Глава 9.

– Бабуль, открывай, мы заходим, – произносит Егор, когда бабушка отвечает в домофон, и в ту же секунду дверь открывается с характерным звуком.

– Меня Егор зовут, кстати. И да, в квартире кроме меня и бабули никого нет, если что, – говорит он, пока мы поднимаемся на первый этаж. – Можешь не переживать. Бабуля у меня самый добрый человек в мире.

– Я Саша, – отвечаю, утирая слёзы.

С грустью понимаю, что пока я буду в тепле пить чай и рассказывать о случившемся, моя маленькая Жуля будет мокнуть под дождём совсем одна. Как же мне хочется верить, что она где-то спряталась и выйдет, как только закончится ураган.

– Проходи, Саша, – парень открывает передо мной дверь, пропуская вперёд.

В коридоре показывается бабушка.

– Милая, проходи на кухню. Егор, принеси плед с комнаты, – командует она. – Да ты вся заплаканная. Что у тебя случилось?

Снимаю свой рюкзачок, кладу его на полку в прихожей и прохожу вслед за старушкой. Сажусь на мягкий стул и оглядываюсь. Кухня по размеру совсем крохотная и вмещает в себя газовую плиту, небольшой кухонный гарнитур, холодильник и маленький стол с двумя стульями. Здесь чисто, довольно уютно и пахнет свежей выпечкой.

– Собака сбежала, – тихо говорю я, тыльной стороной ладони вытирая остатки слёз с бледных щёк, а вторую руку чуть приподнимаю, показывая маленький ошейник и короткий поводок, которые всё ещё крепко сжимаю.

– Ох, ещё и в такую непогоду, бедняжка, – причитает бабушка и следом обращается к внуку, который как раз заходит на кухню. Мельком смотрю на него и обращаю внимание, что он переоделся. – Егор, у девочки собака убежала и потерялась…

– Давно? – спрашивает Егор, протягивая мне плед, и подходит к окну, опёршись на подоконник.

– Полчаса назад. Мы с Жулей приехали в ветеринарку, а она испугалась грозы, вывернулась из ошейника и сбежала, – отвечаю и свободной рукой беру плед.

– Так, понятно, в нашем районе сбежала, да? – он выглядывает на улицу.

– Да, здесь недалеко. Только я ходила везде, кричала, а её нигде нет… – не сдерживаюсь и снова всхлипываю в конце.

– А какая собачка-то? Судя по ошейнику, маленькая, да? – предполагает бабушка, поставив передо мной кружку с горячим чаем и тарелку с ароматными булочками.

– Да, белая болонка, маленькая совсем. А что, если с ней что-нибудь случилось?

– Так, не паникуем. Как, ты говоришь, её зовут? – уточняет Егор, задумавшись. – Она вообще контактная?

– Жуля. Да, очень дружелюбная, ластится ко всем. Но сейчас она наверняка напугана… – за окном раздаётся очередной раскат грома такой силы, что стёкла в доме дрожат.

Вжимаюсь в стул сильнее, испытывая отчаяние и страх за Жулю.

– Надо поискать, Егор, – обращается старушка к внуку. – Далеко не должна была убежать…

– Знаю, да… Маленькая белая собачка Жуля… – размышляет он вслух. – Давай сюда поводок с ошейником. Я пойду её поищу, ладно? А ты сиди здесь, отогревайся.

– А ты справишься один? – впервые поднимаю на него взгляд, полный одновременно надежды и сомнений, и смотрю прямо в его глаза. Серые, но от них веет теплом.

– Я очень постараюсь.

Егор улыбается, а я вместо того, чтобы думать о собаке, мысленно отмечаю, что у него красивая улыбка.

Саша, соберись. С каких пор тебя вообще стали волновать глаза и улыбка парня, которого ты видишь впервые в жизни?!

– Не переживай, найдём мы твою Жулю, – добавляет он, видимо заметив моё смущение.

Егор берёт из моих рук амуницию для собаки и направляется к выходу.

– Куртку надень, дождище такой на улице, – кричит ему вслед старушка.

– Угу. Всё, я ушёл, – доносится из прихожей, и следом хлопает дверь.

– Ой, милая, как тебя зовут? Меня можно Раиса Павловна звать или просто баба Рая, так мне привычнее, – представляется бабушка, провожая внука взглядом в окне.

– Я Саша… Приятно познакомиться, Раиса Павловна.

– Взаимно, моя хорошая, – улыбается она. – А ты чего чай не пьёшь? Булочки ещё горячие, я специально к приходу Егорки напекла. Давай, укутывайся, пей чай, а то замёрзла вся.

Накидываю на плечи мягкий плед и беру в руки горячую кружку с напитком. Сразу ощущаю себя лучше. Аромат свежей сдобы вызывает непроизвольное урчание в животе, напоминая, что я только завтракала рано утром и не обедала.

– Спасибо Вам, – отвечаю, зацепив пальчиками румяную булочку.

Она действительно ещё тёплая и очень мягкая. Моя бабуля не умеет печь или не любит, а я так люблю свежую сдобу. Правда мама всегда говорит, чтобы я ей не увлекалась, так как стройная фигура очень важна для девушки. Возможно, она права, я практически никогда с ней не спорю, но сейчас мне всё равно.

– Ты не переживай, Егор найдёт твою собачку, вот увидишь.

– Вы так к животным хорошо относитесь… А своих нет у Вас? – интересуюсь, отхлёбывая чай с бергамотом.

Я определённо точно прихожу в себя, когда горячий напиток согревает меня изнутри. Кажется, только сейчас я окончательно перестаю дрожать.

– Ох, милая, сколько себя помню, всегда собаки в доме были. Последнего, Бореньку, в прошлом году схоронили. Совсем старенький он у нас был… А больше брать боюсь. Я же не молодая уже, а Егор уедет учиться через год. Не дай Бог со мной что-то случится, куда животинку девать? Жалко мне их… Сложное было решение, не привыкла я без собаки в доме, но куда деваться…

Хм, Егор через год уезжает учиться. Значит мы примерно ровесники. Интересно, куда? Но спросить конечно же не решаюсь.

– Я тоже очень собак люблю… Только родители не разрешают заводить. Жуля бабушкина, но я уже так к неё привязалась. Даже не представляю, что будет, если она пропала… насовсем… – снова мрачнею, думая о том, что вряд ли Егор найдёт её.

– Всё будет хорошо, найдётся Жуля, – Раиса Павловна по-доброму улыбается. – Ты как сама? Согрелась хоть немного?

– Да, большое спасибо. Булочки у Вас очень вкусные. А вот моя бабушка не любит печь, хотя готовит очень вкусно…

– Ну, милая, тут уже каждому своё...

Мы разговариваем ещё немного, и внезапно раздаётся долгожданный звук домофона, сигнализирующий об открытии входной двери в подъезд.