35

Какое-то время я стояла в полной растерянности посреди дороги и не знала, что делать. Меня и саму трясло от нервов. От собственной беспомощности. От потрясения — такого поворота я никак не ожидала. Всё произошло настолько быстро, что я и сообразить ничего не успела.

Я оглянулась на шашлычку. Там гремела музыка, народ гулял, смеялся, громко разговаривал. А меня охватывала паника.

Куда мог поехать Коля? К тому же в таком состоянии! А вдруг с ним что-то случится?

Я не уходила. Ждала его, надеялась, что он остынет и вернется за мной.

Потом пошла домой — вдруг он уже там?

Но Коли не было…

Дернул же черт этого Гарика подойти ко мне! Вот что мог подумать Коля после его слов?

Да уж ясно что. Будто я за его спиной бываю тут с Андреем, и меня уже знают, как его подругу. Ну а при нем мы делаем вид, что не общаемся. Именно так я бы и сама подумала.

Господи, лучше бы я рассказала ему про ту нашу встречу с Кузьминским. Я просто не хотела лишний раз его травмировать и нагнетать обстановку, а получилось только хуже. Будто я от него всё скрыла…

Я позвонила тем его коллегам, номера которых он как-то записал для меня на всякий случай. Но они ничем не смогли мне помочь. Колю они сегодня не видели.

В ожидании и неизвестности я сходила с ума. Металась от окна к окну, вглядываясь в наступающие сумерки. То умоляла его: «Коленька, пожалуйста, вернись домой!». То ругалась от отчаяния: «Да где тебя, дурака, носит?! Что за истерика?»

Нет, я могла понять Колин срыв. После тех злополучных писем он потерял покой. Ревность его изводила. Отравляла каждый день. Довела до грани, а слова Гарика просто стали последней каплей. Мне ли не знать, до какого исступления может довести такая ревность, и как трудно с собой совладать в эти моменты. Но если с письмами была целиком и полностью моя вина, то сегодня просто дурацкое стечение обстоятельств. А он даже не дал мне слова сказать.

Господи, ну где же он?

Я ждала Колю всю ночь. Ни на минуту не сомкнула глаз. Прислушивалась к шагам в подъезде, к уличному шуму. Но он так и не появился…

Утром первым делом я позвонила в дежурную часть. Попыталась выяснить, не было ли каких-то происшествий.

Потом принялась обзванивать больницы. И тут мне повезло больше — Коля нашелся почти сразу, в третьей травме. Слава богу, живой!

Правда, толком добиться по телефону, что с ним, мне не удалось. Так что я сама поехала в больницу.

По дороге я, конечно, успела накрутить себя до предела. Что с ним? Авария? Насколько тяжелая? В каком он вообще состоянии?

Но все оказалось не так уж страшно. Коля сломал ногу. Это, конечно, тоже неприятность, но в сравнении с тем, что я уже напридумывала — сущая ерунда. Два месяца в гипсе — и как новенький.

Только вот сам Коля меня напугал. В порядке исключения мне разрешили ненадолго заглянуть к нему в палату во внеурочное время. Я на цыпочках прошла к его кровати.

Он не спал. Лежал на спине и смотрел в потолок совершенно пустым застывшим взглядом.

— Коля, что случилось? — пыталась я его растормошить. — Я всю ночь места себе не находила. Где ты был?

Коля почти не реагировал. Я даже решила, что он под действием какого-нибудь препарата. В полусне. Хотя, может, и правда ему что-то вкололи.

— Коля, что с твоей ногой? Как ты ее умудрился сломать? Ты в аварию попал?

— Упал, — ответил он еле слышно.

— Как упал? Откуда?

Он молчал.

— Сильно больно?

Он качнул головой, не взглянув на меня ни разу.

— Ты все еще злишься на меня?

— Нет.

— Коля, почему ты так вчера уехал? Бросил меня… Ты ведь все неверно истолковал…

Я думала, что, если расскажу ему, как всё было в действительности, он поймет. И его отпустит хоть немного. Он ведь всегда понимал.

Но Коля после моего рассказа вдруг крепко-крепко зажмурил глаза, а лицо его исказилось такой нестерпимой мукой, что у меня самой в груди все сжалось.

— Коленька, ну перестань. Все наладится, — бормотала я шепотом. — Перелом заживет. Мы уедем. Все будет так, как мы мечтали…

И тут я увидела, что у него из-под сомкнутых век выкатилась одинокая слезинка. Я в растерянности замолчала. Потом снова спросила, что случилось. Но больше от него ничего не смогла добиться.

Может, у него стресс такой сильный. Или шок. Не знаю.

Я решила позже прийти еще раз, в часы приема. Заодно принесу ему одежду, тапочки и какую-нибудь домашнюю еду. Глядишь, и он немного отойдет.