Глава 2

Я плутала почти час. Фросенька сказала, здесь недалеко. Она нарисовала даже карту, как пройти и какой дом. Но каким-то образом я никак не могла найти нужное место. Несколько раз возвращалась к одному и тому же дому под номером семь. А девятый никак не отыскивался. Что за чертовщина? На миг мелькнула мысль, что нашего индивидуума кто-то тщательно скрыл. Но как тогда его другие находят? Неужели он сам намеренно путает каким-то образом следы? Точно чертовщина самая настоящая. Но я упорная, все равно найду. Прикрыв глаза, как учил меня Семен Поликарпович, сосредоточилась, прикрыла глаза. Сначала ничего не происходило. Обычная темнота, как бывает всегда стоит закрыть глаза. А спустя мгновение показалась светящаяся тропа. Именно по ней я смело и пошла, не открывая глаз. Как у меня это получилось, сама не знала, видимо, действительно мой дар скакнул вверх. Понять бы еще, чем это мне грозит и откуда вообще скачок взялся? Ничего не бывает просто так. Этому должны быть предпосылки. Все эти годы я много раз анализировала и сопоставляла факты. Откуда у меня вообще магия? Бабушка на эту тему отказалась говорить, а я не призналась, что мумия сняла блок. Но ведь кто-то же его поставил? А еще напрягал тот факт, что я совершенно не помнила своих родителей. Вот вроде знала историю и своего рождения, и гибели родных, но стоит представить маму или папу, перед глазами сплошное пятно. Лица их совершенно стерлись из памяти. Так бывает? Ведь должно же что-то остаться. Фото даже у бабушки не осталось. Ни одного. Словно их никогда и не было. Но ведь так не бывает. За всю жизнь должно быть хотя бы пара фотографий, а тут пусто. Совсем ничего. Даже вещей никаких не осталось. И у кого спросить я понятия не имела. Что-то подсказало: бабуля тут мне не помощник, напротив, вредитель, потому что она напрочь отказывалась говорить о моей семье. И что там за секреты такие? Горе? Это была хорошая отмазка раньше, когда я была ребенком, верила всему, что говорила бабушка. Но сейчас я прекрасно вижу, насколько отговорки нелепые, да и горя в глазах родственницы нет, она всего лишь скрывает правду от меня намеренно. Осталось сообразить, для чего это делается и насколько я могу доверять той, кто меня вырастила. Слишком подозрительно бабуля стала себя вести еще до своего исчезновения, а когда и вовсе пропала, я поняла: она скрылась от меня. Пока искала нужный дом, заметила трех призраков, но тщательно отводила глаза, чтобы не показать своей осведомленности иначе они бы прицепились и заставили выполнить их поручение. А у меня задание не выполнено. Вот разберемся с Ричардом, вернусь сюда и поговорю с ними. – А это не Дарья? – донеслось от одного из духов. Меня прошиб холодный пот. Как я могла забыть, что они давно меня все знают в лицо. Ускорила шаг. – Вроде она, но слишком торопится, – протянула юная девушка с нотками злости. – Ей сейчас явно не до нас. – Так надо ее догнать и показаться на глаза, – не унимался первый. – Стоять! – это был третий дух представительного мужчины во фраке века этак семнадцатого. – Столько ждали, еще подождете. А девушка сейчас явно уже занята другим духом. Я чувствую на ней его отпечаток. – И что это значит? – спросила девчонка. – То, что ее предыдущее задание еще не выполнено, а за другое она не сможет взяться, пока с предыдущим не разберется, – отчеканил мужчина. Я в этот момент порадовалась такой осведомленности. Каюсь, не сдержалась, повернулась в сторону беседующих и кивнула с благодарностью. Мне ответили широкой улыбкой. Духи исчезли, а я продолжила путь. Народу на улице за все время так и не встретила, потому сейчас не волновалась, что меня сочтут ненормальной. К тому же, мне все равно было плевать на чужое мнение. Надо найти этот чертов девятый дом, я его найду. Мне повезло. Дорожка привела к красивому двухэтажному особняку, надо сказать, совсем не маленькому. Высокий железный забор, ворота закрыты, даже посмотреть в щель не получалось, их попросту не было ни одной. Пока я соображала, где звонок, как мне добиться внимания, отвлеклась, не обращая внимания на окружающую обстановку. А стоило. – Что вам нужно? Что вы тут вынюхиваете? Журналистка или засланка от того упыря? Признавайтесь! – от грубого голоса я вздрогнула. Глаза сами собой распахнулись. От неожиданности я вскрикнула. У меня непроизвольно вырвалось: – Ричард? Как вы здесь оказались? Вы же привязаны к особняку. – О чем это вы? Причем тут мой отец? – уже более спокойно поинтересовался юноша. А я только хорошо разглядев его, поняла, насколько ошиблась. – Простите, вы копия своего отца, вот я и приняла его за вас, то есть вас за него, – покаянно склонила голову. – Вы с ним знакомы? – парень поджал губы. – Очередная девка моего папочки? Куда же делась та, с которой он сбежал? Его брови сдвинулись. Столько ехидства в голосе, что мне стало не по себе. Я придумывала достойный ответ, но не успела и слова сказать. Он собрался развернуться к двери, но вдруг застыл. Вскинул голову и в упор посмотрел на меня своим пронзительным темным взглядом. – Что вы говорили о привязке к особняку? Ага, кажется, наличие мозгов у него все же имеется. Внимательность у него на высоте, это радует. Теперь бы еще нормально поговорить. Если еще несколько минут назад улица была пустынна, то сейчас я заметила кучу народа, на нас смотрели заинтересованно, некоторые прислушивались к нашему разговору. И вот откуда, спрашивается, в людях столько любопытства? Они же нас знать не знают, а все равно интересуются. – Мы здесь будем разговаривать? У меня к вам дело огромной важности, – не надеясь на успех, все-таки выдала я. – И да, это касается именно вашего отца, которого когда-то оболгали. Несколько минут он раздумывал, сверлил меня взглядом, что-то прикидывал. Я видела сомнения на его лице. Он наверняка желал поскорее от меня отделаться, но и ему, оказывается, не чуждо любопытство. Наконец, пришел к какому-то выводу. Передо мной открылась калитка, и парень головой указал на вход. Н-да, из парня даже предлоги клещами тянуть надо. Может у него каждое слово платное? Меня провели по ухоженной дорожке в дом, а там мы расположились в небольшой комнате. Осмотреться мне, понятное дело, никто не позволил, так сильно юноша мечтал от меня избавиться. Внутри стоял стол с прозрачным шаром на нем и два стула одно напротив другого. И снова кивок головой на один из предметов мебели, сам хозяин расположился на другом. Хм, интересная игра. Что ж, я тоже поиграю. Видимо здесь он принимает посетителей. И меня поставил с ними в ряд. Мне в принципе все равно, главное, чтобы выслушал и согласился помочь. А потом пусть и дальше занимается своими делами. Мне до него уже дела не будет. Сев за стол, достала письмо Ричарда и протянула его Саше. Ведь именно он сейчас сидел передо мной. Тот не стал брать в руки. Прочел развернутое мною послание. Нахмурился еще больше. Я видела, как его лицо исказилось гримасой ярости. Он уже положил руки на стол, чтобы встать и выставить меня вон, хотя причины я не понимала, как рядом со мной раздался насмешливый голос: – Вот девка дура. Кто ж так, без подготовки, в лоб? Естественно он тебе не поверит. – Почему? – я обернулась к мужчине лет пятидесяти. Седовласому, но со смешинками в глазах. – Что почему? – не понял Саша, продолжая почти шипеть. – Да я не тебе вопрос задала, – отмахнулась я, продолжая ждать ответа от незнакомца. Сама не заметила, насколько естественным вышел переход на «ты». – Так почему? Что не так? У нас нет времени на сюсюканья. – Да я-то это понимаю, а вот он вряд ли поймет. Он же считает отца предателем, – заговорщицки поведал седовласый. – Ричард так и сказал, потому и застрял на тридцать лет в том «Черном особняке». Ему необходимо было передать весточку Катюше. Он не знал, что она всего на пару месяцев его пережила, – объяснила я собеседнику. – Да с кем вы разговариваете, черт побери?! – вызверился Саша, на этот раз смотря на меня со смесью снисхождения и злости. – Как с кем? Вот, с ним, – я некультурно ткнула в седовласого мужчину, стоящего передо мной, пальцем. Он выглядел импозантным, с белыми волосами, бородкой, как у мушкетеров из фильма, даже усики такие же аккуратные. Только одежда меня смущала. – Как вас зовут? – обратилась я к нему. – Святозар, миледи, к вашим услугам, – мужчина галантно поклонился. Мне так и захотелось в ответ встать и отвесить реверанс. – Святозар? Интересное имя, – я улыбнулась. Мужчина оказался забавным. Зато Саше так не показалось. Он побледнел. Теперь его глаза наполнились ужасом. – Святозар Евлампиевич? – шепотом задал он вопрос. Я глянула на своего собеседника, тот кивнул. А до меня медленно, но верно, дошло. – Черт! Как же я не сообразила. Вы призрак? – еще один кивок. – И как давно? – Триста двадцать восемь лет, – гордо подняв голову, отчеканил седовласый. Я присвистнула. Теперь стало понятно, почему он не просвечивался, а выглядел вполне материальным. За такой период времени можно многого достигнуть. Вероятно, этот мужчина без дела не сидел. – Вот это да! И что, больше, чем за три века никто не смог вам помочь? – А зачем? Я и сам не хочу уходить. Мне здесь нравится. Вот с вами интересно пообщаться, – снова заулыбался Святозар. А меня захватил чисто научный интерес. – Скажите, а вы тоже умеете двигать предметы, брать их в руки? А что еще вы умеете? – я не сдержалась и вскочила со стула. Заходила вокруг собеседника. – Что значит, тоже? – едва не обиделся Святозар. Я тут же мысленно себя обругала. Призраки же слишком своевольны и горды, они не приемлют сравнения с кем бы то ни было. – Святозар, простите мне мою оплошность. Просто я переобщалась с Ричардом. Он за тридцать лет смог научиться поднимать предметы, общаться с помощью интернета, нажимать на клавиши. Он же написал письмо супруге, не зная о ее гибели, – быстро затараторила я. – Это ж насколько сильна была его злость? – искренне