Глава 5 · Только пустота

Пять лет назад.

«Любимый, у меня для тебя сюрприз», — Глеб прочитал сообщение, которое пришло ни свет ни заря от Лизы.

Он соскочил с кровати и остро почувствовал, как по ней соскучился: они виделись каждый день, а вчера не встречались, потому что Лиза с Наташкой готовили девичник для подруги. Сердце забилось чаще — предвкушение сюрприза смешивалось с тоской по любимой.

— Олег, привет! Проснулся? — кричал в трубку Глеб, торопливо натягивая джинсы. — Я поехал за Лизой. За тобой заехать?

— Ты что, обалдел? Время — девять утра, выходной! Я спать, — сонно пробурчал Олег. — И вообще, ты от своей Лизки отстань на какое‑то время. Вы же как привязанные друг за другом ходите.

— Не завидуй, Михайлов, — усмехнулся Миллер и положил трубку.

Лиза с Глебом действительно были всегда вместе — если про кого‑то и говорить как про единое целое, то это про них. Молодые люди вообще никогда не расставались, и если так получалось, то страдали из‑за этого неимоверно. Вот и сейчас Глеб нёсся во весь опор на другой конец города в бар‑отель «Земляника», где должен был проходить вчерашний праздник. В голове крутились мысли: «Что за сюрприз? А вдруг… Нет, лучше не гадать — скоро всё узнаю».

Спортивный автомобиль резко затормозил у входа в здание, чем привлёк внимание немногочисленных прохожих. Миллер выскочил на тротуар и помчался ко входу, но тут же был остановлен шкафобразным охранником.

— Вы куда? — заревел шкаф, преграждая путь массивной фигурой.

— Я туда, — сказал Миллер и шагнул в сторону бара, пытаясь обойти охранника.

— Эй, парень, там нет никого. Ты чё, не понял?

— Как нет? Там вчера девичник был. Моя девушка… — Глеб запнулся, чувствуя, как внутри зарождается тревога.

— Не знаю никаких девушек. Я тут со вчерашнего вечера стою, девичников тут точно не было. Иди давай, — мужчина грубо пихнул Глеба в плечо, показывая, что разговор окончен.

Глеб отступил на шаг, растерянно оглядываясь. «Как это не было? Лиза же сама говорила… Может, перепутала место? Или время?» Он достал телефон, чтобы перечитать сообщение, но экран показывал лишь ту же фразу: «Любимый, у меня для тебя сюрприз». Ничего больше — ни адреса, ни времени.

«Странно, — подумал Глеб. — Она всегда пишет точнее. И почему не отвечает на звонки?» Он набрал номер Лизы — длинные гудки, затем автоответчик. Ещё раз — тот же результат.

Оглядевшись, он заметил небольшую кофейню через дорогу. «Надо успокоиться и всё обдумать. Может, это какой‑то розыгрыш? Но Лиза так не шутит…» Решив выпить кофе и ещё раз всё взвесить, Глеб направился к кофейне, бросая последний взгляд на закрытые двери «Земляники». В груди нарастало нехорошее предчувствие — слишком много несостыковок для обычного сюрприза.

— Глеб? Привет. А ты как здесь? — услышал мужчина и, подняв глаза, увидел Таньку, бывшую девушку Олега. Она топталась около стола, ожидая, что её пригласят присесть.

— Я Лизу с подругами жду, вернее, ищу. Не знаю, где они, — обеспокоенно проговорил Миллер, роясь в телефоне.

— Так их же здесь и не было вчера, — пожала плечами Татьяна.

— Как не было? Не понял. Они же хотели в баре посидеть и в этой же гостинице на ночь остаться. Странно…

— А я вчера слышала, как они всё отменили — решили денежки сэкономить, — скорчила гримасу Татьяна.

— Вот ведь, блин. Я же предлагал всё оплатить…

— Я слышала, они к Николаю на квартиру поехали, — заговорщически прошептала девушка, явно на что‑то намекая.

— К какому Николаю? К Старостину, что ли?

— Ага, к нему самому, к Наташкиному брату, — нагло проговорила Таня. — Он ведь для Лизки всё готов сделать — влюблён в неё, как школьник.

Танька демонстративно закатила глаза, а Миллер от нахлынувшей ревности сжал телефон с такой силой, что ещё немного — и он бы треснул.

Больше не говоря ни слова, Глеб вскочил с места, выбежал на улицу и, сев в машину, направился к дому Коли Старостина.

