Глава 20

Алина

С каждым гудком моё сердце стучало всё громче.

Я боялась. Скучала, ждала, тосковала и боялась одновременно.

В эти секунды мне было так страшно, как никогда раньше.

А если не ёкнет? Вдруг страсть между мной и Ди затушила всё то, что мы строили с мужем столько лет?

Почему он не берёт трубку?!

«Может, не слышит? Вдруг телефон на беззвучном?»

Истинная женщина умеет накрутить себя на ровном месте в два счёта.

Какого чёрта звук телефона выключен, когда тебе сообщили о судьбе твоей жены, и ты обязан держать аппарат под рукой?!

Затрясло уже от злости. Глаза наполнились слезами. Ожидание было невыносимым.

– Алло, слушаю.

Дыхание перехватило от волнения, и я забыла, как говорить.

– Кто это? – настойчивее спрашивал муж.

– Серёжа… – тихо всхлипнула в телефон.

– Алина?! – ошеломлённо вскричал муж, – Неужели это правда ты?! Как? Где?..

Как только услышала голос мужа, с облегчением поняла – ёкнуло. Сильно скучала. От осознания словно гора с плеч свалилась.

– Да, – прошептала я не в силах говорить в полный голос.

– Родная, что случилось?! Мы за это время места себе не находили! Ещё тогда, когда всё это произошло, я хотел всё бросить и вылететь к тебе, но не смог сорваться с работы. Да и детей не мог оставить на одну маму. А пару дней назад позвонила какая-то женщина, представилась личным секретарём посла, сказала, что ты выжила…

В самом конце фразы голос мужа звенел он переполнявших его эмоций.

Я понимала, что он снова распереживался, вспомнил пережитый стресс, поэтому поспешила скорее успокоить.

– Я так боялась, что больше никогда вас не увижу, – это признание комом встало в горле, – как дети?

– С минуты на минуту должны прийти с прогулки, – последовал ответ, – когда ты вернёшься домой? Им страшно не хватает тебя. Я как мог избегал ответа на вопросы «где мама?», «когда мама вернётся?», ведь и сам до последнего не знал, что произошло. Жива ты или нет… – на последней фразе он споткнулся.

Эти слова было слышать тяжелее всего. Ясный, трезвый ум начинал затуманиваться острым чувством вины за слёзы и переживания детишек.

– Нам позвонили из отеля и сообщили о твоём исчезновении, – продолжил Серёжа, – для меня это было страшным ударом.

Сергей говорил что-то ещё, но я, зная, что всё страшное позади, сказала:

– Всё хорошо, уже всё хорошо. Завтра я вылетаю домой. Совсем скоро я буду с вами.

– Дети безумно ждут тебя, – глубокий обеспокоенный вздох на другом конце трубки, согрел мне сердце, – я скучал, Алина.

Чувство вины засвербило куда сильнее.

– Подожди, кажется, они пришли, – торопливо добавил он.

В телефоне послышался какой-то шум. Я боялась, что звонок вот-вот оборвётся, но тут я услышала до боли знакомые детские голоса. По щекам потекли слёзы. Слышать своих деток – лучший подарок за все эти месяцы.

– Я поставлю на громкую связь, – сказал муж, – дети, у меня для вас сюрприз.

– Мама приехала?! – завопила Анюта.

Дыхание перехватывало от радости.

– Скоро приедет, милая! – воскликнула я.

– Мамочка! – кажется, дочь только что выхватила телефон и побежала к братьям, – Лёшкааа! Это мама!

Господи, как же мне хотелось скорее оказаться рядом! Кажется, чувство вины за все их переживания и детские слёзки будут преследовать меня всю жизнь. В глубине души понимала, что я – заложница обстоятельств, но это нисколько не оправдывало того, что мои дети всё это время очень сильно переживали.

– Где ты была, мамочка? – плакал в трубку старший сын, – когда ты приедешь?

