Глава 13
Так не хочется вставать! Я медленно потянулась, не открывая глаз. Солнце приятно грело лицо, прорываясь солнечными зайчиками сквозь потертые занавески. Позволив себе проспать до обеда впервые за последние три дня, которые я неустанно проводила в ресторане отрабатывая прогулы, я засунула руки под подушку и легла на бок, пряча лицо от лучей. Все же надо хотя бы открыть глаза. Надо, но кому? Точно не мне. Дни выдались адскими! Туристы будто с цепи сорвались. Приезжало по два — три автобуса в день, и люди, как медведи после спячки, пытались съесть все, что могло уместиться в их иностранных животах. Полы приходилось протирать в несколько раз чаще. Народ все время умудрялся что — то пролить, а кое — кто даже устроить пьяные драки по глупейшим причинам. Охраннику приходилось выбираться из своей берлоги, что он делал крайне редко, и разнимать их, если Андрес не справлялся. А он один раз все же не справился, когда спор зашел о том, кто круче — Янкис или Ред Сокс, пошли в ход и бокалы о головы противников, и спагетти за пазуху. Даже мне досталось куском бифштекса по макушке, что особенно взбесило Андреса. Он силком усадил меня под барную стойку, а сам пошел за Джеком. Вместе им удалось предотвратить разворачивающуюся катастрофу. Не то, чтобы они тоже никому не врезали. Наверное, без этого ничего бы не вышло, но разве их кто — то мог за это наказать? Нет! Конечно, нет. Не в таком месте, как это, куда даже полиция не суется. Роберто выполз из своей норки, как и всегда с самым довольным выражением физиономии, с намерением обогатиться за счёт тех, кто посягнул развалить его ресторан. И по яростным лицам посетителей, которые по очереди покидали его кабинет, можно было сделать вывод, что у него получилось это даже лучше, чем ожидалось. А что им еще делать? Или плати, или оставайся здесь и отрабатывай. У них то рюкзаки не крали, есть чем оплатить разбитое имущество. Вот они и опустошали карманы.
Но, не считая массовой драки и непосильного количества работы, я летела в ресторан, как на свидание. Ведь там меня ждал он! С улыбкой, которая теперь практически не сходила с его смуглого лица. В первый же день после нашей прогулки на лодках, хоть я и не выспалась, как черт, и мешки под глазами грозились занять пол — лица, я как только вошла в зал и зашла за барной стойку, Андрес тут же притянул меня к себе за талию и… поздоровался! Ооо, после этого его приветствия наглым языком и уверенными губами, я еще пол часа не могла прийти в себя. Он, не стесняясь посетителей, обнимал меня со спины, когда я, сделав работу, заходила к нему. Заставлял их ждать свои коктейли, пока нашептывал мне на ухо непристойности, и я краснела, как помидор под летним солнцем. А когда я попыталась сделать коктейль, он отнял у меня мерную рюмку и сказал, что теперь это не моя работа.
— Это еще почему? — спросила я, сложив руки на груди. — За две недели ты ни разу не помог мне приготовить коктейль, только насмехался, а теперь вдруг такое великодушие!
— А потому что раньше я не мог сделать так! — его рука накрыла мою шею прямо под хвостиком и притянула к себе для долгого поцелуя. — Приходилось довольствоваться твоим присутствием рядом и наблюдать, как ты сосредоточенно отмеряешь алкоголь, боясь даже пошелохнуться, чтобы не налить лишнего. Видела бы ты свое лицо в эти моменты. Мне огромных усилий стоило, чтобы не смеяться. А потом хотелось зажать тебя прямо здесь и сцеловать эту серьезную морщинку между бровей.
Ну вот разве можно было на него после такого злиться? Невозможно! Сеньора Веласкес посмеивалась над нами, когда мы на минутку вваливались в кухню для очередной порции поцелуев.
