Глава 7

Игорь

– Выдохни. Смотришь на меня, как на восьмое чудо света. Сейчас поем и буду снова тебя доставать.

– Ты, прости, что? ― клацнули ее зубы по краю большой кружки с недопитым чаем.

– Ты сейчас смотришь на меня, как на извращенца, ― я поморщился, но с губ так и не сходила предвкушающая улыбка.

– А как я должна на тебя смотреть после твоего предложения поиграть в ролевые игры? ― и все-таки совсем еще ребенок, наивная и пугливая.

– Хотел бы я сейчас знать, что за мысли мелькают в твоей милой головке, ― Лисенок, хмуря лоб, недобро смотрела на меня.

С какой-то стороны я ее понимал и даже знал, что не имею никакого права выдвигать ей подобные условия. Да и про ролевые игры сказал ей специально, как я и рассчитывал, ее мысли поплыли в совершенно другом направлении. Я не был против ее фантазий, которые явно отражались на ее лице, но все же не стоило торопить события.

– Ты легко можешь отказаться от моего предложения. Но в этом случае я не выполню твое желание. Заметь, я, даже не зная, что ты попросишь, готов выполнить то, что ты пожелаешь. С моей стороны риска больше. И если тебе станет легче, то давай внесем маленькое условие. Скажем, ты всегда сможешь прервать нашу игру, если тебе что-то не понравится.

Милое личико напротив меня вытянулось от изумления, а в голове стопроцентно шла борьба между разумом и желанием получить то, что она так хочет. На секунду кольнуло чувство вины, но я понимал: если сейчас выпущу ее из квартиры и буду присматривать за ней издалека, то Лисенок снова выпустит свои колючки, и тогда я ее точно потеряю. Зная ее характер, я не сомневался: обида и гордость возьмут верх над ее чувствами, а природная вредность лишь добавит масла в огонь.

К тому же, пришлось выкручиваться, как мог. Если она увидит свою разгромленную и наполовину сгоревшую квартиру, вопросов мне не избежать.

– Я в душ, ― поднялся, направляясь в сторону спальни. ― А ты пока подумай, ― я положил перед ней ключи от квартиры, создавая видимость ее свободы.

Она даже не подняла на меня глаз, все так же обнимала кружку, витая где-то совсем далеко в своих мыслях.

Проще было бы ей обо всем рассказать, выложить всю правду, но… Млять, как же я боялся ее потерять, боялся, что она приравняет меня к отцу. Сам виноват, повел себя как последняя скотина, давая ей повод. Стоило подумать наперед, а не прятаться за своими маленькими страхами, порождая этим самым еще большие проблемы.

Прежде, чем встать под теплые струи воды, я набрал короткое смс. Каким бы ни было ее решение, без охраны я ее не оставлю. Слишком дорога для меня ее жизнь. Саданул ладонью по кафелю. Почему мои мозги не встали на место раньше? Скольких бы проблем можно было избежать.

Я не понимал, насколько она мне дорога, пока не понял, что могу ее потерять. Все время, пока искал своего Лисенка, сходил с ума, а после того как попал в ее квартиру, окончательно обезумел. Не ожидал я, если честно, что до нее доберутся так скоро, думал, есть еще время, думал, что их цель ― только Вероника. Беспомощная, в больнице, чем не легкая цель?

Судьба! А как иначе назвать то, что Мишка привел на работу именно Лисенка. Не появись она тогда в клубе, не узнай мы ее… Даже не хотел думать о том, что по вине отца Лисенок и ее мать были бы уже мертвы, не вмешайся судьба, не вмешайся мы со Стасом.

Помылся за каких-то несколько минут, не стал одеваться, лишь обмотал бедра полотенцем. Гонимый желанием узнать, ушла Лисена или нет, быстрым шагом вышел из ванной и замер, увидев свою девочку сидящей на постели.

– Какие у меня гарантии? ― выпалила, едва увидев меня.

