Глава 16

- Тания, ты устала, пойдем, - Намия легко дотронулась до плеча девушки.

Таня хмыкнула про себя и посмотрела на женщину. Та смотрела на нее своими большими кроткими глазами и хлопала длиннющими ресницами.

- Я все же еще побуду здесь. Хочу понять, что же не дает этому деревцу цвести в полную силу и плодоносить, - девушка методично осматривала огромные темно-синие листья, вглядывалась в обе их стороны. И искала причину их чахлости.

За время отсутствия Ориана, Таня обошла почти каждый уголок маленького садика. С помощью Намии и Вирна, но в основном полагаясь, на изображения из интерактивной электронной энциклопедии в планшете, узнала, как называется то или иное растение, произрастает ли в природе и тому подобное. К удивлению девушки почти все растения, которые приносили плоды или ягоды, выращивались в особых условиях -закрытых сооружениях, так похожих на теплицы, в которых любил проводить время ее отец, не признававший синтезированных овощей и фруктов. На Вардии такие растения находились под наблюдением искусственного разума и умной техники. В природных условиях плодовые деревья и кустарники росли плохо. Зато декоративная растительность буйно и уверенно чувствовала себя везде, кроме ледяных гор и жарких пустынь. И непонятно зачем вообще Намия и Вирн разбили здесь сад? На этот вопрос они оба промычали нечто о своей родной планете и упорно заботились о каждом растении в меру своих сил и способностей, которых явно не хватало, судя по растению, к коему прилипла Татьяна. Если быть до конца, честной ни Вирн, ни Намия сильно не горевали, если какое-то растение погибало, относясь к этому легко и просто. На месте погибшего дерева тут же появлялся иной саженец.

- Ларимина - уже не жизнь, - важно заявила Намия. - Ты не поможешь.

- Ты так и про рамис говорила, а не прошло и недели, как он выпустил бутоны, - Таня вытерла тыльной стороной ладони лоб. Что-то сегодня жарко.

- Тания, пойдем.

- Меня Таня зовут, - снова напомнила она женщине, но та упрямо мотнула головой и с явным удовольствием повторила:

- Тания.

- А, ладно, - махнула девушка на Намию, отчего-то придя к мысли, что коверкать ее имя Намии нравится гораздо больше, чем она сама.

Женщина поначалу отнеслась к ней с настороженностью. Чаще всего молчаливо косилась в ее сторону, прибегая к словам в редких случаях. Постепенно прониклась к землянке доверием, осознав, что та в мыслях не имела оскорбить ее, общаясь непринужденно и без высокомерных замашек. Даже когда Ориан представив ее, велел обращаться к ней не иначе, чем госпожа, Таня просила именно эту самую госпожу и опускать. И совсем скоро Намия уже не могла отлипнуть от девушки, сверкая хитрецой в глазах, искала к ней подход.

- Рамис нет фрукты. Ларимина - вот такие и вкусные, - она сжала ручки в кулачки, соединила их и таким образом продемонстрировала размер фрукта. - Это дерево скоро погибнуть.

- Все равно, рамис - красивый, - отозвалась Таня. - Так что ты говоришь, делала?

Намия нахмурилась и упрямо потянула девушку из сада.

- Пойдем.

- Не-а, - Таня уселась на землю рядом с деревом и полезла в электронную энциклопедию на планшете.

- Я поливала растение, - гордо ответила изангийка и скрестила руки на груди.

- Это много, - пробурчала Таня, а глаза ее уже пробегали строчки о выращивании данного вида деревьев.

