Глава 89

Маргарита Этот голос. О боже. Я узнала этот голос. Я выбежала из спальни, уронив рубашку, которую собиралась сложить. Марк был здесь. Он был здесь. У меня пересохло во рту, а желудок сжался. Я была потрясена, осознав, что мой гнев не вырвался наружу при первом взгляде на его красивое лицо. Идеальная смуглая кожа, высокие скулы и тёмные глаза, как горячий шоколад, которые я обожала, пока мы были вместе. Я всегда восхищалась его привлекательной внешностью, его лёгкой улыбкой, его способностью смеяться и шутить, его мощным телом, которое так хорошо ему подчинялось, и тем, как он вытаскивал меня из моей защитной оболочки, – всё это в нём покоряло меня. В Марке было что-то хорошее. Но это была маска. Маска Верхнего Ист-Сайда, которая в очередной раз обманула и очаровала меня. Может, когда-то он и был беззаботным мальчиком, любившим читать и играть в бейсбол, но я не была с ним знакома. Мое сердце болезненно сжалось, когда он скользнул по мне взглядом. Маска на его лице на секунду сдвинулась, и я увидела страдание, которое он испытывал из-за нашего разрыва. А может, я видела лишь то, что он был готов мне показать. Все было так сложно. Он разрушил мою жизнь, придя в ярость. Разрушил из-за злобы. Мы никогда больше не будем вместе. Никогда. И я хотела стереть, уничтожить ту сочувствующую часть себя, которая шептала, что ему тоже больно и мне должно быть не все равно. – Что ты здесь делаешь? – Потребовала я ответа. Марк перевел взгляд с меня на Лео, который был готов снова его ударить. – Пришел проверить. – Тебя здесь не ждут, – заявил Лео. Марк только ухмыльнулся. – Меня это когда-нибудь останавливало. – Прекратите, – резко сказала я. – Оба. Я не собираюсь слушать вашу перепалку. – Я обошла Лео и сердито посмотрела на Марка. – Как ты вообще узнал, что я здесь? – Опять рылся в камерах видеонаблюдения? – Усмехнулся Лео рядом со мной. – Понятия не имею, о чём ты говоришь, – мягко заметил Марк. – Я догадался, что ты придёшь сюда после этого. Он достал телефон и передал его мне. Я осторожно взяла его в руки и увидела «Шестую страницу». Он заранее прокрутил страницу примерно на четверть вниз, там была маленькая фотография среди фотографий других знаменитостей, моя. Я прочитала подпись в шоке и волнении. Именно то… чего я хотела. «Замечена: на декадентской новогодней вечеринке нью-йоркской элиты». Я прочитала список имён, с которыми была знакома, и много других, которых не знала. Но внизу, рядом с моей фотографией, было моё имя. Маргарита Резник в потрясающем платье от Кенсингтонского кутюрье на мероприятии клуба «Тринити». Моё сердце замерло от удивления. На секунду я забыла, что передо мной стоит Марк. Что я держу в руках его телефон. Я специально пришла на это мероприятие, чтобы меня заметили. Я знала, что меня сфотографируют. Что я в конечном итоге привлеку к себе внимание своим платьем, даже если они никогда не слышали моего настоящего имени. Но это было больше, чем я ожидала. Пресса причислила меня к нью-йоркской элите. Одну… без Марка и Лео рядом. Внутри у меня всё сжалось от радости. Я очень надеялась, что Кэтрин тоже увидит эту страницу. Это было бы просто, чёрт возьми, блестяще. Хотя это только начало. – Я удивлён, – пробормотал Лео себе под нос. – Марго, верни ему телефон, чтобы он мог уйти. Я протянула Марку телефон, стараясь не касаться его руки. – Тебе лучше уйти. – Я вижу, ты снова делаешь всё, что он говорит, – сказал Марк и вздохнул. – Я хотел поговорить. – Не за что, – сказала я одновременно с Лео, который рявкнул: – Нет. – Я сама справлюсь, – заявила я Лео. Мне хотелось, чтобы он был рядом, но не отвечал за меня. – Дай мне пять минут, я всё объясню, – сказал Марк. – Пожалуйста. Я прищурилась, глядя на него. – Объяснишь. Объяснишь?! Хочешь объяснить, почему ты внес меня в чёрный список? Почему ты сделал так, что со мной не хотят заключать контракт на книгу? Почему ты разрушил мою карьеру? Давай. Но не думай, что я поверю хотя бы