Глава 7

Королевский дворец завораживал своим великолепием, и даже я, попавшая сюда из другого, казалось бы, более развитого мира, ощутила на себе его гипнотическое воздействие.

Огромный дворцовый комплекс располагался на вершине холма, занимая добрую его часть, и показался мне настоящим городом в городе.

До этого «города» мы добирались больше часа – сперва прокатили по центральным улицам Эндена, затем, уже на въезде на Дворцовый Холм, основательно застряли в очереди из карет и экипажей, тоже направлявшихся на Бал Дебютанток.

Зато у меня появилось время рассмотреть медленно приближающийся белоснежный дворец, который я, не кривя душой, про себя окрестила венцом архитектурного творения этого мира.

Но не только на меня обитель правящей династии Элирии произвела захватывающее впечатление. Дженни, ехавшая в карете вместе со мной и болтавшая без умолку почти всю дорогу, замолчала на подъезде к Дворцовому Холму и заговорила лишь тогда, когда мы миновали распахнутые железные ворота с золотым гербом Элирии и покатили через великолепный сад к центральному крылу.

– Я была здесь один раз, – призналась она. – Год назад, когда нас с Эммой представляли королевской семье. Но почти ничего не помню, потому что упала в обморок от волнения. Повезло, что хоть не перед королем, а по дороге в Приемный Зал.

Именно свой прошлогодний обморок Дженни и привела как аргумент, выпросившись у родителей проделать путь до дворца со мной во второй карете – в одну все Ратфорты не поместились.

Тетушка и Эмма отнеслись к предательству Дженни с недовольством, на что та сразу же заявила, что ее бедная кузина из провинции – да, это я, ее бедная кузина из провинции! – нуждается во внимании и поддержке, чтобы не упасть в обморок при одном лишь виде королевского дворца.

Помните, как с ней самой было в прошлый раз?..

Тетя с кислым видом подтвердила, что помнит, поэтому Дженни удостоилась ее согласного кивка. Эмма усмехнулась презрительно, а дядя промолчал. Кажется, Катберт Ратфорт решил меня не замечать и жить по принципу: «не вижу проблемы – значит, ее не существует».

Я же улыбнулась и поблагодарила Дженни за заботу, хотя падать в обморок при виде королевской семьи не собиралась. Я вообще не собиралась падать в обморок – никогда раньше не чувствовала в себе подобных… гм… позывов.

– Посмотрим, как все пройдет на балу! – заявила мне перед самым выездом Эмма.

К вечеру она оставила попытки примириться с моим существованием, похоже, позабыв о дневной прогулке, и сейчас пребывала в самом что ни на есть желчном настроении, которому я не могла найти объяснения.

– У меня, кстати, уже есть кавалер на первый танец, – многозначительно добавила кузина.

– И кто же он? – поинтересовалась я, почему-то подумав, что речь идет об Артуре Маркли, которого Эмма так старательно у меня отбивала.

Да, он попросил у каждой из нас по танцу на Балу Дебютанток, но не так давно лорд Маркли прислал мне письмо с сотней извинений за то, что немного опоздает на прием. Но, быть может, кокетливые ужимки Эммы сделали свое дело и кузина получила записку совсем другого содержания?

Вместо ответа Эмма снова презрительно усмехнулась, не став ничего мне объяснять. Лишь добавила, что Дженни на первый танец пригласил генерал Кроммон, и мама дала согласие от ее имени.

– Так что подпирать тебе стену все время бала, моя бедная кузина из провинции! – заявила мне.

Я пожала плечами – подпирать так подпирать, зато хоть стена не упадет, – после чего устроилась в карете рядом с Дженни и всю дорогу выслушивала ее милую болтовню. Узнала много полезного – она рассказывала о том, до чего еще не успел добраться в своих уроках преподаватель танцев и хороших манер.

А еще я размышляла, удалось ли мне перед выездом донести свою позицию до Кроши, приказав той…

Впрочем, приказывать Кроше у меня не слишком-то получалось, но я приложила максимум усилий, постаравшись ей объяснить, что драконы в королевский дворец не приглашены.

Вообще не приглашены, так что не стоит меня упрашивать, с жалобным видом заглядывая в глаза и виляя хвостом. И уж тем более пытаться на деле проверить, так ли это или нет.

