Глава 26

– Анжелика, – неожиданно обратилась она ко мне по имени моей предшественницы. – Мне хорошо известно о том, что брак с моим сыном не был твоим осознанным выбором. Ты всегда мечтала о свободе, о возможности жить так, как ты сама захочешь. Мои шпионы следили за тобой с самого твоего детства, мне докладывали о твоих вкусах, способностях и желаниях.

– Похоже, вы не зря платили вашим осведомителям. Но я не понимаю, к чему эти речи?

– Сейчас я могу помочь воплотиться твоим мечтам в жизнь.

– О чём вы?

Я действительно не понимала. Хотя, ладно, я лукавлю. Я понимала, что Хатериман планирует от меня избавиться не тем, так иным способом. И она всерьёз рассчитывала, что я смогу стать ей в этом деле союзником?

– У принцесс нет выбора – их продают словно кобылиц на рынке. Я тоже женщина и понимаю, что это неправильно.

– Зато я, признаться, вас не понимаю, сударыня, – я даже выслушать её не хотела.

У меня не хватало на это терпения. Во мне всё кипело.

– Я люблю вашего сына. Да, когда всё это началось, я действительно готова была на всё, чтобы избежать нашей свадьбы, но ведь я Эвила не знала? Теперь знаю. Я готова жизнь за него отдать. И уж бежать от него точно не намерена. Но даже если бы я его ненавидела, то всё равно не приняла бы подобного предложения. Я не хочу, чтобы ваши драконы поливали огнём наши города.

– Тебе и не обязательно сбегать в Оруэл, – как будто даже с презрением протянула Хатериман. – Я дам тебе достаточно денег, корабль и людей, чтобы ни в чём не нуждаться до конца дней. Ты можешь стать богатой, счастливой и свободной. Ты храбрая и верная девушка и вполне заслуживаешь своего счастья.

Я поняла, что мы обе теряем время. Ни одна из нас не верила, что я соглашусь на это предложение. Она делала его для очистки совести перед тем, как перейти к более решительным действиям.

Я отчаянно пыталась про себя просчитать следующие шаги Хатериман, но, откровенно говоря, представляла её действия смутно.

– Как вы совершенно верно заметили, я храбрая и верная. Такие люди не сбегают от тех, кого любят, кому дали слово дождаться. У меня нет причин покидать вашего сына.

Хатериман сдержанно кивнула:

– Я была готова к такому ответу.

– Не понимаю, почему вы так хотите от меня избавиться? Ваш сын не останется один. Рано или поздно он снова женится, не исключено, что по любви. Вы каждую его любимую женщину станете сживать со света?

– Любовь? Для властителя это лишнее.

– Вы ошибаетесь.

– Это моё право.

– Ваш сын не простит вам, если со мной что-то случится. Вы его потеряете, если не оставите плести ваши глупые интриги против меня.

– Я никогда не плету глупых интриг. И с тобой ничего не случится. Ну, в смысле такого, после чего мой родной сын стал бы ненавидеть свою любящую мать.

Я нахмурилась, вопросительно глядя на противницу.

– Не думаешь же ты, девочка, что я подниму на тебя руку? Совершу покушение на твою жизнь? Конечно же, я этого не сделаю.

– А что вы сделаете?

Всё происходящее на тот момент не вызывало у меня настоящей тревоги. Я никак не могла воспринять угрозы Хатериман всерьёз.

– По своей воле или нет, но ты покинешь Чёрную Цитадель, Тайима. А мой сын будет верить в то, что ты совершила это по доброй воле.

– И вам нет дело до того, сколько людей погибнет из-за вашего сумасбродства?

– Люди всегда гибнут. Таков человеческий удел.

– Поверить не могу! И это вы упрекали меня в отсутствие интереса к государственным делам?! Мне всё понятно! Вы просто боитесь меня и потому хотите отодвинуть в сторону. Но у вас ничего не получится.

