Глава 13 (1)
Глава 13 (1)
Царицына
Бо слушала Талипова, смотрела на него и с удивлением осознавала: Талипов ей нравится. Давно уже прошло то время, когда юная наивная Бо очаровывалась людьми. Но этот художник никак не монтировался с тем, что они с Лизой про него думали. И Бо очень хотелось поверить ему. Она даже глянула на Николая и Вована, всё также восседавшего на диване, куда ему велел запрыгнуть хозяин, чтобы пёс не мешался под ногами, когда они дружно двигали мебель и осматривали гримёрку. Оба они, и Николай, и пёс, на Талипова смотрели с симпатией и доверием. Правда, начальник охраны и не знал ничего об истории со статьёй. Но ведь при его профессии у него наверняка выработалось особое чутьё на людей... Наверное, Талипов и правда ни при чём, а они с Лизой заблуждались.
Но едва Бо с облегчением подумала об этом, как художник вдруг заговорил о ртути. Откуда он мог знать об их подозрениях?! И Бо снова подобралась, не понимая, спросить ли у художника в лоб или повременить. Выручил Николай. Он сунул руки в карманы брюк и вопросительно посмотрел на Талипова:
- Вот как? Вы тоже так думаете? А позвольте поинтересоваться, с чего вдруг мысль о ртути вообще посетила вас?
Да, вот именно?! – мысленно присоединилась к вопросу Бо. Но художник ничуть не смутился и спокойно объяснил:
- По образованию я биолог и неплохо знаю химию. Услышав сплетни о том, что Елизавета каким-то образом поспособствовала безвременному уходу из театра своих предшественниц…
Лиза при этих словах сдавленно ахнула, а Бо разозлилась на коллег. Вот ведь неймётся людям! Чего только не придумают из зависти! Талипов прервался, сочувственно посмотрел на Лизу, понимающе – на Бо и продолжил:
- В общем, я заинтересовался, поискал информацию в интернете и пришёл к выводу, что, похоже, в последнее время прим "Улановки" кто-то старательно травил ядом кумулятивного, то есть накопительного действия...
- Травили? – осторожно спросил Николай, и Бо изумлённо взглянула на него. Он ведь тоже так думал. Неужели пришёл к другому выводу? Но Николай, похоже, просто хотел услышать мнение Талипова. – Почему вы так думаете?
- Возможно, не специально, - пожал плечами Талипов. – Подобные симптомы могут быть при отравлении разными веществами. Но в первую очередь я подумал о парах ртути. Может быть, ртуть попала в помещение непреднамеренно. Хотя я сомневаюсь, что в гримёрке случайно разбили несколько градусников. Всё же здесь не больница. А если такое бы по какому-то недоразумению произошло, непременно должны были позаботиться о демеркуризации.
Николай, на которого по-прежнему смотрела Бо, согласно кивнул.
- Вы уже проверили помещение? - поинтересовался Талипов.
- Да.
- И что?
- Паров ртути нет.
Талипов задумался.
- Вот, значит, как…
- Я тоже удивлён, - Николай выглядел озабоченным.
- А, может, прибор неисправен? – спросила Бо.
Художник покачал головой: вряд ли. Потом посмотрел на Лизу и спросил:
- Елизавета, а вы в санатории оказались из-за проблем со здоровьем?
Бо перевела взгляд на подругу и увидела, как та, немного успокоившаяся, пока мужчины разговаривали друг с другом и не обращали на неё внимания, снова порозовела. Наверное, вспомнила о том, что произошло на отдыхе.
- Да, - кивнула её подруга.
- И что? Вам стало там лучше?
- Намного. Можно сказать, всё прошло.
- Какое лечение вы получали в санатории?
- Разные виды массажа и ванн, травяные чаи, кислородные коктейли пила.
- И всё? Никаких лекарственных препаратов?
- Нет, ничего.
- А сами или по назначению врачей ничего никаких таблеток не пили, уколов не делали?
- Нет.
- Но при этом почувствовали значительное улучшение… - Талипов говорил медленно, словно анализировал ответы и просчитывал разные варианты. Николай молчал, внимательно слушая. Бо смотрела то на одного, то на другого.
- Да.
- А по возвращении что-то изменилось?
Лиза задумалась.
- Хуже точно не стало. Правда, Бо, когда мы решили, что с гримёркой дело нечисто, запретила мне проводить здесь много времени. Да и вернулась я совсем недавно.
Талипов, слушая её, кивал, словно делая какие-то выводы. Николай дождался конца диалога и спросил:
- У вас есть предположения?
- Ну, то, что это не ртуть, понятно по тому, что Лиза за довольно короткий промежуток времени смогла восстановиться. При отравлении парами ртути без специального лечения не обойтись. Так что маловероятно, что прибор неисправен.
- То есть это какой-то другой яд… - Николай вздохнул.
- Похоже. И вариантов у нас множество. Начиная с того, что при ремонте в гримёрке могли использовать материалы, которые выделяют ядовитые пары... Или мебель формальдегидную какую-нибудь закупили...
- В гримёрках всех прим и премьеров одинаковые обои и мебель, - заметила Лиза. - Но все чувствуют себя хорошо. Так что вряд ли дело в этом. Здесь что-то другое, видимо...
