Глава 3

— Алина, калина, малина… — бубнил себе под нос Лис, рассматривая в зеркало туалета кровавое пятно на майке.

Через металлоискатели и пропускной пункт аэропорта он ещё прошёл, застегнув куртку. Но всё время так ходить не мог — тесно, жарко.

Застирать? Или надеть футболку задом наперёд? Может, вывернуть?

Лис задрал подол, рассматривая насколько пропиталась обратная сторона ткани, и решил всё же застирать. Но для начала поссать.

Он уже закончил это мокрое дело, когда у соседнего писсуара встал парень лет двадцати пяти. Вжикнула молния на ширинке. А потом… у него зазвонил телефон.

Тот и коня привязать толком не успел — ответил.

Э-э-э… А руки помыть, матрёшкин сын? — отклонился Лис от раковины в проём убедиться, что так и есть: неловко застёгиваясь левой рукой, тот говорил по телефону. Лис брезгливо скривился. Переключил воду на холодную.

Слушая, как тот матерится в трубку, снял куртку, футболку. Вывернул, намочил ледяной водой, смывая кровь (кровь горячей нельзя, а то «заварится» — не отстираешь), натёр мылом пятно.

— Да всё будет в порядке, не парься, Славян, — встал позади него смазливый засранец, поправляя причёску. К раковине он так и не подошёл. — Девчонка приезжая, кому она побежит жаловаться? Да и на что? Всё будет по обоюдному согласию… Уговорить? Конечно, получится. Много ли ей надо? Цветочки куплю, погуляю с ней денёк другой и втрескается по уши — как говорится, бери, пока тёпленькая.

Лис поднял одну бровь. Как ты сказал? «Бери»?  Или «дери»?

— Я тебе говорю, она наивная совсем, забитая. Непуганая идиотка. Ещё целка, — парень заржал. — Точно-точно, мы с ней уже пару месяцев в сети переписываемся… Видел, естественно. Зачем нам крокодил. Не, хорошенькая. Только…

Парень вышел. Чёрт! Но не бежать же за ним. Тем более с голым торсом и мокрой майкой в руках. Хотя мысль: Это что ж вы это там такое со Славяном задумали, я стесняюсь спросить? — буквально свербела в мозгу.

На то, чтобы просушить ткань горячей струёй воздуха сушилки для рук, ушло ещё минут пять. Пока та гудела, Лис открыл телефон. Усмехнулся, глядя на фото девчонки, что встречал. Ну чистая принцесса. Платье с блёстками, волосы распущенные, глаза с поволокой.

«Это она на выпускном» — как обычно, не могла не пояснить Ирка. Лис-то подумал красные ленточки «Выпускник» и платья с кружевами на день ВДВ надевают.

— Совершил посадку самолёт… — громко объявила диктор нужный рейс.

Лис как раз достал из аппарата стаканчик с кофе. Так с ним в руках и пошёл к выходу, где толпились встречающие.

Радостные возгласы. Обнимашки. Целовашки. Волнение. Сумки, чемоданы. Орущие дети. Обычная суета зоны прилёта аэровокзала. Шумное…

Лис уже допил обжигающе горячий и приторно-сладкий кофе. Уже выкинул стаканчик и подумал не купить ли ещё один, а девчонки всё не было.

Ну где ж ты, Принцесса?

Ряды встречающих редели. Лис крутил в руках телефон, постукивая по ограждению, и время от времени от нечего делать смотрел на фотографию.

Накрасили девчонку, конечно, густо, ярко. Фотосессия, видать, была профессиональная — художник старался. Но она то плечики ссутулит, то руками закроется там, где сиськи из декольте торчат, славные такие, кругленькие, но видно, скромная девочка. Хорошенькая, ладненькая, глазастая. Скулы высокие. Губки пухлые. Носик аккуратненький. Зубки белые. Ну точно — Принцесса.

Принцесса, поторопись! Я чертовски устал.

Лис потянулся, расправив плечи. Скосил глаза.

Да ладно! Этот, который хоботок стряхнул и руки не помыл, тоже стоял тут. Уже и розочку где-то раздобыл. Переминался с ноги на ногу, нервничал: не нравилось ему, что дама задерживается. И не сказать, чтобы у Лиса по спине пробежал холодок, но мысль — А не одну ли и ту же девчонку они встречают? — не заставила себя долго ждать.