восхитился мужчина. – Слишком сильна. Его убил «друг», при этом еще и перед беременной девушкой выставив подлецом. Вот он и мстил тем, кто покупал его особняк. – Много смертей было? Только они делают нас сильнее, – удрученно покачал головой седовласый. – Смерти две, остальных забирали в предсмертном состоянии. Из-за них особняк и прозвали «черным». А если сейчас он не увидит жену или сына, то погибнет еще одна девушка. Ричард разозлится окончательно. И если сейчас в нем еще остались крупицы надежды на уход после встречи с семьей, то стоит узнать о смерти его Катюши… Я замолчала. Договаривать не было смысла. Святозар покивал. Задумался. Посмотрел на сидящего истуканом Сашу. Он не сводил с меня взгляда. Потом посмотрел на письмо. Взял его в руки и бросился к одной из стен. Нажав на кнопку, стал рыться в выехавших ящичках. Нашел пожелтевший конверт. Быстро и судорожно распечатал его и приложил оба письма вместе. Я наблюдала за его действиями и прислушивалась к собственным ощущениям. Весьма странно. Стоило увидеть Ричарда, как я сразу сама себе напомнила подростка, а никак не тридцатилетнюю женщину. Мне вдруг тогда показалось: я влюбилась без памяти. Сейчас, глядя на живое воплощение мужчины, я абсолютно ничего не ощущала. Как так? Ведь они похожи, как две капли воды. Только Саша еще и живой. А ведь тоже самое было с фотографией. Один и тот же человек, но вызывал такие разные ощущения. С этим феноменом мне еще предстояло разобраться. А пока… – Откуда вы знаете друг друга? – не смогла сдержать любопытства. Мужчина приосанился, а вот юноша как-то дернулся. – Из снов. Это мой учитель. Но я и предположить не мог, что он всегда рядом. Жаль, видеть его я не могу, – вздохнул собеседник. – Ничего, мне и снов вполне хватило, давненько я не видел таких целеустремленных молодых людей, а уж про подобную силу вообще молчу, – восхитился призрак. Я не стала передавать его слова занятому парню. Он же излишне цепким взглядом сравнивал что-то, от чего пытался заслонить меня. Потом вскинул голову и уставился в окно, сжимая в руках пожелтевший конверт и принесенной мной письмо. Я не отрывала его от размышлений. Правда долго он не думал. – Это действительно его почерк, – выдал хозяин дома, оборачиваясь ко мне. – Надо же, потрясающее умозаключение спустя несколько минут, – с сарказмом отозвался Святозар. – Это сразу было заметно. А этому тугодуму понадобилось время. Миледи, вы уверены, что он вам сможет помочь? – У меня нет другого выхода, – вздохнула я, и сама прекрасно понимая: низкий уровень интеллекта у стоящего передо мной индивидуума компенсировался красотой, но легче от этого не стало. – Ладно, я вас слушаю, – пафосно произнес Саша, ощущая свою значимость в данный момент. Меня, признаться, перекосило. Захотелось послать парня далеко и надолго. Сдержалась, но с трудом. – Вы должны отправиться со мной к особняку Ричарда, показаться ему на глаза и рассказать, что произошло с вашей матерью, – поведала я. – Должен? Я никому и ничего не должен, – сколько презрения в голосе. Мне стоило огромного труда сохранить лицо. Очень хотелось ответить что-то язвительное, чтобы сбить спесь с этого индивида. Очень он себя вел вызывающе. Такое чувство, что передо мной как минимум царек с короной набекрень, которую так и хотелось подправить, желательно лопатой. – А если я откажусь? – сощурил глаза молодой человек. – Тогда погибнет молодая девушка. А ваш отец превратится в монстра-убийцу, – спокойно отозвалась я. Хотя справедливости ради, он и так уже был убийцей. – Так развоплотите его и дело с концом, – развел руки в стороны Саша. В душе я содрогнулась подобному предположению. Святозар молчал, только удрученно покачал головой. Потом не сдержался, подошел к хозяину дома и отвесил ему леща. Саша вздрогнул, я едва не хихикнула от выражения растерянности на лице парня. – Развоплощение не поможет. Он за тридцать лет стал слишком силен. К тому же, пока не выполнит свою миссию, никуда не исчезнет, – поведала элементарное недалекому собеседнику. Как можно иметь связь с потусторонним и не знать очевидного? – Я призраков не изучал, потому что мне это без надобности, я их не вижу. Откуда мне знать, как у них все устроено? – Уважаемый Святозар! А вы разве не поведали своему ученику, с кем он все это время общался? – уточнила громко, мужчина усмехнулся, а парень дернулся. – А зачем? Сама видишь, пугливый он, шуганый, узнай, что я призрак, сбежал бы, решив, что я подосланный. – Ага, знакомо, он и меня засланкой посчитал. Неужели все так плохо? – нахмурилась, глядя то на парня, сидевшего со стиснутыми зубами, даже скрип слышался. То на духа, веселящегося слишком откровенно. Ему то что, вижу же его только я, а передо мной можно не скрываться и не церемониться. – Да, тот, кто преследует парня, становится слишком навязчивым. Ему явно не терпится получить то, за что пострадали родители моего ученика. – Настырный, – вздохнула и повернулась к хозяину дома. – А вы что молчите? Так и будете сидеть, как истукан? – Ну, а что вы от меня хотите? – раздраженно поинтересовался Саша. – Толком ничего не сообщили. – Я ж говорю, идиот, – не сдержался Святозар. – Ему же все объяснили. А он снова волынку тянет. Хорошо, что хозяин дома этого не слышал, иначе точно отказался бы помогать. Но я ничего отвечать не стала. Вместо этого набралась терпения, чтобы не сорваться. Спокойно, Дашка, терпение, только терпение. Вдох, выдох. Как же он отличается от своего отца. Того хотелось зацеловать, а этому по голове настучать. Но я держалась. Так, вроде спокойна. Поехали. Надеюсь, сейчас он поймет, чего я от него хочу. – Вам нужно поехать завтра с нами к особняку вашего отца. Он должен вас увидеть и услышать то, что произошло с вашей матерью, – набравшись терпения, снова начала пояснять я. Саша задумался. На его лице во всей гамме отобразился умственный процесс. Призрак не выдержал, присел на корточки перед парнем и уверенно произнес: – Если этот тугодум сейчас опять спросит какую-нибудь чушь, я точно вселюсь в него и поеду с вами. А если мне понравится… – Святозар мечтательно закатил глаза. – А сможете? Вы же привязаны к этому месту. Вас может элементарно выбросить, – с сожалением вздохнула я. Вариант, предложенный призраком, мне понравился, и он наверняка устроил бы всех, а меня в особенности, потому что тугодум, с которым я до сих пор общалась знатно напрягал, хотелось стукнуть его, чтобы мозги на место встали. Правда не знаю, помогло бы. – Миледи, вы когда-нибудь слышали о свободных духах? – хитро сверкая глазами, спросил Святозар. Я мотнула головой. Саша все еще размышлял над моим предложением. – Я так и думал, иначе вы не говорили бы о привязке. – А как это – свободный дух? – я вся обратилась в слух. Стало действительно интересно. Да и ожидание ответа от хозяина дома становилось не таким томительным. Я вообще сомневалась, что он сможет выдать дельную мысль. – Первые сто лет я действительно был привязан к этому дому. Но потом попал на Совет Архангелов. Ты, наверное, не знаешь, но долго призракам нельзя находиться в мире живых без должного на то дозволения. А я не желал покидать это место, пусть меня никто не видел, но я нашел, как продлить свою жизнь. Крылатые как раз вытащили меня из… Впрочем, неважно. Главное то, что произошло дальше. Мне предложили альтернативу: или за свои деяния я отправляюсь в Ад, или становлюсь хранителем на земле. Правда по-прежнему в бестелесном виде. Естественно я выбрал второе. Мне интересно наблюдать, как изменяется мир, как меняется менталитет людей. Единственная проблема – поговорить не с кем. Но сейчас эта проблема решена, – призрак подмигнул мне. – А почему в бестелесном? Неужели для вас не нашлось подходящего тела? Я как раз недавно читала, что возможно обрести тело, если его душа при смерти. Разве это не так? – уточнила у Святозара. Он покачал головой. – Все так, юная леди, но проблема в том, что подобное вселение незаконно. Понимаешь ли, в чем дело, когда ты вселяешься в чужое тело, то машинально принимаешь и законы, по которым жил человек. С памятью проблем нет, особенно, если родственников много, то это несомненный плюс. Но минус как раз в том, что человек, чье тело заимствовалось, может быть отпетым мерзавцем, а строить жизнь заново – это привлекать излишнее внимание. Соответственно, привлечение внимания – прямой путь в Совет на суд. Потому что они всегда чувствуют запрещенные ритуалы. Нюх у них на это дело. Потому мне пришлось согласиться на бестелесное существование. – А вы когда-нибудь вселялись в живых? – бросив взгляд на Сашу, тихо спросила я. Рассказанное духом наводило на размышление, пока не разобралась, приятные или нет. Но любопытство уже подняло голову, надеясь узнать побольше. – И не один раз, – с гордостью поведал Святозар. – Было даже такое, что я несколько лет жил в телах людей. Ощущал вкус жизни, еды, удовольствий. Это было потрясающе. Жаль только, за один век я могу вселиться только в пятерых. Больше нельзя. – Почему? – поразилась я. – Потому что мое вселение меняет судьбы людей. У нас ведь разный менталитет и мышление. Потому и запрещено часто менять судьбы, может случиться Армагеддон, – пояснил призрак. – А еще, опять-таки, лишний раз привлекать внимание Совета не хотелось, с них станется развоплотить и забыть. А я еще пожить хочу, пусть даже в таком виде. Мы так заговорились, что я напрочь забыла, где нахожусь и для чего вообще сюда пришла. Меня заинтересовал интересный собеседник. Он так много всего знает, что я бы с радостью слушала и слушала. К тому же мне так много надо было узнать у такого старого духа. Но спросить больше ничего не успела, так как в этот момент отмер Саша. Он решительно встал, заходил по комнате. Несколько раз бросал на меня нечитаемые взгляды. Он явно сейчас думал обо мне. И, чувствую, ничего хорошего. Судя по взгляду, он просто мечтал от меня побыстрее избавиться. Но что-то