— Идите отсюда, — шутливо ругала нас она и грозилась половником. — А то вы своими гормонами мне всех поваров не на ту волну настроите! И что потом им делать до конца дня? С курицами развлекаться? — мы смеялись и вываливались обратно в зал, чтобы в следующий раз уже уединиться в подсобке. Казалось, весь мир играл разноцветными красками и радовался вместе с нами. Хотя нет, не весь. Чернее тучи ходила Лола и её ненависть ко мне, казалось, стала ощутима на физическом уровне. Иногда мне даже становилось страшно, когда она относила на кухню поднос с ножами и вилками. Кто знает, что там в голове этой пуэрториканки? С их темпераментом, ей ничего не стоит и метнуть ими в меня. Но обо всем забывалось, когда за полночь, после закрытия ресторана, Андрес брал меня за руку и провожал домой. Луна в этой части планеты была особенно яркой, а звезды излучали больше света, чем у нас. Или это мне просто казалось? Мы болтали обо всём. Смеялись, когда я рассказывала истории из жизни, или он о том, как нянчился с Луисом первые месяцы. Оказывается, он и кормил его из бутылки, и спать укладывал, потому что мама первое время после родов не могла прийти в себя и смириться с тем, что теперь четыре сына на ней одной. Без поддержки, надежного плеча рядом и финансовой помощи. Потом она, конечно, взяла себя в руки, нашла работу швеи на дому. И парни пошли работать. У Андреса нет даже среднего образования, всем азам правописания и математики учил его отец с самого детства. Потом он обучался сам. Здесь в Ла Перле есть небольшая библиотека, крошечная я бы сказала. Оттуда можно брать книги, а потом возвращать их после прочтения. Так вот, он прочел все, что там были. Я не раз проходила мимо здания с облупленными стенами, у которого стояло несколько стендов с книгами, и мысли, что это и есть библиотека, даже не возникало. Да — да, пара стендов и есть библиотека! Думала, это для продажи. А оказывается, даже в таком месте есть что — то бесплатное. Остается удивляться как их вообще возвращают после прочтения.
Телефон звякнул входящей смской, и я улыбнулась, уже зная от кого это. Опустила руку вниз, и подняла гаджет с пола. За неимением тумбочки, приходилось хранить его именно там.
Разблокировала экран.
«Хватит спать, Эмилия!»
«Я и не сплю уже.»
«Но из кровати не вылезла!»
«Нет))) Откуда ты знаешь? Подглядываешь за мной?))»
«Если бы я был в твоем районе, уже б сверху лежал, но никак не тратил время на подглядывания.»
«Массаж бы мне делал?)))»
«Ага, внутримышечный.»
«Приди и сделай.»
Отправила и губу прикусила. Нарываюсь ведь. Этот придет и сделает. Но так хочется… Иногда мне кажется, что от такого сумасшедшего желания можно с ума сойти. После наших поцелуев, которые заканчиваются только тем, что мы оба не можем толком отдышаться и запыхавшиеся расходимся по домам, мне кажется и я, и он, скоро полезем на стену.
— Мы скоро это исправим! — пообещал сегодня ночью Андрес перед тем, как уйти. — Но это не будет после рабочего дня, когда ты еле на ногах держишься. Мне нужно, чтобы ты была полна сил, потому что я очень долго тебя не выпущу из рук!
Помню, как зашла домой, и еле добрела до кровати. Нет, не от усталости, как он думал, хотя и доля её тоже была. Больше от того, как стягивало в узел низ живота от его требовательных губ. От наглого языка, исследующего мой рот, вырывая стоны, и от сильных рук, которые порой так крепко сжимали меня в объятиях, что кожа горела. Разве бывает так, когда думать не можешь ни о чем, кроме как скорее урвать себе момент, в котором получишь его всего? Обещание в карих глазах не давало покоя даже ночью! Оно тянуло как магнит и заставляло ждать… Томиться в болезненном ожидании, зная, что потом… потом будет нечто такое, чего я в жизни еще не испытывала! Не то, чтобы с Артемом был плохой секс. Обычный. Да, было приятно несколько раз, но силу моего желания, направленного на Андреса, даже нельзя сравнить с той, которая была адресована Теме.
«Сделаю, espinita! Еще парочка таких сообщений, и я брошу всё и примчусь, чтобы заняться тобой прямо сейчас. Только тогда ночью придется уехать.»
«Нет. Лучше будь со мной всю ночь.»
«Я тоже так думаю. Тогда у нас будет больше времени.»
Мое лицо снова осветила улыбка, и предвкушение побежало по коже табуном мурашек…
«В пять часов матч по баскетболу. Приходи.»
Последовало еще одно смс, и я непонимающе нахмурилась. Не помню, чтобы Андрес говорил о том, что любит смотреть баскетбол.