– Почему же? – усмехнулась Хатериман. – Дай подумать? Да, конечно. Мы ведь в Драконьем Логове и у тебя здесь есть весьма сильный союзник? Ты ведь на помощь Молнии рассчитываешь, девочка? Не так ли?

Так оно и было. И то, что она так легко просчитала ход моих мыслей меня не вдохновляло.

– Глупышка, – снисходительно проговорила Хатериман. – Неужели ты не понимаешь, что заслужила всего лишь лояльность, но вовсе не преданность моего дракона.

– Вашего дракона?..

– Моего, – кивнула Хатериман. – Ты же не думала, что я не летала? Молния принадлежала, да по большому счёту и сейчас принадлежит мне. Как и мои сыновья. И эта страна.

– Тогда зачем был весь этот фарс?!

– Моему сыну нужна королева. А Молнии когда-нибудь потребуется новая Всадница, весь связь со мной уже не поможет ей обзавестись новым потомством. Но во всей этой связке любовь Эвила к тебе совершенно лишняя деталь. Королева – это церемониал и наследники, большего ненужно.

– Вы – чудовище! Вы это понимаете?! Эгоистичное, властолюбивое чудовище, играющее в своих родных детей словно в куклы.

– Я знаю, кто я. Никогда не питала по этому поводу иллюзий. Правда. Да, я чудовище. И за моей спиной стоит длинная вереница таких же чудовищ. И мои внуки будут такими же чудовищами. Да и твой горячо обожаемый Эвил – он нежен и мягок с тобой, но он такой же, как я. Желая заполучить желаемое, мы не остановимся не перед чем.

– Да с чего вы взяли что я стану или даже захочу вам мешать!? Что за безумие? Будь вы любовницей Эвила, я бы поняла вас, но вы его мать! Так что мы делим?

– Ничего. Любовь к такой, как ты, сделает его слабее и уязвимее. Ты не такая, как мы. Ты другая. Сейчас ты не согласишься с моим решением, но пройдут годы, и ты поймёшь, что так было лучше.

– Вы хоть понимаете, какую боль причините вашему ребёнку? Неужели его страдания ничего не значат для вас?

– Ты так уверена в серьёзности его чувств к тебе? – хриплым лающим смехом засмеялась эта невыносимая женщина.

Её слова ножом ударили в самое сердце. Никто не может быть полностью уверен в чувствах другого – чужая душа потёмки. Но я помнила нашу ночь на Змеином Острове, помнила нежность Эвила, его горячую страсть, слова любви.

– Да, я уверена. Ваш сын меня любит.

Улыбка сошла с её лица. Взгляд сделался задумчивым, губы искривились в горькой улыбке:

– Если бы я не щадила его чувств, разве стала бы я возиться с тобой? Куда проще и надежнее было бы тебя просто убить. Но… я же говорю: чувства делают нас слабее. Итак, подведём черту под нашим разговором, дорогая моя – ты отказываешься добровольно покинуть нас?

– Я же уже сказала?

– Верно. Что ж? Значит, покинешь нас против воли. Доброго пути и попутного ветра, Тайима.

Не говоря больше ни слова, Хатериман, отодвинув меня плечом, направилась к выходу с гордо поднятой головой.

Я с недоумением глядела ей вслед.

Я собралась было шагнуть за ней, как тени, неподвижно стоявшие в углах, ожили.

Охранники королевы-матери двинулись в мою сторону. Мои шагнули между нами, обнажив мечи. Но с первого взгляда становилось понятно, что расклад идёт не в нашу пользу.

Внутреннее чутьё на развитие ситуации никогда меня не обманывало… хотя, какое тут чутьё? Простая, но твёрдая логика стояла за то, что намерения моей дражайшей свекрови увенчаются успехом.

И всё же я не желала мириться! Да и как бы я могла это сделать? Приказать охранникам не рисковать собой ради меня и сдаться? Это было бы благородно, но, слава богу, даже если бы я и решила поступить подобным образом, меня вряд ли бы кто послушал.

