Глава 8.

От автора:

Мои дорогие, в этой книге будет несколько флешбэков, чтобы сильнее погрузиться в историю.

Все события из прошлого будут выделены курсивом, и дополнительно я буду обозначать временные отрезки.

Приятного чтения)

Семь лет назад

Каждое лето мы ездим с родителями отдыхать за границу, чаще на море. Обычно, это занимает около месяца. В остальное время я прохожу какие-нибудь дополнительные образовательные курсы, занимаюсь с репетиторами. Мама считает, что у меня должно быть лучшее образование, а я и не против, так как люблю учиться.

Заканчиваю десятый класс, думая, что мы снова куда-нибудь поедем, но у отца какие-то проблемы с фирмой, поэтому наше путешествие в Италию отменяется. Мама ни под каким предлогом не хочет оставлять отца одного, поэтому вдвоём с ней мы тоже никуда не едем.

Этим летом у меня полная свобода. Ни репетиторов, ни подготовительных курсов к поступлению в университет. Даже как-то непривычно, но, видимо, родители решили дать мне отдохнуть перед решающим одиннадцатым классом, ЕГЭ и поступлением в ВУЗ.

Спонтанно предлагаю им отправить меня на лето к бабуле в Ханты-Мансийск, откуда родом моя мама. Я не была там уже года три, а все предыдущие поездки длились не больше недели. После недолгих раздумий родители соглашаются. Я удивлена, но довольна, потому что не хочу всё лето сидеть в Москве.

Подруг и друзей у меня в Ханты-Мансийске нет и никогда не было, поэтому практически всё время провожу с бабушкой и её маленькой собачкой Жулей на даче в пригороде: помогаю по хозяйству, читаю книги, катаюсь на велосипеде и гуляю с собакой.

Я спокойно отношусь ко всем благам и положению в обществе, которые дают мне отцовские деньги, никогда не кичусь роскошью и стараюсь вести образ жизни обычной школьницы. Сложно это делать, когда ты учишься в одной из элитных гимназий в престижном коттеджном посёлке Подмосковья, но я всё равно всегда стараюсь быть не на виду.

А сейчас, когда я живу с бабушкой в небольшом домике со своим огородом в самом обычном дачном посёлке, езжу на автобусе до города за продуктами или по делам, то ощущаю себя счастливой обычной девчонкой, без статуса и прилагающихся к нему обязательств. От меня ничего не ждут, ничего не требуют. Наконец-то я могу быть самой собой.

В один из дней бабуля просит меня поехать с Жулей в город в ветеринарную клинику, чтобы ей поставили вакцину по графику.

– Сашенька, доктор ждёт вас с Жулей к трём. Скоро уже выходить. Ты долго в городе не задерживайся, чтобы я не волновалась, – наставляет меня бабушка.

– Всё будет хорошо, бабуль. Мы быстро, да, Жуля? – опускаюсь на корточки, чтобы погладить белую пушистую болонку, которая довольно виляет хвостом в ожидании порции ласки.

Я уже говорила, что обожаю животных, в особенности собак, поэтому счастлива провести почти два месяца с бабушкой и её милой собачкой.

– Ну что, малышка, пошли с тобой на остановку? – застегиваю на шее Жули ошейник, беру поводок, и дружной компанией мы топаем к автобусу.

В этом году лето выдалось жаркое, особенно июль. Мы все уже устали от бесконечного зноя, но после обеда в небе стали виднеться грозовые облака.

В воздухе витает атмосфера приближающейся бури, но я планирую успеть вернуться домой до начала дождя. Дорога до города занимает всего полчаса. Беру Жулю на руки и сажусь на задние ряды автобуса.

Но доехать до клиники мы не успеваем, так как ещё в дороге поднимается сильный ветер, а усилившаяся гроза и молнии не предвещают приятную прогулку от остановки до места назначения. Как назло, я не взяла ключи от бабушкиной квартиры, и переждать непогоду не представляется возможным. Собачка заметно нервничает на моих руках, когда очередной раскат грома оглушительно раздаётся на всю округу, да так, что окна автобуса дрожат.

Доехав до остановки, выхожу из общественного транспорта и опускаю Жулю на землю. Мы успеваем пройти буквально пару шагов, как громыхает так сильно, что на мгновение я едва не глохну. Белоснежная болонка пугается больше меня, и, умудрившись вывернуться из ошейника, бросается прочь.