«На поле здесь?»
«Да. Знаешь где это?»
«Видела. Если ты там будешь, приду))»
«Тогда там и увидимся. Целую, cariño («малышка» — перевод с исп.)!»
Хм, ну ладно, может для него это важно! За друга болеть пойдет, или может за брата? Может ли Мигель играть в баскетбол? Легко. Его рост очень даже позволяет!
Я только собиралась отложить телефон, как он снова зазвонил. Скайп. Мамуля!
Нажала «принять вызов» на экране, и растянулась в улыбке при виде любимой мамочки.
— Привет, мам!
— Привет, куколка!
Как всегда, с идеальной укладкой и макияжем. Бежевый пиджак поверх белой блузки завершает совершенный образ. Низ не видно, но подозреваю, что на ней белая юбка — карандаш. Хотя, могу и ошибаться.
У моей мамы врожденное чувство стиля. Что бы она ни выбрала — итог получается изумительный. Хотя, с её фигурой, наверное, что угодно смотрелось бы превосходно. Спортивный зал в доме, оборудованный специально для нее, никогда не пустует. Хотя бы три раза в неделю, но она обязана провести там как минимум час. А гоняя меня на гиперэкстензии, мне иногда кажется, она получает особое удовольствие.
— Как ты, Эма? Еще в постели, что ли?
Она прищурилась, рассматривая подушку.
— Да, валяюсь, но проснулась давно. — Почти.
— Ну да. Небось гуляла до утра где-нибудь?
— Эмм. От тебя ничего не скроешь, — в который раз за последнее время соврала я. Но улыбнулась, чтобы спрятать эту ложь. Неприятную, но необходимую.
— Ну я так и думала, — улыбнулась она в ответ, поправляя волосы в камеру. — Сегодня я решила опередить отца. А то он каждый день тебе звонит, отдохни от него немного. — Я рассмеялась.
— Спасибо, мамуль, но он меня не напрягает. Он как… петух — наседчик, охраняет своего цыпленка.
— А разве бывают такие петухи?
— Ну да, наш папа. — Теперь рассмеялась она.
— Мы Сегодня летали в Санкт — Петербург. Саше надо было встретиться с тренером их команды, так что я, наконец, погуляла по своему любимому городу.
Мама влюбилась в Питер самой искренней любовью с первого её визита туда. Не знаю почему, но она говорит, что там её душа отдыхает.
— Здорово, рада очень за тебя. А Сережка дома оставался?
— Да он у Новикова ночевал. Весь день там и провел. Ты же знаешь, сколько они могут сидеть за играми в свои танчики. Думаю, оторвался по полной. — Дома родители не позволяют моему братцу долго сидеть у компьютера или планшета. Так он нагоняет все это дело у друзей.
— Понятно. У него был день халявы.
— А у тебя месяц, — подмигнула мама, а я снова улыбнулась ложной улыбкой. Халявы, да уж, мамуль…
— Что — то ты все время сегодня улыбаешься, дочь! — мама снова пристально посмотрела в камеру, не скрывая смешинок в глазах. — А ну рассказывай! С мальчиком каким познакомилась?
Тут уж я заулыбалась по — настоящему.
— Я уже говорила, что от тебя ничего не скрыть? Тебе бы в полицию на допросы!
— Не сворачивай с темы! Хороший мальчик?
Плохой мам, очень, очень плохой!
— Хороший!
Она прищурилась, но потом шутливо отмахнулась.
— Ну и отлично, что хороший! Отцу главное не говори, а то прилетит первым же рейсом! — снова смеется.
— Ну уж нет. Я тогда Андреса буду искать где-нибудь на Северном Полюсе.
— Андрес, значит? Красивое имя, мне нравится! Пуэрториканец?
— Да.
На заднем плане послышался голос отца, и мама обернулась.
— Иду, Саш! — снова повернулась к камере. — Ладно, куколка, мы поехали в центр! Отдыхай! И долго не валяйся! А то пролежни заработаешь!
— Обещаю! Целую мамуль, и папу поцелуй за меня.
— Пока — пока! — мама отключилась, а я еще пару секунд смотрела в телефон. Соскучилась по ней очень. Так хотелось рассказать ей больше про Андреса, поделиться, но невозможно рассказать о нем что — либо, не соврав.