Нападающие, подняв мечи, кружили вокруг нас, выискивая момент для нападения. Обороняющиеся зеркально повторяли их движения, готовые отбивать удары и дорого продавать свою жизнь. Я стояла в самом центре, опасливо озираясь, отчаянно стараясь придумать хоть что-то для спасения себя любимой.

Всё, что приходило в голову, вопреки предупреждениям, прозвучавшим от Хатериман, призвать на помощь Молнию. Но я чувствовала, что ничего не получится – моей красавицы просто здесь не было здесь! Злобная ведьма, видимо, была не так сильно уверена в предпочтении драконихи, раз постаралась сделать так, что в решающий момент её здесь не оказалось. Ну, ладно! Я и без Молнии кое-что могу!

Тёмный шар легко сплёлся между руками, будто вытягивая из пространство темноту или выворачивая его наизнанку – не знаю точно, как описать происходящее. Я словно держала пальцами колючий и острый лёд. Лёгкое потрескивание дало знать о том, что шар наэлектризован, будто шаровая молния. Последнее то, что естественно приходило на ум при сравнении.

Лица нападающих были скрыты под чёрными платками. Эту деталь мой разум отметил походя, не то, чтобы она вела к каким-то конкретным выводам, перед тем, как я, словно мяч или слепленный снежок, бросила в сторону моих врагов.

Видимо, мои противники лучше меня были осведомлены о действии моей магии. Они бросились в стороны, на пол и были правы – действие шар действительно оказывал как небольшая граната. Мой охранник успел отбросить меня к себе за спину, сбивая с ног и прикрывая собственным телом. Не успели звуки взрыва стихнуть, как меня так же, рывком, подняли на ноги.

– Госпожа, бегите.

Нападающие не дали нам передышки. Оба моих охранника, слава богу, не пострадали, и снова их клинки защищали меня от врага.

Упрашивать себя долго я не заставила, а, подхватив юбки, рванула к выходу. Почти добежала, когда мне наперерез выскочил огромный головорез. Я не помню лица. Не помню даже, было оно скрыто или нет. Для меня он не был в тот момент человеком, лишь угрозой, препятствием, которое следовали либо остановить, либо устранить.

Он с диким устрашающим воплем бросился на меня. Во полумраке синим отливал приближающий клинок. На испуг не было времени. В крови кипел адреналин. Я сумела ловко уклониться от его удара, быстрой серной отпрыгнув в сторону. Его это заставило лишь сильнее рассвирепеть и скорее всего мне бы не поздоровилось, но прежде, чем он повторил попытку меня прикончить, чей-то нож вонзился в его вопящую глотку.

– Идиоты! – заорала одна из безликих фигур на застывших от изумления подручных. – У нас приказ оставить её в живых!

Отлично! У меня фора! Потому что у меня приказа и резона щадить врага нет. Подхватив с пола саблю поверженного врага, тяжёлую, но при этом словно веселящую руку собственным весом, я бросилась на очередную безликую фигуру, приближающуюся ко мне.

На моё счастье, Анжелика, видимо, неплохо умела обращаться с оружием. Иначе как объяснить то, что я вполне сносно отражала нападение воина? Там, где не хватало силы, я брала ловкостью, скоростью и гибкостью. Ну и на руку было то, что меня стремились зажать в угол и обезоружить, а не убить. Они дрались со мной в полруки.

Я почувствовалась, что выдыхаюсь. Видимо, мои защитники уже были мертвы. Что со мной стало, что я думаю об этом без содрогания – как о свершившимся факте. Они выполнили свой долг, а я даже не знала их.

В отчаянии я вновь попыталась использовать магию. Было страшно прибегать к этому средству, ведь я действовала абсолютно вслепую, не зная, к чему меня может это привести. Но отчаянные обстоятельства требуют отчаянных действий!