– Мама попала в сложную ситуацию, – слышать детские всхлипы было невыносимо, – но через пару дней я буду дома, с вами, обещаю. Лёша, Анюта, простите меня. Я так вас люблю!

Тело трясло от переизбытка эмоций.

– Ну всё, дети, быстро переодеваться, – послышался голос мужа, – так когда ты прилетаешь? – обратился он ко мне.

– Пока точно не знаю. Я обязательно напишу, как узнаю время прилёта.

– Алин?

– Мм?

– Мне тебя не хватало, – тихонько прошептал муж.

– И мне тебя, – с нежностью в голосе ответила ему, – совсем скоро этот кошмар закончится, и я буду рядом.

– Держи меня в курсе. Люблю тебя.

– Целую.

Как только муж положил трубку, положила телефон на прикроватную тумбу, уткнулась лицом в подушку и тихонько завыла. Ожидание встречи казалось невыносимым.

Внутренний голос (скорее всего, колкие речи совести) решил истязать меня до последнего.

«Дети с ума сходили, пока ты развлекалась с Диланом на острове. А муж – ты не сказала, что любишь его. Неужели это конец?»

«Люблю», – твёрдо сказала себе и повторила несколько раз вслух, как мантру.

«Если бы любила, не наломала бы дров», – прозвучал издевательски внутренний голос. Голос совести.

Чтобы окончательно не погрузиться в самокопание (а что-то мне подсказывало, что эти скелеты в шкафу будут достаточно часто напоминать о себе), решила постоять под горячим душем. Вода смывает весь негатив – а мне как раз так хотелось успокоиться и привести мысли в порядок.

И правда – десять минут под мощной теплой струёй быстро привели в чувства.

Телефон на тумбочке разразился громким, но коротким писком.

«Вылет завтра в 18:30. Будьте готовы в 12:00. Вас заберёт машина и доставит прямо в аэропорт».

Поймав «дзен» в своих мыслях (разговор с родными хоть и прошёл крайне эмоционально, но всё же принёс некоторое облегчение), решила занять себя чем-то. Огляделась, взгляд упал на чемодан. К вещам я не притрагивалась с того момента, как отправилась на ту злосчастную экскурсию, и сохранность личных вещей и документов могла проверить только сейчас. За паспорт переживала больше всего. Хоть я и улечу специальным рейсом, терять документы совершенно не хотелось.

Посол не соврал – работники отеля собрали абсолютно все вещи. Проверила боковой внутренний карман чемодана и облегчённо вздохнула – паспорт, деньги, кредитка лежали на своих местах.

«Какой всё-таки потрясающий сервис», – с благодарностью отметила про себя.

Времени было предостаточно, и я решила напоследок прогуляться по красивым улочкам Сент-Джорджа. И хоть мне безумно понравился этот курортный городок с его невероятными пейзажами, историей и колоритностью, для себя твёрдо решила – сюда больше ни ногой. Уж слишком тяжёлыми были воспоминания. Да и некоторые моменты о двухмесячном заточении на необитаемом острове стоило оставить на Бермудах.

Перебирая вещи, заметила длинное платье, специально купленное для красивых вечеров на отдыхе. Подошла к зеркалу и приложила вещь на себя.

Если раньше оно, словно сшитое по моим меркам, идеально сидело на далеко неидеальной фигуре, теперь же смотрелось просто несуразно. И этот вовсе не про модный «оверсайз» – теперь платье мешком висело на сильно изменившейся фигуре.

«Теперь точно нужно менять гардероб», – подумала я. И впервые эта мысль прозвучало с оттенком радости, а не ноткой отчаяния и грусти.

Платье надеть все-таки пришлось – хорошенько подпоясав его ремнем, твердо решила купить хоть какие-то вещи. Да и по сувенирам пробежаться не помешает. Ракушки, пистолетики – именно их обещала привезти детям.

