Эпилог

Сентябрь 2018 года Новое дело представлялось лейтенанту Цыпину прозрачным: в доме Рубинова действовала та же группа, что и в прошлый раз. Слишком много общего было у двух преступлений: запись видеонаблюдения отключили, преступники свободно попадали во двор и во внутренние помещения и не оставляли следов, очевидцев их проникновения найти не получалось. Главное: и в том, и в другом случае под прицелом оказывалась Дарья Захарова. В мае её похитили, представив дело так, будто девушка сама покинула работодателей, в августе попытались навести на неё подозрение, как на отравительницу. Виктор подготовил рапорт о необходимости возобновить следствие по прежнему делу. Скорее всего, исполнителями окажутся одни и те же люди, если их взять, можно выйти на заказчика. Пока, основываясь лишь на предположениях, предъявить подозреваемым нечего. Ткаченко в симбиозе с Викторией Рубиновой продумывали всё до мельчайших деталей и, безусловно, не сомневались в своей безнаказанности. Начальство внимать доводам следователя не спешило: не лучше ли для начала допросить мать пострадавшего мальчика как свидетельницу? Вызвать Рубинову в отделение было проблематично, поскольку она выехала из страны и ни с кем не поддерживала связи. Мобильный телефон беглянка оставила дома. Есть ли у неё новый номер – неизвестно. Вернувшись от начальства, Цыпин швырнул папку на стол: – Свидетельница! Будь она неладна! Эта дамочка любому обвиняемому сто очков вперёд даст. – Он обратился к сидевшему за компьютером Коровихину: – Викторию Максимовну им подавай. Вот когда эта стерва соизволит объявиться? За окном хмурилось. Почти весь сентябрь стояла летняя погода, но в последнюю декаду стало немного холодать. Эх! Махнуть бы сейчас в отпуск! Порыбачить, пока не зарядили дожди, привести в порядок нервишки. – Я её нашёл, – Евгений сцепил руки на затылке и откинулся на спинку. Кресло недовольно скрипнуло. – И-и-и? – торопил консультанта Виктор. – Её первый муж живёт и работает в Соединённом Королевстве. – Хочешь сказать, Виктория бросила Рубинова и поехала к этому, как его… Тускловцеву? Уверен? Евгений указал подбородком на монитор. Следователь подошёл ближе, наклонился. – Ого! Свадьба? – удивился он, разглядывая группу чинных, консервативно одетых мужчин и русоволосую женщину в белом платье на фоне залитого солнечным светом здания из красного кирпича с зелёной крышей, в котором узнал англиканскую церковь святого Андрея. – А гости-то – сплошь профессора, – сообщил консультант. – Погоди-ка! – встрепенулся лейтенант, – Рубиновы успели развестись? Она приезжала? Почему я об этом не слышал? Евгений отрицательно покачал головой: – Разводились по взаимному соглашению, в суде присутствовали только адвокаты. Я уговаривал Анатолия выманить жену в Москву. Он отказался. – Н-н-ндя-а-а. Потеряли мы «свидетельницу», – нараспев проговорил Виктор. – Нас спасёт только чудо. Иначе – стопроцентный «глухарь». Закрыть дело, где пострадали дети, никто не позволит. – Дети, положим, в порядке, – Коровихин снова взялся за «мышку». – По чистой случайности, – Цыпин направился к своему рабочему месту, упомянув без особенной надежды о единственно возможной зацепке: – Найти бы химика, изготовившего дымовую шашку… – Есть у меня версия, – консультант выключил компьютер и поднялся из-за стола: – съезжу кое-куда, проверю. Лейтенант кивнул и углубился в бумаги. Однако поработать ему не дали – случилось то самое чудо, о котором он недавно упомянул. В кабинет вошла женщина в чёрных джинсах и трикотажном сером свитере с туго набитым рюкзачком в правой руке. Узнать в ней Александру Ткаченко – без макияжа и с прилизанной причёской – можно было не сразу. Цыпин взглянул на посетительницу и привстал, указывая на стул: – Чем могу? – Здравствуйте, лейтенант, – сипло проговорила Шура, села и поставила рюкзачок на колени. Неуверенными движениями она напоминала первоклассницу, впервые вызванную в кабинет директора школы. – Оформите явку с повинной, пожалуйста. Суетливо дёргая «собачку», она расстегнула рюкзак, выудила из него прозрачную папку и протянула Цыпину. Следователь углубился в предоставленные бумаги, не обращая внимания на посетительницу, боровшуюся с непослушным замком и выпиравшими из рюкзака вещами. – И что же вас, гражданочка, побудило прийти сюда, позвольте полюбопытствовать? – дочитав заявление, спросил лейтенант. Ткаченко обняла полураскрытый рюкзак, прижала его к себе и, глубоко вздохнув, сказала: – Не могу простить себе, что едва не погубила