Глава 49

– Прости, Мирослава. Прости, Айка, – осёкся горный князь.

Трапезу мы продолжали молча. Зла на Мирославу я не держала за дерзкую выходку, да и Радимира не винила. Видела его сожаление, но помочь как не знала.

– Я проведу девушек в их покои, – вызвался Ярополк, и я чувствовала, что ничего хорошего от его заботы нам ждать не придётся.

Ярополк приобнял дочь и вместе вышел в галерею, а я замешкалась в длинной юбке Мирославы, которая была пусть немного, но выше меня, и очутилась одна перед князем.

– Мне очень жаль, – Радимир подал мне руку, и мне не оставалось ничего, как подчиниться и вложить в его ладонь свою. – Я ничего не имею против Великолучья и людей, его населяющих. Просто…

– Вы князь, значит на всё право имеете, – попыталась я отшутиться.

– Совсем наоборот, – горько усмехнулся Радимир. – Пугать вас с Мирославой точно не стоило, даже если я князь.

Пальцы его скользнули выше, нарочно ли прижавшись к запястью. Сердце стучало так часто, отдаваясь пульсацией в каждой жилке, словно норовило вот-вот выскочить и прямиком в его руку.

– Пожалуй, мне стоит нагнать Мирославу и её отца, – я освободила руку, к обоюдному сожалению, как на миг почудилось. И подхватив длинные полы сарафана поспешила за удаляющейся по галерее подругой.

Лопатки сводило от пристального взгляда чёрных глаз, но огромным усилием воли я заставила себя идти прямо, не оборачиваясь.

– Что в голове твоей творится, одним богам известно, да и те порой в смятении, – корил Ярополк свою дочь. – Хуже момента выбрать не под силу никому!

Старший советник, десница князя, распинался, не замечая даже моего присутствия.

– Только сегодня из Китежа депешу получили. Все наши жизни на кону стоят из-за этой дрянной девчонки, а ты её имя поминаешь всуе.

– Папенька, я же не знала.

– Говорил же я ему, предупреждал, чтоб не ехал, не совался в это гадкое болото. Только беду на себя накликали, – разошёлся мужчина не на шутку.

– Что стряслось-то? Убили кого?

– Успеется ещё, – хмыкнул Ярополк. – Радимира обвиняют в похищении Агнии, удержании её, а то и убийстве. Дескать и свидетели есть. Грозятся, что если не вернём им младшую княжну, войной на нас пойдут, шесть княжеств под одним стягом против нас объединят. Мог бы, я бы эту княжну из-под самой земли достал и… и… – Ярополк затряс обеими руками, так и не найдя подходящей расправы. Знал бы он, как близко находится к своей цели, то-то бы обрадовался.

– Мне так жаль… Могу я для тебя что-нибудь сделать? – спросила Мирослава, когда мы остались одни.

Я в ответ лишь замотала головой. Боюсь, тут и всесильные боги лишь развели бы руками.

– Мне бы хотелось побыть одной, подумать. Не останешься в обиде?

– Нет, что ты, – обняла меня Мирослава, – если бы я только могла разделить твою ношу!

– Вот уж врагу не пожелаю, не то, что тебе, – улыбнулась через силу, расставаясь с подругой.

Сколько ж ещё несчастья должна я принести этим людям?

Оказавшись в своей комнате, первым делом достала книгу из-под подушки, а из неё записку, написанную рукой Радимира. В полной темноте я нянчила рукописные строчки, к груди прижимала, сидела, покачиваясь взад-вперёд, как кукла подневольная, а в противоположном крыле в окнах было светло. Не знала, но чувствовала, что там сейчас решается моя судьба и всех тех, кто мне стал дорог.

Не поздно ли пойти, да во всём сознаться, остановить безумие? Одно останавливало: если я явлюсь перед отцовы очи с Радимиром вместе, не будет ли это доказательством обвинений этих глупых. Что, если я только хуже сделаю?

Так и уснула я, сжимая в кулаке клочок бумаги. Не верилось до последнего, что отец мой, князь великий, способен на угрозы такие. Проснулась я с твёрдой решимостью всем и каждому доказать обратное.

Выскочила в коридор и едва не обомлела. Людный он стал, от того неузнаваемый. Тихий замок князя Радимира с его размеренным укладом жизни словно пробудился ото сна. Коридоры полнились мужскими разговорами. Глаза драконов блестели от предвкушения грядущей битвы, но я была намерена сделать всё возможное, чтобы её не допустить. Я обязана сделать всё, что мне по силам, чтобы прекратить бессмысленные кровопролития. Никто из них не заслуживает смерти из-за меня.

Мирослава ещё спала, когда я принялась её тормошить ото сна.

– Мирославушка, проснись, милая. Мне твоя помощь срочно нужна.

– Что случилось? – всполошилась она, растирая сонные веки.

– Отведи меня к своему отцу.

Несколько долгих мгновений сидела она неподвижно, не веря будто услышанному.

– К моему отцу? – переспросила девушка.

Я усиленно закивала. Мне одной, и даже с Мирославиной помощью, не одолеть задуманное. А вот Ярополку под силу. И кому, как не ему, понять моё желание сохранить как можно больше жизней его солдат?

Мирослава провела меня по незнакомым доселе коридорам. Ещё вчера я и представить себе не могла, что окажусь тут по доброй воле.

Не дожидаясь подруги, я первая постучала в дверь, чем вызвала ещё больше удивления.

Ярополк отпер дверь нескоро. Выглядел он сонно, словно только лёг спать, а теперь вдобавок и обескуражено.

– Можно войти?

Старший советник посторонился, пропуская нас внутрь. Захлопнулась дверь от руки его и улетучились все слова, мною так усердно заготовленные.

– Ну? Зачем пожаловали? – поторопил нас десница.

Я преклонила перед ним колени и заговорила:

– Прошу прощения у вас нижайше, какое бы решение вы не приняли, об одном прошу – выслушайте.