Вместо этого Кроша должна терпеливо дожидаться меня дома. Обещаю, я вернусь сразу же, как только все закончится. И еще – этим вечером со мной ничего не случится.

Да и что может произойти со мной в королевском дворце, где полным-полно охраны, пользоваться магией запрещено, а повсюду стоят защитные заклинания?! Самое страшное, что могло мне грозить, – зевая от скуки, весь вечер подпирать стену, как и пообещала Эмма.

Впрочем, Тесса прислала записку, заверив, что они с Натаном непременно будут – она тоже дебютантка этого Брачного Сезона, и ей также надлежит предстать перед королем. Так что я надеялась на компанию новой подруги и обещанное ее братом продолжение истории о злосчастной экспедиции.

Быть может, все пройдет не так уж и скучно?

А после того, как мы вернемся домой, я смогу смело вычеркнуть этот день из календаря, и до отъезда в Лоншир останется всего лишь три месяца и двадцать семь дней.

Всесторонне обдумав столь приятный момент – то, что до возвращения не так уж и далеко, – и еще немного поволновавшись из-за того, что Джейми до моего отъезда так и не объявился, я снова посмотрела на белоснежно-мраморные, сверкающие на солнце стены пятиэтажного дворца, самого высокого здания в Эндене.

Затем принялась крутить головой, оценив чудесный вид на изумрудную зелень сада, аккуратно подстриженные газоны, вьющиеся между роскошных клумб и декоративных кустов дорожки, а также на прозрачные струи воды в бассейнах с золотой облицовкой.

Что уж тут скрывать – обитель королей Элирии производила завораживающее впечатление своим величием и роскошью.

Наконец, две кареты Ратфортов в очередной раз встали в очереди, правда, уже к парадному крыльцу. Но не прошло и десяти минут, как двери нашей с Дженни кареты распахнулись, и мы ступили на золотую ковровую дорожку, раскатанную для дебютанток Брачного Сезона аж до самого Приемного Зала, где нам надлежало предстать перед королевской семьей.

Судя по тому, что я увидела, на сегодняшний бал было приглашено несколько сотен человек. Большая часть из них – девицы на выданье со своими семьями; причем многие прибыли в сопровождении не только родителей, но также бабушек и дедушек, а некоторые, подозреваю, захватили еще и тетушек с дядюшками.

Были и холостяки – как же без них? – но они оказались в значительном меньшинстве. Выходя из карет, мужчины моментально сбивались в собственные стаи, словно понимали, что отбившиеся от своих, беззащитные, они тут же станут легкой добычей охотниц, вышедших на тропу войны в попытке выдать дочерей замуж как можно скорее и как можно выгоднее.

Увидев, куда я смотрю – на то, как трое джентльменов чуть ли не бегом удалялись по направлению к саду, а за ними спешила разноцветная и разодетая толпа, Дженни вздохнула.

– Многие из столицы проигнорируют традиционный Бал Дебютанток. Скажутся больными или же уедут из города, сославшись на дела, несмотря на приглашение короля.

Это она заявила с болью в голосе, затем тайком поправила сдавивший ее грудь корсет.

На Дженни этим вечером было светло-розового цвета платье, в волосы вплетены цветы и нитки с речным жемчугом. Выглядела она чудесно, правда, немного бледной.

Волновалась, не без этого.

К тому же постоянно жаловалась мне на то, что служанка слишком сильно затянула шнуровку платья и ей не хватает воздуха. Но мое предложение перешнуровать корсет по дороге ко дворцу Дженни отвергла, заявив, что матушка за такое убьет.

– В Эндене в моде худенькие девушки, такие как ты или Эмма! Вот мама и хочет, чтобы я соответствовала, – произнесла она со вздохом, качая головой на все мои попытки ее разубедить.

Затем снова перевела разговор на тревожащее ее отсутствие достойных кавалеров на королевском балу.

– В том году было то же самое, Сибби мне рассказывала… Сиббиила – дочь матушкиной подруги. Она участвовала в прошлом Брачном Сезоне и тоже была на Балу Дебютанток. Сказала, что страшная скукотища, собрались одни девицы и почти никого из мужчин. В тот раз ее так никто и не пригласил, и Сибби расстроилась. Несмотря на это, она вышла замуж в середине Брачного Сезона, и очень удачно. Муж, правда, ее на тридцать лет старше, но он заядлый охотник, так что безвылазно живет в сельском имении, а Сибби развлекается в столице.

