Глава 49

– А где твоя соседка? – недовольным тоном поинтересовалась Элейн.

За окном сгущались тени, а Фло все не было. Красные пятна на нашей коже зудели, и унять боль помогали только компрессы из мокрых полотенец. Дейв даже предложил наколдовать льда.

– Просто не стоило нарушать правила библиотеки, – раздраженно произнес Рейнольд. – И не пришлось бы страдать сейчас.

– Слушай, Хоквуд, – сказал Дейв. – Тебе тоже завтра сдавать доклад Мордекаю. Немного благодарности не помешало бы. Мы сделали большую часть работы сами!

Рейнольд сложил руки на груди и дернул уголком губ. Он единственный сидел за письменным столом как король. Нам с Элейн уступили кровать, а Дейву приходилось ютиться на коврике на полу.

– Будет обидно вылететь на последнем курсе, когда диплом был так близок, – добавила Элейн. – Мордекай не делает поблажек. Даже в таких ситуациях.

Ее красноречивый взгляд упал на пустой лист перед Рейнольдом и вырезку из газеты. Боевик едва ли что-то сделал за сегодня и явно недооценивал нашего декана. Он думал, что ему все сойдет с рук. Мы же не верили в благостное настроение Мордекая. Оно у него менялось, как море в шторм – слишком резко и непредсказуемо, чтобы полагаться на внешнее спокойствие.

Рейнольд что-то понял. Он поднялся с места, небрежно отбросил газету в кипу таких же и вышел из комнаты. Только тогда мы с ребятами смогли перевести дух. Присутствие старшекурсника давило на Дейва, который побаивался вступать с ним в открытую перепалку, но негодовал, что тот сел нам на хвост. Элейн просто не любила мужскую компанию.

А я… Меня нервировали откровенные взгляды Рейнольда, изучающие, медленно скользящие по фигуре. Я с трудом подавляла желание одернуть рубашку или подтянуть штаны.

– Ненавижу его, – тихо проговорила я.

Дейв вздохнул и покосился на меня. Он выглядел пристыженным, потому что не смог прогнать Рейнольда прочь.

– Думала, он сделает тебе предложение, – ответила Элейн. – Так смотрят или на невесту, или на жену.

– Ты звучишь как моя бабушка.

Мы обе посмотрели на Дейва с осуждением. Он понял, что мужчине негоже влезать в разговор двух дам, и заткнулся. Отчасти я была с ним согласна: в нашем мире пожирать глазами могли не только жен, но и случайных прохожих. Я не питала иллюзий по поводу нравов в высшем обществе. И тем более не думала, что Рейнольд будет придерживаться со мной хоть каких-то приличий.

В борьбе все средства хороши. И Рейнольд дал Элейн еще один повод меня гнобить.

Я почесала укус на локте и тяжело вздохнула. На столе остался пустой лист, на котором было написано лишь имя боевика. Он будто и не собирался делать доклад, чтобы лишний раз побесить Мордекая.

– Влетит всем, – сказала я, кивнув на это безобразие.

– Делать за него? – фыркнула Элейн. – Ни за что. Высокомерный сноб. Мужлан без мозгов!

Дейв молча кивнул.

Мы продолжали таращиться на бумагу для доклада, пока Элейн наконец не села за стол и не начала строчить на листе данные о переселенцах. Она недовольно поджимала губы, но работу не бросала.

– А если заметит? – спросила я. – Что почерк одинаковый. Влетит вдвойне!

– Я с четырнадцати подделываю подпись дяди, – огрызнулась она. – Не ной. Я профи. Даже король не заметит!

Но Мордекай не был похож на дядю Коула. Он оказался куда въедливее и наглее.