Глава 23: Снова вместе

Саша

Его губы касаются моей щеки, невесомо и медленно скользят по моей шее, оставляя следы жара на коже, который проникает глубже, разжигая огонь в каждой клеточке тела. Прикрываю глаза и наслаждаюсь прикосновениями его полных губ, мягких и влажных, и требовательных рук, которые блуждают по телу, как будто изучают каждый изгиб, каждый сантиметр, вызывая волны мурашек, что бегут от макушки до кончиков пальцев ног. Внутри меня разгорается пламя: сердце стучит в ушах, дыхание сбивается до хрипа, а кожа горит под его касаниями, как будто он оставляет невидимые ожоги страсти. И понять не успеваю, как оказываюсь в одних джинсах и бюстгальтере. Его пальцы скользят по плечам, по спине, оставляя следы электричества, и я дрожу, чувствуя, как воздух в комнате становится густым, пропитанным нашим желанием.

Поворачиваюсь всем телом к нему, обхватываю руками его шею, где мускулы напряжённые и тёплые, под пальцами пульсирует кровь, и впиваюсь в губы жадно, отчаянно, вкладывая всю любовь, всю боль, всю страсть, которая рвётся наружу. Он меня прижимает к себе, углубляя поцелуй, его язык проникает в рот, исследует каждый уголок, сплетаясь с моим в танце, полном голода. И когда мое почти голое тело прикасается к его груди, твёрдой и горячей, с лёгким потом, который делает кожу скользкой, меня как током прошибает. Волна удовольствия прокатывается от макушки до кончиков пальцев ног, заставляя выгнуться навстречу, прижаться ближе, почувствовать каждую мышцу, каждое биение его сердца.

Он поднимает меня на руки так, что мои ноги оказываются у него на бёдрах, легко, как перышко, его руки сильные, обжигающие. Несёт меня к кровати, опускает на спину и устраивается между моих ног, его вес приятной тяжестью придавливает меня к матрасу, заставляя почувствовать себя пойманной, но желанной. Я чувствую его тяжёлое дыхание на своих губах, прерывистое, горячее, с привкусом алкоголя. Эти запахи смешиваются с его парфюмом, мускусным, мужским, сводящим с ума, и меня это сочетание сводит с ума, заставляет тело изгибаться, прижиматься ближе, вдыхать его глубже. "Это он, Дима, мой, хоть на миг, и я хочу запомнить каждую секунду, каждый запах, каждый вздох". Не отрываясь от поцелуев, он расстёгивает мне джинсы одной рукой. Пальцы ловкие, настойчивые, дрожат от желания, моё дыхание учащается, и я вздрагиваю, когда его тёплая ладонь накрывает разбухшую от возбуждения промежность, нежно, но требовательно, посылая импульсы жара по всему телу, заставляя стонать тихо, умоляюще.

Я, недолго думая, делаю то же самое: пробираюсь рукой в его боксеры и касаюсь каменного члена, горячего, пульсирующего, с венами, которые проступают под кожей, и от этого ощущения внутри всё сжимается в тугой узел желания. Он явно не ожидал, но блаженно застонал, низко, хрипло, и этот звук эхом отдаётся во мне, усиливая возбуждение, заставляя тело дрожать. Не прерывая зрительного контакта, смотрю в его глаза, которые горят, они полные похоти и чего-то большего, что трогает душу. Глажу тонкими пальцами жёсткие вены, отодвигая нежную кожу и оголяя головку, чувствуя, как он реагирует на каждое движение, дёргается, твердеет ещё больше. Шумно дышим друг другу в губы, по вискам стекает пот, горячий, солёный, а между ног водопад, тело предаёт меня, умоляя о большем.

Наша прелюдия уже как секс: такая страстная и пошлая, полная стонов и касаний, которые доводят до края, заставляя тело корчиться от нетерпения. Дима впивается в мои губы быстрым поцелуем, грубым, требовательным, с привкусом крови от укусов, после чего поднимается и снимает с себя одежду, футболку через голову, штаны вниз. Его тело мускулистое, с рельефом пресса и венами на руках заставляет меня сглотнуть от желания. Тянется к моим бёдрам и избавляет меня от брюк, медленно, наслаждаясь. Его пальцы скользят по коже ног, оставляя мурашки. Хватается за мою руку, тянет к себе, я поднимаюсь на ноги, которые дрожат от возбуждения, и он тут же поворачивает меня спиной. Двумя пальцами цепляет лямки бюстгальтера, медленно и нежно опускает их по очереди, целуя мои плечи. Губы горячие, покусывают кожу, посылая импульсы по позвоночнику. Вещь падает на пол, а его руки скользят к моим трусикам. Горячие губы прокладывают дорожку из поцелуев по позвоночнику, от шеи вниз, и каждое прикосновение губ как искра, заставляющая выгибаться. Он опускается такой дорожкой пока не оказывается у пятой точки. Трусики скользят по бёдрам вниз и ненужной тряпкой остаются на холодном полу.