Там говорилось об обильном поливе в период закладки цветочных бутонов, и регулярном в период завязи плодов. Все это обеспечивалось в умной теплице, но никак - в открытом грунте. Не густо, подумалось Тане, и она почесала затылок. Отложив планшет в сторону, девушка поднялась по весь рост и вновь развернула листики, пристально рассматривая каждую жилку, пока ее внимательный взгляд не остановился на подозрительных серозеленых насекомых, снующих по листьям и побегам. Розетки, где закладывались цветочные бутоны, были оплетены сизой паутиной, как и молодые побеги ларимины. Вредители? Таня схватила планшет, навела камеру на жуков и попросила систему идентифицировать насекомых. И тут же шквал информации вывалился ей на экран - жук ярсинец опасен для всех плодовых растений, живет колониями, создает гнезда в местах завязи, питаясь соками, выгрызая почки. При массовом поражении - гибель дерева неизбежна. Характерная особенность - имея сильную челюсть, может ущипнуть, оставляя на местах укуса зуд и небольшое жжение. Не ядовит.

Была, не была! Таня, вопреки жалобному всхлипу Намии, подсунула палец к букашкам, подождала, пока на него наползет целая их куча, и зашипела, когда несколько кровожадных жуков разом ущипнули ее за кожу. Стряхнув их, она удовлетворенно разглядывала места укусов и красные пятна. Потерев ладонью об удобные шаровары, надетые ею на манер вардийских девушек, она попыталась унять зуд.

- Вот причина, смотри, - Таня протянула Намии результат своих поисков. - Ярсинец.

- Тогда брось, и пошли. Всё напрасно.

Таня пожала плечами и запросила способы борьбы с вредителем. Система дружелюбно выдала рецепт раствора для опрыскивания и полива.

- У нас тут есть всё это? - спросила Таня.

Намия покосилась на экран, призадумалась и предложила обратиться с Вирну. Весело напевая под нос песенку, Таня схватила Намию за запястье, сунула планшет подмышку и потащила ее в обитель старого мужа Намии. Тот почесал лысую голову, сверкнул красноватыми глазками и полез в свою кладовую. Через полчаса раствор для опрыскивания и полива были готовы. Первое средство применялось по вечерам, второе - в первой половине дня. Воодушевившись, Таня залила средство в рабочие емкости робота-помощника, задала время и параметры выполнения задач, и помчалась к дереву. Намия послушно следовала за ней, причитая лишь о бесполезности задуманного. Таня же бурчала нечто такое, мол, преступно так равнодушно относиться к месту, где живешь и не поддерживать флору, радующую глаз и желудок своих хозяев. Поэтому она не отошла от ствола с поникшими листочками до тех пор, пока робот не выполнил первую из обозначенных задач. И только потом облегченно вздохнула.

Вместе с Намией они вернулись в дом, Таня быстро приняла душ и успела перед обедом немного отдохнуть. Хотя ума не могла приложить, чем она тяжелым тут занималась?

- Намия, вы хотели сегодня в город? - спросила Таня у Намии, когда они гуляли у бассейна, сооруженного неподалеку от рукава реки и питающегося от его течения. Над ним возвышалось высокое дерево с поникшими, словно плети, ветвями, усыпанными мелкими нежно-розовыми цветочками. Издалека могло показаться, будто над водоемом стоит шатёр. Опавшие лепестки слегка покачивались на водной глади, придавая воде розоватый цвет.

- Да. Нам можно. Господин Ориан разрешил, - начала взволнованно тарахтеть Намия, будто оправдывалась.

- Тихо, тихо. Я просто спросила, - Таня сжала тонкие слегка сморщенные пальчики женщины, и вздохнула. - Красиво здесь.

Большие темно-красные глаза Намии внимательно всмотрелись в задумчивое лицо девушки.

- Тания уже не здесь, - заметила она. - Где Тания?

Девушка улыбнулась, пряча одинокую слезинку. Когда Ориана не было рядом, тоска по дому давала о себе знать пронзительным щемящим чувством, от которого и наворачивались непрошеные слезы.

- Не волнуйся, Намия. Всё прошло.

- Пусть Вирн сам летит. Я с тобой.

- Нет-нет! - замахала руками Таня. - Ни в коем случае. Летите. Я найду себе занятие.

- Опять измажешься в земле? Будешь совать пальцы всякой гадости? Опять уставать? -поток вопросов полился с губ женщины.