– Оформим документы официально: подписи, печать. Все, как положено, сразу же, как ты согласишься, ― я не мог упрекать ее в недоверии, сам виноват, да и оформление документов было мне только на руку. А о том, что их оформит мой друг, и никакой силы они иметь не будут, ей знать незачем.

Это сейчас она думает, что нуждается в деньгах, но после встречи с матерью поймет, что необходимости уже нет. По голове меня за самоуправство не погладит, но пойти на попятную ― это легко.

– Правила игры? ― с интересом рассматривала она мое тело. Я почувствовал, как по груди скатывается капелька воды, и Лисена, проследила ее движение не только взглядом, даже головой слегка повела. Молчал, не желая ее отвлекать. Девочка моя, ты еще сама не знаешь, но отказаться уже не сможешь.

Подняла глаза, наткнулась на мой пристальный взгляд и смутилась. Впервые, после того как она пришла в мой клуб, я не слышал от нее язвительных шуточек, даже забеспокоился слегка, а не перегнул ли я палку? Оказалось, нет, эта маленькая выдрочка заметила мою заминку с ответом и насмешливо выгнула бровь.

– Я говорю, ты выполняешь. Неделя, и ты свободна, а я выполняю одно твое желание, любое, ― с тем, что она свободна, я, конечно же, погорячился. Не отпущу ее уже никуда, никому не отдам.

– А если я попрошу слишком много?

– У каждого свое понятие о «много» и «мало», зависит от их возможностей, ― не стала уточнять, поняла, что мои возможности намного больше ее.

Я видел искорки страха в ее глазах, но интерес и брошенный мной вызов она уже не проигнорирует. А может быть к черту, расскажу ей все прямо сейчас? Чувство вины давило, ведь я знал, что она нуждается в деньгах и защите, но очень надеялся, что сейчас она думает о втором.

– Согласна, ― ее ответ прозвучал за секунду до того как я решил сознаться. Это судьба, губы расплылись в улыбке.

Взял телефон, пальцы уже привычно строчили смс. Отправить. Святка с интересом следила за моими действиями. Ждать долго не пришлось, через несколько минут раздался дверной звонок. С улыбкой наблюдал, как она крадется за мной, словно мышка, и тянется на носочках, пытаясь разглядеть того, кто пришел. Женя молча протянул мне пакет, который я заранее просил привезти, и так же молча удалился.

– А я все гадала, куда же ты прятал мою одежду! ― насупилась она, упав на кровать, и даже руки раскинула, совсем как звезда. Моя маленькая колючая звездочка.

Я не стал рассказывать ей, что одежду прятал в раскладном диване, пусть думает, что хочет. Не объяснять же ей, что охрана появилась только сегодня, после того, как я сам увидел, что стало с ее квартирой.

Подумал выйти и переодеться в другую комнату, а потом все же решил отомстить за ее выходку, когда она, скинув меня с кровати, в одном нижнем белье направилась в ванную.

*      *      *

Святослава

Вот, чувствую, снова совершила ошибку, и аукнется мне еще эта игра в кошки-мышки. Соблазн ― великая сила, как отказаться, если жертва сама идет к тебе в сети? В голове цепочкой выстраивался план действий, и, в первую очередь, надо настоять на завтрашнем посещении мамы, с ним или без него, но к маме я попаду. Кольнуло чувство вины, опять я пропустила наше с ней свидание. Будь мама в сознании, она бы обрадовалась: наконец-то я занялась своей личной жизнью.

– Лисен, собирайся.

– Крепость взята, меняем дислокацию?

– Сюрприз. ― раздался его голос совсем рядом.

– Какой нафиг… ― резко распахнула я глаза. ― Ой! ― и тут же уткнулась лицом в подушку. Вот ведь наглец! Не мог переодеться в другой комнате? Зажмурила глаза: не очень-то и помогло, увиденная картина прочно засела в моем мозгу. Все у меня не как у людей.

– Что ж ты у меня такая стеснительная?

– Пошел ты! ― в сердцах послала я его пешим маршрутом.

– Все, можешь открывать глаза, и поднимай уже свою попку с кровати. У нас несколько часов, или сюрприз сорвется.

