Глава третья

Томас оказался прав. Когда я в очередной раз спустилась в гостиную, наскоро приведя себя в порядок и переодевшись в темно-синее платье, Милдред уже была здесь. Пожилая женщина бестолково суетилась около столика с напитками, в то время как Тегрей, успевший застегнуть камзол на все пуговицы, видимо, чтобы скрыть разорванную рубашку, небрежно развалился в кресле. Томас сидел напротив, напряженно выпрямившись и нервно постукивая пальцами по подлокотнику.

– О, Альберта! – увидев меня, Милдред обрадовалась и кинулась навстречу. Подскочив вплотную, боязливо понизила голос, прежде покосившись на герцога: – Милая моя, ты бы не могла спросить, что желают эти господа? Я… Я как-то неловко себя чувствую, обращаясь к ним. И с тревогой заломила руки.

Все понятно. Милдред до сих пор не может смириться с фактом, что ее скромный дом почтил визитом аж брат короля. И еще более ее поражает то, как непринужденно он себя ведет, не требуя от окружающих неукоснительного соблюдения правил этикета.

– Альберта, передай этой замечательной женщине, что нам от нее ничего не нужно, – в этот момент проговорил Тегрей. – Вина мы себе в состоянии сами налить, да и не калеки какие-нибудь, чтобы требовать особого ухода. И вообще, было бы неплохо, если бы она прогулялась где-нибудь.

– Прогулялась? – с непонятным испугом переспросила Милдред, обернувшись к нему. – Но, ваше высочество…

– Сходите к подругам, – не дал ей завершить фразу Тегрей. Правда, больше всего его предложение напоминало самый настоящий приказ. – Поделитесь сплетнями. Наверняка они с ума от любопытства сходят, гадая, что же происходит у вас. Не сомневаюсь, что шериф Аррет уже многим поведал о моем визите.

В светлых глазах Милдред зажглись огоньки радости. О, уверена, она сама мечтала выложить подружкам столь потрясающие новости. Но не смела отлучиться из дома, полагая, что ее услуги в любой момент могут понадобиться.

– Но вдруг вам потребуется что-нибудь, – все-таки запротестовала она, подтверждая мои мысли.

– Идите, – с нажимом сказал Тегрей. – Справимся как-нибудь и без вас.

Милдред колебалась всего мгновение. После чего склонилась в глубоком поклоне и немедленно выскочила в прихожую.

Ни Томас, ни Тегрей не обронили ни слова, пока не прозвучал звук захлопнувшейся двери. После этого герцог встал и подошел к арке. Выглянул, желая убедиться, что Милдред действительно ушла. А затем отправился к столику с напитками.

– Надо бы отправить ей несколько ящиков хорошего бренди и вина, – пробормотал он, придирчиво изучая этикетки бутылок. – Пить нечего. Одна кислятина.

– Значит, ты утверждаешь, будто Стелла пыталась убить тебя, – проговорил Томас, продолжая постукивать кончиками пальцев по подлокотникам кресла.

– Не утверждаю, а так оно и было. – Тегрей скривился и потер живот, как будто вновь ощутил боль в месте магического удара. – Но знаешь, что самое любопытное, дружище?

Томас вздернул бровь, и Тегрей продолжил, прежде щедро плеснув себе в бокал из пузатого графина какой-то наливки:

– Она выполняла чье-то задание.

– С чего ты это решил? – спросила я, взяв бокал, который протянул мне Тегрей.

– Ее финальная фраза перед тем, как она активировала смертельные чары, драгоценная моя, – ответил Тегрей, прежде пригубив кроваво-красный напиток. Выразительно поморщился и поставил бокал обратно на стол, видимо, не удовлетворенный вкусом, после чего продолжил: – Она сказала, что рада своей ненависти. Иначе она не сумела бы выполнить поручение. По-моему, более ясно выразиться просто нельзя.

– То есть она сделала это не из-за ревности? – уточнил Томас.