Всю дорогу до его дома он так сильно нервничал, что гнал, не разбирая дороги. Конечно, молодой человек догадывался, что Наташкин брат питает к Лизе вполне романтические чувства, но он всецело доверял своей девушке и даже мысли не мог допустить о чём‑то таком, на что только что намекала Таня. Сердце колотилось так, будто готово было выпрыгнуть из груди, а в голове крутились обрывки фраз: «Это ошибка… Лиза не могла… Наверное, просто вечеринка там…»

Примерно через полчаса Глеб въехал во двор дома, где располагалась квартира Николая. Он знал точный адрес, потому что иногда забирал Лизу с Наташкой отсюда, когда они были у того в гостях.

Миллер взлетел на пятый этаж и резко остановился, потому что понял: дверь не закрыта. Парень аккуратно приоткрыл створку и заглянул в квартиру, в которой царил полный беспорядок: сдутые шарики, пустые бутылки из‑под шампанского и разбросанная по полу мужская одежда.

Глеб с отвращением поддел кончиком ботинка синие джинсы и почувствовал, как огромный тошнотворный ком подкатил к горлу. Он слегка покачнулся и схватился за стену, боясь сделать ещё один шаг вглубь помещения, боясь того, что может там увидеть.

Краем глаза Миллер заметил, как Лиза — его Лиза — в одной только рубашке, открывающей стройные ноги, прошлась из одного угла комнаты в другой. Парень вжался в стену, чтобы она его не заметила, но девушка слушала музыку, лившуюся откуда‑то из глубины, и слегка пританцовывала, блаженно прикрыв глаза.

— Миш, ты долго ещё? Я тоже в душ хочу. Ночка ещё та была, — весело проговорила девушка, подходя к дверям ванной комнаты.

Только сейчас Глеб понял, что Лиза была в квартире не одна — в ванной кто‑то мылся, шумела вода.

«Миша? Что ещё за Миша? — пронеслось у Глеба. — Что тут происходит?»

— Сейчас, солнышко. Уже выхожу, — проговорил грубый мужской голос из ванной.

Глеб почувствовал, что земля уходит из‑под ног, и тяжело сглотнул, сжав кулаки. «Какое право имеет какой‑то мужик назвать его любимую „солнышком“? Что за бред?»

— Лизок, ты бы отдохнула, а то умаялась со мной за ночь. А?

— Миш, ну что ты… Скоро приедет Глеб. Мне нужно его встретить. А ты выходил бы, а то ещё тот сюрприз получится.

— А ты, милая, не хочешь ему про меня рассказать? А? По‑моему, уже пора. Тебе не кажется?

— Конечно, я как раз хотела это сегодня сделать. Я вообще хотела ему сюрприз приготовить, но, похоже, сегодня для него будет уже два сюрприза, — засмеялась Лиза.

Последних слов своей любимой девушки Глеб уже не слышал. Он бежал по лестнице, пытаясь справиться с гневом. Мужчина пулей вылетел из подъезда, тяжело дыша и тихо рыча, как будто раненый зверь, которого подстрелили на охоте.

Он резко вывернул руль и, чуть не сбив зазевавшегося старичка, выехал из двора. Нашёл небольшой карман на обочине, где и припарковался, чтобы поразмыслить над тем, чему стал свидетелем несколько минут назад.

Конечно, ясность мыслей Глеб утратил ещё в квартире Старостина, да и сейчас логика отказывалась помогать ему, как он ни старался. Перед глазами была лишь отвратительная картина: его уже бывшая девушка ходит по комнате, выставляя чужому мужику напоказ свои красивые длинные ноги, на полу валяется разбросанная мужская одежда, явно оказавшаяся там в порыве страсти — как было иногда у них с Лизой, когда они не успевали добежать до кровати и начинали раздеваться прямо в прихожей.

Глеб со всей силой ударил по рулю, а потом ещё и ещё, пытаясь выпустить наружу всю ярость, его заполонившую.

— Как она могла? — громко закричал мужчина. — Как она могла так со мной поступить?

Он бился в истерике, понимая, что потерял нечто такое, что давало ему силы жить, быть собой, мечтать, любить. Он потерял её, свою Лизу — она ушла вот так просто. Тяжёлые мысли не давали покоя и давили с такой силой, что в ушах пульсировало. Разум отказывался верить в происходящее.