такое мелькало в его глазах, у меня мурашки бежали по телу. Пришлось спешно брать себя в руки. Я наблюдала за парнем. А он через несколько минут стал смотреть словно сквозь меня, и только окончательно утвердившись в своем решении, произнес: – Все эти годы я думал, что отец бросил мою мать. Тот факт, что его убили, нисколько не смог изменить моего отношения к нему. На какую-то там девицу мне плевать. Поэтому я принял решение: я не собираюсь вам помогать. Услышав сказанное, я в первое мгновение опешила, а потом готова была ругаться. Неужели сейчас передо мной самый махровый из махровых эгоистов? Я и подумать не могла, что такие существуют, а тут, пожалуйста, вот он, сидит передо мной такой красивый и самовлюбленный. Лелеет свою обиду многолетней давности, вместо того, чтобы раз и навсегда разобраться со всем. Но нет, зачем разбираться, когда можно и дальше строить из себя обиженного. Я фыркнула, у меня даже руки зачесались вправить мозги этому несносному типу. Все же насколько они разные с Ричардом. Пусть и на одно лицо, но первый вызывал странную влюбленность на грани страсти, а второй – желание убивать. И это несмотря на то, что я не наблюдала раньше за собой такой кровожадности. Саша смог ее разбудить. Недаром говорят, нельзя будить лихо, пока оно тихо. Тоже самое произошло сейчас со мной. Вроде всегда спокойная, иногда пофигистичная, а в эту самую минуту ощутила. Как поднимается жар ярости, как сжимаются кулаки, как повышается кровожадность. Хватило бы одной искры, чтобы я ринулась на этого мерзавца, для которого человеческая жизнь ничего не стоит. – Вот гад! – не сдержал своего возмущения призрак, совсем немного опередив меня. Я с ним оказалась согласна. Но вслух ничего не сказала. Просто стояла и смотрела на парня, пытаясь понять, как можно помогать одним людям и в то же время толкать на смерть других? Истинный сын своего отца. Только Ричард мертв, у него по определению больше нет души, только бестелесная призрачная оболочка. А этот жив и вполне себе здоров. Но, кажется, свою душу он продал. Понять бы еще, за какие блага. Уверена, будь жива его мать, она бы подобного не допустила. – Признайтесь честно, вы заключили сделку с дьяволом? – ласково поинтересовалась я. – В обмен на что вы заложили душу? Ответить Саша не успел. У меня начал разрываться телефон. Заметив вопросительный взгляд духа, тяжко вздохнула и сообщила одними губами, что звонит шеф, наверняка поторопить, так как время поджимало. Святозар, недолго думая, выругался и быстро вошел в тело хозяина дома. Тот и сообразить ничего не успел. И уже его голосом произнес: – Все, миледи, можем ехать. Я готов. Как поступлю с этим идиотом, позже решим. А пока вперед. – А у тебя проблем не будет? Ты же сам сказал, это незаконно, а мы все же стоим на страже этого самого закона, – уточнила на всякий случай. Святозар в теле Саши улыбнулся. От этой улыбки внутри все перевернулось. А он очень даже обаятельный, когда не ведет себя как гад. Нет, такого, как с Ричардом не было, но интерес к парню определенно проснулся. Мне хотелось дать самой себе оплеуху за то, что кидает из крайности в крайность. Еще пару минут назад я рвалась убивать, а сейчас умиляюсь. Тьфу. Фигня какая-то. Надо срочно взять пару дней отдыха, как разберемся с этим делом. А то эмоциональные качели не доведут меня до добра. – Это помощь, никакого нарушения, не стоит переживать, юная леди. Все хорошо. Я улыбнулась, так как сразу поверила ему. Ведь известно: призраки лгать не могут, только не договаривать, но тут вопрос звучал вполне конкретно. Значит, проблем у нас не будет, уже радость. А уж Семену Поликарповичу я как-нибудь все объясню. Ответила на звонок обеспокоенного шефа, который, как некогда я, кружил в этом районе, не имея возможности найти нужный дом. Я сообщила, что мы уже выходим. Да, было решено не тянуть до завтра, а решить все вопросы сейчас. Правда я не могла удержаться от любопытства. Уточнив, слышит ли нас сам хозяин тела, мне кивнули и поведали, что не только слышит, видит, но и прекрасно чувствует самого призрака. Боится и беснуется, пытаясь вернуть контроль над собственным телом. Уже в автомобиле поведала Семену Поликарповичу о своем разговоре с сыном Ричарда. Не забыла упомянуть и о том, что в данный момент в теле Саши находится Святозар. Только благодаря ему строптивец в данный момент находился в автомобиле. Пояснила, почему мы прибегли к подобному трюку. Будь этот эгоист сговорчивее, никаких проблем бы не возникло. Я думала, нас хотя бы пожурят, но вышло нечто удивительное. Услышав имя призрака, шеф на мгновение крутанул руль не в ту сторону. Потом выровнялся, немного притормозил, чтобы никуда не врезаться, и приглушенным голосом поинтересовался: – Святозар Картинский? – К вашим услугам, – шутовски поклонился призрак в теле человека. Вышло довольно комично. Сидя-то много не накланяешься. Но тут лицо Саши стало задумчивым. – Мы знакомы? Я видела, как мой спутник пристально всматривался в лицо начальника, но не понимал, откуда его могут знать. Я в это время как раз переводила взгляд с одного на второго, стараясь не отвлекать их обоих. – А сам как думаешь? – усмехнулся шеф, глядя в зеркало заднего вида. В этот момент я решила, что у меня начались глюки. Лицо Семена Поликарповича поплыло. В зеркале вдруг отразился парнишка лет восемнадцати. Взъерошенный, с озорным взглядом. Он подмигнул нам обоим. А я резко втянула в себя воздух. Надо же, вокруг меня одни красавцы, от которых можно заработать обильное слюноотделение. Рядом сидящий Святозар напрягся. Шумно выдохнул. – Семануил? Ты ли это? – выдохнул рядом сидящий парень. Шеф заливисто расхохотался. – Вот и свиделись. Я уж думал, никогда наши дороги больше не пересекутся, – отозвался Семен Поликарпович. А до меня вдруг дошла истина: если Святозар мертв уже больше трехсот лет, значит, нашему шефу намного больше. Ведь они были знакомы именно при жизни призрака. А лицо, увиденное в зеркале, настоящее, но шеф все время находится под личиной. Кто же он? И если спросить прямо в лоб, вряд ли ответит. Личность он загадочная. Вот, пожалуйста. Отвлеклась всего на мгновение, а эти двое уже разговаривают на незнакомом для меня языке. А ведь я тоже хотела все знать, а меня лишили удовольствия побольше узнать об этих двоих. – А ничего, что я как бы тоже здесь? – ворчливо отозвалась я. – Миледи, есть вещи, которые пока рано знать простым смертным, – погладил меня по плечу Святозар. – Не стоит обижаться. К тому же мы, кажется, приехали. И действительно. Автомобиль остановился около ворот особняка. Нас уже ждали. Ричард мерил шагами пространство вдоль забора. Доходил до кованых ворот, смотрел вдаль. Я хорошо видела нетерпение на его лице. Жаль, невозможно прочитать по нему его мотивы. – Они и правда похожи, как две капли воды, – восхитился Святозар. Шеф наверняка вспомнил фото на столе в особняке, потому подтвердил. Мы все выбрались на улицу и подошли к воротам. Ричард не сводил взгляда с сына. Но тут же его лоб прорезала складка. Он с надеждой глянул на автомобиль. – Если вы ждете Катюшу, она не придет. Физически не сможет этого сделать, – начала я. Заметив гримасу пренебрежения, поторопилась добавить: – Ее убили через пару месяцев после вас. И сделал это немертвый. Тот же, который убил вас и пытался забрать ваш Дар. – Убили… – выдохнул Ричард. – Немертвый… Откуда он вообще взялся? Почему все это? Как же он пощадил сына? – На нем защита стоит, – снова пояснила я. – Немертвый не смог до него добраться. Хотя и не прекращает попыток. – Но за что? Что такого мы ему сделали? – никак не мог понять призрак, он даже руки запустил в волосы, жест вышел вполне себе человеческий, а главное естественный, словно передо мной живой человек, а не дух. – Ваша с Катериной сила. Она взаимозаменяемая и дополняемая. Вы видели будущее, ваша супруга могла менять судьбу того или иного человека. Именно эту силу и пожелал себе вампир. Как мы поняли, это у него обычная практика: лишать одаренных силы. В вашем сыне ужились оба ваших с Катериной Дара. Вот вампиру и неймется. Такой шанс нечасто выпадает, – пояснила, но заметила как нахмурился мой собеседник. Остальные молча слушали, но не вмешивались. – То есть, убив нас с Катериной, он хотел забрать силу, а у него это не получилось? – подвел итог Ричард. – Да, потому что никто из вас понятия не имел, что ваш общий Дар перешел Саше. У вас забрать уже ничего не получилось, что неимоверно разозлило немертвого. Вот он активно и взялся за вашего сына. Несколько минут мы молчали и просто смотрели друг на друга. Не знаю, о чем думал призрак, а я пыталась понять дальнейшие его действия. Вроде наша беседа получилась вполне продуктивной, но насколько повернут мозг духа, сказать сложно. – А почему он молчит? – засомневался призрак, во все глаза разглядывая Сашу. Его прищур стал очень подозрительный. Я напряглась. Неужели мы облажались? И сейчас все пойдет наперекосяк? – Потому что в данный момент в его теле нахожусь я, – отозвался Святозар. – Это вынужденная мера необходимости. Извини, Рич, но твой сын тугодум. Он не пожелал отказываться от своих устоев, предпочитая считать и дальше тебя предателем. Нам пришлось применить меры. Я могу покинуть его тело, на полчаса дать способность увидеть тебя, но, боюсь, на твою голову посыпятся оскорбления. Ты этого хочешь? – Пусть говорит, что хочет, только мне нужен разговор именно с ним, – кивнул призрак. – Так я хотя бы буду знать, что успел напоследок поговорить именно со своим ребенком. Хотя сейчас он явно старше того меня, кем я был, когда погиб. В голосе тоска по несбыточному. А я украдкой вздохнула. Сейчас они могли бы жить и радоваться всей семьей, не попадись на их пути один слишком наглый вампир, озабоченный получением чужой силы. Интересно, его можно как-то прищучить? Надо будет у шефа поинтересоваться. Нельзя же оставлять убийства безнаказанными. И