Преодолевая желание позвонить бывшей с вопросом: девчонка на самолёт-то села? не опоздала? не передумала? — Лис постучал пальцами по перилам. Его остановил низкий заряд батареи. И он разозлился на то, что его некогда любимая стервь всё предусмотрела, весь мозг ему выела чайной ложечкой, а телефон этой Алины скинуть не догадалась. Уже бы один короткий звонок — он бы всё выяснил и не терял здесь время.

Так мы скоро вдвоём останемся, покосился Лис на Засранца.

Рассматривать в упор его Лис не стал, хотя мог: сделал на всякий случай парочку фотографий, пока народу было побольше. Да там и нечего было рассматривать. Типичный смазливый чудак на букву «М». Экстерьеристый, стройный, приманчивый, как мёдом намазанный. Мажористый. Одет модно, подстрижен красиво, надушен дорого.

А на букетик зажопился.

Лис хмыкнул, глянув на несчастную розочку в его руке. Ну да, чего зря тратиться, она, может, и так даст. И сначала заметил, как встрепенулся Засранец, а потом уже и сам повернулся.

Увидев идущую к ним девушку, Лис беззвучно присвистнул и решительно убрал в карман телефон. Это ж какой давности были те фотографии? Пятилетней? Ну, Ирка! Ну, коза!

Девушку, что нерешительно остановилась в проходе Лис, конечно, узнал. Но… ужель та самая Алина?

Да, выросла, и даже похорошела. Но эта бабушкина кофта с чужого плеча, макияж «а-ля натурель», волосы, убранные в пучок, джинсы, кроссовки. Для полноты картины не хватало очков в роговой оправе и перед нами классическая «серая мышь».

Будь Лис на месте Засранца, сейчас бы позорно сбежал.

Но тот был явно готов к таким метаморфозам и жёстко замотивирован, видимо, не только знатно покувыркаться, но и посмеяться, когда бросился к ней прямо как жених:

— Алина!

«Венчается раб божий Василий и страх божий Зинаида», — прокомментировал Лис.

Девушка скромно потупилась на поцелуй в щёчку, мяукнула робкое «спасибо» за цветок, а потом повернулась.

— Вы Лис?

Он демонстративно посмотрел справа и слева от себя. Никого.

— Ну, видимо, я.

— Ирина сказала, что вы будете с рыжей бородой и в шапке, — улыбнулась она виновато. Ох, как не понравилась Лису эта улыбка, но он ждал, что же она скажет дальше. — Я везла вам документы… — Это прошедшее время тоже вызвало очень нехорошее тоскливое чувство под ложечкой.

— Везла и?..

— Потеряла чемодан.

— В каком смысле потеряла? — поправил он вышеупомянутую тонкую вязаную шапку, которую и не замечал, пока не напоминали. Привык. Можно сказать, чувствовал себя без неё не столько лысым (просто стригся коротко), сколько голым.

— Зарегистрировалась. Сдала. А сейчас его нет.

— И что делать? — подал голос Засранец.

— Сказали нужно подойти к дежурному, написать заявление.

— В общем, твой багаж потеряли, я правильно понял? — уточнил Лис.

— Видимо, — пожала она плечами, явно чувствуя себя перед ним неловко. — А ваши документы… в нём.

— Ух ты, — задумчиво сказал Лис. — Ну что ж ладно, пошли писать заявление.

— Вы если заняты, — догнал его по дороге Засранец, когда Лис решительно развернулся и пошёл в указанном направлении, — можете ехать по своим делам. Я тут разберусь и Алину подвезу.

Ага! Щаз! Хмыкнул Лис.

Но вида не показал. Только покосился: интересно, он его запомнил в туалете? Или был так занят своим писюном и телефоном, что и внимания не обратил?

— Может, лучше я разберусь? — сложил мощные ручищи на широкой груди Лис, когда они остановились перед стойкой дежурной. — А ты поедешь по своим делам? Алина потом тебе позвонит, когда устроится. Обещаю, — бессовестно соврал он.

Хоть девчонка и замухрышка, но сейчас под его ответственностью. Вот отвезёт её куда надо, и дальше пусть разбирается сама: он ей не нянька. А пока…

Прости, матрёшкин сын, она со мной!