– Это очевидно, что ей кто-то помогал. – Тегрей неторопливо прошелся по комнате, заложив руки за спину. – Сама она бы не сумела освободиться от клятвы молчания. И амулет, которым она воспользовалась… Откуда он у нее? Знаешь, приятель, я, конечно, не обращал на Стеллу должного внимания, увлеченный поисками Альберты. Но я бы обязательно заметил, если бы она носила на себе столь смертоносную штучку. Выходит, она где-то прятала его. Возможно, привезла с собой в вещах. А осознав, что наша связь вот-вот подойдет к завершению, поторопилась воспользоваться.

– Почему в таком случае она не убила тебя раньше? – спросила на сей раз я. – Ты ведь несколько месяцев… спал с ней. – Мой голос почти неощутимо дрогнул на последних словах, и Тегрей тут же развернулся ко мне. А я уже продолжала с нарочитым безразличием: – Если бы ей поручили расправиться с тобой, то по какой причине она так долго медлила? Активировала бы амулет в тот момент, когда ты видел десятый сон, и все.

– И на этот вопрос она ответила, – проговорил Тегрей. – Она влюбилась в меня, Альберта. Влюбилась по-настоящему. Поверь, уж здесь бы я почувствовал фальшь. Есть признаки, которые невозможно подделать. Изменение пульса, расширение зрачков. Нет, в этом я абсолютно уверен.

– Но она соблазнила Равена, – скептически произнесла я. – Не очень похоже на поведение влюбленной девушки.

– Да, кстати, а как давно длилась их связь? – Тегрей вопросительно посмотрел на Томаса. – Неужели я такой слепец, что несколько месяцев не замечал творящегося за моей спиной безобразия? Немыслимо! А слуги? Рано или поздно эту парочку бы застали на горячем и немедленно сообщили мне.

– Это произошло незадолго до твоего путешествия сюда, – сказал Томас. – Полагаю, Стелла до поры до времени тешила себя надеждой, что ты все-таки забудешь Альберту в ее объятиях. А когда осознала, что этого не произойдет, то перешла к решительным действиям.

– Ясно, – почти не разжимая губ, обронил Тегрей и вновь принялся мерить комнату шагами.

Я отстраненно наблюдала за его метаниями. Если честно, меня сейчас не особо тревожили размышления о том, кто мог желать смерти Тегрею. Что скрывать очевидное, врагов у него наверняка даже более чем с избытком. Не сомневаюсь, что рано или поздно эта загадка будет раскрыта.

Куда сильнее меня занимал вопрос моего ближайшего будущего. Мои щеки невольно потеплели, когда я украдкой покосилась на ковер, на котором совсем недавно извивалась под Тегреем.

А что дальше? Тегрей все-таки добился своего. Увы, я с трудом понимала, когда он говорил всерьез, а когда шутил. Неужели он в самом деле желает назвать меня своей супругой? Безумие! Подобный мезальянс всколыхнет весь Альмион!

– Надо ехать в Бриастль, – внезапно произнес Тегрей, остановившись перед Томасом. – И чем быстрее – тем лучше. Ответы на все наши вопросы может дать только Стелла. В моем замке хватает ее вещей для построения поисковых чар.

– Если только у нее нет еще одного амулета, – буркнул Томас. – Самый очевидный шаг, если замыслил убийство брата короля. Стелла наверняка осознавала, что после этого по ее следу пустят лучших дознавателей страны.

– Я пробью ее защиту, – самодовольно заявил Тегрей. – Это не проблема для меня.

С чего вдруг подобная уверенность? Я перехватила мимолетный взгляд Томаса и мысленно выругалась. Ах да, конечно. По всей видимости, Тегрей абсолютно уверен, что я отправлюсь с ним и при необходимости он воспользуется моими способностями резонатора.

– Ну что же, в таком случае не будем терять времени. – Томас встал и потянулся, разминаясь. – Я сообщил шерифу, что тайна смерти Уолта раскрыта. О теле Уилфреда позаботятся. Книга у меня. Более того, я даже связался с Эриком. Равена доставят в Бриастль под надежной охраной. Все равно он ничего не знает о Стелле, поэтому нет смысла допрашивать его еще раз. Поквитаться с ним ты успеешь и позже. А мы немедленно отправляемся в Бриастль.