– Ну да, удачно сложилось, – похвалила я, постаравшись, чтобы голос не выдал моего сомнения в этом факте.

Дженни покивала, после чего добавила, что с генералом Кроммоном, к сожалению, такое не пройдет. Она терпеть его не может, но, несмотря на ее отношение и на то, что матушка пообещала написать отказ, позже Доротея Ратфорт передумала, сказав, что генерала все-таки стоит придержать в запасе.

На всякий случай.

Например, для Бала Дебютанток, чтобы у Дженни было с кем отправиться на первый танец.

– Надеюсь, потом мне удастся от него избавиться, – с отвращением в голосе добавила кузина. – Замуж за него я все равно не пойду!

Тут явилась Эмма, не дав нам договорить. До этого она замешкалась в своей карете, поправляя прическу.

На ней был наряд из золотистой парчи, шея и руки увешаны тяжелыми золотыми украшениями, а мочки ушей оттягивали массивные серьги. Как по мне, все выглядело дорого, но немного ее старило.

Кузина окинула меня надменным взглядом, заявив, что пусть ее поношенное голубое платье давно уже вышло из моды, но на мне оно смотрится довольно миленько.

Как раз под стать бедной родственнице.

На миг мне показалось, что подошедшая тетя ее одернет, сказав, чтобы Эмма перестала меня задирать – как-никак, мы заключили с тетушкой что-то вроде негласного перемирия. Вместо этого Доротея Ратфорт сделала вид, что она ничего не слышала.

Поэтому я, широко улыбнувшись, решила постоять за себя сама.

Во всеуслышание поблагодарила Эмму за столь любезно подаренное мне ставшее ненужным платье. Настоящий широкий жест, так благородно с ее стороны!..

Люди в очереди начали на нас коситься, кто-то даже усмехнулся, а Эмма побледнела.

– Сейчас же прекрати! – зашипела она.

Но я еще не до конца ее поблагодарила.

– Хватит уже! – заявила строгим голосом тетушка, но при этом посмотрела на Эмму. – Веди себя, как подобает девушке твоего происхождения, – приказала она дочери. Затем и я удостоилась ее недовольного взгляда. – И тебе, Агата, стоит придержать язык. Можете враждовать сколько хотите, но не на людях.

Я пожала плечами, а Эмма демонстративно отвернулась.

Тут очередь наконец-таки двинулась, и еще через десять минут, миновав все такие же завораживающие роскошью дворцовые залы и пройдя по длинным картинным галереям, мы наконец-таки очутились в огромном и гулком Приемном Зале.

Ковровая дорожка вела к тронному возвышению, где под огромным гербом Элирии восседала королевская семья. Очередь двигалась медленно, и у меня нашлось время их рассмотреть.

Принц Хуго – светловолосый и коренастый – откровенно скучал, взирая на бесконечную вереницу прибывших на бал незамужних девиц и их семейств. Всем в Элирии было известно, что он больше года помолвлен с гольшинской принцессой. Их свадьба ожидалась ближе к зиме, так что объектом брачной охоты Хуго не являлся.

Король Густав, усатый, величественный и седовласый, кажется, впал в спячку и смотрел куда-то поверх голов гостей невидящим взглядом. Лишь королева иногда подавала признаки жизни – едва заметно кивала, когда распорядитель называл новые и новые имена.

Наконец, подошел и наш черед, на что мы удостоились застывшего лица короля, безразличного взгляда принца и кивка королевы. Дженни падать в обморок на этот раз не стала, Эмма тем более, а я, признаюсь, понятия не имела, что это такое, так что официальная часть мероприятия для Ратфортов прошла без потерь.

Можно было переходить и к неофициальной.

По моим прикидкам выходило – пока мы стояли в очереди, от нечего делать я успела подсчитать, – что на такое количество девушек на бал прибыло раза в четыре меньше гостей мужского пола.

Реальный шанс быть приглашенной на первый и последующие танцы из нас троих оказался только у Дженни. Если, конечно, генерал Кроммон соизволит явиться во дворец, потому что свое согласие он так и не подтвердил.

В мистического кавалера Эммы мне верилось с трудом.

– Хорошо, что Деннис Аткинсон согласился, – неожиданно произнес дядя. Мы как раз направлялись к выходу из Приемного Зала, и он впервые за долгое время подал голос. – На прошлой неделе он проиграл мне солидную сумму в вист, поэтому в качестве уплаты долга вызвался прибыть на Бал Дебютанток и пригласить Эмму на танец.