— Миллер Глеб Андреевич только что умер, — горько прошептал мужчина и бессильно уронил голову на руль. В глазах защипало, но он сжал зубы, запрещая себе плакать, но слезы предательски капали на оплетку руля. «Всё. Больше никакой Лизы. Никакой веры. Никакой любви. Только пустота».

Наши дни.

— Мамулечка, посмотри, какие вкусные пирожки я для тебя напекла! — Сашка самозабвенно рылась в песочнице, «стряпая» торты и пирожные.

— Да, доченька, они просто замечательные, — похвалила Елизавета дочку. — А ты ещё не устала, милая? По‑моему, кто‑то уже зевает.

— Ну, мамуль, можно ещё чуть‑чуть, хоть пять минуточек? — хитро посмотрела на мать девочка и смешно сморщила носик.

Лиза охнула и прикрыла рот рукой: она так и не смогла привыкнуть к этой её забавной манере морщить нос каждый раз, когда пытается добиться своего — точно так же делал её, Сашкин, отец. От этой мысли в груди защемило: воспоминания о прошлом всё ещё бередили душу.

— Хорошо, дорогая, пять минут — и идём в дом.

Вот уже целый месяц прошёл с тех пор, как Лиза с дочкой вернулись в родной город. Девушка понемногу привыкала к новому дому, к новой жизни, но тревожные мысли о той встрече с бывшим возлюбленным не давали ей покоя. Она то и дело прокручивала в голове тот разговор, гадая, правильно ли поступила, оборвав все связи.

Примерно через час, уложив Сашу и сидя на кухне с чашкой кофе, Лиза задумчиво смотрела в окно, как вдруг в дверь позвонили.

— Миша, дорогой, я по тебе соскучилась! Что же тебя так долго не было? — затараторила девушка, открывая дверь.

— Дела были, много дел, — ответил Михаил, входя в прихожую и снимая куртку. — Как тут мои хорошие поживали без меня?

— Привыкаем понемногу. Сашка счастлива, всё время что‑то мастерит, рисует, болтает без умолку.

— А ты, Лизок? — Михаил внимательно посмотрел на Лизу, подмечая тёмные круги под глазами и напряжённую линию плеч.

— Я счастлива, если дочь улыбается. А она довольна, так что… — Лиза попыталась улыбнуться, но улыбка вышла вымученной.

— Ясно, — с сомнением согласился Михаил.

Он пристально посмотрел на Лизу и тихо вздохнул: девушка вконец себя измотала. «Может, зря я это всё затеял? — подумал он. — Жили же прекрасно в другом городе. А вдруг не получится? Вдруг она ещё не готова к переменам?»

— Лиз, слушай, — Михаил сел напротив, поставил локти на стол и слегка наклонился вперёд. — Матвей, мой компаньон, заключил одну очень выгодную сделку на строительство коттеджного посёлка здесь недалеко.

— Ого, молодцы, — поддержала его девушка, стараясь проявить интерес.

— Да. В общем, послезавтра вечером эта фирма устраивает торжественный ужин для своих клиентов, и меня пригласили, конечно. Я им доход в несколько сотен миллионов принёс. Приглашение на двоих, так что ты идёшь со мной.

— Ну… я… — Лиза замялась, невольно теребя край скатерти.

— Возражений не принимаю, — безапелляционно заявил Субботин и добавил: — Послезавтра в шесть. Сашку моя мама заберёт. Не переживай.

— Ладно уж… А что за фирма? — всё же уточнила Лиза, пытаясь понять, чего ждать от этого мероприятия.

— А, не помню название. Да и какая разница, главное, что мы с тобой там отдохнём и повеселимся, — как‑то слишком быстро оттараторил Миша и, хлопнув себя по колену, поднялся. — Всё, я побежал — ещё кучу дел надо переделать до завтра. Пока, Лизок!

Он быстро чмокнул её в щёку и выбежал из дома, оставив Лизу в смешанных чувствах. Она осталась сидеть за столом, глядя на дверь, за которой только что исчез Михаил. В груди шевелилось неясное беспокойство: что‑то в его поведении показалось ей странным…

Лиза вздохнула, поднялась и подошла к окну. «Может, он прав? — подумала она. — Может, мне действительно нужно развеяться? Начать наконец жить заново, не оглядываясь на прошлое?» Она обернулась и посмотрела в сторону детской комнаты, откуда доносилось тихое бормотание дочери — та, видимо, ещё не уснула и что‑то рассказывала своим игрушкам.

«Ради неё, — твёрдо решила Лиза. — Я должна попробовать. Ради нас обеих».