как вообще этому гаду удалось уйти от правосудия? Ведь ясно же, что не в первый раз он такое проворачивает. И ему все мало? Решил собрать в себе всю коллекцию Даров? Зачем? Амбиции зашкаливают? Впрочем, с этим пусть начальство разбирается. Мое дело помогать призракам, насколько это возможно. В следующее мгновение Святозар покинул тело Саши. Встал рядом со мной, чтобы в случае чего снова занять тело строптивца. Сын Ричарда мотнул головой, огляделся, и тут его взгляд остановился на отце. Челюсть Саши отвисла. Я поспешила пояснить: – Саша, ровно на полчаса вам дана способность видеть и общаться с призраком, то есть, с вашим отцом. Поторопитесь. Можете сразу высказать все, что у вас накипело, – предложила я. Эмоции на лице парня сменяли одна другую. Он не знал, с чего начать. Ричард тоже молчал. Правда в какой-то момент он хотел броситься к сыну, но отлетел от ворот, отброшенный защитным контуром. За пределы особняка ему ходу не было. – Ты действительно призрак? – шепотом спросил Саша. – К сожалению, да, – кивнул Ричард. – Но это уже ненадолго. Я увидел тебя, узнал о случившемся с моей дорогой Катюшей. И сейчас отправлюсь ее искать там, где мы давно должны быть вместе. Если бы я знал о ее гибели, не стал бы тратить десятилетия, а уже был бы рядом с ней, – столько тоски в голосе, что прониклись все, даже бесчувственный чурбан Саша. Улыбка преобразила призрака. Не та саркастичная, которую я видела раньше, а милая, добрая и предвкушающая. И снова, глядя на двоих абсолютно одинаковых молодых мужчин, мое сердце заныло при взгляде на Ричарда. Но он не для меня. Его наверняка ждет несостоявшаяся супруга, к которой он стремится всеми фибрами своей давно утраченной души. Хотя, наверное, не такой уж и утраченной, если сейчас я вижу эмоции скорби на его лице. – Папа, передай маме, когда найдешь ее, что я очень сильно ее люблю. А того гада, который вас убил, я найду и отомщу за вашу смерть, – на одном дыхании произнес Саша. Преображение было феноменальным. От того идиота, что я видела совсем недавно, не осталось и следа. Сейчас перед нами стоял словно совсем другой человек. Собранный, серьезный, готовый на подвиги. Ричард приложил руку к воротам. Его сын подошел ближе и на его ладонь положил свою. – Все передам, сын. Ты, главное, не попадись этому гаду. Я буду рядом по возможности, вернее, мы с твоей мамой будем приглядывать за тобой, – прошептал Ричард. Его глаза светились. Так они стояли, пока Ричард не начал таять в воздухе. Он счастливо улыбался. Я порадовалась за него. Тридцатилетнее заточение закончилось. Теперь он свободен и, кажется, счастлив. Как только призрак исчез, мы заметили, что к нам бежит хозяин особняка. На его лице застыло беспокойство. Он осмотрел нашу компанию, но спросить ничего не успел. – Все, можете больше ничего не бояться, вас уже никто не беспокоит. Призрак исчез. Он ушел навсегда, – успокоил мужчину Семен Поликарпович. Тот еще несколько минут сомневался, а потом расплылся в улыбке, достал из-за пазухи конверт и протянул шефу. – Спасибо вам большое. Вы настоящие профессионалы. Хотя, признаться, я до последнего не верил в успешный исход дела, – произнес мужчина. И тут же с восхищением повторился, видимо, от зашкаливающих эмоций: – Вы настоящий профессионал своего дела. А вам, юная леди, особая благодарность, – это уже мне. – Правда я могу вам только посочувствовать. С таким Даром… – Все хорошо, я уже привыкла, – отмахнулась, так как не люблю говорить на данную тему. – Живите спокойно. Ваша дочь не вспомнит больше о Ричарде. Она поправится и скоро выйдет замуж, – ровно произнес шеф, развернулся и направился к автомобилю. Тот и сказать ничего не мог, наверное, от радости голоса лишился. Мы попрощались с хозяином особняка и следом за Семеном Поликарповичем загрузились в автомобиль. – Так, а мне сейчас что делать? Судя по всему, наш тугодум быстро набрался ума. И в моем присутствие в его теле уже отпала необходимость, – вздохнул Святозар, сидя на переднем сидении. – Я вас прекрасно слышу и вижу, – ворчливо отозвался Саша. Призрак всплеснул руками. – А что, полчаса еще не прошли? – удивился он. – Как ты можешь меня видеть? – Откуда я знаю? Но вижу и слышу, – спокойно заметил Саша. Для шефа, который не слышал призрака, я все переводила. – Что ж, посмотрим, что произойдет минут через десять, мы как раз за это время отвезем парня домой, – произнес шеф. – Почему домой? – вдруг удивленно воскликнул Саша. – А я не могу с вами поехать? Вы же мне поможете искать немертвого, о котором говорил отец. Ведь этот гад охотится за мной. И я должен отомстить ему за смерть родителей. В голосе твердость и уверенность. От того махрового эгоиста не осталось и следа. Сейчас перед нами сидел уверенный в своем решении юноша, даром что тридцатилетний мужчина, на вид я бы ему больше двадцати не дала. Впрочем, и сама недалеко от него ушла. Как однажды сказал шеф, все зависит от уровня дара, чем он сильнее, тем больше срок жизни отпущен одаренному. Получается, мне светит жить долго, вот если бы еще и счастливо… Так, я снова отвлеклась. – Смотри-ка, как быстро сменил свое мнение, – саркастично выдал Святозар, всплеснув руками. – Еще совсем недавно, помнится, ты вел себя по-другому. Никого ни видеть, ни слышать не хотел. А тут готов идти на амбразуру? Ты знаешь вообще, что ни один человек не в состоянии справиться с вампиром? Если только у него нет особых навыков. – Мне поможет моя ненависть и жажда мести за родителей. А еще, надеюсь, вы, как мудрый и одаренный поможете мне. Нет? Вам ведь и самому не нравятся действия этого Ильи, или как там его зовут на самом деле, – поведал Саша. Призрак задумался, впрочем, как и шеф. Он сверлил парня взглядом, пытаясь отыскать нечто, видимое только ему одному. – Если ты готов учиться, то я только за, но для этого тебе придется предоставлять мне свое тело, так мы сможем взаимодействовать, потому что по-другому не получится, еще немного, и ты станешь как все, то есть, видеть меня уже не сможешь. Согласен? – Да. Но как я буду помнить все сказанное вами? – уточнил юноша. – Все просто, когда ты дашь согласие на подселение, то мы сможем на некоторое время стать как братья-близнецы: две души в одном теле. Общение, учение, память, которую я помогу тренировать. Есть один прекрасный способ хранить огромные объемы информации. Но обо всем чуть позже, – воодушевленно выдал дух. И снова мне пришлось передавать слова призрака вслух. Шеф хмыкнул, Саша вскинулся, поджал губы. Он явно принял хмык начальства на свой счет, потому с вызовом поинтересовался: – Что? – Все же меня смущает тот факт, что ты слишком быстро сменил приоритеты. Как бы нам это не аукнулось в негативном ключе, – пояснил свое отношение Семен Поликарпович. Саша тут же насупился, но спорить не стал, осознавая правоту. – Откуда мне было знать, что вы не от того холодного типа. Я больше не доверяю никому, – буркнул он. – Потому и поведение было такое негативное. Зато сейчас понял, принял и осознал. – Не доверяет он. А что же сейчас побудило тебя начать работать с агентством? Не считая мести, естественно, это я не могу принять, как побудительную причину, – снова влез Святозар. Я, как попугай, повторила его слова. – Я понял, что вы и правда профессионалы, – отозвался юноша. Но не успел Святозар произнести еще хоть слово, как я его перебила: – Семен Поликарпович, а можно что-то придумать с господином Святозаром? Я так понимаю, он остается с нами? – призрак важно кивнул, сделав при этом такие глаза, словно открыто намекая о моем слабоумии. Дескать, это и так было понятно. Какие могут быть предположения? – Тогда надо сообразить, как, если уж не сделать его видимым для всех, то хотя бы слышимым. Могут быть моменты, когда я не смогу переводить вам его слова. – Логично, – отозвался шеф. – Я над этим сегодня подумаю. А пока поедем в агентство, надо Сашу оформить, нашу Фросеньку порадовать, – мужчина бросил взгляд на нашего спутника в зеркало заднего вида. Парень сконфузился. Сообразил, что говорят о нем, но пока не понял, какое он имеет отношение к какой-то Фросеньке. Щеки парня стали алыми. Ну надо же, он смущаться умеет? Никогда бы не подумала. И тут мне захотелось засмеяться, когда поняла, что он себе напридумывал. – Ты чего? Неужели так женщин боишься? С твоей-то внешностью, – я слегка ухмыльнулась, а новый член команды поджал губы. – Не боюсь, но не терплю, когда их много, и они все считают себя особенными, вешаясь на шею и в красках расписывая нашу совместную жизнь. Это утомляет. Я устал от таких отбиваться. И ведь слов нормальных не понимают. А стоит доходчиво объяснить, как почему-то называют грубияном и хамом. Вот где логика? Неужели все девушки такие? Как у вас вообще мозг устроен? – спросил и вперил в меня пронзительный взгляд. Ответить я ничего не успела, да и не стала, осознав, что вопрос риторический. – Ты не поверишь, мой юный друг, но я пытался около двухсот лет разгадать направление женской логики. Мне это не удалось. Когда думал, вот оно, еще немного, и я решу эту сложную задачку, как очередная дамочка заставляла мой мозг кипеть, а все теории и ключи подбора рассыпались пеплом, потому что открыть дверь этой самой логики под силу только женщине, – со вздохом ответил призрак. Его глаза заволокло пеленой. Мы все затаили дыхание. Я – потому что видела его, Саша тоже, хотя действие начинало сходить, а шеф – гладя на наши лица, а еще я передала слова вслух. – Так кто такая эта Фросенька? И какое она имеет ко мне отношение? Я такого имени не знаю, говорю сразу, если вдруг она на что-то претендует, – мгновенно открестился Саша. Я все же не сдержала смешка. Но заметила, как напрягся Святозар. Так, а это уже интересно. – Это наша домовушечка. Она знала твоих родителей, помогала появляться на свет тебе. Попутно все это время она же за тобой незаметно присматривала, оберегала, старалась отгонять плохое, домовые