Глава 13

Игнат

– Спасибо, Лена, ‒ поднимаюсь, сгибая руку и фиксируя место очередного укола. ‒ Осталось три?

‒ Да. Именно так, ‒ быстро собирается. В глаза не смотрит, вероятно, отчётливо припоминая вчерашний инцидент. ‒ Игнат Альбертович, я хотела извиниться за… вчерашний порыв. Совершенно неуместный и неудобный. Не сообщайте, пожалуйста, начальству. Меня сразу же уволят, ‒ слёзно просит, потупив взгляд.

‒ Не сообщу. Обещаю. Но впредь, давайте держать дистанцию.

‒ Я просто не так расценила ваш жест… и вообще… неважно, ‒ равнодушный взмах рукой, и девушка скрывается за дверью квартиры, оставляя меня в одиночестве.

Кажется, вчера мы друг друга не поняли, когда, заметив нечто непонятное в волосах блондинки, хотел вытащить, а она потянулась ко мне с поцелуем, решив, что я претендую на близость. Симпатия Лены была заметна невооружённым взглядом, вот только повода к продолжению я не давал, в свою очередь, соблюдая дистанцию и общаясь исключительно на «вы». Парадокс: я поцеловал понравившуюся мне Нину, получив в ответ по лицу, но отказал Лене, которая хотела продолжения. Просто неинтересна, не вызывает и малой доли тех эмоций, которые проносятся яркой волной в присутствии Нины.

Вчера моя соседка дала явно понять: не приближайся ‒ тебе же будет хуже. Вероятно, дело в измене мужа и невозможности пока переступить через себя, позволив произойти чему-то новому. Но тем самым Нина напротив ‒ подстёгивает к решительным и понятным действиям. Замечаю интерес в её серебристом взгляде, который жадно скользит по мне. Или же, я нафантазировал больше, чем есть на самом деле? Как Лена, которой вчера показалось, что намекаю на нечто большее. Не знаю, что напридумывала Нина в своей хорошенькой головке, но не забыла тонко уколоть, намекая, что Лена появляется каждый день в моей квартире не в качестве врача. Вот же женщины: у них фантастическая способность видеть то, чего в принципе не существует.

Сам себе усмехаюсь, поглядывая на Жужика, который, не стесняясь хрустит большим жуком, кажется, даже причмокивая от удовольствия. Ну, хоть кому-то хорошо и сытно. Неприятные звуки, издаваемые моим организмом, оповещают: пора ужинать. Вот только идея ужина не сформирована, точнее, я планировал заманить к себе Нину для совместной готовки.

Пару часов слоняюсь по квартире, то и дело прислушиваясь к шуму на лестничной клетке. Обязательно услышу, как отворяются двери лифта, оповещая, что единственный сосед прибыл домой. Не проходит и десяти минут, как я, среагировав на привычные звуки, выскакиваю на лестничную клетку, чтобы тут же столкнуться с Ниной. При виде меня улыбка медленно сползает, а брови сводятся к переносице.

‒ Добрый вечер, ‒ приветствует меня первая. ‒ Вы меня специально поджидаете? ‒ складывает руки на груди, всем своим видом показывая, что не планировала нашу встречу.

‒ Добрый, ‒ улыбаюсь, как идиот, ‒ хотел пригласить вас к себе, ‒ киваю на дверь квартиры. ‒ Точнее, мы с Жужиком, ‒ в этот момент ёж очень удачно протискивается в приоткрытую дверь и, быстро перебирая лапками, бежит в направлении девушки. Нина тут же подхватывает его на руки, и маленький засранец перетягивает всё внимание на себя, впрочем, вызывая улыбку Нины. ‒ Я не врал, ‒ тычу пальцем в ежа, ‒ когда говорил, что он тоскует в ваше отсутствие. Моя компания за три года ему порядком надоела, поэтому вы вызываете у него радость.

‒ Вы снова всё придумываете, ‒ закатывает глаза, не переставая тискать Жужика.

‒ Говорю правду, только правду и ничего, кроме правды, ‒ прикладываю ладонь к груди, готовый дать клятву.

‒ Раз так… скажите, где ваша семья? ‒ вопрос прилетает неожиданно, и желание улыбаться испаряется внезапно.

‒ Её нет, ‒ отвечаю просто. ‒ Совсем нет. Я один.

‒ Вы разведены? ‒ не унимается девушка.

‒ Можно сказать и так, ‒ киваю.

‒ Слишком расплывчатый ответ, Игнат. Либо «да», либо «нет».

‒ Пока я не готов об этом говорить.

‒ Вот, когда будете готовы, ‒ вручает мне ежа, ‒ тогда, возможно, мы продолжим наше общение. А пока, всего доброго.

