песчинками Источника, чтобы пережить их заново.

Две пары тёмных глаз на похожих лицах.

– У тебя есть ты, Таис. И мир, где твои внуки с энтузиазмом пишут в будущее своей прапрабабушке. – В глазах Элен заплясали смешинки. – А ещё есть твои дневники, адресованные ей же. Не поверишь, сколько там секретов.

Таисса выдавила улыбку.

– Грустных?

– Разных, – серьёзно сказала Элен. – Впереди целая жизнь, Таис. И для тех, кто тебя любит, это имеет значение.

– Миллиарды живы, здоровы и счастливы, мир спасён, и только мы предаёмся скорби вместо того, чтобы радоваться чудесным встречам и возвращениям, – раздался весёлый голос Вернона. – Кстати, я тоже собираюсь порыдать где-нибудь в районе нашей вечной разлуки, но чуть позже. Сквозь бурные всхлипы трудно любоваться пейзажем, знаете ли.

Таисса обернулась и улыбнулась ему. И капли на трепещущих листьях засверкали, когда меж облаков проглянуло солнце.