Его длинные пальцы впиваются в мою кожу, крепко, оставляя следы, которые завтра будут синяками воспоминаний. Я чувствую горячее дыхание на пояснице, и дрожу как испуганная лань, тело покрывается мурашками от предвкушения, от его близости. Дима встаёт на ноги, резким движением разворачивает меня лицом к себе, сжимает моё горло, не больно, но властно, заставляя почувствовать его контроль, и захватывает в плен мои губы. Жёстко всасывает, кусает до крови, и сладкой боли, которая смешивается с удовольствием. Вырывает из меня громкий, полный мольбы стон. Грубо толкает меня на кровать, я падаю на спину, матрас прогибается, воздух вырывается из лёгких. Он рассматривает моё обнажённое тело, медленно, как произведение искусства, его глаза темнеют от похоти, и я чувствую себя желанной, красивой под его взглядом. После чего обхватывает одной рукой за талию и поворачивает на живот, резко, но возбуждающе, заставляя тело дрожать от ожидания.

Звонкий шлепок по попе, и кожа горит огнём, а по венам течёт лава. Боль смешивается с удовольствием, заставляя выгнуться, тихо стонать. Кровать прогибается под его весом, когда он пристраивается ко мне сзади, сжимает ягодицы до сладкой боли. Пальцы впиваются глубоко, оставляя красные следы, а мне уже хочется вскрикнуть от нетерпения, от желания почувствовать его внутри. Между ног зудит от желания, влага стекает по бёдрам, тело дрожит в ожидании, каждая секунда растягивается в вечность. Подаюсь назад, призывая его к действиям, и наконец, слышу шуршание фольги, и не сдерживаю стона, полный мольбы, пока тело извивается от предвкушения.

— Маленькая сучка! — слышу хриплый голос, и в тоже мгновение Дима входит в меня до упора, резко, заполняя полностью, растягивая до предела, до сладкой боли. — С ума меня сводишь…

Вскрикиваю и опускаю голову на подушку, но он тут же берёт меня за волосы и тянет на себя, больно, но возбуждающе, заставляя выгнуться. Я оказываюсь прижатой спиной к его груди, горячей, потной. Чувствую биение его сердца, быстрое, в унисон с моим, его губы у моего виска, шепчут что-то неразборчивое, обжигают, свободная рука накрывает грудь и сжимает сосок, крутит, тянет, посылая импульсы по телу, заставляя стонать громче. Всхлипываю от пронзающего всё тело удовольствия, острого, как нож, и сладкого, как мёд.

Резкий толчок, и глаза наполняются влагой от острых ощущений, слёзы радости, экстаза, любви. Котов тянет за волосы, запрокидывая мою голову назад, впивается в искусанные губы с каким-то зверским напором, поцелуй грубый, полный голода, зубы покусывают, кровь смешивается с слюной. Продолжает сжимать чувствительные соски, разгоняя по всему телу жидкий огонь. От кончиков пальцев до макушки, тело горит и дрожит.

Мы, как одержимые, целуемся, до боли кусаем друг друга, будто хотим пометить, оставить следы любви, страсти, чтобы помнить наутро. Мало, так мало. Мне его всегда будет мало. И даже вот эта грубость, она только усиливает влечение, как бензин увеличивает огонь в костре, пламя разгорается ярче, жарче, сжигая всё внутри.

Потные тела плотно прижаты друг к другу, лишь стоны и пошлые шлепки являются доказательством нашего безумия. И я ухожу с головой в эту бездну, теряя разум насовсем. Тело напрягается, комок внизу живота становится просто огромных размеров и, наконец, лопается, как воздушный шар. Вскрикиваю, откидывая голову на его плечо, и бьюсь в агонии страсти. Содрогаюсь, как рыба на суше, теряя связь с реальностью, мир кружится, цвета вспыхивают под веками. Ватные ноги не держат, и если бы не его сильные руки, я бы распласталась на кровати, как звезда, но он не отпускает. Продолжает двигаться во мне с бешеной скоростью, и через пару толчков раздаётся горловой рык, руки на моём теле сжимают до болезненных следов на коже, а тело сзади дрожит. Его оргазм отдаётся во мне, как эхо. Мы падаем без сил на кровать, в горле пересохло, в висках пульсирует, а тело всё ещё трясётся от послевкусия.

Засыпаю с мыслями, что с ним я чувствую себя счастливой, даже если он не полностью мой за этими стенами, зато сейчас он со мной, а я с ним. "Это иллюзия, Саша, но пусть продлится подольше" шепчет разум, но сердце молчит, оно бьётся в унисон с его.