Разворачивается и почти бежит к двери, чтобы, провернув ключ в замке, скрыться в соседней квартире. Чувствую себя кретином, который стоит посреди лестничной клетки с ежом в руках, гипнотизируя пространство. Не могу ей рассказать всего. Не сейчас, не так, стоя около лифта и отвечая на прямые вопросы. Для таких признаний необходим момент, душевная беседа, способная развязать мне язык. Я-то и с другом смог открыто поговорить лишь спустя несколько месяцев после произошедшего. Плетусь в свою квартиру, понимая, что Нина не нацелена на продолжение общения. Нужно найти другой способ завлечь её в свою квартиру и наладить контакт. Но какой?

Стук в дверь заставляет пуститься сердце вскачь. Почти вприпрыжку мчусь к выходу, предполагая единственного желанного посетителя.

‒ Ни… ‒ осекаюсь на полуслове, когда на пороге вижу Серёгу.

‒ Ты кого-то ждал? ‒ друг оглядывается по сторонам, я же бросаю взгляд на соседнюю дверь. ‒ А, понял, ‒ ухмыляется, проходя внутрь, ‒ соседка всё-таки приглянулась? ‒ подмигивает.

‒ Есть немного, ‒ бурчу под нос, закрывая за ним дверь.

‒ Немного? – едкий смешок. ‒ Ты бы своё лицо видел, когда дверь открыл: словно ребёнок в предвкушении новогодней ёлки, под которой разложены долгожданные подарки. Я тебя таким давно не видел. ‒ Выкладывает на стол контейнеры, расставляя аккуратно по порядку. ‒ Я так понимаю ‒ гостей у тебя сегодня не предвидится? ‒ кивает в сторону двери. ‒ Принёс ужин. Из ресторана. Извини, на готовку не настроен. Будешь?

‒ Буду, ‒ покорно соглашаюсь, понимая, что зверски хочу есть.

Минут десять мы молча поглощаем еду, сосредоточенные каждый на своих мыслях.

‒ Так что соседка? Не идёт на контакт?

‒ Сам виноват, ‒ понуро ковыряюсь вилкой, нанизывая куски мяса.

‒ Налажал, да? Так и знал, ‒ цокает, мотая головой. ‒ Что сделал, косячник?

‒ Ей муж бывший позвонил. Оскорблял. Расстроилась, а я растерялся от вида плачущей женщины и… не нашёл ничего лучше, как поцеловать.

‒ А она просила?

‒ Нет.

‒ У-у-у, ‒ тянет задумчиво Серёга, ‒ такая инициатива наказуема, скажу тебе.

‒ Это я понял, ‒ потираю щёку, по которой маленькая ладошка прошлась, словно катком. ‒ Ответка себя ждать не заставила.

‒ Извинялся?

‒ А то! ‒ возмущённо прыскаю. ‒ Только плевать ей на мои извинения в любой форме. Я вот даже Жужика и его расстроенные чувства приплёл. Эффекта – ноль. Давил на жалость, как мог, ‒ развожу руками, ‒ не идёт больше на контакт.

‒ Надави ещё, ‒ откидывается на спинку стула. ‒ Мне нужно, чтобы ты пообщался с Ниной.

‒ В каком смысле? ‒ напрягает тон друга, будто приказывает.

‒ В прямом, Игнат. Я хочу, чтобы ты сблизился с Ниной насколько это возможно, ‒ встаёт, вынимая из кармана пачку сигарет, и тут же подкуривая одну. Открывает дверь на балкон, застывая в проёме.

‒ Поясни.

‒ Есть у меня подозрения, что Полина спуталась с Прониным.

‒ В каком смысле? ‒ поднимаюсь, чтобы оказаться рядом с Сергеем.

‒ В самом прямом, а, точнее, горизонтальном, ‒ горько усмехается. ‒ Есть у меня человечек в тверском филиале ‒ незаметный, практически невидимый для всех, но очень глазастый. Так вот, как только Полина была назначена управляющей филиалом, Арсений стал частенько появляться в офисе: сначала пару раз в неделю, а затем и каждый день. Как думаешь, какие у них могут быть общие дела?

‒ У него обширный бизнес, совершенно отличающийся от нашего, и представительство в Твери имеется. Не думаешь, что он там трётся по своим делам.

‒ По своим делам в нашей компании? Да брось, ‒ прыскает, подкуривая вторую сигарету, ‒ ты в это веришь? Я ‒ нет. Он приходит к ней. К ней, понимаешь? Сразу направляется в кабинет Полины, нигде не задерживаясь.

‒ Стоп. А причём здесь Нина? ‒ пока цепочка аргументов, выстроенная Сергеем, мне непонятна.