– Желаю вам удачи в расследовании, – ядовито произнесла я, баюкая в ладони бокал, к которому пока так и не притронулась.

Томас и Тегрей переглянулись. Затем уставились на меня.

– Мы отправляемся в Бриастль, – с нажимом повторил Тегрей. – Тебя это тоже касается.

– Неужели? – Я покачала головой. – Почему это? Мне и тут неплохо живется.

– Наша песня хороша – начинай сначала, – недовольно буркнул себе под нос Томас. Отправился к прихожей, кинув на ходу Тегрею: – Даю тебе десять минут. Буду ждать в карете.

Но остановился, когда Тегрей неожиданно всхлипнул. С недоумением воззрился на герцога, который спрятал лицо за раскрытой ладонью, как будто скрывал слезы.

Что это с ним? Он действительно плачет? Но почему?

– О женщины – и имя вам коварство, – патетично воскликнул Тегрей. – Альберта, как ты могла? Как?

Я широко распахнула глаза, не понимая, что вообще происходит. В чем он меня обвиняет?

– Ты воспользовалась моим беспомощным состоянием! – выплюнул гневное обвинение Тегрей и ткнул в меня указательным пальцем. Отнял ладонь от лица, и я с негодованием увидела, что этот негодяй широко ухмыляется, получая явное удовольствие от всей сцены. – Можно сказать, надругалась, когда я был без сознания! А теперь собираешься бросить меня! Это бесчестно, Альберта! Как мне жить после такого позора?

– Паяц, – презрительно фыркнул Томас и торопливо вышел прочь, не желая присутствовать при дальнейшем разбирательстве. Уже от самого порога крикнул, напоминая: – Десять минут, не больше!

Тегрей тут же скользнул ко мне, а я одновременно с этим попятилась.

– Только не говори опять, что не поедешь со мной, – произнес он, послушно остановившись на достаточном от меня расстоянии. – Альберта, почему ты противишься? Ты ведь любишь меня, а я люблю тебя. Так почему ты так упорно сопротивляешься мне?

– Ты любишь меня? – недоверчиво спросила я.

– А разве ты в этом сомневаешься? – Тегрей негромко рассмеялся и сделал ко мне шаг. – Альберта, да я жить без тебя не могу! Что мне сделать, какую клятву тебе дать, чтобы ты поверила мне?

– Я не знаю. – Я растерянно всплеснула руками. – Тегрей, неужели ты всерьез? Ты…

– Брат короля, а ты – обычная провинциалка, – завершил за меня Тегрей. – Но, Альберта, я даю тебе слово чести, что ты станешь герцогиней Визгорд! Даже если мне придется из-за этой свадьбы навсегда навлечь на себя гнев Роберта и покинуть Бриастль. – Хитро подмигнул мне и вкрадчиво добавил: – Но интуиция подсказывает, что кто-кто, а мой брат будет только счастлив от такого союза. Правда, во всеуслышание обязательно выразит мне свое неудовольствие, а мой поступок подвергнет всеобщему порицанию.

– Рад? – Я скептически изогнула бровь. – С чего вдруг?

– Да потому что тем самым я докажу ему, что действительно отказался от претензий на престол Альмиона, – пояснил Тегрей. – Это будет самым неопровержимым свидетельством того, что я забыл о желании стать следующим королем.

– Неужели ты на самом деле готов к этому? – Мне отчаянно хотелось поверить Тегрею. Но я боялась. Боялась, что в любой момент он расхохочется и язвительно посоветует быть не такой наивной.

– Я сделал свой выбор. – Тегрей в один гигантский шаг преодолел разделяющее нас расстояние. Покачал головой и негромко, словно беседуя сам с собой, посетовал: – Эх, ситуация неподходящая. Я хотел все сделать при более романтичной обстановке. Ну да ладно. Я уже привык, что ты постоянно нарушаешь мои планы. – А затем вдруг опустился передо мной на одно колено и спросил, глядя снизу вверх: – Альберта Вейсон, я предлагаю тебе руку и сердце. Ты согласна стать моей супругой?