- Послушайте, - вмешалась Бо. – Давайте уйдём отсюда? Даже если дело и не в ртути, здесь может быть небезопасно находиться. Ладно мы, но Лиза уже испытывала на себе действие какого-то вещества. И я не хочу, чтобы ей снова стало хуже. До спектакля ещё есть время. Можем прогуляться и обсудить всё на улице.
- Встречное предложение - сначала попить чайку у меня в кабинете, - улыбнулся ей Николай. – А потом и правда пройтись. Заодно я Вована выгуляю. Только… - Он запнулся. – У меня посуды нет почти. Всего две треснутые чашки. Я ещё своей не обзавёлся, а от предшественника только эти посудные инвалиды и остались.
- А мы сейчас отсюда возьмём! – оживилась Лиза. – У меня много. Ещё от Милены сервиз остался. А я и не пользуюсь им почти. Мы с Бо предпочитаем из своих любимых чашек пить. Лишь иногда я этой посудой пользовалась.
- Правильно! – Бо направилась к узкой высокой стеклянной горке, в которой стоял красивый сервиз.
- Подождите! – вслед ей дружно почти крикнули Николай и Талипов. Бо обернулась. Мужчины смотрели друг на друга так, будто их одновременно посетила одна и та же мысль и теперь они безмолвно обменивались мнениями.
- То есть это посуда Иваницкой? – раздельно произнёс Николай.
- Ну да.
- А вы из неё ели всего несколько раз?
- Именно.
- До или после поездки в санаторий?
- До. А после ни разу.
- А вы, Бо, ели из неё?
- Нет, я ем из пластиковых контейнеров, чтобы не напрягать Лизу мытьём посуды. Мне она не даёт за собой мыть, настаивает, что за любимыми гостями ухаживает сама. Вот я и ем из того, что принесла из дома.
Николай и Талипов снова обменялись многозначительными взглядами.
- Ясно, - кивнул Николай. - А покупала посуду Иваницкая? Или ей выдал её завхоз?
- Или и ей тоже она досталась по наследству от Рыбаченко? – добавил Талипов.
- Не знаю. – Лиза переводила растерянный взгляд с одного на другого, а потом взглянула на Бо.
- Я тоже не в курсе. Я в этой гримёрке до Лизы не бывала. У меня не те отношения с Рыбаченко и Иваницкой.
- А как-то узнать это мы можем?
Бо и Лиза переглянулись.
- Ну-у… Можно попробовать спросить у завхоза нашего или уборщицы. А что?
- Сейчас объясним, - пообещал Талипов, а Николай согласно кивнул и добавил:
- Но спрашивать их не будем. Не нужно, чтобы по театру пошли разговоры. А можно позвонить самой Иваницкой и как-нибудь ненавязчиво поинтересоваться посудой?
Подумав, Лиза кивнула:
- В принципе, да. Я время от времени звоню Милене, справляюсь о здоровье. Думаю, она не удивится моему звонку. А что именно узнать?
- Откуда у неё эти чашки-плошки-поварёшки.
- Поняла. Сейчас. – Лиза вытащила из сумки телефон, набрала номер и стала доброжелательно беседовать с ответившей Иваницкой. Через пару-тройку минут она легко спросила:
- Милена, всё хочу спросить, а откуда у вас такая чудесная посуда? Ну, та, которая в горке в вашей гримёрке стоит? А то я хотела бы такую же купить. В подарок… Вот как? – глаза Лизы загорелись. – Уже была? Ясно. Спасибо… Ничего страшного, значит, куплю другую, похожую.
Пока Лиза заканчивала разговор, Бо вся извелась и испепелила вопрошающими взглядами обоих мужчин. Николай с Талиповым на её муки отвечали непроницаемым видом. Когда Лиза убрала телефон, художник сказал:
- У меня есть знакомые в разных лабораториях. Думаю, мы сможем сделать анализ.
- Но ведь посуда не пластиковая. Значит, это не меламин, об отравлении которым было столько разговоров недавно, - заметил Николай.
- Это ничего не значит. Вот проверим, потом будем строить предположения…
- Прекратите издеваться над нами и объясните нам, что происходит! – не выдержала Бо. – Вы что, думаете, что дело в посуде?
- Возможно. Что именно сказала вам Иваницкая, Лиза?
- Что посуда в гримёрке уже была, когда она переехала сюда. И что ей этот сервиз тоже очень нравился и она им частенько пользовалась.
- Что и требовалось доказать… - вздохнул Талипов.
А Николай после непродолжительного раздумья снова задал вопрос:
- А как давно вы перебрались в эту гримёрку, Лиза?
- Когда стало ясно, что Милена Иваницкая заболела надолго. Месяца два назад.
- И кто был инициатором вашего переселения?
- Главреж и директор. А ещё Калинин.
- Все трое сразу?
- Да. Но не думаете же вы, что кто-то из них…
- Пока делать выводы рано. Но подумать явно есть над чем, - серьёзно ответил Николай.
А Талипов снова подошёл к Лизе, взял её за руку, погладил пальцы и пожал. И, к огромному удивлению Бо, Лиза не отняла руки, а посмотрела на художника с благодарной улыбкой.