– Не очень-то и хотелось, ― серьезно, во мне даже интереса никакого не проснулось.

– А спорим, очень захочется, когда узнаешь, куда едем?

– На что? ― невольно проснулся мой интерес. Споры я любила, как и то, когда мне бросали вызовы. Пожалуй, это одна из моих самых сильных слабостей, и Арес это понял. Неудивительно: сколько его знала, он всегда отличался своим умом.

– На желание, ― как ни в чем не бывало продолжал он натягивать штаны. ― Любое, и от его исполнения нельзя будет отказаться.

В голове тут же заработали шестеренки. В данном случае я обрадуюсь всего трем вещам: если он даст мне полную свободу, что вряд ли случится после моего согласия на его игру. Куча так необходимых мне денег, но на часах уже восемь, и банки не работают, и мама, встрече с ней я обрадуюсь больше всего, но опять прокол, поздно, и нас уже не пустят. Вывод? Решил удивить романтикой или необычным местом, не удивит.

– По рукам! ― соскочила я с кровати и прямиком направилась к дверям. ― Только потом не жалуйся.

Потирая свои ручки, я весело скакала по ступенькам, предчувствуя свою близкую свободу. Вот ведь недальновидный мужчина, как так можно было опростоволоситься? Не успел заключить со мной договор, как тут же дал мне в руки все карты, чтобы я его обошла.

Недальновидный и очень счастливый не отставал от меня ни на шаг, натягивая рубашку на ходу. Не успела я выскочить из подъездной двери, как оказалась прижата к широкой груди. Сцапав мое тельце, этот самодур потащил меня к темному джипу и бесцеремонно запихнул на заднее сидение.

– Подвинься, ― шлепок по попке обжег мое самолюбие, когда я увидела, что на переднем сидении возвышались две фигуры. Внушительные, словно каменные, даже не повернулись в нашу сторону. ― Поехали, ― запрыгнул Арес рядом со мной.

Дорога заняла примерно пятнадцать минут, что ни говори, но я ерзала на сидении, гадая, что же он придумал. Никогда не верьте девушке, если она говорит, что ей на что-то плевать. И я не исключение, любопытство у нас в крови.

Ночной город, мелькая разноцветными огнями, проносился за тонированными окнами огромного внедорожника. Разговаривать при посторонних людях не хотелось, да и Игорь сразу же уткнулся в ноутбук. Тонкие пальцы быстро стучали по подсвеченной клавиатуре, губы что-то шептали, настолько тихо, что, как я ни прислушивалась, разобрать ничего не получалось.

Темная челка спадала на глаза, и я поймала себя на мысли, что мне до безумия хочется видеть его настоящий цвет волос. Непонятный мужчина со странными поступками и желаниями. То беззаботный как мальчишка, то рычащее начальство. Сейчас же он открывался мне с еще одной стороны: собранный, серьезный. Поджатые губы, нахмуренные брови. Я не понимала его поведение, не понимала его поступки. Для чего ему понадобилось утаскивать меня из моей квартиры? Хотел соблазнить, так почему тогда не воспользовался случаем? Ведь понимал, не мог не понимать, не мог не видеть, как мое тело на него реагирует, но не воспользовался. Я сама не знала, плакать мне или смеяться, хотела ли я, чтобы он пошел до конца? Бесспорно. Но вот простила бы я его после этого? На этот вопрос у меня не было ответа.

Машина затормозила у серой пятиэтажки с яркими вывесками, сообщающими о предоставлении разного рода услуг.

– Жень, забери документы, ― попросил Игорь не отрывая взгляда от экрана ноутбука.

Высокий мужчина, который приносил ему одежду, без слов вышел из машины. Долго ждать не пришлось, Женя вернулся практически сразу же, держа в руках тонкую, синюю папочку.

– Надо только подписать, остальное уже улажено и оформлено, ― просунул он папку между сиденьями.

– Свет включи, ― такой же собранный и серьезный, раскрыв папку изучал содержимое, я же сидела едва ли с не раскрытым ртом, дивясь его мгновенным переменам.