На этот раз вместо сплетённого в чёрный шар сгустка энергии я изобразила нечто вроде паучьих длинных лап. Эти липкий, гибкие чёрные плети протянулись от моих рук к телам недругов и оплелись вокруг них живыми змеями или ползучей лозой, сбивая с ног, оплетая, опрокидывая.

Они пытались рубить железом, но сказочные чёрные щупальца обрастали новыми присосками, вместо одного их появлялось десять. Удушливой петлёй анаконды плазменные сгустки чёрной энергии обвивались вокруг тел моих врагов и сдавливали их, удушая.

Я ликовала. Проход был открыт.

Тяжело дыша, я направилась к дверям.

Но вскоре поняла, что выйти отсюда так просто не удастся: Хатериман стояла в дверях, наблюдая за разворачивающейся драмой как за увлекательным действием. Она была настолько цинична, что, подняв узкие бледные ладони, зааплодировала мне.

– Браво, Тайима. К моему удивлению, ты оправдываешь имя, что я дала тебе.

В её колючем весёлом голосе звучало искренняя симпатия. На короткое мгновение я даже поверила, что всё случившееся было очередным жёстким испытанием, которое я благополучно прошла.

– Ты сильнее, чем я думала.

Улыбка сошла с её лица, глаза вновь сделались жёсткими.

– Оставьте меня в покое! – гневно прорычала я. – Зачем вы упрямо лепите из меня врага? Ведь мы любим одного человека. Мы могли бы стать если не друзьями, то союзниками.

– Мне не нужны союзники, девочка. Я никогда не работала в команде.

– Вы вынуждаете меня отвечать вам!

Хатериман, закинув голову и хищно обнажив белоснежные ровные зубы, засмеялась весело, заразительно и зло:

– Глупышка! Сила окрыляет, не так ли? Ты поверила в себя? Но твоя сила – это моя сила. И ты не сумеешь обратить против меня моё собственное оружие.

– Увидим!

– Тут нечего и смотреть. Ты умная и сильная девочка, подающая большие надежды. Тем больше причин избавиться от тебя побыстрей.

– Спасибо, что не оставляете мне сомнений, сударыня.

– Не за что. Поверь, сомнения – это не единственное, чего я сейчас лишу тебя. На самом деле против меня у тебя нет ни шанса.

– Это мы ещё тоже посмотрим.

– На самом деле – нет.

Я раскинула руки, надеясь призвать уже выручившую меня несколько раз силу. Она отозвалась попервоначалу ощущением холода на пальцах, но… чёрные сгустки не сплелись, а распались облетающими на пол лепестками. Холод от пальцев побежал по всему телу, и я почувствовала, как вся обмираю и деревенею. Лишь сердце колотилось отчаянно и быстро, стараясь разогнать кровь достаточно сильно, чтобы прекратить парализующее воздействие.

– Что вы со мной делаете? – даже слова давались с трудом, словно застревая между губами.

– Тебе понравился чай, что подала тебе служанка? Зелье, моя дорогая, как семечко, плескалось в твоей крови, ожидая моего лёгкого воздействия. И вот теперь я могу владеть твоим телом лучше тебя самой.

– Вы… сумасшедшая…

– Если тебе проще так думать. На самом деле я просто люблю всё контролировать и ничего не оставлять на откуп случайностям. Рекомендую эту тактику. Меня она ещё ни разу не подводила. Ты не переживай. Ничего страшного с тобой не случится. Сейчас ты уснёшь и дальше всё пойдёт так, как было запланировано изначально. Счастливого пути, принцесса Анжелика.

– Вы пожалеете об этом!

– Не думаю.

– Обещаю вам – вы пожалеете.

– Приятных снов, моя дорогая, – прозвучало с мягкой издёвкой.

И как я не сопротивлялась – а я сопротивлялась изо всех сил! – её заклинание оказалось сильнее меня. Веки налились свинцом, ноги подогнулись.

Я из последних сил цеплялась за остатки сознания, но добилась лишь того, что смогла осознавать происходящее, но не могла ему сопротивляться.

Мой разум оказался в темнице моего тела.