Где познакомились? Чем занимается? Все ответы повергнут её в шок. Нет, она поймет. Мама точно поймет, если все правильно объяснить, но папа… Папа закроет меня в высокой башне и заставит волосы отращивать как у Рапунцель, чтобы только таким способом иметь возможность проникнуть в эту башню. Он всегда был строже чем мама, больше требовал, и меньше становился на мое место. Он и сюда — то меня отпустил только после того, как потребовал у Эльвиры показать паспорт на камеру, чтобы убедиться настоящее ли у нее имя. Хорошо, хоть не потребовал дом ему показать, такого вида бы точно его отцовское сердце не выдержало.
Провалявшись еще минут с двадцать, я все же заставила себя сходить в душ, а потом выпить чая со льдом. Кофе в такую жару совсем не хотелось.
Я настолько уже привыкла каждый день ходить в ресторан, что теперь просто не знала, чем занять себя до прихода Эльвиры. Уже и соцсети полистала, и белье простирнула, и полы подмела. Всерьез задумалась о том, чтобы приготовить что — то к обеду, но потом отказалась от этой идеи в связи с нежеланием портить продукты доньи. А в том, что точно не приготовлю ничего толкового, сомнений не было. В общем еще час промаявшись, я таки дождалась хозяев. Эля быстро перекусила яичницей, и мы отправились бороздить просторы Сан — Хуана. До пяти часов еще оставалось время, которое мы потратили на поход в кино, объедание попкорном и катание на велосипедах. Это, кстати, принесло особое удовольствие! Здесь, в отличии от Ла Перлы, асфальт был ровным, что позволяло легко передвигаться, не боясь расшибить нос. Но все же, в некоторых местах, улицы были выложены бирюзовой брусчаткой. Такой красивый цвет. Темная бирюза. Словно поднят со дна океана. Собственно, как оказалось, так и было. Эти камни служили грузом на кораблях несколько веков назад. Благодаря Эле, Сан — Хуан открывался для меня больше и больше. Невероятно интересно познавать что — то новое. То, о чем раньше совершенно не задумывался, может таить в себе столько неизведанного.
Ближе к вечеру, перекусив в одном из небольших ресторанчиков, мы отправились обратно.
Я уже не могла спокойно ждать встречи с Андресом. Ноги сами несли к баскетбольной площадке.
Эля как — то странно усмехалась, когда я, усевшись на трибуне, среди собравшейся толпы выискивала его. Поле было совсем невзрачным. Сухая стертая трава, покрытые ржавчиной корзины намекали на то, что игра вряд ли будет серьезной. Так, развлечения ради сюда пришли эти человек сорок. Все — равно здесь не так много способов времяпровождения.
— Лучше бы помогла мне найти Андреса! — буркнула я Эле, озираясь по сторонам. — Может он тоже меня ищет.
— Найдется твой ненаглядный! Не волнуйся, чика! — хмыкнула подруга, засунув в рот баунти. Вот же обжора!
Я встала на ноги, чтобы осмотреться, как раз, когда так называемый судья в шортах и с футболкой, скрученной на голове вместо кепки, засвистел в свисток, ознаменовав начало игры.
С правого и левого углов поля вышли несколько парней, одни в майках, другие без. Вероятно, чтобы лучше понимать кто в какой команде. Я мельком глянула на них, чтобы снова вернуться к ребятам, оккупировавшим трибуну. Осознание пришло спустя несколько секунд. Взгляд сам вернулся к одному из игроков, которого невозможно было не узнать. От неожиданности, я разинула рот. Андрес. Мой Андрес играет в баскетбол. Без футболки. Я нервно сглотнула. Бегать с мячом будет… Без футболки… Где футболка? Да кому она нужна? О, Боже мой… я впервые видела его таким… Без этой чертовой футболки.
Парень бегло пробежался взглядом по трибуне и наткнулся на меня. Широко улыбнулся и подмигнул. Я же даже махнуть в ответ была не в состоянии. Мой взгляд был прикован к его идеальному телу. Бицепсам, крепким ногам, которые в десяток больших шагов преодолевали все поле. Серым шортам, свободно обтягивающим аппетитную задницу. Надеюсь, я не сказала это вслух. С опаской осмотревшись, я снова села, не отводя восхищенных глаз от любимого.