Таня усмехнулась. Куда делась вся ее молчаливость в первые дни знакомства? Или изангии за время своей неволи научились говорить мало, чтобы слова не пошли им во вред. Да, скорее всего. Потому что с теми, от кого не чуяли угрозу, они становились открытыми и словоохотливыми.

- Намия! - зычный голос Вирна разлетелся по воздуху. - Пора.

Женщина склонила голову набок, прожигая Таню осуждающим взглядом. Девушка уперла рука в бока и едва могла удержать смешок.

- Иди уже, - кивнула она головой. - Со мной все будет в порядке.

- Обещаешь?

^{- Да}.

Намия сдалась и отправилась на взлетную площадку в сопровождении Тани. Девушка подождала пока они усядутся в двухместный глайдер и помахала им рукой после его взлёта. Сунув руки в карманы шаровар, повернулась, чтобы отправиться... Куда? Сама не знала куда. Опять бродить по владениям Ориана.

Однако шипящее гудение двигателей возвестило о том, что какое-то судно приземлялось. Сердце Тани радостно встрепенулось. Девушка резко обернулась, искренне надеясь увидеть Ориана. И разочарованно выдохнула - незнакомый большой пассажирский катер уже выдвигал трап. Створки матовых дверей разъехались и едва две женщины вышли из судна, Таня подавила горестный стон. Блис Беро. Наверняка, с сестрой Ориана.

Внутренне подготовившись к неравной схватке, Таня сжала руки в карманах в кулаки. Девушка твердила себе - это семья Ориана. Семья - превыше всего. Слегка подняв подбородок, девушка постаралась приветливо улыбнуться, выступая навстречу родственницам Ориана.

- Добрый день, госпожа Беро. Что привело вас к нам?

Бесцветные глаза Блис окинули Таню с ног до головы, и презрение тенью пробежало по ее лицу.

- Вот, Тейра, сосуд, про который я тебе говорила, - не удостоив Таню и словом приветствия, Блис кивнула своей спутнице.

- Я - не сосуд, - девушка свела брови на переносице.

Реплика Тани осталась без внимания. Сестра Ориана, Тейра, с интересом посмотрела на нее, даже умудрилась пощупать мышцы на ее плече и тут же зашипела, получив легкий шлепок по руке. Встретившись с Таней взглядом, Тейра слегка съежилась - темные бездонные глаза землянки, казалось, прожгли ее до самой души. Она с трудом вспомнила для чего они сюда прилетели и, поддавшись настроению матери, с сомнением проронила:

- Она не кажется сильной. Сумеет ли выносить нам наследника?

Таня поджала губы. Говорят о ней, как о неодушевленном предмете. Как о племенной кобыле. Ориан уже вообще со счетов списан. Сделает свое дело, наступит ее очередь.

- А вы умеете расположить к себе, - скривилась Таня и добавила: - Однако, чего стоять под палящим солнцем. Прошу пройти в дом.

Таня склонила голову набок, определяя, ошиблась она или нет, услышав зубовный скрежет. Плевать. Если они прилетели сюда с явным намерением оскорбить ее и всячески принизить, она будет отстаивать себя, как и советовал ей Ориан.

- Ты слышала, мама, она уже себя здесь хозяйкой считает, - намеренно громко сказала Тейра, и Таня ее услышала.

- Так определил Ориан, - даже не оглянувшись, бросила девушка.

- Знаешь, скольким до тебя он говорил это? - ядовито поинтересовалась Блис.

Татьяна прикусила свой язык. И повторяла, как мантры, что женщины, идущие следом за ней - семья Ориана. С ними нельзя ссориться. К ним нужно подобрать ключик.

- Не важно, госпожа Беро, скольким он это говорил до меня. Ведь сейчас перед вами нахожусь именно я.

Кто-то из следующих за ней дамочек фыркнул, но девушка даже бровью не повела. Уверенно вошла в дом и прошла в гостиную. Вплывшим в светлое помещение женщинам она указала рукой на обтекаемый диван, удобно подстраивающийся под формы тела того, кто решит разместиться в нем для отдыха. Но ни Блис, ни Тейра не сели. Они лишь приблизились к Тане, с явным желанием подавить ее своим ростом.