это могут, – любезно пояснила я парню. Он ничего не ответил, только кивнул. Хотя было видно, насколько парень расслабился, услышав о домовых. А я повернулась к призраку, ставшему, как мне показалось, совсем бледным. – Знакомое имя? В твоей жизни уже была девушка с таким именем? – уточнила, никак не имея возможности понять его чувства. Он потрясен – это все, что я могла понять. – Фросенька, чудесное имя, – возвел глаза к потолку Святозар. Он пытался выглядеть беззаботным, но у него не получилось. А в мою копилку знаний пришли сведения о том, что бывает с призраками, когда они волнуются сверх меры. Именно это происходило с нашим знакомым. Ему не понравился мой пытливый взгляд. Потому поторопился улыбнуться и выровнять голос, чтобы уточнить: – А у нее домовой есть? – А вы решили за ней приударить? А если она вас не увидит? – впервые улыбнулся Саша. И взгляд у него стал таким хитрым, что я невольно прыснула, не сумев сдержаться. – Обязательно увидит, – уверенно отозвался призрак. – Домовые все подмечают, многое видят. А призраки для них плевое дело. – В каком смысле? – этот вопрос мы с парнем задали в один голос. Святозар засмеялся. – Какая слаженность. Думаю, вы сработаетесь, – потом, оценив нас двоих, все-таки ответил на вопрос: – Домовые даже водку пить с призраками могут. И… влюбляться, – пауза насторожила нас с Сашей. Мы переглянулись. – Такое уже было? – осторожно поинтересовался парень. Но, казалось, призрак его не слышал, он ушел глубоко в себя. Мы перевели для шефа наш разговор. Именно Семен Поликарпович и ответил нам: – Да, история любви домовой и призрака наделала триста лет назад много шума. Гудел весь теневой мир. Ведь это немыслимо, такое сочетание пары не одобрил Совет. Хотя никто не мог понять, почему. Казалось бы, если даже оборотни с людьми, вампиры с людьми прекрасно уживаются, могут жениться и заводить семью, то чем не угодила такая пара Совету – непонятно. Им не просто запретили подобные отношения, их собирались обоих предать анафеме. И если домовой запрещали ряд обязанностей, то призрака собирались развоплотить. Ему тогда пришлось исчезнуть. Они оба сбежали. Мы думали, вместе, но потом поняли: отдельно. И куда делась домовая, никто так и не узнал. Историю замяли. Но до сих пор о ней вспоминают только с сожалением. – Почему с сожалением? – не поняла я. – И зачем вообще вспоминают? – В назидание потомкам, – поджав губы, ответил шеф. – Хотя никто до сих пор не понимает, почему тех двоих разлучили. Да, они бы не смогли иметь детей. Но это не повод разлучать влюбленных. Ведь ни один, ни вторая в любом случае больше ни с кем не смогут завести семью. Призрак – понятно. А вот домовую жаль. Они любят только один раз и на всю вечность. – И те самовлюбленные эгоисты знали ведь об этом? – уточнил юноша. – А все были против? Или отдельные личности? – Да, знали. И нет, тогда голоса разделились. Решающим оказался как раз голос Ильяса, вредного старикашки, как раз родственника нашего, точнее вашего, вампира, – пояснил шеф. – Вот гады, этот ваш Совет, – эмоционально воскликнул Саша. – И чем им помешал призрак с домовой? Почему они не одобрили? Им-то какое дело? Часто они влезают в чужие отношения, командуя, кому с кем создавать пары? – Нам не дано понять мысли власть имущих. А запрет был еще пару раз, но там все слишком сложно, вроде как вампир и оборотень хотели создать пару. Клыкастый какой-то не то Князь, не то Владыка, я особо не вникал, а оборотница дочка местного Альфы. И все бы ничего, но ее кровь для вампира – сильнейший яд, а погибать на тот момент Князю никак нельзя было, вот и запретили им встречаться и тем более жениться, девушку вообще, кажется, увезли в другой мир, – отозвался Семен Поликарпович. И тут вдруг его лоб прорезала складка. На лице появилась предвкушающая улыбка. Словно он узнал то, о чем мы еще не догадывались. – Хм, у меня ощущение, что сейчас мы станем свидетелями встречи вечности. – Это как? – тут же поинтересовалась я. Но шеф загадочно улыбнулся. Притормозив у входа в нашу контору, на мгновение задумался, кивнул сам себе. Достал из кармана амулет, нацепил его на шею. Для нас пояснил: – Он позволяет на двадцать минут видеть духов, нити жизни, ауру и призраков. А сейчас, идемте быстрее, я не хочу пропустить интересный момент, – обернувшись к Святозару, удивился: – Ты нисколько не изменился. Вот только я считал, ты окажешься более прозрачным, а ты вполне себе материальный… почти. – А почему вы им не пользуетесь? – удивилась я, наблюдая за начальством и показывая на амулет. – Потому что тут энергии надолго не хватает, как бы мне этого ни хотелось. Но нам и ограниченного времени вполне достаточно, ради такого случая я готов пожертвовать внеплановым зарядом, – поведал мужчина с видом заговорщика. Умеет же он заинтриговать. Семен Поликарпович потрогал Святозара за плечо. Стукнул по нему несколько раз. Удивленно покачал головой и сделал приглашающий жест в агентство. – С чего это ты вздумал меня ощупывать? – ворчливо отозвался дух. Он говорил слишком ровно, как мне показалось, машинально. В данный момент он явно был не здесь. – Чтобы убедиться в твоей мертвой сущности, – пожал плечами начальник. – Никогда не видел материальных призраков. – Можно подумать, нематериальных ты видишь часто, – хмыкнул Святозар. – Не часто, но иногда случается, – поведал шеф. Но его не удостоили и взглядом. Такое чувство, что наш гость уже где-то далеко. Тем удивительнее было все же услышать его ответ: – Ладно, можешь смотреть сколько влезет, но руками больше не трогать. И вообще, долго ты нас на пороге держать будешь? – наш новый знакомый даже притопывать стал от нетерпения. – Прошу в нашу святая святых, – картинно развел руки в стороны шеф. Вышло у него достаточно комично. Я же не переставала удивляться. Только за сегодняшний день увидела своего начальника в разных амплуа. За восемь лет привыкла к нему, как к строгому и непримиримому мужчине, скупому на улыбки и на юмор. А тут сразу вон сколько всего. Интересно, какой же он на самом деле, когда не притворяется умудренным опытом стариком. Как бы мне хотелось еще раз увидеть того шального обаятельного наглеца, в которого он превратился в машине. Даже украдкой вздохнула, понимая, что никогда ни о чем подобном не попрошу. – И почему у меня ощущение, что ты задумал аферу, – буркнул Святозар. Ответить ему не успели. Стоило нам оказаться в холле, как навстречу вышла Фросенька. В руке у нее было письмо. Она собралась что-то сказать в своей обычной отчитывающей нас всех манере, если судить по недовольно сдвинутым бровям, но тут ее взгляд упал сначала на Сашу – домовушечка радостно заулыбалась, ее глаза засветились, а потом она случайно заметила Святозара. Письмо выпало из ее вмиг ослабевших пальцев. Секунда… Другая… Из глаз скатилась слезинка. Мы застыли, наблюдая за этой сценой. Я сначала непонимающе переводила взгляд с призрака на домовушечку, пока не раздался щелчок в голове. Неужели? Так вот почему шеф ради этого даже пожертвовал амулетом. Ведь его используют только в редчайших моментах, потому что заряжается он очень долго, а вызвать нас могут в любую секунду. Но сейчас зрелище стоило того, чтобы пожертвовать зарядом. – Это они, да? – дернув меня за руку, склонился к самому уху Саша и прошептал свой вопрос. – Кажется, да, – одними губами ответила я. Оторваться от этих двоих не было ни сил, ни желания. Между ними словно искры побежали. Они медленно двигались навстречу друг другу. Их глаза сияли и светились. Фросенька уже больше не скрывала слез. Она улыбалась так, будто перед ней открылись ворота в Рай. Преобразилась вся. Помолодела. Признаться, подобное я видела только в фильмах ну иногда читала в книгах, считая подобное выдумкой автором или сценаристов. На экране это смотрелось наигранно, а тут столько эмоций сразу. Что у меня самой глаза стало щипать. Но я держалась, просто наблюдая. Хотелось задать столько вопросов, но сейчас это неуместно. Да и вряд ли меня кто-то услышит, эти двое, казалось, никого и ничего вокруг не видели, только друг друга. Может быть позже, когда ажиотаж немного спадет, и эти двое, наконец, смогут побыть вдвоем. Уверена, им столько всего надо сказать друг другу. В груди защемило. Мне вдруг захотелось таких же отношений: искренних, всепоглощающих, настоящих. Тут любовь видна даже невооруженным взглядом. А еще поразило другое: наш призрак на глазах молодел. Ладно домовушечка, она магическое существо, способное самостоятельно меняться по своему усмотрению. Но дух… У него же уже устоявшийся образ, как его можно изменить? Непонятно. Впрочем, загадок сегодня и так слишком много. Одной больше, одной меньше… В данный момент интереснее оказалось наблюдать за встречей влюбленных давно разлученных грозными маразматиками из Совета. – Ефросинья… – только и выдохнул Святозар. А в следующую секунду больше не мог себя сдерживать. Бросился к нашей домовушечке, подхватил ее на руки и закружил по холлу. На нас эти двое уже не обращали никакого внимания. – Все, эти двое потеряны на неопределенный промежуток времени, – довольно отозвался шеф. Амулет он снял и снова засунул его в карман. Поднял с пола оброненное домовушечкой письмо, распечатал его и стал вчитываться в строчки. Веселье улетучилось. Шеф напрягся. – Что случилось? – обеспокоенно отозвалась я. В груди заныло, когда Семен Поликарпович посмотрел на нас с Сашей по очереди. – Шеф, не томите. – На ловца и зверь бежит, – глухо отозвался мужчина. – Только он требует отдать вас двоих ему. Правда, забыл указать, по какому такому праву он посмел указывать мне. – Нас двоих? Какая потрясающая наглость. Интересно, а я каким боком к нему? Не слишком ли он обнаглел, тянуть руки ко всему, к чему пожелает? И насколько это вообще законно? Он что, любого может вот так забрать по своему хотению? Я была не просто зла, находилась в такой ярости, что готова была убивать. Это