– Держи, ― не глядя, протянул мне лист. ― Ознакомься, если согласна, подпиши.

Я нахмурилась, вчитываясь в немногочисленные строчки на белом листе. Договор, бла-бла-бла, обязанности сторон, срок действия, расторжение. Ничего нового. Как и говорил Игорь, в течение недели я выполняю любые его требования и просьбы, он же, в свою очередь, обязуется выполнить, а дальше шла пустая строка, в которую я, по всей видимости, должна была вписать свое желание. Расторгнуть договор я могла лишь в том случае, если его желания и требования будут для меня невыполнимыми, но в этом случае Игорь не выполняет свою часть обязательств.

В принципе, ничего страшного, я, хоть и не верила Игорю в делах сердечных, но почему-то совершенно не сомневалась в том, что он меня намеренно не обидит, морально, может быть, но явно не физически. Какой бы скотиной он ни был, жестокости в нем не наблюдалось, да и не тот он человек, как и его ближайшие друзья, по крайней мере, те, кого я успела узнать.

Я подняла глаза и наткнулась на внимательный и серьезный взгляд. Ноутбук был открыт, а сам Игорь словно гипнотизировал меня взглядом, вертя в руках ручку. Хмыкнула в ответ на его серьезную рожу и деловой вид, выхватила ручку и размашисто поставила свою подпись.

Неделя ― не такой уж и большой срок. А то, что я собиралась попросить в ответ, нам с мамой просто необходимо, я бы сказала даже, жизненно важно. Да и чего юлить, как ни крути, а Игорь меня привлекал, и я надеялась, что этот договор нас хоть немного, но сблизит, поможет поближе узнать друг друга, возможно, я даже начну его понимать.

Скупая улыбка, а вот глаза… В них столько триумфа и обещания. И снова захотелось в них окунуться, поддаться его власти и одновременно выскочить из машины да убежать куда подальше.

– Пойдем, ― открылась дверь с моей стороны. Только сейчас я заметила, что мы остановились возле трехэтажного здания.

– Серьезно? Не нашел другого места, чтобы меня удивить? ― не понять, что это за место мог только дурак, с такой-то вывеской да характерным запахом.

В ответ мне раздалось многозначительное хмыканье. Некрепко сжимая мою руку, Игорь стремительно тащил меня за собой.

– Игорь Иванович! ― испуганно округлила глаза девушка на ресепшене.

Скупо кивнув, Игорь прошел внутрь и, отлично ориентируясь в помещении, втолкнул меня в лифт, нажав кнопку третьего этажа.

– Я вот одного не пойму, нафига ты приволок меня в клинику? ― сложила я руки на груди, подозрительно глядя на мужчину.

– Постарайся не задавать вопросов и не реагируй слишком бурно. Захочешь меня убить, подожди, пока выйдем из палаты. Я обязательно отвечу на все твои вопросы, но немного позже, ― проигнорировал он мой вопрос.

Не успела я и рта открыть , как двери лифта разъехались, являя моему взору двух вооруженных охранников. Я даже застопорилась от неожиданности. Как оказалось, охранников было четверо, просто двое из них стояли со стороны лифта и стали видны лишь когда это парнокопытное выволокло меня из лифта.

– Все спокойно, Игорь, ― отчитался один из мужчин.

Нет, я понимаю, что клиника частная и, без сомнения, безумно дорогая, но на кой фиг им здесь все эти дяденьки, да еще и с оружием? Мозг буксовал на месте, Игорь тащил меня за собой, а я все продолжала оглядываться на мужчин, оставшихся позади, в каком-то немом изумлении.

За поворотом меня ждал еще один сюрприз: в расширившемся коридоре стояло еще трое, двое у окон, а третий ― у дверей в палату. Происходящее нравилось мне все меньше и меньше. В груди зародилось неприятное беспокойство, непонимание начисто убивало, заставляя холодеть в груди.

– Игорь, ― зашипела я, пытаясь выдернуть свою руку, впрочем, безрезультатно. ― Какого черта?

Я замерла у дверей.