- Это только на время, - сказала Тейра.

- Почему? - спросила Таня.

- Пока ты не родишь ему сына, - жестко выговорила Блис. - А после ты не должна мешать ему.

- Разве я мешаю ему? - Таня прищурилась.

- Он стал еще более строптивым, чем был, - бросила словно обвинение его мама.

- Ив чем это проявилось, позвольте спросить? Уж, не в том ли, что он безвылазно находится при Совете, надрываясь при каждом испытании? Разве не этого вы хотели? А-а,

- протянула девушка, не удержавшись от шпильки, - наличие ребенка избавило бы и Ориана от испытаний, и вас от тревог.

Лицо матери Ориана исказилось от ярости, но дочь перехватила ее запястье.

- Что ты можешь понимать в наших обычаях? - тонкая бровь Тейры издевательски выгнулась вверх.

- Да, не многое. Пока что.

- Глупая землянка! - Блис сжала кулаки, выведенная из себя спокойствием девушки. - Что такого сказал тебе Ориан, если ты так уверена в нем?

- Для того, чтобы быть уверенной в нем не требуется каких-то особых слов, - пожала плечами Татьяна. - Мне важны его поступки.

- Он уже один раз поступил вопреки всем и вся. Это плохо окончилось, - сказала Тейра.

- Я знаю про его трагедию, - отозвалась Таня.

- Трагедию?! - в один голос воскликнули дамы.

- Он автор этой трагедии! - непримиримо крикнула Тейра и сжала кулаки.

- Но решение было принято ими обоими добровольно и совместно, - Таня приподняла одну бровь. - Потому спрос с них обоих равный.

- Это тебе Ориан наплел?! - возмутилась госпожа Беро.

- Почему бы нам у него самого и не уточнить? - Татьяна вздернула подбородок. - Хотите, я сей же час свяжусь с Орианом?

Испуг на миг отразился на лице Блис, Тейра от неожиданности приоткрыла рот. И тут же тон голоса матери Ориана изменился, приобретя более мягкие дружественные нотки, да Таня не верила ей.

- А вот тревожить будущего члена Совета - не нужно, милая, - вкрадчиво сказала Блис. -Как и расшатывать ненужными мелочами стержень истинного лидера своего племени.

- Ему нужна ясная голова и четкое мышление, - подхватила Тейра.

- Как скажете. И всё же зачем здесь вы? - в упор глядя на Блис, спросила Татьяна.

- С деловым предложением.

- То есть? - насторожилась девушка. - Вы прилетели к Избранной Ориана с каким-то деловым предложением?

- Что?! - Блис Беро едва не расхохоталась. - Ты думаешь, что являешься Избранной моего сына? Откуда ты взяла эту дичь?

- Ориан так говорит, - приподняла она голову.

- Позволь спросить, что дает ему основания так думать? - скептически приподняв брови, вопрошала Тейра.

Таня прищурилась.

- Родовые пятна на его спине...

- Это еще ничего не значит, глупая землянка! - снова грубо оборвала ее Блис.

- Или ты мечтаешь повторить судьбу несчастной Пеймлы, если Ориан ошибся? -вопрошала Тейра.

- Я ему верю, - твердо сказала Таня, понимая, что родственницам ее варда все же удалось вновь пробудить семя сомнения в ее сердце. Почему родные Ориана не хотят услышать ни её, ни его самого?

Женщины переглянулись, словно некая важная догадка посетила их головы одновременно.

- Ориан скажет что угодно, лишь бы нам насолить, девочка.

- Ты подходишь нашей расе генетически и вероятность того, что ты сумеешь выносить дитя, близка к ста процентам, - Тейра осторожно взяла ее руку и опять доверительно заглянула в глаза.