ж надо было такое придумать, потребовать меня непонятно для чего. Ыр-р-р-р… – Не может. И я намерен разобраться, откуда столько наглости взялось у вампира, давно перешедшего все границы допустимого. В это мгновение голос шефа прозвучал настолько властно, что у меня внутри все застыло. Ого! Семен Поликарпович и так может? Да кто же он такой, в самом-то деле? Сколько загадок в себе скрывает? – Я с этим разберусь обязательно. Слишком много вампирюга стал на себя брать, пора с ним заканчивать. Заодно Совет потрясти, уверен, благодаря родственнику, он и обнаглел окончательно. Но и на него есть управа. Я пока не собирался пользоваться своими возможностями, но сейчас придется, он перешел всяческие границы. – Это не опасно? – спросила, поведя плечами. Не хотела бы я видеть начальство таким каждый день. Заодно поняла лишний раз, насколько этот мужчина может быть опасен. Его сила давила, ярость я чувствовала всем своим естеством. – Дашенька, наша работа – сама по себе опасна. А тут все как обычно. К тому же я давно собирался заняться Киариаром, но подходящего повода не находилось. А сейчас он есть, границы дозволенного пройдены. Пора, наконец, дать отпор. – Нам что делать? – поинтересовался Саша. И так легко у него получилось обозначить меня, как свою напарницу, что желание возмущаться у меня пропало, так особо и не начавшись. Украдкой кинула взгляд на юношу, оценила его сосредоточенный вид. Удивилась разнице между нашей первой встречей и сейчас. Всего за несколько часов он кардинально изменился, словно другой человек. Уже не такой эгоистичный, непримиримый, недалекий. В данный момент рядом со мной находился собранный, сосредоточенный и готовый к подвигам молодой человек. Но все же стало непривычно. Я все восемь лет работала одна, потому не знала, насколько мы сработаемся с Сашей. Он приятный и обходительный, когда этого хочет, но в то же время вредный и гадкий, когда ему что-то не нравится. Я увидела обе его стороны. Осталось понять, с кем придется столкнуться на задании. И что-то мне подсказывает, очень скоро я об этом узнаю. Письмо вампира не давало мне покоя. У него явно было нечто такое, что придавало уверенность. Иначе вряд ли бы он отправил настолько самоуверенное письмо. – Встретиться вам с ним придется, поговорить тоже. И только от вас зависит, сможете ли вы противостоять его чарам, – хмуро отозвался шеф. – И да, Даша, ментальное воздействие на тебя не действует, но магия очарования вампиров – совсем другое. А этот вообще уникум, в нем сила многих жертв. Именно поэтому я прошу быть осторожной, продумывать свои ответы и ни в коем случае ни на что не соглашаться. А мы за всем проследим. И в случае надобности вмешаемся. Потому что оставить вас без подстраховки я не смогу. Пока у вас разные уровни силы. После этих слов Семен Поликарпович скривился. Уверена, ему самому не по себе от такого. Но и взять преступника не на чем было. А тут аж две подсадные утки. Главное с честью выдержать приготовленное для нас, а если получится, то упечь клыкастого далеко и надолго, чтобы больше от его действий никто не пострадал. Не знаю, как шеф решит вопрос в Совете, ведь именно там покрывают делишки кровососа, но, уверена, он точно найдет лазейку. А уж мы постараемся добыть необходимые улики для возбуждения дела. И на этот раз месть Саши свершится. А я ему помогу. Но для начала стоило уточнить ряд вопросов. – А зачем нам вообще идти? – что-то я тупить начинаю. Но реально не могла понять смысла встречи. – Мы же можем его послать и отказаться. Пусть сам приходит, если ему так это нужно. – Он составил письмо таким образом, что отказаться не получится. То есть, здесь присутствует скрытое условие: если вы не пойдете, то автоматически, с согласия Совета, попадаете под его… ммм… попечение, как носители антиментальной магии. А если отправляетесь на встречу, то должны проявить себя, не поддаться чарам, тем самым подтвердив свой статус. – Какой статус? И что такое антиментальная магия? – сколько еще сюрпризов меня ожидает? Столько лет работаю здесь, а о таком впервые слышу. – И какое он имеет отношение к попечению? Нам, слава Богу, уже далеко не семнадцать лет, чтобы мы нуждались в попечителях. – Он, как бы поточнее выразиться, куратор этой самой магии. И те, в ком наличествует подобная сила, обязаны пройти своеобразный экзамен как раз у Кириара. – Я все равно не могу сообразить, как это относится к нам. Зачем нам какой-то экзамен? Мы ведь давно уже доказали свой профессионализм. Или необходимо нечто другое? – Я была сбита с толку. Кажется, не я одна, лицо Саши также выражало непонимание. Но он позволил мне задавать вопросы, сам пока не вмешиваясь. – Даш, ну это же так просто, – усмехнулся шеф, только в глазах застыла печаль. – Статус носителей антиментальной магии. С ее помощью на вас обоих пока никто так и не смог воздействовать своими чарами. И, надеюсь, сила немертвого вас не сломает. Мне бы не хотелось терять вас обоих. Что касается экзамена, то это указ Совета, будь он неладен. Для чего – не спрашивай, тут я и сам не могу понять, что там у них происходит, раз пошли настолько нелепые указы. Но намерен со всем разобраться, потому что не уверен, что в следующий раз не получу еще какое-нибудь идиотское предписание. Я бы хотела заверить шефа, что все будет в порядке, ведь за все годы на меня еще ни разу никому не удалось воздействовать, но промолчала, вспомнив Ричарда. Уверена, ему каким-то образом все же удалось пробиться сквозь мою врожденную защиту. Вот тут и у меня и появились опасения, если призрак смог, то не факт, что и вампир не сможет такого же. А это не есть хорошо, и мне стоит опасаться проблем. Я ведь так и не разобралась, каким образом Ричарду удалось меня в себя влюбить. – Не потеряете, – уверенно кивнул Саша на одну из реплик шефа. – Когда назначена встреча? – Послезавтра в полдень, – ответил шеф. Парень кивнул. Принюхался. – Тогда можно нас покормить, а потом я попробую проверить, насколько Дарья сможет устоять перед ментальным воздействием, – бодро отозвался парень. Я удивленно глянула на него. Он оживал на глазах. Это, повторюсь еще раз, оказался не тот мрачный тугодум, встреченный мной всего каких-то пару часов назад. – Конечно, идемте в столовую, – сделал приглашающий жест шеф. Прежде чем уйти, я не смогла отказать себе в удовольствии и глянуть на нашу парочку. Они сидели обнявшись, Святозар держал домовушечку на коленях, не имея сил ее отпустить. Она льнула к нему, изредка стирая слезы. Ни на кого не обращая внимания, видели оба только друг друга, больше никого. Казалось, если бы сейчас разверзлись небеса, они этого даже не заметят. Что ж, их тоже можно понять. Сколько веков они не виделись? Им есть что обсудить. Не хочется им мешать. Но улыбку я сдержать не смогла. Порадовалась за этих двоих. Надеюсь, больше никакой Совет не станет помехой для такой любви, пронесенной даже сквозь века. Поели мы быстро. Хорошо стол уже был накрыт, так как отвлекать Фросеньку совершенно не хотелось. Меня подгонял азарт. Стало интересно, как же Саша станет проверять меня на воздействие. Но гадать было бессмысленно. Я и не старалась. Скоро все равно все узнаю. Вот только реальность оказалась куда более неожиданной, чем я предполагала. Да и проверку пришлось отложить, потому что нам прилетел заказ, который на этот раз предстояло выполнить вместе с Сашей, потому что это по его профилю. Не успели мы перекусить, как в контору вошли трое. Оборотни. Их ни с кем другим не спутаешь. Один из них выделялся силой, мощью и пристальным взглядом. Он словно заочно пытался всех уличить непонятно в чем. Хорошо, что я доела, иначе бы точно подавилась. Но больше всего поразил тот факт, что все они явились в легких куртках, а ведь на улице минусовая температура. Даже тот факт, что они ехали в автомобиле, не мог стать причиной такой одежды. Горячие мужчины? И ведь никто из них не проявил ни малейшего беспокойства по поводу холода. Меня передернуло, стоило представить, как они в таком виде расхаживают на морозе. Невольно повела плечами. Но уже через несколько минут стало не до размышлений о погоде и несоответствующей одежде наших гостей. – Семен, моего сына похитили, надо найти. Срочно, – тон властный. Видно было, что он с трудом себя сдерживал, чтобы не начать отдавать приказы на чужой территории. – Когда это произошло? – деловито уточнил шеф. Альфа, а это был он, глянул на нас, словно спрашивая, не слишком ли много народа присутствует при разговоре. На что Семен Поликарпович махнул рукой и обронил: – Рассказывай, тем более, что заниматься твоим делом придется как раз этим двоим. Нас просканировали взглядом, едва заметно скривились. Наверняка мы не вызвали доверия, но перечить мужчина не стал. Сухо, четко, по-деловому отчитался: – Он вчера не вернулся из клуба, и я бы не обратил внимания, он часто на несколько дней зависает с друзьями. Но примчалась Иветта, его нынешняя пассия, со слезами на глазах и рассказала, что видела, как Стаса заталкивали в машину в бессознательном состоянии. А сегодня в доме творится невесть что: ветер в закрытом помещении, колыхание штор, двигающиеся чашки. Мне это не нравится. Глянул бы ты? Семен Поликарпович сразу обратился к нам: – Езжайте и гляньте, что там происходит. На месте разберетесь, что к чему. Кивнув, мы с Сашей отправились с одним из охранников, а Альфа со вторым мужчиной остались в конторе. Ехали недолго. Минут через двадцать въезжали в высокие ворота. Я с трудом удержалась, чтобы не присвистнуть. Это ж не дом, а настоящий дворец в миниатюре. Надо же, как нынче Альфы живут. – Проходите в гостиную, тут чаще всего и творится всякая чертовщина, – пригласил мужчина, стоило нам войти в дом. Кинув на него украдкой взгляд, слегка нахмурилась, потому что никак не могла понять, что именно меня смущает в этой ситуации. И вроде приятный молодой человек, а что-то с ним не так. Жаль, я не