По ощущениям эта прогулка кардинально отличалась от предыдущих. Мне хотелось запомнить окружающее меня великолепие: красивые улочки, фруктовые деревья вдоль аккуратно вымощенных тротуаров, исторические здания и улыбающиеся лица местных. Пейзажи России сильно отличаются от местного тропического колорита. Я люблю Питер, но его прелесть для меня слегка замылена, можно сказать, что она уже приелась – хотя, кто знает, может, по приезду я на многое буду смотреть совершенно другими глазами.

Стоило признать – домой вернётся другая Алина.

А, может быть, «другой» она была все двенадцать лет, а сейчас – та самая, настоящая?

Пистолетики, ракушки, местные сладости (куда без них?) были найдены быстро. Не забыла о муже и Софии Ивановне – рубашка с модным принтом и домашнее платье с местным узором наверняка придутся им по душе. На долгий шоппинг настроя не было – поэтому зашла в первый попавшийся магазин и купила лёгкие брюки и обычную футболку. Теперь точно не придётся тратить изнурительные часы на обновление гардероба – обновки садились на фигуру «как литые».

Вечер прошел относительно спокойно. Напоследок поужинала в местном кафе рядом с посольством и отправилась в номер.

«Интересно, улетел ли Дилан?»

При мысли о нём затрепетала. Возможно, он улетел раньше и уже наслаждается привычным комфортом дома и приходит в себя.

Как быстро Ди забудет обо мне?

Уверена, что быстро. Сумасшедший график, привычный быстрый ритм жизни, поклонницы… Когда ему думать об обычной женщине из Питера?

Как только поняла, что мои мысли уходят «не туда», с усилием воли отбросила их от себя.

Перелистнуть. Нужно перелистнуть эту страницу своей жизни.

Как же всё-таки хорошо, что я не взяла у него визитку. Не будет никакого соблазна связаться с Ди.

Или всё же будет?..

Этой ночью было совсем не до сна. Как бы я ни старалась, но организм от накопленных переживаний просто отказывался отключаться. Ворочаясь в кровати, старалась по полочкам разложить все спутанные мысли. Неудовлетворённо хмыкнула – казалось, распутать клубок ниток гораздо проще, чем то, что творилось в моей голове на протяжении нескольких месяцев.

Если бы только можно было отрезать кусочек мыслей с беспокоящими тебя воспоминаниями и проблемами – сделала бы, не задумываясь.

Задремать получилось ближе к рассвету. Времени было достаточно – чтобы не чувствовать себя разбитой после бессонной ночи, позволила проваляться в кровати часов до 10. Сборы не требовали много времени – я уже на «лёгком старте».

Насильно позавтракав (кусок в горло не лез, наверное, мандраж от предстоящей встречи с родными), отправилась в номер и стала ждать.

В районе 11:30 в дверь постучали. Та самая милая девушка, что провожала меня в кабинет посла.

– Доброе утро, – вежливо поздоровалась она, – машина приедет за вами через полчаса.

– Спасибо, – поблагодарила я её, – сколько продлится перелёт?

– Около шести часов, – прозвучало в ответ, – судно приземлится в аэропорте Санкт-Петербурга, но не будет отражено на табло прилёта. Такие рейсы не отражаются для встречающих. Предупредите родных. Несмотря на это, выйдите вы из тех же ворот, что и обычные пассажиры, прилетающие на самолётах авиакомпаний.

С благодарностью кивнула.

– К сожалению, посол сейчас на встрече, поэтому он просил передать вам пожелание счастливого пути и скорейшего воссоединения с родными, – добавила она.

– Большое спасибо.

На этом наш короткий разговор закончился.

Ровно в двенадцать ко входу в гостиницу подъехала машина. Странно, я думала, что меня будет ожидать специальная посольская машина с затонированными окнами и красными номерами, но это был обычный местный автомобиль – как я поняла позже, чтобы не привлекать к моей персоне лишнего внимания.