– Лисенок, ну чего ты испугалась? ― притянул он меня в свои объятия. ― Запомни, пока я рядом, тебе ничего не грозит. Слышишь? ― поднял он мою голову ― Я никогда не дам вас в обиду, ― открыл он дверь, мягко втолкнув меня в палату.

*      *      *

Игорь

– Лисенок, нам пора. Уже слишком поздно, сейчас будут блокировать лифт.

– Игорь, что происходит? ― уставшие, заплаканные глаза смотрели со страхом и непониманием, а я, сжав кулаки за спиной, поклялся: Глеб ответит за каждую ее слезинку.

– Не здесь, ― я потянул ее за руку. ― Вероника очнется только завтра, и нам сразу же сообщат. Мама не обрадуется, увидев твои синяки под глазами. Уверен, влетит даже мне.

– Мама может, ― кивнула с улыбкой Святка. Первая слабая улыбка с тех пор, как мы вошли в клинику.

Сейчас она напоминала мне тень, уставшую, с темными кругами под глазами, и эта усталость уже слишком давно давила на хрупкие плечи. Сарказм и острые колючки ― только так она могла справляться с ситуацией, держа все в себе, взвалив на тонкие плечи слишком большой груз.

Она еще не понимала, списывала свое состояние на известия о матери, да и вряд ли поймет, что сейчас ее усталость постепенно сваливается с плеч. Не от того, что они уже не выдерживают этого груза, а потому, что есть, на чьи плечи переложить проблемы.

Лисенок, обхватив себя руками, свернулась на заднем сиденье, не говоря ни слова. Глаза стеклянные, в голове тысячи вопросов, но, видя ребят из охранной фирмы Дениса на переднем сиденье, она решила промолчать. Даже не спросила, куда мы едем. Такая непривычно тихая, разрывающая своей печалью и усталостью мою душу.

Интересно, она понимала, что сделала все, чтобы оказаться рядом со мной? После нападения перевезла мать именно в тот город, где живу я. Даже маленькую квартирку купила недалеко от того дома, где они жили раньше, до переезда. Ходила на прежнюю работу мимо моего клуба.

Темно-рыжая головка склонилась к моему плечу. Такая маленькая, хрупкая, словно котенок, тянется к силе и теплу. Так и должно быть, рядом с ней обязательно должен быть тот, кто согреет, защитит от всех бед, решит все проблемы. И будь я проклят, если этим кем-то буду не я.

– Приехали, ― раздался голос Женьки с переднего сиденья.

– Двери открой, ― я тут же отозвался ему тихим шипением, беря на руки спящую девушку.

– Намучилась девчонка, ― подал голос мой водитель, телохранитель и просто друг, пока Женька открывал мне двери. ― Сожрет ее Глеб, и косточек не останется.

– Подавится, ― огрызнулся, оскалив зубы.

– Твоя, ― как-то задумчиво произнес Змей, добро сверкнув глазами.

– Моя. И ради нее я пойду по головам.

– Та самая? ― щелкнул он зажигалкой и, дождавшись моего кивка, продолжил. ― Я в деле, давно пора оторвать Глебу башку.

Не стал ничего говорить, дверца распахнулась, и я поспешил выйти из машины. Святка крепко спала, прижавшись к моей груди, лишь изредка вздрагивая ресницами, что-то непонятно бурчала и вновь проваливалась в сон. Лифт. Квартира. Уложил ее на диванчике в гостиной, не обрадуется она, если проснется в моей спальне, да еще и со мной в обнимку. И так уже дел наворотил, пытался оправдываться тем, что боюсь ее потерять, вот только ни черта это не оправдание. Так, жалкие попытки оправдать свои действия. Не с того начались наши отношения, да и продолжаются не лучше. Отношения… чего уж кривить душой, нет между нами никаких отношений и, если бы не давнее знакомство, не эта тяга друг к другу, все бы закончилось, так и не успев начаться. Все и так закончится рано или поздно, какие отношения без доверия? Да, я боюсь, но только она вправе решать, виноват я или нет.