– Жуууля! – что есть силы кричу ей вслед, не на шутку запаниковав, и бросаюсь за ней.

Но собака уже юркнула во дворы и скрылась из виду. Руки холодеют от страха. Она же совсем маленькая, мало ли куда может убежать? А если попадёт под машину?!

Я зову Жулю ещё громче, но всё тщетно. Молнии сверкают на небосклоне, ветер задувает на полную мощность, дождь накрапывает крупными каплями, а я, едва не плача, зову свою собаку, практически не обращая внимания на ураган.

Конечно, я уже успела привязаться к маленькой милой болонке и понимаю, насколько сильно бабушка любит этот белый пушистый комочек счастья. Но её нигде не видно, и моё сознание начинает рисовать самые ужасные картины дальнейших событий.

Слёзы застилают глаза, но я смахиваю их, понимая, что Жуле сейчас очень страшно одной, и я должна обязательно найти её. Дождь усиливается, и я быстро промокаю насквозь в своём хлопковом зелёном сарафане, а распущенные длинные рыжие волосы путаются от ветра и прилипают к лицу и телу под тяжестью воды.

Жули нигде нет, и через двадцать минут я совсем отчаиваюсь её отыскать. Дохожу до ближайшего подъезда обычного панельного дома и встаю под козырёк. На улице становится прохладно, я стою у подъезда и трясусь то ли от холода, то ли от слёз и переживаний.

Через несколько минут под крышу забегает молодой парень и, пройдя мимо меня, набирает номер квартиры в домофон.

Мне нет до него никакого дела. Скорее всего, он тоже промок насквозь, но ему везёт, уже через минуту он, очевидно, будет дома в тепле. Стою и тихо всхлипываю, понимая, что надо звонить бабушке с ужасными новостями. Мне страшно не хочется расстраивать её, но понимаю, что одна здесь я просто не справлюсь. Может, Жуля придёт на голос бабули…

Пока размышляю, попутно вытирая слёзы, поток которых уже не остановить, парень оборачивается ко мне. Сбросив вызов домофона, он подходит ближе.

– Эй, ты чего? Что-то случилось? – спрашивает он, разглядывая моё бледное лицо, по которому ручьём текут слёзы.

Я никогда не обращаю внимание на незнакомцев, особенно парней, и практически не разговариваю ни с кем на улице, но в тот момент я настолько пребываю в отчаянии, что киваю головой.

– Расскажи. Я могу тебе чем-то помочь? –интересуется парень, и в это мгновение распахивается окно на первом этаже, прямо рядом с подъездом.

Я смотрю туда.

– Егор, так и знала, что ты в домофон звонил, – причитает старушка в цветастой косынке. – Батюшки, а с девочкой что? Неужто ты обидел?

– Не думаю, бабуль. Погоди, сам пытаюсь выяснить, – парень снова переводит внимание ко мне, а у меня уже от холода и стресса зуб на зуб не попадает.

– Девочка трясётся вся, промокла. Давайте-ка заходите в дом, я чайник поставлю, – бабушка тут же скрывается из виду и закрывает окно.

– И правда, пошли, согреешься и всё расскажешь, – предлагает он, протягивая мне руку. – Дрожишь вся, замёрзла…

В любой другой ситуации я бы отказалась от предложения пойти в квартиру непонятно к кому и сразу же убежала, но обеспокоенный добрый взгляд молодого человека внушает доверие, да и бабушка показалась мне очень милой. Но тем не менее, я не отвечаю и стою, как вкопанная, не решаясь сделать шаг навстречу незнакомцу.

– Ты боишься? Давай я тогда вынесу плед и чай сюда. Не вопрос, – парень снова возвращается к домофону и набирает номер квартиры.

Мне совсем не страшно рядом с ним. Наоборот, есть в нём что-то успокаивающее.

Говорят, нужна всего минута, чтобы заметить особенного человека. Всего час, чтобы его оценить. Всего день, чтобы его полюбить. Но понадобится целая жизнь, чтобы его забыть.

Тот, кто это сказал, к сожалению, оказался чертовски прав. Но об это я узнаю сильно позже.

– Стой, – решившись, тихо произношу. – Можно с тобой? Я правда замёрзла…