— Ты знала, что он будет играть, и не сказала мне? — несильно шлепнув Элю по коленке, возмутилась я.
— Я не могла отказать себе в удовольствии увидеть твой удивленный фейс, — хрюкнула она в ответ, откусывая следующий кусок шоколадки.
Я снова уставилась на поле, тут же найдя глазами того, кто отныне стал моим любимым игроком. По его загорелой спине катился пот, но это не мешало ему забрасывать мяч в корзину один за другим. Парни в команде все были вроде ничего, но разве мог кто — то из них затмить Андреса? Конечно, нет. Во всяком случае, для меня.
Он был хорош! Я имею в виду, не только внешне, но и в баскетболе. С детства знающая эту игру лучше остальных девочек, я уверенно могла сказать, что играл он на уровень выше тех, кто бегал рядом с ним. Отточенные движения, уверенность в каждом действии и энергия, с которой он уводил мяч от противников, приковывали взгляд. Эля, судя по всему, не желая отвлекать меня от получения эстетического оргазма, тихо чавкала рядом.
Когда всё же ребята из другой команды взяли себя в руки, и почти сравняли счет, я, поддавшись влиянию публики, вместе с остальными подскакивала и кричала подбадривающие слова команде Андреса. Он посматривал на меня и смеялся, как будто даже не боясь проиграть. А мне вот хотелось, чтобы он выиграл! Его команда, в смысле.
Что — то наподобие «Судью на мыло», кричать было стремно, поэтому я ограничивалась обычным «Давай, Андрес!», когда он перехватывал мяч и через все поле бросал его в корзину. Пару раз не попал, но это не останавливало моих подбадривающих восклицаний. После очередного эмоционального «Андрес лучший», с заднего ряда послышалось:
— Эми! Эй, Эми! — я обернулась и увидела Луиса с Мигелем. Мальчик радостно замахал мне рукой, в то время как Мигель просто окинул равнодушным взглядом. Я махнула в ответ и позвала его к себе! В два прыжка, потесняя девушек на скамейках, он спустился ко мне и крепко обнял за шею. Такой порыв вызвал у меня щемящее тепло внутри. Тоже обняв его, усадила рядом.
— Как дела, Луис? Давно не видела тебя!
— Я хотел прийти к вам в ресторан, но Андрес запретил. Сказал, что там нечего делать маленьким! Но я ведь не маленький! — смешно сморщив нос, он ткнул пальцем в поле. — Здорово играет, правда? Тебе нравится?
— Очень! — призналась я. — Давно он играет?
— Да, они с отцом часто играли раньше. Это мне мама говорила.
— Он молодец! Думаю, с его навыками можно было бы попасть в настоящую команду.
— Ты так думаешь? — забавно округлил глаза мальчуган.
— Уверена. У меня папа баскетбольный тренер, поверь, я в этом разбираюсь!
— Ухтыыы! И я уверен, что Андрес бы всех уделал! Он знаешь, какой у меня? — спросил, и тут же сам с гордостью ответил — Самый лучший!
— Знаю, мой хороший! — обняв Луиса за плечо, я прижала его к себе. Так мы рядом и просидели до конца матча. Эля угостила его половиной Натса, который распечатала сразу же после Баунти, а потом и колой напоила. Щедрая душа моя. Они быстро нашли общий язык. Да и с кем этот прекрасный открытый ребенок его не найдет? До сих пор в голове не укладывается, как можно было хотеть причинить ему боль. Надеюсь, его больше не обижают. Спрашивать и портить ему настроение совершенно не хотелось. Надо будет спросить у Андреса.
В конце игры, когда команда без футболок победила, мы втроем вскочили и визжали на одной волне с остальными. Эля даже Луиса к себе на шею усадила, чтобы ему лучше видно было.
Андрес поспешил к нам, не дождавшись, когда все разойдутся, перепрыгивая через трибуны.
— Привет, mi espinita! — обняв за талию, чмокнул в губы. — Здарова, малый. — И, протянув руку, потрепал брата по волосам. Мои зудящие руки с удовольствием обхватили его талию, наслаждаясь ощущением твердых мышц под пальцами.
— Как ты её называешь? — не дав мне ответить, шокированно спросила Эля. — Espinita?