могу распознавать направленную магию, уверенна, на нем точно есть нечто подобное. С чего я так решила? Слишком дерганным он был. Словно марионетка на веревочке. И вроде пытался сопротивляться, но дергался так, будто его насильно тянули туда, куда он никак не хотел идти. Выглядело, надо сказать, ужасно. – Не могли бы вы выйти и оставить нас тут одних? – попросила нашего сопровождающего, мельком глянув на Сашу. Тот сейчас напоминал статую, настолько глубоко ушел в себя. Казалось, он меня даже не слышал. Охранник кивнул, одарил нас недоверчивым взглядом и поторопился покинуть гостиную в тот момент, когда шторы сами собой заколыхались. Я перевела взгляд в ту сторону. Подошла ближе. Призрак? Как-то не слишком похож, такое чувство, что передо мной сломанная голограмма. Она искрила, то появлялась, то пропадала. – Стас? – уточнила едва слышно. Парень встрепенулся. – Ты меня видишь? – вопрос звучал с перебоями, как при потере связи телефона. – Да. Ты где? Что происходит? Тебя убили? – я даже подалась вперед, стараясь не упустить ни слова из будущего рассказа парня. – Пока нет, но я без сознания, меня вырубили какой-то гадостью, еще и наркотой накачали. Спаси меня, они не собираются оставлять меня в живых, я это слышал. – Ты знаешь, где находишься? – самый главный вопрос. – За городом, охранник отца должен знать, этот гад меня и сдал. Я его видел, когда он указывал клыкастым в мою сторону. – Тебя похитили вампиры? Но зачем? – я была удивлена. – Участок в Предгорье, который отец недавно купил. И сколько бы вампирюга не просил продать его, не согласился. Я не знаю, что там. Но слышал, именно это место необходимо одному из них. Больше он ничего не успел сказать. Выключился. Исчез. А я смотрела на то место, где он недавно находился, и грудь сжималась от тяжелого гнетущего предчувствия. В этот момент отмер и Саша. Глянул на меня и глухо выдал: – Звони шефу, мы опоздали, парня… Договорить он не успел. Перед нами возник Стас, но уже полноценным призраком. Еще одна неясность. Ведь духи обычно привязаны к месту своего убийства, а этот снова появился в доме. Как подобное возможно. – Ты не успела. А ведь я просил, – прозвучало обвиняюще. Я подняла руку, останавливая поток его обвинений. Достала телефон. Набрала номер. – Семен Поликарпович, мы не успели. Парня убили. И тот самый охранник, что нас привез, оказался предателем. Именно он сдал Стаса вампирам. В трубке послышался рык Альфы. Это был стон раненого животного. Я словно ощутила всю боль отца, потерявшего своего сына. В этот момент Саша перехватил трубку и быстро заговорил: – Я нашел, где держат парня. Я отмотаю время назад, мы успеем его спасти. Не дослушав ответ шефа, напарник сосредоточился. Замелькали кадры, будто пленка киноленты мотает фильм в обратном направлении. Моргнула раз, другой. На миг потеряла ориентацию в пространстве. Очнулась в тот момент, когда в контору входят оборотни. Что происходит? Это же уже было. Или у меня дежавю? Пока я размышляла над происходящим, вперед выступил Саша и, не дав даже рта раскрыть Альфе, быстро заговорил: – Ваш сын находится у вампиров, которые решили отомстить за участок в Предгорье. В похищении участвовал один из ваших охранников. Если мы не поторопимся, то через один час и двенадцать минут его убьют. В данный момент он без сознания, его накачали наркотиками и сильно избили, даже регенерация не справляется с повреждениями. Всего два удара сердца понадобилось остальным, чтобы осознать сказанное. Альфа взревел и глянул по очереди на своих охранников. Саша указал на одного из них. Тот отшатнулся и даже попытался сбежать. Не вышло. Когда его грудную клетку пробила рука Альфы, я отвернулась, настолько стало страшно. Меня затошнило. – Не будем терять время. Этого в багажник. Веди, – один приказ был дан спутнику мужчины, второй предназначался для моего напарника. Мы вышли. Рядом с нами возник шеф. Глянул на Сашу и едва слышно поинтересовался: – Ты применил дар времени? – Да. Ничего другого не оставалось, парень погиб, мы не успели. А он должен жить, – сообщил Саша, глядя перед собой. Я заметила, как по его виску скатилась капля пота, словно он потратил много сил. Но на что? Он же ничего не делал? И о каком даре времени говорил Семен Поликарпович? И тут меня осенило. То самое чувство дежавю. Получается, все это уже было. Но я не помнила тех событий, только где-то на подкорке сознания осознавала: все это я уже видела, но что будет дальше предсказать не могла. А еще убитый охранник почему-то вызывал ассоциации с марионеткой. С чего вдруг? Ответа не было. Мы неслись по улицам, нарушая все правила дорожного движения. Но удивительный факт, нас никто ни разу не остановил. За городом дорога стала хуже, снег не до конца убрали, гололед мешал развить огромную скорость. Даже оборотням пришлось замедлиться. От того, что они попадут в аварию, никому легче не станет. Саша и дело поглядывал на часы. Я сама беспокоилась, боясь не успеть. С момента прихода оборотней в наш офис прошло сорок пять минут. У нас осталось чуть меньше получаса. А ведь еще предстояло отыскать нужное место. Заброшенный дом. Хм, откуда я это знаю? Ладно, о своих догадках подумаю потом, сейчас волнение мешало рационально мыслить. И вроде я знать не знала этого парня, а в душе поселилось сожаление и беспокойство. До деревни доехали уже через минут десять. Но заезжать в нее не стали. Кинули автомобили на обочине дороги. Мы втроем: я, Саша и шеф отправились к нужному дому по улице, а оборотни помчались в обход, чтобы клыкастые их раньше времени не почуяли. На нас никто не обращал внимания. А мы шли спешным шагом, боясь не успеть. Нас вел мой напарник. Завернув за угол, издалека увидела тот самый дом. Он стоял на отшибе, вокруг него все заросло. Хотя дом добротный. Только краска на стенах облезла, окна выбиты, двери вообще не было. Семен Поликарпович поднял руку, заставляя нас остановиться. Он к чему-то прислушался и жестко скомандовал: – Дальше ни шагу. Вы остаетесь здесь. Не хватало еще попасть под разборки вампиров и оборотней. – А вы? – вопрос вырвался раньше, чем я о нем задумалась. На меня глянули снисходительно. Но на вопрос мужчина все же ответил: – А мне ничего не будет. Я присмотрю, чтобы никто не погиб. И он ушел, а мы остались. Саша застыл, глядя перед собой. Наверняка в транс впал, правда непонятно, из-за чего. В себя он пришел быстро. Улыбнулся и с облегчением выдал: – Стаса успеют спасти. Кивнула. Обхватила себя за плечи. Холодно. Стоять на одном месте оказалось весьма неуютно. Моя куртка явно не предназначена для длительного нахождения на морозе. Я попыталась попрыгать на месте, походить, чтобы согреться, но ничего не помогало. Из дома никто не выходил. И тут напарник проникся моим трясущимся видом. Обнял и прижал к себе. Да-да, сугубо, чтобы согреть. Возмущаться и не подумала, потому что мне и правда стало чуть теплее. Во всяком случае трясучка прошла. – Ты! Эй, ты, медиум, ты обязана мне помочь, – раздалось за спиной. Я вздохнула, закатила глаза. Кто бы сомневался, что в таком месте не обойдется без проблем. Отлипать от мужчины не хотелось. Но призрак настойчиво звал, даже пригрозил пройти через меня. Тут и так холодно, а если он пройдет сквозь мое тело, это грозило меня окончательно заморозить. Пришлось отстраниться от Саши и повернуться к настойчивому духу. Ой, зря я это сделала. Потому что он был не один. Я дернулась, непроизвольно прижимаясь к мужчине. – Что такое? Ты чего? – в голосе напарника беспокойство. – Призраки. Их тут много, – выдохнула потрясенно. Я рассматривала пару десятков духов, глядящих на меня с надеждой. В основном тут были девушки, но среди них пятеро молодых мужчин, один из которых и обращался ко мне. Даже холод отступил, стоило представить количество работы на такое количество призраков. – Итак, какого рода помощь тебе нужна? – я перешла на деловой тон. Сама не заметила, как нашла руку напарника и схватилась за нее, как за спасательный круг. Стало значительно легче. Теперь я готова была общаться с теми, кому нужна моя помощь. – Ты должна подать заявление в полицию и сообщить, что меня заказала собственная жена, она решила присвоить себе мое имущество, но, уверен, ничего не получила, потому что я все оставил своей беременной любовнице и своему ребенку, – призрак хихикнул. И тут же представился: – Я Максим Левинов. – Одного заявления мало. Голословные обвинения тоже не могут использоваться в качестве обоснования преступления, – заявила и прищурилась, ожидая продолжения. – Так есть доказательства, – самодовольно хмыкнул призрак. Машинально полез в карман и тут же досадливо скривился. – Флешка с видео находится у Горинова Аркадия Викторовича. Я отдал ему за несколько часов до своего убийства. Найди его, а потом отнеси запись в полицию. – Хорошо, – пообещала, записав в телефоне фамилию и адрес того, к кому мне стоило наведаться. Подняла голову и глянула на других. Они словно того и ждали. Каждый подходил и сообщал, что с ним случилось. К сожалению, практически все девушки стали жертвами вампиров. Клыкастые выбирали только сирот, потому сообщать о смерти оказалось некому. Но девушки очень просили наказать их убийцу. Когда я узнала имя, выругалась. Почему-то подспудно и сама предполагала, кто постарался. Только он вел себя нагло, не заботясь о том, что его поймают. Знал, родственник в Совете всегда отмажет. У меня даже кулаки зачесались, так не терпелось врезать гаденышу, настолько слетевшему с катушек. После девушек вперед выступил второй мужчина. Представился Константином Волковым. Осмотрел меня, после чего заявил, кивнув на третьего призрака, вставшего за его плечом: – От меня и моего телохранителя избавился мой компаньон. Я видел, как он все время подкатывал к моей жене, а потом заметил, как со счетов компании стали исчезать крупные суммы денег. Разговор с нашим бухгалтером многое прояснил. Я заставил ее не