‒ Мой человек видит лишь, как Пронин приходит и уходит, сколько времени находится в кабинете наедине с Полиной, как часто появляется. На этом всё. Мне же нужно больше доказательств измены жены.

‒ Насколько я понял, Нина только-только вышла из декрета, сомневаюсь, что она в курсе амуров Полины.

‒ Во вторник, после обсуждения продажи доли, она видела Арсения. И испугалась. Неприкрыто, искренне испугалась, когда наткнулась на него в коридоре. Нина с ним знакома, или же просто стала свидетелем того, о чём не стоит распространяться кому попало. Спросил напрямую ‒ стушевалась, закрылась, но слова не проронила, настаивая на том, что видит Пронина впервые. Уверен, лжёт, ‒ прищуривается, поджимая губы. Ох, не нравится мне состояние Сергея. В такие моменты он готов идти по головам, с целью достичь желаемого.

‒ И чего ты хочешь? ‒ напрягаюсь, но хочу выяснить, на что рассчитывает компаньон.

‒ Чтобы ты сблизился с Ниной, расспросил. Женщины, как правило, делятся с близким человеком информацией, часто не осознавая, насколько эта самая информация важна. Мне жизненно необходимо знать, что видела Нина, ‒ просит с мольбой, вот только меня это почему-то не трогает.

‒ Так ты поэтому её поселил здесь? Ты хоть понимаешь, что мне впервые за три года кто-то по-настоящему понравился. Зашевелилось что-то внутри, подало признаки жизни, откликнулось, а ты и здесь умудрился сыграть с выгодой для себя.

‒ Одно другому не мешает, Игнат, ‒ оправдывается Сергей. ‒ Я не солгал: как только Нина появилась в моём кабинете, я сразу решил, что она именно та, кто в состоянии вызвать у тебя интерес, встряхнуть. План выведать информацию созрел позже, когда осознал ‒ она знает Пронина. Я ведь не предлагаю пытать её, ‒ повышает голос, ‒ только аккуратно расспросить.

‒ Сомневаюсь, что она так просто выложит что, когда и где видела. Только если сама захочет.

‒ Сделай так, чтобы захотела, ‒ настаивает на своём, чем начинает меня раздражать. Неугомонный друг душу вытрясет, но своего добьётся. ‒ Она ведь не в курсе, что работает в твоей компании?

‒ Нет.

‒ Вот и чудно. Для неё ты ‒ просто сосед, обычный мужчина, который оказывает знаки внимания понравившейся женщине.

Всё просто у Серёги: увидел, пришёл, взял. Вот только Нина не так проста, как кажется на первый взгляд. Характер имеется, принципы и страхи, развеять которые я пока не могу.

‒ Не доверяет она мне. Как в принципе и никому в данный момент, ‒ равнодушно машу рукой, показывая другу, что каждый мой шаг отодвигает Нину всё дальше.

‒ Причина?

‒ Измена мужа.

‒ О, так мы почти с ней на равных, ‒ больной смех, искажающий лицо Сергея в неприятной гримасе. ‒ Можно сказать, друзья по несчастью.

‒ Ты не можешь утверждать…

‒ Могу, ‒ обрывает. ‒ Знаю. Если хочешь, чувствую, только доказать не могу. Ты хоть понимаешь, как паршиво осознавать, что тебя держат за идиота? ‒ сглатываю, потому что передо мной сейчас комок нервов, сжигаемый лишь одной мыслью ‒ доказать свою правоту. ‒ Наверное, и чувств уже нет, той искренности и глубины, что нас когда-то связала, ‒ затихает, отвернувшись к окну. ‒ Так почему не сказать прямо человеку, что он больше не нужен? А? Это ведь так просто ‒ никаких сложностей.

‒ Может, боится твоей реакции? ‒ предполагаю, хотя, с Полиной я всегда общался вскользь, и какой она человек узнать мне не довелось.

‒ Прыгать под другого мужика не боится, а сказать боится? Не смеши! Здесь другое. Предполагаю, ‒ потирает подбородок, ‒ именно из-за Полины Арсений и затеял продажу акций. Так сказать, урвать кусок напоследок. Компания основана задолго до нашего брака. Полина сделала много ‒ не спорю, но юридически права на долю не имеет. Решила зайти с другой стороны…

Предположения компаньона мне не нравятся. В этом случае, мы получаем не одного серого кардинала, а сразу двух и в связке, скреплённой постелью. Пронин имеет часть акций, Полина – доступ к документам и активам компании. И цена запредельная неслучайна. Жена друга в курсе, что мы в состоянии заплатить, лишь бы не впустить посторонних в своё дело.

‒ Не нравится мне твоя теория.