Я с трудом удержалась от смешка – услышала, как кузина заскрежетала зубами.

– Отличная сделка, дядя! – похвалила его. – Вы нисколько не прогадали.

Наконец, миновав несколько длинных переходов и галерей – я уже порядком выдохлась и перестала поражаться окружающей роскоши, – мы очутились в бальном зале, где довольно скоро – как только все приглашенные предстанут перед королевской семьей – должны были начаться танцы.

Внутри оказалось оживленно – голоса и смех с разных концов зала звонкими ручейками стекались в многоголосую реку; повсюду суетились лакеи, разнося гостям закуски и напитки. Один из слуг, подойдя, произнес, что столы накрыты в соседнем зале, куда можно отправиться и узреть созданное королевскими поварами великолепие воочию, а пока что…

Пока что дядя подхватил с его подноса бокал, который тут же осушил, заявив под недовольным взглядом тети, что его давно мучает жажда.

Затем мы нашли свободное место возле одной из стен, которую было вполне удобно подпирать. Тетушка с дядей принялись выглядывать своих знакомых, да и я глазела по сторонам.

Эмма занималась тем же самым, но совсем по другой причине – явно нервничала из-за того, что обещанный ей кавалер все еще не появлялся. Дженни тоже переживала, но уже из-за того, что ее кавалер мог вот-вот появиться и ей придется открывать Бал Дебютанток с пузатым генералом втрое старше ее.

– Может, его от подобного счастья разбил удар? Что-то генерала Кроммона нигде не видно! – усмехнулась Эмма, на что Дженни заявила, что она, конечно, ничего подобного ему не желает, но надеется, что того задержат неотложные дела.

Неожиданно неподалеку от нас произошло движение, и мы повернули головы.

К этому времени мне уже стало ясно, что в Бальном Зале шла настоящая охота на холостяков. Матушки и тетушки, едва ли не отталкивая друг дружку локтями, накидывались на джентльменов – даже на тех, у кого были заранее оговорены танцы. Пытались сбить их с верного пути и всучить им своих дочерей.

Оказалось, в нашу сторону пробирался раскрасневшийся генерал Кроммон, но даже на него велась оживленная охота. Правда, из битвы отставной военный вышел с честью – как и из всех предыдущих, когда он вел за собой славный флот Элирии, – после чего предстал перед нами во всей своей красе.

В мундире, с трудом сходившемся на животе, и с орденами.

Поклонился Дженни, кисло ему улыбнувшейся. Затем с торжественным видом заявил, что по дороге они непременно дойдут до столов с закусками в соседнем зале, чтобы та могла немного подкрепиться – он, кстати, уже успел! – но, несомненно, успеют к первому танцу.

– Очень мило с вашей стороны, генерал Кроммон! Вы такой заботливый! – проблеяла кузина, и тот, довольный похвалой, подкрутил усы, после чего увел Дженни за собой.

– Нет же, это никуда не годится! – стоило им уйти, в раздражении выдохнула тетя.

Сперва я подумала, она переживает из-за матримониальных планов пожилого генерала, но, оказалось, тетушку волновало совсем другое.

– Я вижу лорда Аткинсона, – произнесла она. – Вон он, смотрите! – и кивнула в сторону светловолосого, длинного как жердь молодого человека. – Он движется в нашу сторону, но старая грымза Стефания Ирлетт встала у него на пути. Зная ее, уверена, она сейчас же уведет его к своей дочери!

– Матушка, что нам делать?! – расстроенно выдохнула Эмма.

– А я все же верю в лорда Аткинсона, – заявила я тетушке.

Дядя тоже горячо меня поддержал, добавив, что карточный долг довольно существенный, так что лорд Аткинсон обязан отбиться от Стефании Ирлетт, иначе ему это влетит в копеечку.

Вернее, здесь, в Элирии, говорили немного по-другому, но суть оставалась та же.

На это Эмма закатила глаза и принялась нервно обмахиваться веером. Но тетушка полагаться на наши слова, а уж тем более отдавать Аткинсона какой-то там Стефании Ирлетт не собиралась, поэтому ринулась в битву, пообещав Эмме привести ее кавалера.