одному твоему слову. Я даже очень уверена, что больше не собираюсь оставаться с тобой наедине. – Это была ошибка, – серьёзно сказал он, переводя взгляд с меня на Лео, как будто действительно не знал, что Лео будет здесь. Как будто он всё это время ждал, что я одумаюсь и вернусь к нему. – Ошибка?! – С недоверием переспросила я. – Да. Но я смогу ее исправить. Я посмотрела на него с отвращением. Конечно. Вот так просто исправить, щёлкнув пальцами, как Мэри Поппинс, которая могла многое исправить. Вот как всё работало в Верхнем Ист-Сайде. – Не получится, – прорычал Лео. – С тех пор, как ты уехала, я писал тебе раз сто. Конечно, если бы ты прочитала хотя бы одно из моих сообщений, ты бы все поняла. Прошу прощения, что я так отреагировал тогда. Но я хочу, чтобы ты вернулась. – Марк сделал шаг вперед, Лео выпрямился и напрягся рядом со мной. – Пожалуйста, мы сможем все исправить. – Знаешь, вообще-то я не получала сообщений, – сказала я, и моё сердце бешено колотилось где-то в горле. – Я заблокировала твой номер после того раза. Мы ничего не можем исправить. Ты не можешь исправить мою карьеру, а тем более думать, что мы снова будем вместе. Хочешь верь, хочешь нет, Марк, но твои действия имеют последствия. Я знаю, ты никогда с этим не сталкивался. Только со мной… так что привыкай. Я схватилась за дверь и попыталась захлопнуть её у него перед носом. Но Марк уперся ладонью в дверь, разгадав мой маневр. Его маска полностью спала с лица. Он выглядел так, будто собирался напасть на нас. – Ты понятия не имеешь, что делаешь, – сказал он. – Думаю, я наконец-то все поняла. Я больше не пешка, Марк, – заявила я ему. – Я – королева на вашей доске. Марк выглядел так, будто собирался сделать что-то очень, очень плохое. Лиза встала рядом со мной, как и Лео с другой стороны. – Если ты не уберешься отсюда к чёртовой матери, я вызову полицию. Ты легко отделаешься, как Репин. Они, вероятно, даже не отвезут тебя в участок. Но у нас достаточно доказательств твоего преследования, и если учесть, что тебя просят уйти, это может потянуть на дело. Может, тебя и заберут в участок… или, что ещё хуже, заведут дело, и ты за всё заплатишь. Мы все знали, какое влияние имеет Коновалов, тем более что его мать была подругой мэра этого города. Марк посмотрел на нас, на солидарность между нами тремя, стоящими напротив него. – Я ничего плохого не делаю. Просто хотел поговорить с Марго. – Я не хочу с тобой разговаривать. Так что… уходи. – Отлично, – сплюнул он. – Когда ты наконец придешь в себя и перестанешь вести себя так, будто я плохой парень, позвони мне, чтобы мы могли во всем разобраться. Мои глаза округлились от шока, когда я услышала его слова. Он что, бредит? У меня были сомнения по поводу действий Лео во всей этой ситуации, но я не сомневалась в Марке. Тот факт, что он внес меня в чёрный список, просто расставил все точки над «i». Марк еще раз вздернул подбородок и вышел за дверь. Я закрыла дверь на замок. У меня дрожали руки. Уверенность, которую я демонстрировала в этой стычке, испарилась. Осталась только я. Женщина, которой предстояло справиться со всем этим ужасом. Которая прилетела домой в Москву и всю неделю плакала на диване у Лизы, поедая замороженный крем. Мои силы иссякли, я почувствовала себя такой слабой. Я прижалась спиной к двери и соскользнула вниз, уронив голову на колени. – О боже, – выдохнула я. Рыдания сотрясали мои плечи. С тех пор, как я приехала в город, я старалась держать себя в руках. Как только я решила, что заставлю всех заплатить за то, что они сделали. Но была разница между местью, питавшей моё сердце, и хрупкой реальностью общения с человеком, в которого я была влюблена. Увидеть его настоящего, каким он был на самом деле, услышать, что он не считает, что сделал что-то не так. Я была для него очередной навязчивой идеей, которую он хотел заполучить. И теперь, когда он не мог заполучить меня, он впал в отчаяние. Сначала он разрушил мою карьеру, а теперь