В этот момент входная дверь опять хлопнула. Тегрей, не меняя коленопреклоненной позы, со свистом втянул в себя воздух, удерживаясь от ругательства. Затем раздраженно бросил, продолжая глядеть на меня:

– Томас, иди ко всем демонам! Еще пять минут!

– О, ваше высочество, – послышалось в этот момент подобострастное от арки.

А это еще кто такая? Точно не Милдред, голос слишком молодой. И я посмотрела на незваную гостью. Досадливо цокнула языком, увидев, что на пороге стоит Сесилия.

Блондинка выбрала для этого визита свой самый лучший наряд. Она успела скинуть в прихожей пальто, поэтому красовалась в длинном небесно-голубом платье, облегающем ее словно вторая кожа. Пушистые светлые волосы не были убраны в прическу и красиво разметались по ее худеньким плечами.

Тегрей, в свою очередь, перевел взгляд на девушку и мученически закатил глаза. После чего встал и повернулся к ней, всей своей позой выражая раздражение.

– Ваше высочество, – повторила Сесилия и внезапно бухнулась на колени. Самозабвенно зарыдала, прижав к лицу ладони.

Стоит признать: актриса из нее так себе. Даже у Тегрея получилось более правдоподобно. Зуб даю, что в действительности с ресниц красотки не сорвалось ни слезинки. Наверняка боится, что тушь потечет и испортит макияж.

– О небо, – страдальчески вздохнул Тегрей. – Ну и что ты ревешь? Только выкладывай поскорее. Я сейчас немного… занят.

– Простите меня, – сдавленно пробормотала Сесилия. – Во имя всех богов – простите! Я понятия не имела, с кем разговариваю. Все мои слова о… ну… о ваших предпочтениях…

Ага, понятно. Сесилия сегодня утром узнала, что господин Треон, с которым она мило болтала в ратуше накануне, на самом деле брат короля. И вспомнила, какие глупости наговорила о его тайных пристрастиях. Ославила на весь Мерситаун, объявив любителем мужских ласк. Осознав это пришла в настоящий ужас и явилась молить о снисхождении. За такие проделки дочурки ее отец может навсегда быть отлучен от двора. Хотя я уверена, что никакой он не главный камергер, но какое-то отношение к службе при дворце имеет.

– А, ты про то, что я являюсь любителем извращенных связей, – понятливо протянул Тегрей, и его глаза полыхнули мрачным огнем.

– Да-а, – провыла Сесилия, склоняясь еще ниже и лбом почти уткнувшись в пол. – Пожалуйста, ваше высочество! Пощадите меня. Я так виновата перед вами.

– Ведь ваша фамилия Рейт? – полюбопытствовал Тегрей, глядя на девушку с нескрываемой брезгливостью.

– Да, – слабо пискнула она.

– И кем же на самом деле является твой отец? – продолжил он расспросы. – Только не надо этой лжи про то, что он главный камергер.

– Он… он… – Сесилия на сей раз вполне натурально всхлипнула, как будто и впрямь давилась рыданиями. – Он слуга. Обычный слуга. – После чего растопырила пальцы, бросила на Тегрея сквозь них боязливый взгляд и жалобно попросила: – Только Фреду не рассказывайте!

Что и требовалось доказать. Фреда точно ожидает много неприятных открытий в ближайшем будущем. Но, впрочем, это не мое дело. Как я уже говорила, он взрослый мужчина. И должен был задаться вопросом, почему вдруг дочь главного камергера увлеклась им – обычным мужчиной незнатного происхождения и без особых связей в столице.

– Твои отношения с Фредом меня не касаются, – холодно сказал Тегрей. – Правда, это далеко не лучшая идея: начинать совместную жизнь с обмана.

Сесилия опять принялась с упоением всхлипывать, спрятав лицо в ладонях.