Ночной город за окном притягивал взгляд, завораживая своими огнями. Всегда любил высоту и риск, а сейчас боялся даже пошевелиться, боялся, что Свята проснется и начнет задавать свои вопросы. Больше юлить нет смысла, от этой лжи одни лишь проблемы. Правда, именно с нее надо было начинать.

– Игорь? ― столько страха и паники в голосе. Только сейчас я сообразил, что так и не зажег свет. Очередной идиотский поступок. Всю жизнь был эгоистом, думал лишь о себе, и меня это полностью устраивало.

– Все хорошо, Лисен, я тут, ― сделав несколько шагов, я замер у выключателя. Думай наперед, напомнил себе еще раз. ― Закрой глазки, я свет включу, ― на секунду показалось, что звучит все это как-то… веду себя как дурак. Щелкнул выключателем и, злясь сам на себя, опустился в кресло напротив дивана.

Святка часто-часто моргала, а когда открыла глаза, я ужаснулся: красные, с ярко выраженными кровавыми венками… капиллярами? Не знаю, как это правильно назвать.

– Что, совсем страшные? ― заметила мой взгляд Святка.

– Выглядит не очень, ― не стал юлить, с этого момента только правда, какой бы она ни была. ― Что с глазами?

– После того, как меня несколько лет назад сбила машина, я едва не осталась слепой. Куча операций, зрение вернули, но вот такой эффект всегда после усталости и слез.

– Какие-нибудь лекарства? ― уже потянулся рукой за телефоном, слава богу, есть круглосуточные аптеки с доставкой на дом.

– Пара компрессов, и станет лучше, ― опустила она глаза на свои сцепленные на коленях и слегка подрагивающие руки. Не мешало бы успокоительное, не каждый день узнаешь, что твоя мать вышла из комы, в которой находилась больше года, от того, что ей пытались перерезать горло скальпелем.

– Какие компрессы? ― в голове всплыли картинки огурцов и пакетиков чая, но они вроде бы как от синяков под глазами.

– Просто покажи, где ванная, и я справлюсь сама. Кстати, зачем ты опять притащил меня на съемную квартиру? ― я проследил за ее взглядом и совсем не удивился данному предположению.

– Эта моя квартира, я здесь живу, ― почему-то мне вдруг стало самому не очень уютно в этом месте, которое я так тщательно обставлял и выбирал цвета для отделки. ― Совсем не нравится? ― не удержался я от вопроса.

– Главное, чтобы нравилось тебе, ― пожала она плечами. ― Слишком холодно и мрачно, а еще как-то стерильно, ― сморщила она нос. ― Так где ванная?

– Говори, что надо, я принесу.

– Не стоит, ― подскочила она с дивана, щуря слезящиеся глаза.

– Святка, ― я надавил ей на плечи, усаживая обратно. ― Я же вижу, что тебе больно, не усложняй, просто скажи, что тебе надо.

– Холодную и горячую воду. Марлю, можно несколько кусочков ваты, ― устало откинулась она на спинку дивана.

– Сиди тут, я сейчас, ― я подхватил свой телефон и быстрым шагом направился на кухню. Если не ошибаюсь, где-то там я видел несколько маленьких чашечек. Проходя обратно, покосился на девушку, казалось, она даже не дышала. Неслабо ей досталось, раз она даже спорить со мной не стала.

Пока набирал воду, позвонил дяде Вове, обрисовал ситуацию, получил название капель для глаз и успокоительного. Дал обещание обязательно привезти к нему на осмотр девушку и, сбросив звонок, набрал аптеку.

– Ложись. ― поставил две чашечки на журнальный столик. ― И закрой глаза.

– Давай я сама, ― приоткрыла она глаза, из которых сразу же полились слезы. В душе что-то защемило. Такая беззащитная, с мокрыми щеками. Хотелось сгрести ее в объятья и долго-долго обнимать.

– Привяжу, ― прорычал я, не справившись со своим голосом. Ненавидел свою беспомощность: знать, что ей больно и не иметь возможности помочь. ― Лисенок, давай ты не будешь все усложнять?