Глава 29

Аду Фолкман знали все в столице. Этот ураган в пышной юбке успел побывать во всех уголках королевства и навести там свои порядки. Она умела располагать к себе людей и легко обзаводилась связями. Все, что происходило в королевстве, происходило с молчаливого согласия моей тети.

Я не особенно надеялась застать ее дома или в одной из столичных кондитерских, но нам с Киллианом невероятно повезло. В волшебной чайной моей мамы собрались все сливки общества, и Ада Фолкман, будущая королева, в том числе.

Хорошо, что эльф был со мной, иначе меня точно бы не пустили в заведение в таком затрапезном виде. Смазливая мордашка Киллиана легко располагала людей. И сегодня ему повезло узреть главное чудо столицы.

Ада Фолкман сидела на куче подушек, сложив ноги на южный манер, а вокруг нее порхали модистки и аристократки, мечтающие с ней подружиться. Тетя поглощала одно пирожное за другим, листая одной рукой газеты, другой – модные журналы.

Тетя на секунду отвлеклась, чтобы выбрать следующий десерт, и тут заметила в дверях кондитерской меня. Журналы, модистки и даже сладости были забыты.

Ада налетела на меня и со счастливым писком попробовала приподнять. Она постоянно забывала, что мне давно не двенадцать. Следующими пострадали щеки, потому что тетя принялась нещадно меня за них трепать.

– Малышка Дэнни! И где, в столице?! – воскликнула Ада. – Я так рада тебя видеть! К брату приехала?

– Тс-с!

Я поторопилась закрыть рот тете ладонью, чтобы она не сболтнула лишнего, и взглядом указала на своего спутника. Киллиан стоял рядом, мило улыбаясь и держа в руках букет иллюзорных цветов.

Этот магический трюк знали все, но он все равно вызвал волну умиленных вздохов среди девушек. Я машинально попыталась пригладить волосы, искренне надеясь, что там осталось не слишком много тюремной соломы.

Киллиан подумал и об этом. Мой порванный ученический камзол скрывала иллюзия изящного платья, на растрепанной косе был отвод глаз. Я с благодарностью посмотрела на эльфа. Благодаря ему не приходилось краснеть в окружении хорошо одетых высокопоставленных дам.

Сама я даже не подумала об одежде. Привыкла, что тетя меня обнимает, даже когда я выползаю из кладовки вся в пыли и паутине.

– Знакомься, это мой одногруппник, Киллиан, – представила я эльфа.

Сначала не хотела называть его имя и рассказывать, как мы с ним связаны, но за иллюзии заслужил. Нужно же мне хоть как-то отблагодарить его за сегодняшнюю заботу? Тетя округлила глаза.

– Погоди, что значит одногруппник? Ты же говорила, что не хочешь тратить время на учебу, хочешь больше внимания уделять лавке в Сейморе.

– Забыла сказать, – отмахнулась я. – Я на спор поступила в Академию. Но сейчас не об этом!

– Такие новости, а я узнаю о них последняя.

Тетя надулась, но быстро сменила гнев на милость. Она заметила мой бегающий взгляд и утянула меня в закрытый кабинет, где нас не могли подслушать. Киллиан молча последовал за нами.

– Мама не в курсе, – призналась я, как только за нами закрылась дверь. – И бабуля.

Тетя заливисто рассмеялась. Как только дражайшие родственницы узнают о моем самоуправстве, королевство потрясет очередной скандал. Хотелось верить, что нет, но я уже представляла, в каком тоне родители будут разговаривать с Мордекаем.

– Думаю, ты пришла ко мне не чай пить, – улыбнулась тетя. – Присаживайтесь.

Она наблюдала за Киллианом. Эльф галантно отодвинул для меня стул и наполнил водой стоящий рядом стакан. Я едва ли заметила эти скромные жесты и просто сделала глоток. В горле пересохло, и после чая во рту сохранялся противный привкус. Хорошо, что Киллиан подумал о воде, и мне не пришлось просить.

– У меня проблема, – сказала я. – Ты в курсе, какие вещи говорят про Кирманов?

Ада приподняла брови. Сначала она не поняла, какое мне дело до родителей мамы. Да, из-за смены нашей фамилии постоянно возникала путаница. Формально мы были Арденами, приближенными короля и самой влиятельной аристократической семьей в королевстве.

Но я несколько лет жила в Сейморе, где все помнили о наших истоках и упорно называли лавку Кирмановской. И в Академии все знали меня под этой фамилией. И я не совсем понимала, почему после всех скандалов и роспуска Совета Кирманов превратили в козлов отпущения.

И это не слишком хорошо влияло на мои драгоценные лавки! А откуда подделки с нашими вензелями?

– Погоди, погоди, малыш, – вскинула руки вверх Ада. – С чего ты взяла, что твою семью ненавидят?

– Преподаватели косо смотрят, – принялась перечислять я. – В газетах полощут мамино имя. Аристократы уверены, что Кирманы владеют лавками лишь номинально. И один из старшекурсников уверен, что я виновата в гибели его семьи!

– Что? – изумилась Ада.

– Он настолько ненавидит нашу семью, что узнал меня по шляпе. Маминой шляпе!

Ада откинулась в кресле и забарабанила пальцами по лакированному дереву. На стене тикали часы, отмеряя время, оставшееся до закрытия Академии.

– Со шляпой мой промах, – признала тетя. – Мы с Коулом использовали ее как символ перемен в мире магии, знак качества в новых учебных заведениях. Неудивительно, что какой-то маг его запомнил. Но ненависть?..

Я устало потерла виски. Голова гудела после пережитого в темнице, но еще хуже мне было от того, что наконец выдалась возможность озвучить страхи и переживания.

И если честно, я боялась за семью. И все равно не могла заставить себя пойти к старшим и пожаловаться. Мне казалось, что так поступит лишь избалованный ребенок. Зачем портить им отдых из-за таких мелочей? Моей безопасности ничего не угрожало, как и сохранности лавок.

– Солнышко, разве я бы позволила плохо говорить о твоей маме? С подделками да, стоит разобраться, но шумиха в газетах? Клянусь, я не видела за месяц ни одной статьи о Кирманах. Если бы хоть что-то поднялось, Коул быстро бы разобрался с грязными языками, поверь.

Скопившееся напряжение постепенно покидало меня. Тетя ободряюще погладила меня по руке.