Для Тани было очевидным, к чему они ведут. Быстро меняя тактики, они то давили на нее, то пытались казаться дружелюбными, они старательно подрывали ее веру в себя и в Ориана. Стало не по себе; неприятный узел скрутился внутри. Мама и сестра Ориана видят в ней всего лишь сосуд, инкубатор. Ориан же считает ее своей Избранной. Той, с которой готов идти по жизни, деля все заботы и тревоги. Так почему его родственники упорствуют? Или все же они правы?.. Нет! Таня упрямо качнула головой. Она будет верить Ориану и больше никому. Пусть хоть все его соплеменники будут говорить, что она не может быть Избранной.

- Советую обдумать наше предложение. Роди Ориану наследника, и мы хорошо тебе заплатим, - нажимала Блис. - Ты будешь жить в достатке остаток своих никчемных дней.

Ужас! Всё их предложение заключалось в банальной попытке купить ее.

- Вы хотите, чтобы я продала вам своего ребенка, когда рожу его? - спросила она. - Вы считаете это приемлемым для себя и нормальным для меня? Кто вы?

Ноздри Блис задрожали. Она отлично поняла посыл девушки, но вывернула ситуацию так, как сама ее видела.

- Ты всего лишь обменяешь свою свободу на дитя.

- Нет! - ровно ответила Таня, четко и громко произнося слова. - Я итак свободна. И никогда не пойду на подобное преступление.

- Это твое окончательное решение? - госпожа Беро свысока посмотрела на Татьяну, не желая смириться с непокорностью и неуступчивостью землянки.

- Да. Я больше не желаю обсуждать эту тему.

Опасный огонь вспыхнул в бездушных глазах Блис. Таня стойко выдержала ее взгляд, глубоко упрятав острое желание спрятаться в какую-нибудь темную дыру.

- Думаешь, мы не знаем, кто ты?! - переходя на визг, спросила Блис, нависнув над девушкой, и вцепилась в ее предплечье с явным намерением причинить ей физическую боль.

- Ты - пиратка! - с ненавистью выплюнула Тейра.

- Что-что?! - переспросила Таня, чувствуя, как вытянулось ее лицо от изумления.

- Ты убивала! - наступала Блис.

- Вы ничего обо мне не знаете! - сквозь зубы процедила девушка, пытаясь вывернуться из мертвой хватки женщины. В глазах матери Ориана застыла безмерная тоска, ярость, злоба на несправедливость судьбы. И все это она мечтала выплеснуть на нее, Таню.

- Мне достаточно было узнать, что из-за таких как ты погиб отец моих детей, - каждое слово матери Ориана для Тани стало подобно приговору.

- Ты не достойна жить среди нас! - голубые глаза Тейры сверкнули неприкрытым презрением.

- Пиратка не может быть Избранной варда, пусть даже самого недостойного, - зашипела Блис.

- На моих руках нет крови, - уверенно сказала девушка, поднимая голову. Внутри опять зашевелилось мерзкое ощущение вины, и с каждым ударом сердца ледяные иголки распространялись по телу.

- Даже если это и так, в чем я лично сомневаюсь, ты позволяла своим соплеменникам убивать себе подобных.

- А значит, виновна в той же мере, что и те пираты, на которых ты работала!

Таня внутренне сжалась, стараясь не показывать, насколько ей стало больно. Стойкое ощущение, будто ее забили камнями, поселилось где-то в центре груди. Тьма наползала на ее сознание, душила, словно петля удавки. Может им с папой и правда стоило погибнуть тогда, сопротивляясь насилию? Может, стоило отказать капитану Хису, когда он нападал на очередное судно землян? Так хотя бы они знали, что сделали что-либо против бессовестного грабежа и порабощения граждан своей же родной Солнечной системы. Отчаяние затопило всё существо девушки, и непрошеные слезы готовы были сорваться с ресниц. Отец часто говорил, что расплата рано или поздно их настигнет. Перед глазами завертелись лица всех тех людей, которые попали в беспощадные лапы Хиса, их страх и готовность расстаться со всеми своими накоплениями только бы не убивали. А сколько молодых и здоровых девушек так не сумеют познать радость любви и материнства, обреченные обслуживать богатых извращенцев в дорогих борделях? Картинки - одна ужаснее другой - вспыли в памяти, прибивая непосильным грузом прямо к земле.