Назойливых репортёров видно не было – видимо, с отлётом мировой суперзвезды они попросту потеряли ко мне интерес. И слава богу – меньше всего мне хотелось находиться в напряжении под постоянным прицелом камер и вспышек фотоаппаратов.

Дорога в аэропорт прошла «без сучка и задоринки». Не нужно было на автобусе добираться на вокзал, покупать билет на электричку и ещё несколько часов, замученная и уставшая, добираться до Сент-Джорджа.

Аэропорт Гамильтона встретил своей гостеприимностью и неторопливостью. К моему приезду уже были готовы – забрав мой чемодан, вежливый работник проводил меня к необходимому выходу. Никакого паспортного контроля или проверки документов – специальный рейс давал свои особенные привилегии.

Небольшой, но аккуратный самолёт ждал своего пассажира. Увидев судно, сердце ухнуло в пятки – я вдруг испугалась, что снова могу разбиться. И Дилана рядом не будет…

Мне стоило просто титанических усилий, чтобы сделать шаг в сторону трапа.

«Я должна. Мне нужно добраться до дома, как можно скорее. Возьми себя в руки», – твердила я самой себе, стараясь не впасть в панику.

Расположившись в кресле около иллюминатора, последний раз окинула взглядом окрестности Бермуд. Самолёты, люди, небольшое белое здание, яркое солнце и много зелени…Буду ли я скучать по всему этому? Смешанные чувства. Сент-Джордж не виноват в тех жестоких сюрпризах, которые припасла для меня судьба. И тяжелы они были даже не физически – мне еще долго придётся бороться с моральными последствиями после всего произошедшего на острове.

Как только самолёт двинулся в сторону взлётной полосы, разволновалась ещё сильнее. Горло пересохло, руки непроизвольно крепко сжали подлокотники.

Глубоко вздохнула, ощущая от волнения подступившую к горлу тошноту.

Каких-то пару месяцев я, полная восторга, приземлилась в аэропорту Гамильтона. Теперь же улетаю домой, полная переживаний и ноющим чувством в душе.

Говорят, что перелёт домой не кажется таким долгим. Ты настолько ждёшь встречи с родными, что даже длинный маршрут пролетает практически незаметно.

Почему-то в моём случае это не сработало. Да, я безумно ждала встречи с семьей, да, я считала минуты до воссоединения с родными, но почему-то время тянулось настолько медленно, что каждый час в пути казался вечностью.

От волнений и переживаний сдали нервы, и я всю дорогу бессмысленно пялилась в иллюминатор – всё никак не могла расслабиться. Как бы я ни мечтала уснуть в самом начале полёта и проснуться уже дома – не получилось.

«Самолёт начинает снижение в аэропорт Санкт-Петербурга», – раздалось в динамиках.

Колёса коснулись асфальта, самолёт и его пассажиров чуть тряхнуло и… я облегчённо выдохнула. Жива. Долетела.

Сделав глоток воды, включила телефон и быстро написала сообщение:

«Я прилетела», – отправила мужу.

«Мы уже здесь. Ждем тебя», – получила скорый ответ.

Лучшие слова, которые стоили любых переживаний.

Сотрудники паспортного контроля заставили не только подождать, но и понервничать. Пропускать пассажира спецрейса они не хотели, а их монотонное «Правила для всех одинаковые» дико раздражало и злило. Радовало, что очередь из пассажиров двигалась быстро.

Наконец, отдав свой паспорт угрюмому сотруднику (куда нам до приветливых работников Гамильтона!), кое-как объяснив ситуацию, получила заветную печать, схватила сумку и буквально бегом направилась к выходу. Ждать больше не было сил.

Не зря говорят, что вокзалы и аэропорты видят больше искренности и любви. И это не просто слова – весь их глубинный смысл ощутила сполна.

Дыхание перехватило, как только в толпе увидела своих – Серёжка пристально вглядывался в каждое проходящее лицо, Анюта с Лёшей так же внимательно рассматривали пассажиров. Младшего не было – должно быть, остался с Софией Ивановной. Оно и верно – прилетела я глубокой ночью.