Тут я заметила еще одну группу – облепленный благородными леди самых кровожадных намерений, в нашу сторону двигался молодой темноволосый мужчина. Из-за обилия тех самых дам и их блестящих украшений я сразу и не разглядела, на кого идет охота.

Но подумала, что это становится забавным.

– Жаль, что нет попкорна, – вздохнула я, на что Эмма, кинув страдальческий взгляд в сторону Аткинсона, который все еще был далеко, повернулась ко мне и поинтересовалась раздраженно:

– Какого еще попкорна? Что это такое?

– У нас в Лоншире такое едят, – отозвалась я, затем стала прикидывать расклад.

В отличие от Эмминого кавалера, темноволосый лорд двигался в нашу сторону намного увереннее.

– Мне кажется… О, я почти уверена, что это лорд Доннет! – прищурившись, выдохнула Эмма. – Неужели он идет к нам?! Матушка будет довольна, это куда более выгодная для меня партия, чем Деннис Аткинсон! Лорд Доннет богат и пользуется расположением короля, к тому же он все время в море – что еще можно пожелать от мужа?!

У меня были немного другие взгляды на брак, но я не собиралась обсуждать их с Эммой, поэтому лишь пожала плечами. К тому же меня не оставляло ощущение, что лорд Доннет вряд ли так сильно заинтересован в моей кузине, как ей бы этого хотелось.

Но чтобы как-то скрасить время, я предложила Катберту Ратфорту шутливое пари. Сделать ставки на то, кто из этих двух джентльменов подойдет к нам первым.

Денег у меня не было, но остался еще один бочонок эля из Лоншира, который я собиралась поставить… Да, на лорда Доннета.

Уверена, смелый путешественник на край света меня не подведет!

Дядя же со своей стороны собирался милостиво позволить мне взять одну из своих лошадей, которых Ратфорты держали в конюшне Паркерсона, чтобы я могла прокатиться по столице.

После чего с важным видом заявил, что он-то знает: лорд Доннет вряд ли движется в нашу сторону. Куда больше того интересует юная Кларисса Хатчинсон. Лорд Хатчинсон недавно хвастал, что его дочь получит брачное предложение от лорда Доннета еще до момента, когда тот отправится в очередное путешествие.

Так что дядя ставил на Аткинсона.

Но проиграл, потому что лорд Натан Доннет, блестящий дипломат и известный путешественник, подошел к нам первым.

Поклонился Катберту Ратфорту, затем нам с Эммой. Я видела, как кузина спрятала довольную улыбку за веером, после чего уставилась на Натана Доннета, дожидаясь, когда тот пригласит ее на танец.

Я же собиралась остаться в компании дяди, так и так подарив ему последний бочонок, после чего продолжить делать шутливые ставки. К тому же думала намекнуть лорду Ратфорту, что неплохо знакома с игрой в вист. Долгими зимними вечерами, когда в «Зеленом Доле» было совершенно нечего делать, я подвизалась играть со своими наставниками…

– Леди Ратфорт! – поклонился мне лорд Доннет. – Вы позволите пригласить вас на танец? С вашего разрешения, лорд Ратфорт!

Эмма выронила веер – хорошо, тот крепился к запястью на ленте, иначе бы грохнулся к ее ногам, – а я округлила глаза от изумления. Преследовавшая Натана Доннета старушка в черном, которую, похоже, послали, на убой… Вернее, чтобы та любыми способами раздобыла внучке или правнучке кавалера, клацнула вставной челюстью.

Дядя кашлянул от неожиданности, затем поправил тугой воротник белоснежной сорочки.

– Ну что же, раз так… – с замешательством в голосе произнес он. – Иди, Агата! Я позволяю.

И я ушла, все еще тараща глаза на Натана Доннета, оставив дядюшку один на один с разъяренной Эммой. Правда, я надеялась, что вскоре та сменит гнев на милость, потому что к ним уже спешила тетя Доротея с лордом Аткинсоном, отбитым у Стефании Ирлетт.

Молодой длинноволосый лорд – да простят меня за подобные мысли! – чем-то напоминал мне породистую лошадь.

– О боги, лорд Доннет! – очнувшись, обратилась я к шагавшему рядом мужчине, вежливо поддерживавшему меня под локоть. – Вы хоть представляете, что вы натворили?!

– Что именно я натворил? – улыбаясь, поинтересовался Натан Доннет.