Хотели того родственники Ориана или нет, но они задели Таню за живое. За то, чего она не могла себе простить, глуша голос совести и изо всех сил стремясь домой, на Землю. Таня с трудом расцепила зубы и, ненавидя себя за необходимость оправдываться, вытолкала:

- Вы не имеете никакого права судить меня, не зная обо мне ровным счетом ничего.

- Поверь, ни я, ни Тейра не горим желанием узнавать о тебе что-либо еще! - заявила Блис.

- Придет время, и Ориан поймет, кто ты есть.

- Но ты можешь реабилитироваться в наших глазах, если согласишься на наши условия. Ты рожаешь нам наследника, получаешь вознаграждение и свободу. Забываешь об Ориане, ничего от него не требуешь, - быстро увещевала ее Тейра.

- Просто исчезаешь из нашей жизни, - в тоне голоса Блис слышался только приказ, требование.

- Будет лучше, если ты раньше поймешь, что ваши отношения с Орианом - это тупик, -Тейра попыталась заглянуть девушке прямо в глаза.

Таня сжала зубы и вырвала свою руку. Отошла от женщин, хищно наблюдавших за ней.

- Пожалуйста, уходите. И знайте, я не продаюсь! И наши отношения с Орианом - это сугубо наши отношения.

- Пусть Ориану ты сумела затмить разум, но он непременно узнает, кем ты была. И кем осталась, - сказала Тейра.

- Он знает..., - начала было говорить Татьяна.

- Корыстной пираткой, пожелавшей за счет варда со знатным происхождением устроить свою жизнь! - безжалостно перебила ее Блис, а после добавила совсем другим снисходительным тоном, словно следующими своими словами оказывала ей небывалую услугу. - Если передумаешь, свяжись со мной, девочка.

Таня отрицательно покачала головой.

Блис Беро вместе с дочерью в ту же секунду покинули дом. Таня вышла на крыльцо лишь для того, чтобы убедиться, что темно-синий катер взмыл ввысь и быстро исчез из виду.

Плечи девушки обреченно опустились, как рухнула на пол и она сама. Притянув к груди колени, она примостила на них свою загудевшую, вмиг потяжелевшую, голову. Обида скреблась изнутри, пытаясь прорываться наружу. И снова мир девушки пошатнулся.

Таня вздохнула. Что-то ничего у нее не получается.

Ориан просил связаться с ним, если разговор выйдет трудным. Трудным. Да у нее было полноценное ощущение, что по ней проехался целый танк, раздавив ее морально. Нет, она ни слова не скажет Ориану. Ему итак не сладко, чтобы она еще загрузила его своими, быть может, надуманными проблемами в момент его становления в Совете. У него сейчас самый важный период в жизни, когда он осмысливает свое место в мире, в обществе, в семье. Семья. Она для Ориана, несмотря на все разногласия с мамой и сестрой, превыше всего. Таня качнула головой. Нет, она не станет тревожить его сознание и сердце. Попробует сама... Что же она попробует? Расположить к себе Блис и Тейру? Это невозможно, пока она не согласится родить ребенка. Да и казалось весьма сомнительным, чтобы их отношение к ней изменилось, если они в открытую предлагали ей сделку. Вероятно, в их глазах она и правда, не достойна Ориана. Никчемная, презренная, продажная, алчная землянка. Пиратка.

Девушка понимала, что родные Ориана именно на нее переложили груз своего горя. А она была не в силах ничем им помочь. Желая смыть с себя лютую, живую, ненависть, Таня подумывала пойти в душ. Но после передумала. Поднялась в комнату, схватила огромное полотенце и выбежала к бассейну, над которым склонилось дерево, ронявшее свои лепестки в воду. Глотая слезы, она стояла у края бортика и раздевалась. Оставшись в одном лифе и бой-шортах, Таня застыла. Слезы градом покатились по щекам, и чтобы заглушить рвущиеся из горла рыдания, девушка прыгнула в окрасившуюся розовым цветом воду.