– Мама!!!

Первой меня заметила Анюта, потянула брата за локоть, и эти двое на всех парах помчались ко мне навстречу. Бросив сумку, сгребла деток в охапку. Маленькие ручки крепко обняли меня за шею, я же, не переставая, целовала родные макушки, щечки и носики, прижимая к себе настолько сильно, словно боялась, что у меня отберут самое дорогое. И плакала – от радости и осознания, что мы наконец-то вместе.

– Родные мои, любимые… – нашёптывала я на ушки детям, которые буквально прилипли ко мне, не давая встать.

Люди вокруг удивлённо переглядывались, а мне было всё равно.

Все это время муж стоял в стороне. Он не бросился вслед за детьми, давая им в полной мере насладиться долгожданной встречей с мамой.

– Пойдёмте к папе, он ведь тоже скучал, – шепнула я малышам и встала, дети схватили меня за руки и потащили к отцу.

В глазах Серёжки читалось многое – видно было, что он действительно скучал и переживал. Кое-что ещё бросилось в глаза – тотальное, ничем не прикрытое удивление.

Приблизившись, муж прижал меня к себе, обняв сильными руками. Всем телом прижалась к нему и заплакала. Я, хоть и отвыкла от его объятий, быстро вспомнила, каково это – быть в безопасности и надёжных мужских руках. Надёжность – именно этим качеством мужа я гордилась больше всего.

– Устала? –спросил меня он.

Наверное, только после этого вопроса меня накрыло в полной мере. Сутки без сна в переживаниях, не менее нервный перелёт – не каждый организм выдержит такую нагрузку.

– Поехали скорее домой, – Серёжка нежно поцеловал меня, взял в руки чемодан, и мы направились к выходу. За одну руку меня крепко держала Анюта, во второй – ладошка сына. Невероятное счастье.

Уже в машине, убаюканная плавным ходом, не заметила, как уснула. Дети пригрелись рядом – ночное путешествие в аэропорт сильно сбило их режим.

До дома добрались быстро.

– Алин, – муж тихонько взял меня за руку. От неожиданности вздрогнула, но он быстро меня успокоил, – мы дома.

Сколько простого счастья для меня было в этих словах!

– Кирюша у бабушки? –спросила я, аккуратно вынимая руку из-под головы спящей дочери.

– Да, он у мамы, завтра утром она приведёт его. Не беспокойся.

Анюта и Лёша, услышав наш разговор, сонно открыли глаза. Недовольно надувшись, выбрались из машины.

Как же сильно я отвыкла от домашней атмосферы! Хотя в доме мало что изменилось с момента отъезда.

Детей даже не пришлось уговаривать ложиться спать – эти двое сами направились в ванную, почистили зубы, надели свои пижамы и разбежались по комнатам. Поцеловав на ночь их сладкие макушки, отправилась на кухню. К моему разочарованию, сон как рукой сняло, и сейчас мне как никогда захотелось кофе.

Именно там меня ждал сюрприз. Стол был празднично накрыт – мой любимый оливье, пара закусок и «гвоздь» программы – в воздухе витал аромат запеченного мяса, от которого просто потекли слюнки.

– Приготовил твою любимую еду, – услышала за спиной голос мужа.

Невероятно приятный сюрприз. Я знала, что муж вкусно готовит, но при этом готовил он крайне редко.

– Всё для меня? – обняла и поцеловала его в губы.

Странно. Как будто целуешь чужого человека… Но я понимала, что попросту отвыкла.

– Конечно, – прижал к себе Серёжка, – думаю, ты очень соскучилась по привычной еде.

– Если бы ты только знал, – аккуратно освободившись из его объятий, села за стол.

– Надеюсь, что узнаю, – добавил он, присаживаясь рядом. Хочу знать всё, что происходило с тобой там.

Наслаждаясь ароматной говядиной, начала свой долгий рассказ. Я знала, что это будет долгая ночь – но он как никто другой заслуживает знать о том, что произошло со мной на Бермудах.