— Да. Ей подходит, правда? — ухмыльнулся он краешком губ.
— Нууу не знаю, — скептически поморщилась она. — Чика, ты знаешь, как это переводится?
— Ну, если не ошибаюсь, то что — то вроде занозы в ласкательной форме. Занозочка?
— Именно, — подтвердил он, высвободившись из моих объятий и протерев грудь и шею черной футболкой, которая до этого висела на его плечах.
— Уууу, как романтично! — расхохоталась подруга. — Ты его, видать, в край достала, Эми?
— Было дело, — улыбнулась я.
— Так, — вставил Андрес, — я предлагаю завтра отметить мою ошеломляющую победу в клубе. Как смотришь на это, Эля?
— А почему завтра? И почему твою, а не команды?
— Мою, потому что большинство заброшенных мячей принадлежит мне, а завтра… — сделав паузу, Андрес многозначительно посмотрел на меня, и, не отрывая взгляда, произнес. — Потому что на сегодня у нас с Эмилией совершенно другие планы!
Я задохнулась от прозвучавшего обещания, и поспешила спрятать улыбку. Но Эльвира девочка взрослая, ей долго объяснять не надо.
— Оооо, снимите номер! — присвистнула она, закатив глаза. — Ясно, я тогда вручу твоего братца второму твоему братцу и пойду к Паблито. Если у него, конечно, тоже на сегодня нет «планов».
— Я сам передам Луиса брату, — сказал Андрес, снимая мальчика с плеч Эли. Как только она его так долго держала?
Махнув на прощание Луису, я повернулась к подруге.
— Оторвись там, чика, — заговорщицки толкнула она меня плечом!
— Неужели тебе уже нравится Андрес? Помнится, ты говорила держаться от него подальше.
— Но ты ведь не удержалась! Какой теперь смысл промывать тебе мозги? Теперь ты просто обязана взять от него всё и еще немного!
Я успела только улыбнуться, когда наш диалог наглым образом прервал объект нашей беседы, и, не дав даже попрощаться с подругой, взял меня за руку, и через трибуны потащил вниз. Не оборачиваясь, я махнула Эле, зная, что плутовка всё — равно провожает нас взглядом. Хоть она и ворчала порой, но была счастлива за меня! Я это видела и без слов.
— Почему мы так торопимся? — спросила у спины, ведущей меня за собой после того, как в очередной раз споткнулась о камень. Сексуальной спины, надо сказать… Голой спины, сверху которой была накинута влажная футболка. Андрес ничего не ответил, продолжая упрямо идти вперед, на ходу кивая парням, которые, проходя мимо, поздравляли его с победой. Все вокруг собирались окунуться в мир празднования сего события, судя по появившимся в руках бутылкам алкоголя и музыки, доносившейся из старого магнитофона, включенного несколько минут назад с верхней трибуны. Андрес же не разделял общего веселья, и я даже на мгновение напряглась, ища причину столь резкой перемены настроения, но и опомниться не успела, как была прижата к двери его машины, которая была припаркована у дороги. Так вот куда он меня вел.
— Ты спрашивала, почему мы так торопимся? — хриплым голосом спросил Андрес, нависнув надо мной. Его ноздри расширились, а грудь тяжело поднималась и опускалась, пока черные глаза прожигали меня насквозь, давая самой догадаться ответ на поставленный вопрос. А потом он просто сделал шаг вперед, вжимаясь в мои бедра своими, и я охнула. В этих свободных шортах не было видно ни намека на его желание, но сейчас… сейчас я неосознанно облизнула губы, когда волна моего собственного, прокатилась по телу. В эту же секунду жесткие губы накрыли мои в требовательном поцелуе. Язык без спроса ворвался в рот, а я и не возражала. Сама прогнулась навстречу, и, застонав, запустила пальцы в его черные волосы, чтобы еще сильнее притянуть к себе, в отчаянной попытке получить большего. Мне всегда, каждый раз, когда мы целовались было мало. Отчаянно мало поцелуев. И Андресу тоже. Особенно остро это ощущалось сейчас, когда сильные руки крепко сжимали мою попку, а твердая эрекция упиралась в живот, разгоняя кровь по накаляющемуся телу.
— Так, стоп! — Андрес резко отстранился, болезненно поморщившись. — Едем домой. Быстро!