‒ Самому не по вкусу, но как есть. Поэтому мне и нужно быть в курсе, откуда Нина знает нашего третьего партнёра. Как только моя догадка подтвердится, Полине придётся сознаться, а Пронину пойти на уступки. Им обоим.

‒ Что ты задумал? ‒ резко вскакиваю со стула, но резкая боль прошибает насквозь, заставляя осесть с тихим стоном.

‒ Игнат, хватит вести себя, как ребёнок, ‒ друг подставляет плечо, чтобы я доскакал с его помощью до дивана, и уже так, найдя более-менее удобную для себя позу, немного расслабился. ‒ Нужно серьёзно обследоваться. Уколами ты лишь гасишь последствия, а нужно бороться с причиной. И от бокса отказаться.

‒ Это мой способ расслабиться, ‒ закрываю глаза, откидываясь головой на широкую спинку.

‒ Есть более приятный и, уверяю тебя, такой же действенный ‒ нормальный, продолжительный секс. И кандидатка имеется, ‒ подмигивает, намекая на Нину.

‒ Ну да, я за поцелуй по роже отхватил, а за нечто большее, она меня четвертует.

‒ Не четвертует. Больше настойчивости, приправленной хитростью, и Нина твоя.

‒ И кто мне это говорит? ‒ хохочу во весь голос. ‒ Тот, кто женат восемь лет на женщине своей мечты? Ты вспомни, как Полину обхаживал: глаза с монету, слюни капают, никого и ничего не вижу.

‒ Всё в прошлом, ‒ Сергей становится серьёзным. ‒ Во второй раз я такой ошибки не совершу.

‒ Второй? ‒ приподнимаюсь. ‒ Ты ещё не развёлся, уже на второй заход собрался?

‒ Всё идёт к этому ‒ во всех смыслах. Даже при условии невиновности Полины, наш брак давно и бесповоротно дал трещину. Нет больше чувств, осталась лишь привычка.

‒ Не хотел бы я быть на твоём месте…

‒ Лучше на моём, чем на твоём, ‒ твёрдый голос и констатация факта друга: всё, что угодно, только бы не хоронить любимых.

Несколько минут тишины, мысленно возвращающих меня на три года назад. Я всё реже возвращаюсь в прошлую жизнь, занимая голову другим, но невозможно вычеркнуть, вырвать то, что навсегда останется с тобой, сопровождая тонким шлейфом горечи.

‒ И что, кандидатка имеется? ‒ усмехаюсь, понимая, что переживания о Полине не дадут Сергею возможности смотреть сейчас в другую сторону.

‒ Имеется.

Упираюсь в него взглядом, пытаюсь понять ‒ блефует? Нет, уверен, сосредоточен. Выбрал. Когда, как?

‒ Когда успел?

‒ Случайно. Бывает так ‒ посмотрел один раз и пропал.

‒ Она в курсе?

‒ Она меня даже не знает, ‒ произносит с горечью, уставившись куда-то в стену. ‒ Но это поправимо. И поверь, я не буду тормозить, как ты.

‒ Не забудь спросить о желании иметь детей, ‒ небрежно бросаю, получая в ответ гневный взгляд, почти испепеляющий меня.

‒ Считай, уже спросил. Возражений нет. Дело за малым ‒ избавиться от предателей.

‒ Ты не забывай предупреждать о своих планах, а то получится, как с Ниной…

‒ С Ниной получится, ‒ уверенно заявляет, усаживаясь рядом, ‒ узнай, что я прошу и будет нам всем счастье.

‒ Постараюсь. Но для начала мне с ней контакт наладить нужно, а это проблема. Не знаю, чем интересуется, что любит, к чему тянется.

‒ Значит, придумай вариант, который исключает упор на информативную составляющую. Включи голову, ‒ бьёт себя ладонью по лбу. ‒ Мне пора. Остальная еда тебе, чтобы не умер с голода в своей берлоге.

‒ Звони, ‒ кричу Серёге в спину.

Разговор вышел не из простых во всех смыслах. Давно мы так далеко не заходили, делясь мыслями. Вероятно, пришло время круто изменить свою жизнь, которая последние три года неспешно текла по наитию, исключая американские эмоциональные горки.

Нина мне нравится ‒ это однозначно. Не нравится лишь просьба друга и ложь, которая должна сохранить в тайне реальное положение вещей. Умом понимаю, что компаньон прав: Полина и Пронин затеяли совместную игру, суть которой может раскрыть Нина. Сама того не ведая, хрупкая женщина станет полноценным игроком в непростом раскладе, и лишь фальшь, сопровождающая начало наших отношений, беспокоит.

Но всё постепенно. Прежде всего, нужно заманить её на свою территорию. Неожиданно вспоминается наш вчерашний диалог, и идея рождается сама собой.