Сергей слушал меня, практически не перебивая. Начала с самого начала, как самолёт с двумя пассажирами поднялся в воздух. Затем поведала в красках о крушении, о поисках еды, о создании временного жилища… Рассказала про то, как нас чуть не съела акула, о том, как едва пережила последствия солнечного удара и о страшном затяжном ливне-шторме не забыла упомянуть.

Какие-то моменты я всё же опустила. Не стала делиться историей, как выхаживала Дилана после укуса змеи – да и вообще всё, что связано с ним, решила оставить при себе. Муж хоть и не отличался ревностью, но тот факт, что его жена находилась несколько месяцев на острове с чужим мужчиной – мог его изрядно напрячь

– А кто был тот мужчина, с которым ты жила на острове? – неожиданно спросил он.

Я была готова к таким вопросам.

– Он известный певец, – невозмутимо ответила я, накладывая когда-то любимый салат, вот только есть уже не хотелось, мяса вполне хватило, чтобы насытиться.

Повисла секундная тишина.

– Он не приставал к тебе?

Надеюсь на моём лице не дрогнул ни один мускул. Подняла взгляд с тарелки и встретилась с мужем глазами. Его взор был полон подозрений.

– Серёж, мы два месяца были на грани выживания. Всё, чего нам хотелось – это сытно поесть, справиться с трудностями, которых было предостаточно, и спастись.

– Извини, – слегка покраснел он, – правда, это очень глупый вопрос с моей стороны. Просто ты так… изменилась.

На этом моменте его глаза заблестели.

– Я, конечно, понимаю, что тебе пришлось пережить за всё это время, – продолжил он, – но твоя фигура… господи, ты сейчас чертовски сексуально выглядишь! Так ты выглядела во времена нашей юности! Нет, сейчас даже лучше!

Я знала это. Но почему-то искреннее восхищение Серёжи меня больше задело, чем заставило гордиться – неужели до этого он не видел во мне никакой сексуальности? Вместо какого-то искреннего сочувствия и сопереживания он сразу перешёл к моей изменившейся внешности. Не самое приятное открытие.

В глубине души догадывалась, что просто накручиваю себя. Долгая разлука с мужем определённо наложила свой отпечаток в наше с ним взаимопонимание. Или я просто цепляюсь к несущественным мелочам…

– Спасибо, – вместе каких-либо претензий произнесла я, – островное меню не отличалось особым шиком. Да и двигаться приходилось очень много.

– Чёрт возьми, кажется, теперь мне точно нужно возобновлять тренировки, чтобы соответствовать такой красавице!

– Почему бы и да? – улыбнулась я, – мне нравится твоя идея.

– Кстати, – Серёжа неожиданно сменил тему разговора, – звонила твоя начальница.

Неудивительно. Если учесть, что вместо двухнедельного отпуска я пропала на два месяца, думала, что на работу мне уже можно не возвращаться.

– И?

– Ну, она позвонила и возмутилась, что ты не вышла на работу в положенное время. Я сказал ей, что ты пропала и мы не знаем, что с тобой. Она попросила держать её в курсе. И ещё, – добавил он, – ты не уволена. Твое исчезновение – форс-мажорный случай, и у них не было никакого права или основания выгонять тебя.

Конечно, с одной стороны это хорошо, что я не лишилась работы, но надолго ли? Меньше всего мне хотелось возвращаться в офис и быть на побегушках у этой мегеры.

– Что ж, завтра выйду в офис, узнаю, что там да как, – с неохотой протянула я.

Какое-то время мы обсуждали более приземлённые вопросы, пока я не стала клевать носом.

– Так, тебе пора спать, – улыбнулся Серёжа. – Тарелки можно помыть и завтра.

Убрав посуду в раковину, почувствовала, как муж обнял меня сзади, убрал прядь волос и начал целовать шею. Но самая чувствительна часть меня даже не реагировала – я понадеялась, что всё-таки от невероятной усталости.

