Глава 13 (2)

Глава 13 (2)

Липатов

Ситуация нравилась Николаю всё меньше и меньше. Хотя и в ней был свой плюс: Бо  смотрела на него с доверием, надеждой и даже симпатией. А ему это почему-то очень нравилось. И нестерпимо и непривычно хотелось сделать что-то такое, чтобы поразить её окончательно и бесповоротно. Подобное он за собой если и замечал раньше, то в далёкой юности, когда они с мальчишками распушали перед девчонками перья и всячески демонстрировали свои достоинства, иногда настоящие, но чаще мнимые. И вот теперь снова.

Нет, конечно, забраться повыше, пробежать быстрее, проехать на одном колесе старого верного велика или победить дворового хулигана не хотелось. Но сделать что-нибудь такое, после чего Бо поняла бы, что именно он тот, кто должен быть рядом с ней, Николай хотел нестерпимо. Надо будет спросить у Вадима, было ли у него так же с Ангелиной. А то даже как-то стыдно перед самим собой. Не говоря уже о Бо. Хорошо, что она не может прочесть его мысли…

И Николай, старательно демонстрируя высокий профессионализм, абсолютное владение ситуацией и полное спокойствие, скомандовал:

- Всё. Пора уходить отсюда. Посуду для экспертизы заберём позднее. Артём Сергеевич, когда вы сможете договориться с коллегами?

Художник Талипов, неожиданно дополнивший их трио и оказавшийся так кстати, посмотрел на часы и сказал:

- Боюсь, что только завтра. Уже половина шестого. Вернее, договориться смогу и сегодня. Но рабочий день заканчивается. Хотя я могу заплатить за срочность…

- Мне кажется, в этом особой необходимости нет. Завтра, так завтра. Пойдёмте пить чай.

- Мы совсем забыли за всеми этими делами, что спектакль уже скоро, - вспомнила прима Лагутина. – Не получится, увы. Я сегодня не танцую, но Бо нужно разогреться, костюм надеть, грим опять же…

- А вы? – спросил Талипов, и Николай с удивлением уловил в его голосе нечто большее, чем вежливый интерес.

- У меня сегодня редкий свободный вечер, - улыбнулась прима.

- Да, мне и правда  пора. - Бо извинилась, быстро поцеловала в щёку подругу, чмокнула между ушей блаженно щурившегося Вована (Николай ему сразу же позавидовал) и убежала.

- Я, пожалуй, тоже пойду. – Николай достал новые визитки, партию которых ему как раз принесли сегодня по распоряжению директора театра, и протянул их Лизе и художнику. – Артём Сергеевич, позвоните мне, пожалуйста, когда договоритесь об экспертизе. Если вдруг у вас не получится, я придумаю что-нибудь. Лиза, а вас я очень прошу всё же пока поменьше бывать у себя. И вообще будьте поосторожнее. Если что, сразу же звоните, в любое время. И при малейших сомнениях. Мне ситуация очень не нравится.

- Спасибо, Николай. Обязательно. Я сейчас домой. Так что не волнуйтесь.

- Вот и хорошо. До завтра.

- До завтра, - откликнулись художник и прима. Николай подошёл к двери и понял, что Талипов не спешит присоединиться к нему. Так-так. Вот, значит, в чём дело. Не ему одному не даёт покоя балерина. И как хорошо, что другая балерина. Подавив усмешку и испытав приступ искреннего сочувствия художнику, находившемуся в том же положении, что и он сам, Николай ещё раз попрощался, позвал Вована и направился к себе.

Пока они шли длинными запутанными коридорами, в голове роились разные версии происходящего. Кому так мешают примы? Друг другу? (Ага, и способ конкурентной борьбы они выбирают один и тот же). Ещё какой-нибудь претендентке на роль первой скрипки, то есть примы? (Вполне может быть, нужно узнать, кто мог бы заменить Елизавету Лагутину, если бы и она пострадала). Банкирше Калининой? (А вдруг она маниакально ревнива? Да и что за история с падением с лестницы?). Ещё кому?

Уже дойдя до своего кабинета, Николай понял, что совершил одну ошибку. Как же он вчера не подумал? Разозлившись на самого себя, он завёл Вована в кабинет, запер дверь и почти бегом бросился вниз, к завхозу.

Тот был у себя. Николай, давно развивший в себе умение запоминать самую разную информацию, порылся в памяти и выудил имя-отчество мужчины.

-  Михаил Фёдорович, скажите, пожалуйста, а куда дели разбитое зеркало из гримёрки Лагутиной?

- Да выкинул сегодня. Сначала думал раму к чему приспособить, а потом Елена Вячеславовна пообещала при необходимости новых хоть десяток прислать. Ну, я и выкинул. Чего хлам всякий держать?

- Калинина пообещала?

- Она. Золотая женщина. Сама пришла сегодня, посмотрела на зеркало, чтобы не ошибиться, какое Лагутиной делать взамен. Ну, и пообещала. А что?

- Да нет, ничего. Потихоньку осваиваюсь. А тут вспомнил о зеркале. Думаю, куда дели? А то вдруг кто об осколки порежется. А я ж должен охранять наших балерин-то… Беречь их от всех неприятностей… - Николай старательно изображал простака.

Завхоз поверил, усмехнулся:

- Да нет, ну что вы. У нас беспорядка такого, чтобы хлам валялся где ни попадя, не бывает.

- Это хорошо. Просто замечательно. Спасибо, Михаил Фёдорович.

- Пожалуйста.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Во внутреннем дворе было пусто, только в дальнем углу дворник сгребал в кучу выпавший за день снег. Николай подошёл к нему:

- Здравствуйте, я новый начальник охраны. Скажите, пожалуйста, а как часто вывозят мусор?

- Раз в два дня, - ответил удивлённый дворник.

- Сегодня ещё не вывозили?

- Нет, завтра утром приедут.

- А где контейнеры?

- Вон там, за углом, как в мастерские идти. – Дворник махнул рукой в варежке влево.

- Спасибо!

- Да не на чем.

Николай свернул в указанном направлении и увидел большой контейнер. Что ж, придётся порыться в нём. Неприятно, конечно. Но что не сделаешь ради восхищённого взгляда Бо? Плохо ещё, что уже стемнело. Ну, да он не иголку в стоге стена ищет. Найдёт.

Долго искать не пришлось. Обойдя вокруг контейнера и посветив в него телефоном, Николай почти сразу заметил угол рамы. С трудом вытащив её и осторожно вынув не выпавшие куски зеркального стекла, он, стараясь чтобы его никто не заметил, снова включил телефонный фонарик и внимательно осмотрел раму.

Так и есть. Не случайно банкирша Калинина лично мебелью занималась. Не случайно пообещала поскорее новое зеркало повесить. И это не забота о балеринах. Ей самой это нужно. Очень нужно.