только вернуть все, но и перевести всю украденную сумму на карту. Егор, узнав об этом, разозлился. Нанял каких-то головорезов, чтобы выбить из меня признание, где карта. Но те перестарались. И остался мой компаньон без денег. Я хочу вас попросить, отдайте моей жене карту, она на железнодорожном вокзале в ячейке сто сорок два. Пароль… Я только успевала все записывать. Пообещала, что все сделаю. Только один вопрос задала призраку: – А если ваш компаньон все же добился благосклонности вашей жены? Все равно отдавать? – Нет, в этом случае потратьте все деньги на благотворительность. В мире полно тех, кому необходима помощь. Кивнула. И глянула на двух оставшихся мужчин. Те молчали и не торопились просить помощи. А потом и вовсе развернулись, и поплыли к заброшенному дому. Интересно. Неужели о них никто не беспокоится? Заметив мой взгляд, телохранитель зло процедил: – Эти двое из тех, кого нанял Егор. Я успел их вырубить перед тем, как к ним пришла помощь. Увы, от всех не получилось избавиться, меня убили раньше. Больше мы ни о чем не успели поговорить, потому что появился шеф, следом за ним бежали оборотни. Альфа нес на руках своего сына. Парень был весьма плох. Поблагодарив нас на бегу, они умчались вперед. Что ж, мы свою работу выполнили. Теперь можно возвращаться. И заняться просьбами призраков. Пока шли к нашему автомобилю, я коротко поведала Семену Поликарповичу о встрече с убитыми. Тот покачал головой, тоже решив, что клыкастый в конец обнаглел. И его пора приструнить. Поехали мы не в контору, а по указанному Максимом Левиным адресу. Аркадия Горинова мы поймали почти на пороге квартиры. Не успели позвонить, как дверь открылась, и мы едва не врезались в него. – Вы кто такие? Что вам надо? – несмотря на браваду, было видно, что он испугался. – Мы по поводу Максима Левина, – не успел шеф произнести имя, как мужчина дернулся, заметался, явно собираясь сбежать. Но кто бы ему дал? Втолкнув Горинова обратно в квартиру, Семен Поликарпович кровожадно уставился на хозяина квартиры. – Где флешка, которую вам дал Максим Левин? – строго спросил шеф. – Так я это… В полицию ее отнес… – произнес Горинов, его трясло, но он старался держаться. – Там же это… видно… жена заказала. Она чуть Елизавету Дмитриевну не убила… Узнала, что все ей досталось. – Так, давайте вы успокоитесь и нормально все расскажете? Мы как раз хотели помочь уличить супругу Левина. Но раз это сделали вы, значит, все в порядке. Расскажите, что произошло, – уже мягче попросил Семен Поликарпович. Собеседник выдохнул с заметным облегчением. Успокоился. Встал, налил себе воды, выпил и уже обстоятельно поведал: – Когда ко мне пришла полиция, я сразу отдал им флешку, где Макс записал разговор своей жены с одним типом. Она просила устранить супруга, потому что он собрался подавать на развод. И в этом случае она бы осталась ни с чем. А у нее молодой любовник, требующий все больше денег. Я рассказал, что разводиться Макс решил из-за Лизы, ожидающей ребенка от моего друга. Полиция поехала к ней, чтобы поговорить, успела вовремя. Еще немного и было бы поздно. Светка обезумела от того, что все же осталась ни с чем. Все имущество Макс завещал любовнице. Вот и решила ее придушить. Там ее и взяли. Арестовали. Суд уже был. Как-то так. – Что ж, в таком случае нам тут больше делать нечего. Правосудие свершилось, – выдал шеф и кивнул нам на выход. Покинув квартиру мужчины, не стали откладывать, намереваясь сразу решить и вторую просьбу призрака. Но сперва не мешало бы перекусить. У меня от голода уже желудок свело. Мужчины со мной оказались согласны. Выбрали приличный ресторан, заодно и обсудить наши дальнейшие действия. На перекус времени мало, так как уже вечер, то нам стоило поторопиться, потому что помимо помощи призракам еще много дел. Все время Саша слишком задумчиво себя вел. Словно он витал в облаках. Я бы подумала, что он заглядывает в будущее, но нет, он просто думал. Как бы мне сейчас хотелось узнать, о чем именно он думает. Потому что изредка я ловила на себе его взгляды. Зато шеф хитро поглядывал на нас обоих, но молчал, ничего не говорил, за что я была ему благодарна. Во время десерта шеф обозначил наши дальнейшие действия: – Сейчас едем на вокзал, забираем карту и к жене Волкова. Надеюсь, мы быстро справимся, потому что у нас еще дела, необходимо приготовиться ко встрече с вампиром. Наверняка он уже придумал для вас ловушку, и вы просто обязаны ее обойти. Спорить никто и не подумал, потому что лично мне точно не хотелось стать донором наглого кровососа. А уж про Сашу и говорить нечего, он его органически не переваривал. Уже через полчаса мы ехали на вокзал. Ячейку нашли быстро, открыли, не забыв накинуть отвод глаз. Занимался этим шеф, признаться, для меня пока эта магия, как темный лес. Но наша вынужденная мера оказалась весьма кстати, потому что на выходе мы заметили несколько мужчин, следящих за камерой хранения. «Наши» ли это соглядатаи, не хотелось выяснять. Но интуиция подсказывала, что они ждали того, кто придет забирать карту. И как только узнали, что она именно тут? Или это только предположение, основанное на логике? Сейчас мы об этом уже не узнаем. Карта прожигала карман. Хотелось, как можно скорее от нее избавиться, потому что я ощущала угрозу, исходящую от этого куска пластика. Я готова была подгонять автомобиль, чтобы ехал быстрее. На мою нервозность шеф хмыкнул, будто знал, отчего я так нервничаю. Зато Саша решил действовать кардинально, он меня обнял и прижал к себе. И надо же, стало чуть легче, будто спокойствие напарника передалось и мне. Я даже смогла глубоко вздохнуть и резко выдохнуть. А потом мы приехали. Ворота дома широко распахнуты. Во дворе три автомобиля. Въезжать внутрь мы не стали, оставили нашу машину на улице. Я так вообще хотела подождать в салоне, но все же двинулась за шефом. Вот кто спокоен, как удав. Еще и напарник ехидно ухмыляется. А он-то с чего вдруг? Ответ получила уже через несколько минут. – Вы к кому? – из дверей дома выскочил молодой мужчина в черной форме охраны. – Нам нужен Константин Волков. Он ведь тут живет? – шеф сама любезность. – Константин Игоревич погиб месяц назад. А зачем он вам нужен? – бесхитростно спросил мужчина. Даже я хмыкнула от такой беспардонности. – А его супругу мы можем увидеть? – вопрос шеф проигнорировал, что не понравилось собеседнику. – Зачем она вам? – охранник продолжал наглеть. Семен Поликарпович начал терять терпение. – Ты охранник или секретарь? Какое право имеешь задавать мне вопросы? – холодно поинтересовался шеф, на миг выбив мужчину из колеи. Он дернулся, не ожидая такой отповеди. Ответить не успел. На крыльце появился еще один мужчина. А за ним семенила молодая женщина, привлекательная, ухоженная. Она куталась в кружевную шаль. Вышедший незнакомец обнял женщину и прижал к себе. У нас уточнил с какой целью мы ищем его погибшего компаньона. – Он мне денег должен, обещал отдать еще месяц назад, но я уезжал, не смог с ним встретиться. Сейчас только вернулся, – от слов шефа я едва рот не открыла. И как ему такое в голову пришло? Зато женщина дернулась, зло сузила глаза, разглядывая незваного гостя. Глянула на компаньона, потом снова на нас. – У моего мужа было достаточно денег, чтобы еще одалживать. Решили нажиться на мертвом? – процедила, утратив часть своей привлекательности. – Правда? А мне он сказал, что деньги со счетов кто-то украл, а ему они срочно понадобились, – не растерялся Семен Поликарпович. Компаньон дернулся, как он удара. – Игорь? Что за шутки? Деньги со счетов действительно пропали? – она повернулась к мужчине. – За что ты тогда собрался делать нашу свадьбу? – Милая, это чья-то злая шутка, – залебезил компаньон. И до меня вдруг дошло: эта милая с виду женщина далеко не так проста, как нам показалось. А не она ли решила избавиться от мужа руками компаньона? Это больше походило на правду. Я скривилась. Мне стало жаль призрака. Погиб ради этой курицы, еще и хотел позаботиться о ней. Словно прочитав мои мысли, рядом с парочкой замерцала туманная дымка, соткавшаяся в силуэт. Костя смотрел на тех двоих, качая головой. Кажется, до него тоже дошло происходящее. – А ведь я им верил, а ее так и вовсе боготворил. А она… Тварь еще та. Не отдавай ей карту, потрать ее на благотворительность. Я верю тебе, ты справишься. А мне пора, не хочу больше их видеть. Главное, что хотел, узнал. И он растаял. А я окликнула шефа и сообщила, что долг Кости мы не получим, а, значит, нам тут делать нечего. Тот кивнул. Презрительно глянул на тех двоих, не став ничего говорить. А уже в автомобиле сам посоветовал, на что потратить деньги Константина. Он пообещал узнать, кому необходима дорогая операция, чтобы спасти человека. Это самый лучший выход. Я отдала ему карту, сообщила пароль, так как знала: у него намного лучше получится найти достойного этих денег. Меня отвезли домой, так как глаза уже слипались, усталость давала о себе знать. День вышел слишком насыщенным и полных приключений. Но зато я выполнила просьбы призраков, в такие минуты на меня накатывало облегчение пополам с апатией. В такие моменты из меня словно все жилы вытягивали. Спать хотелось со страшной силой. – Ладно, сегодня отдыхай, но завтра день обещает быть слишком насыщенным. Не забыла, нам еще проверить вас на воздействие. Не хочу лишиться своих лучших работников. Я и сама не хотела попасть под власть кровососа. Ведь мне еще отомстить ему за тех девушек, которых он выпил. Про Сашу и говорить нечего. Зря он что ли столько времени противостоял вампиру? Значит, нам надо сделать все возможное, чтобы противостоять этому гаду. Нашу силу он точно не получит. Дома я с трудом добралась до душа, а потом, завернутая в полотенце, упала на кровать и отрубилась. Даже показалось, что только легла, а уже телефон разрывается, требуя моего ответа. Что ж, недаром я всегда говорила, что утро добрым не бывает.