мальчиков. – Она зажмурилась, чтобы удержать слёзы, и продолжила говорить: – Прочтите внимательнее, там всё объяснено. Цыпин кивнул и продолжил рассматривать Александру. Бледная, с покрасневшими белками глаз – наверняка плохо спала ночами. Однако бумаги составила на удивление грамотно – без опытного адвоката не обошлось. – Вы утверждаете, что действовали одна. Александра кивнула: – Совершенно одна. Вика ничего не знала. – Приехали к подруге, зашли в комнату её сына, оставили на столе банку с надписью «Открой меня», положили под стол бутылку с отпечатками Дарьи Захаровой и забили оконную раму. А хозяйка, типа, ничего не слышала и не видела. Так? – Банку и бутылку. Окно я не трогала. – Кто же забил раму? Гражданка Рубинова? Александра побледнела ещё сильнее, даже губы стали синеватыми: – Вики не было рядом, – чуть слышно пролепетала она. – Окно я не осматривала. Его мог забить кто угодно задолго до моего прихода. – Итак, – следователь навалился на столешницу, приблизив лицо к посетительнице, – намерений вредить здоровью Марка и Артёма у вас не было? Ткаченко тоже подалась навстречу, уронив рюкзак, и с жаром заговорила: – Артём попал случайно! Я и предположить не могла, что эта тварь притащит его к Рубиновым! – заметив тень, пробежавшую по лицу лейтенанта, она сбавила напор: – Я никому не собиралась причинять вред. Была уверена, что купила ирритант23. Цыпин снова сел прямо и, пряча в папку заявление обвиняемой, небрежно заметил: – Не понимаю, почему выгораживаете подругу. Что если Виктория специально вогнала гвоздь в раму? Что если она подменила вещество после вашего ухода? Глаза Александры округлились, она мелко затрясла головой: – Нет! Вика не могла… – Могла – не могла… Лирика! Допросить мы её должны… хотя бы. А из этого, – он положил ладонь на «Дело», – ничего убедительного для англичан не состряпаем. Не обидно идти под суд, когда истинная виновница празднует свадьбу? Ткаченко наклонилась, подбирая рюкзак, утопила в нём выпавший пакет с бельём и подняла взгляд на Цыпина: – Вика не будет счастлива с Костей. Уж я-то знаю. Минуты три они сверлили друг друга взглядами, потом следователь пожал плечами, заполнил бланк и пододвинул его к обвиняемой: – Подпишите, пожалуйста. – Что это? – Прошу не покидать город, не предупредив меня. – Как? – изумилась Александра, дрожащими пальцами хватая протянутую лейтенантом ручку. – Меня не арестуют? – Разве вы опасны для общества? Или попытаетесь давить на свидетелей? – Н-нет, конечно. – Ну так и незачем тратить бюджетные средства. Ждите суда. Не успел следователь закончить фразу, как женщина метнулась к двери. Только сквознячок дыхнул, свидетельствуя о её исчезновении. Довольно мелодично напевая «Ищите женщину, синьоры, когда беда нагрянет к вам. Все из-за женщины раздоры, весь из-за женщин тарарам», Виктор привёл в порядок «Дело» и отправился на доклад к начальству. В кабинет он вернулся уже в конце рабочего дня и застал Коровихина. Выслушал его отчёт и развёл руками: – Боюсь, эта информация нам не пригодится. – Как? – сердился Евгений. – То, что партия бракованных шашек со слезоточивым газом хранилась в части, где работала мать Рубиновой, разве не указывает на Викторию? Ящик пропал, что обнаружили перед уничтожением в девяносто девятом году. А? Шестнадцать лет было девке, вполне могла… – Сам говоришь: кладовщик умер три года назад. Даже если он продал Виктории шашку-другую, вряд ли это делал при свидетелях. Ничего не докажем. Косвенные улики. – Дай срок, – горячился Евгений, – докажу! – Следствие закончено! Готовлю к передаче в суд. – Цыпин замахал руками, пресекая возражения: – Не вздумай занудствовать! Мне поощрение обещали за оперативность. Он протянул Коровихину копию признательных показаний Александры Ткаченко. Тот прочёл, вернул и с сомнением покачал головой: – Детский лепет. «Купила с помощью незнакомца через интернет». Кто в это поверит? – Вполне может быть правдой. Успокойтесь, товарищ консультант! Ведь всё хорошо? Наслаждайтесь семейной жизнью, обустраивайте купленный вами дом. Кстати, где? – Неподалёку от Рубиновых. Анатолий помог и по старой привычке попросил Дашу присматривать за Марком. – Вот видишь, всё хорошо! – заметив, что его доводы не убедили Евгения, добавил: – Как любит говорить наш майор: «Есть высший суд!» Кого не накажем мы, – он указал пальцем на потолок, – там донакажут! Коровихин хлопнул приятеля по плечу в знак согласия. Он на себе испытал, каково расплачиваться за неправедные поступки долгие годы.