– Ты имела наглость утверждать, будто я сплю с мужчинами, – отчеканил Тегрей, равнодушно взирая на эту сцену. – Ну что же. Вот тебе неопровержимое свидетельство обратного.

После чего повернулся ко мне. Я не успела опомниться, как он привлек меня в свои объятия и властно впился поцелуем в губы.

Кровь гулко зашумела в ушах. Однако я успела услышать, как Сесилия удивленно вздохнула, видимо, не устояв от искушения подглядеть за этой сценой.

Впрочем, Тегрей почти сразу отстранился от меня, но остался стоять рядом, крепко взяв за руку, как будто опасался, что я могу сбежать.

– Передай своему отцу, что ему лучше не показываться на мои глаза во дворце, – обронил он. – Иначе я не устою от искушения и популярно объясню ему, как надлежит воспитывать детей, дабы они не мололи всякую чушь.

Сесилия промолчала, но хоть давиться в наигранных рыданиях перестала.

– Идем, Альберта. – Тегрей настойчиво потянул меня прочь. – Пора ехать. Иначе Томас нас с потрохами сожрет.

– Но мне надо собрать вещи! – возмутилась я, уже мысленно смирившись с тем, что вернуться в Бриастль все равно придется. И тому было даже несколько причин.

Во-первых, боюсь, если я продолжу упорствовать, то терпение того же Томаса иссякнет и он все-таки придет на помощь заклятому приятелю, оглушив меня какими-нибудь чарами, коль сам Тегрей не может так поступить.

Во-вторых, мне разонравилась эта игра в кошки-мышки. Глупо убегать, если боишься, что однажды тебя перестанут ловить.

Ну а самое главное, я страшилась новой разлуки с Тегреем. Он убедил меня в своей искренности. Какая-то толика сомнений, безусловно, осталась, но я готова была рискнуть.

– Да забудь ты про свои тряпки! – нетерпеливо рявкнул Тегрей. – Этого добра в Бриастле я обеспечу тебе с избытком. Неужели всерьез опасаешься, что герцогиня Визгорд когда-нибудь посетует на недостаток нарядов?

Сесилия, которая по-прежнему стояла на коленях, не рискуя подняться в присутствии брата короля, сдавленно закашлялась от слов Тегрея. Опустила руки и неверяще воззрилась на меня, удивленная донельзя.

Как и следовало ожидать, ее глаза были абсолютно сухими, доказывая, что сцену плача девушка разыграла.

– Боюсь, нам придется слегка задержаться с отъездом. – В этот момент из-за спины Сесилии вышел Томас, который, видимо, стоял в прихожей. Пояснил с кривой ухмылкой: – Простите, не хотел прерывать столь великолепное представление. Я зашел с черного хода. А потом заслушался откровениями столь прелестной особы. Когда еще узнаешь, что ты, оказывается…

– Ни слова больше! – грозно предупредил Тегрей. – Томас, только ты не начинай!

На губах Томаса заиграла воистину змеиная усмешка, доказывающая, что он еще долго будет вспоминать эту сцену. Но почти сразу она исчезла, и Томас стал убийственно серьезным.

– Ладно, не суть, – проговорил он. – Тегрей, ты должен взглянуть кое на что. Сдается, нам теперь нет нужды спешить в Бриастль.

Тегрей вскинул бровь. В последний раз с нескрываемым омерзением посмотрел на Сесилию, которая даже не пыталась сделать вид, будто не прислушивается к разговору.

– Ну показывай, – буркнул он. Чуть повысил голос, обращаясь уже к девушке: – А ты, милочка, поди прочь. И ради своего же блага постарайся, чтобы я больше никогда не слышал твоей фамилии. Чем быстрее я забуду о твоем существовании, тем будет лучше в первую очередь для тебя же.

Сесилия кивнула, показывая, что все поняла. Тегрей обогнул ее по широкой дуге, а я поспешила за ним, не дожидаясь особого приглашения. Ну очень интересно, что такого нового обнаружил Томас!