собирался всё исправить, пытаясь компенсировать ту боль. Это похоже на бред… на грани безумия. Лео опустился на колени передо мной. Его рука скользнула поверх моей и сжалась. –Марго. Я не двигалась, ненавидя это чувство. Даже больше, чем ненавидя, ненавидя так сильно, как ту тёмную яму, в которую я упала головой вниз, когда узнала о досье Марка. Зияющая тьма манила снова, как только Кэтрин раскрыла моё имя. Чернильно-чёрная, окутывающая, зовущая к себе, как только моя писательская карьера оказалась закончена. Я стала такой уязвимой. А это гораздо, гораздо худшее чувство, чем ярость. – Марго, посмотри на меня. Я отрицательно покачала головой. Его пальцы пробежались по распущенным прядям моих волос, прежде чем он приподнял мой подбородок. Совсем не так, как вчера, совсем не похоже на его властные прикосновения, когда он изучал меня прошлой ночью перед тем, как заняться сексом. Его прикосновение было почти болезненно нежным. Как у другого мужчины, а не у Бога секса, которым он был в спальне. – Он не заслуживает твоих слёз, – сказал он. Затем смахнул предательские слёзы с моих щёк. – Я плачу не о нём, – наконец пробормотала я. – Не о нём. Он склонил голову набок, его карие глаза задавали безмолвный вопрос, который он никогда не озвучивал. – Ненавижу встречаться с ним. Ненавижу, что он манипулировал мной, заставляя испытывать к нему чувства, хотя это была ложь. И это не в первый раз, – многозначительно сказала я. – И всё же я снова попалась на эту удочку. Я наивно, глупо думала, что смогу быть в двух мирах одновременно. Что смогу быть богемной, дикой, мечтательной Марго, бесцельно бродящей по Верхнему Ист-Сайду с большими оленьими глазами. Я думала, что уже повидала худшее в этом мире. Казалось, что я знаю всё, на что способно это общество. И что каким-то волшебным образом я смогу быть и тем, и другим. Но ты оказался прав. Я не могу. Лео нахмурился. – Мне не нравится, что я оказался прав. – Да, конечно, но ты был прав. Эти две вещи несовместимы. С таким же успехом они могли бы существовать в разных вселенных. И как только я по-настоящему осознала это, как только все стены рухнули, я поняла всю правду. Я не могу играть по своим правилам, потому что с ними я проигрываю, а в Верхнем Ист-Сайде действуют совершенно другие правила. Он не отрываясь смотрел мне в глаза, а по моим щекам текли реки слёз. Я оплакивала свою потерю прямо у него на глазах. – Так что, как видишь, я плачу не по Марку. А по тому человеку, которым я была до того, как приехала в этот город. Я оплакиваю потерю той части себя, которая давала мне силы противостоять ему. Жить в этом мире. – Почему ты хочешь жить в этом мире? – серьезно спросил Лео. Раньше он задавал мне совсем другой вопрос. Раньше он говорил, что я не хочу, что я сошла с ума, раз желаю жить в этом обществе. Теперь он спрашивал с любопытством. Будто впервые увидел правду в моих глазах, а не только мой гнев. – За всю мою жизнь у меня была только одна-единственная подруга, и она стоит в этой комнате. Я никогда по-настоящему не чувствовала себя частью чего-то. Мне приходилось переезжать с места на место, чтобы найти то, что я искала. Я только начинала чувствовать, что, наверное, нашла, как мы переезжали. И впервые в жизни я почувствовала себя частью этого города. – Я вытерла глаза и откашлялась. Впервые я призналась в этом даже самой себе. – Я не позволю ни Кэтрин, ни Марку, ни кому бы то ни было отнять у меня это ощущение. Лео тяжело вздохнул, словно приходя к какому-то выводу. – Ладно. – Что ладно? – Спросила я в замешательстве. – Я помогу тебе. Мои глаза округлились от удивления. – Из-за Марка. – Я бы солгал, если бы сказал, что он не внёс свой вклад. Я хочу, чтобы тебе ничего и никто не угрожал. Хочу, чтобы мы проводили больше времени вместе. Я смогу сделать этот мир проще для тебя. Настолько простым, насколько это возможно. Так что если ты считаешь, что твоё место в этом городе и обществе, то ты будешь здесь со мной.