– Серёж, не сейчас, – аккуратно развернулась лицом к нему и чмокнула в нос, – я не спала больше суток. Дай мне восстановиться.

– Конечно, милая, – он воспринял мой отказ спокойно, но я знала мужа слишком хорошо, чтобы не заметить, что его это задело.

***

Самое потрясающее утро после долгого отсутствия – утренний смех и спор деток, привычное «доброе утро» мужа, – как же сильно я отвыкла от всего этого! Но меня невероятно радовало, что жизнь возвращается в привычное русло.

Хотя кое-что беспокоило. Оказывается, я отвыкла от общества людей. И идти на работу в свете этого невероятного открытия не хотелось совершенно.

Переступив через себя, собралась и выехала в офис.

Моё возвращение произвело фурор. Нет, никто не ждал меня, как ценного сотрудника, коллеги не особо переживали за случившееся. Разве что дизайнеры, с которыми я тесно работала, искренне порадовались, что со мной всё в порядке.

Я чувствовала пристальные взгляды коллег, кто-то даже не стеснялся и открыто перешёптывался. Мои внешние изменения стали гвоздём программы.

Стараясь не обращать на «трудяг» особого внимания, сразу направилась в кабинет к Алёне.

Я не предупреждала начальницу о своём выходе, и поэтому, увидев меня на пороге, она очень удивилась.

– Алина! – хватило пары секунд, чтобы она пристально оглядела меня сверху донизу, – рада, что ты пришла, и с тобой всё в порядке. Проходи.

По голосу Алёны было понятно – ей абсолютно всё равно. А вот постройневшая и очень похорошевшая сотрудница её изрядно взбесила. Она на дух не переносила кого-то красивее, моложе, лучше. Стройная я подействовала на Алёну, как красная тряпка на быка.

– Это, конечно, хорошо, что всё закончилось для тебя благополучно, но давай сразу вернёмся к кое-каким рабочим вопросам.

– Слушаю.

– Твоё отсутствие плохо повлияло на некоторые проекты. Столько времени прошло – ты же понимаешь, что работа не может стоять на месте?

Я внимательно следила за тем, как старательно она уводила взгляд от меня. Уставившись в бумаги, начальница продолжила:

– Я не могла тебя уволить, это факт. И вообще этот вариант даже не рассматривался – ты же знаешь, как хорошо я к тебе отношусь. Но должна признаться, что на какое-то время мне всё же пришлось найти тебе замену.

«Хорошо относишься?» – я едва не фыркнула вслух.

– Поэтому тебе нужно очень хорошо постараться, чтобы сохранить за собой своё место. Работы сейчас много, несколько важных проектов, дизайнеры зашиваются – ты им поможешь. Конечно, задерживаться ты будешь постоянно, часто придётся работать и в выходные, но, думаю, отдохнула ты достаточно, чтобы с новыми силами приняться за дело.

Закончив свой монолог, она наконец-то подняла глаза. Я знала, что мало кто будет рад моему возвращению, и что ценят меня в этой компании только как девушку на побегушках, абсолютно не раскрывая потенциал и талант.

– Я вас услышала. Могу идти?

– Да, конечно. Приступай.

Выйдя из кабинета начальницы, молча направилась к своему рабочему месту. Здесь мало что изменилось, кроме того, что какое-то время за моим столом сидел другой человек. Достав ручку, вытащила лист бумаги и положила его перед собой. Решение пришло быстро.

«Прошу уволить меня по собственному желанию с сегодняшнего дня».

И вот я снова около кабинета теперь уже бывшей начальницы. Стук в дверь заставил Алёну отвлечься от дел.

– Алина, пора бы уже работать, а не ходить туда-сюда.

– Я не займу много времени, – положив прямо перед носом начальницы заветную бумагу, развернулась и вышла, чуть более громко, чем обычно, хлопнув дверью.