На это я отстраненно подумала, что у него чудесная улыбка – искренняя и широкая, придававшая его лицу мальчишеское выражение.

– Что о вас подумает столичное общество? Вы пригласили на первый танец никому не известную бедную провинциалку, да еще здесь, во дворце, на Балу Дебютанток, где все мужчины наперечет и по строгой записи? Подозреваю, вас многократно проклянут, а меня уже скоро прикопают под кустом в королевском саду.

Натан Доннет, продолжая улыбаться, пообещал: он непременно убережет меня от столь незавидной участи, а проклятия ему не страшны. Он и не с таким встречался в своих странствиях!..

После этого повел меня в центр зала каким-то слишком уж длинным путем, по дороге не забывая представлять всем, кто попадался у нас на пути. Я шла за ним в полнейшем недоумении, постоянно останавливаясь, улыбаясь и кланяясь, а еще спиной, боком, щеками, всем телом ощущая на себе пронзительные и недоуменные взгляды собравшихся.

– Признаюсь, я теряюсь в догадках, – не выдержав, заявила ему, когда мы раскланялись с очередной группой знакомых, – о том, что происходит на самом деле. Неужели вы проиграли пари, и ваше наказание найти себе на Балу Дебютанток самую неподходящую пару? Если так, то вы вышли из него с честью, лорд Доннет!

Он снова улыбнулся.

– Нет же, леди Ратфорт! С моей стороны это исключительно проявление доброй воли и веление моей души. Вы позволите называть вас Агатой?

– Конечно же, позволю, – отозвалась я. – Подозреваю, нам уже столько раз пожелали гореть в аду, что мы непременно станем компаньонами в дьявольском пламени.

В ответ он рассмеялся – вот так, от всего сердца, – и мне показалось, что число желающих моей смерти выросло в геометрической прогрессии.

– Но все же, вы мне так и не дали ответ, лорд Доннет!

– Натан, – подсказал он. – Раз уж быть нам компаньонами в адском котле, то меня порадует, если вы станете звать меня по имени.

– Согласна, – отозвалась я, – это справедливая сделка. Но только в том случае, если вы честно расскажете о причинах вашего подозрительного поведения.

– Собираетесь поторговаться?

– Именно это я и делаю, – улыбнулась ему. – Или же… Все-таки позвольте мне угадать! Быть может, вы не совсем здоровы? Какая-то разновидность туземной лихорадки, затуманивающая разум, которая проявила себя через неделю после возвращения?

Еще один смешок. Судя по всему, я не угадала.

– Натан, – подсказал он. – Сделка есть сделка, Агата!

– Так и быть, – сдалась я. – Итак, Натан, в чем же дело?

– Стараюсь всеми силами загладить свою вину. Признаюсь, я был не слишком вежлив этим днем в доме Ратфортов, хотя вы помогли моей сестре, когда она попала в неприятности с Таггери. Но при этом я нисколько не прогадал – и тогда, в библиотеке Ратфортов, и сейчас я ловлю себя на мысли, что эгоистично наслаждаюсь вашим обществом.

– Натан…

Впрочем, он тут же перевел разговор на другое.

– Тесса горит желанием с вами встретиться. Прожужжала мне все уши, умоляя разыскать вас после первого танца. С моего согласия ее пригласил лорд Ринкис, так что мы подойдем к ним позже.

– О, я буду рада, если вы отведете меня к своей сестре!

– Отведу, но не сразу, – вновь улыбнулся он. – Сперва вам придется какое-то время довольствоваться моим обществом. Я собираюсь выполнить обещанное и рассказать вам окончание истории о той роковой экспедиции.

Переговариваясь, мы добрались до собиравшихся в центре зала пар.

Я увидела Дженни с генералом Кроммоном, и кузина помахала мне приветливо. Подозреваю, бравому вояке удалось ее накормить, так что выглядела она порозовевшей и, кажется, довольной происходящим.

Тесса тоже была здесь с незнакомым мне лордом Ринкисом, одобренным ее братом, а чуть позже появилась Эмма под ручку со спасенным тетей лордом Аткинсоном.

Тут распорядитель громким голосом передал волю короля – считать Бал Дебютанток открытым, – после чего объявил контрданс.

Поклонившись Натану, я встала напротив него. Порадовалась, что неплохо знала этот танец, так что опозориться мне не грозило. Заодно мельком подумала, что прием в королевском дворце обещает быть не таким уж скучным!