Глава 51

За минутами потянулись часы бесконечного ожидания, больше никому моя компания не нужна была. Лишь ближе к ночи явился на порог гость, которого я предпочла бы не видеть вовсе.

– Налеталась, пташка, и опять в свою золотую клетку надумала вернуться? – оскалился Милан, ещё более искажая когда-то милые черты лица. Светлые кудри свисали немытыми жирными паклями, глаза будто запали и почернели, а губы были искусаны до кровоточащих язвочек. Не человек вовсе, а его страшное подобие.

– Не приближайся, – ничего тяжелее подсвечника под руку не попалось, но даже с ним в руках я чувствовала себя увереннее.

– Больно надобно, – утробно рассмеялся мой самый настоящий похититель. – Эту грязную работёнку сделают за меня. Знаешь, я поначалу очень сильно злился, ни о чём думать не мог, окромя как расправы над тобой. А потом понял, что так даже к лучшему. Мы пошли не по намеченному плану, наш путь оказался гораздо проще и лучше.

– Путь у тебя один и он прямиком в пекло, – я отошла от Милана к окну, сохраняя безопасное расстояние между нами.

– Я так оплакивал тебя, так горевал, а сухаря Благояра не пронял. Тогда нам пришлось ему помочь, точнее мне. Братец должен быть благодарен, что я сделал за него всю грязную работёнку. И так складно всё вышло: князь не справился с утратой любимой младшей дочери, княжна ополоумела от потери мужа. А Всеслава… знаешь, ей тоже в последнее время не здоровится.

– Ты не человек, а тварь!

– Но-но, чего кричишь? Людей зазря побудишь, – усмехнулся Милан, облизывая пересохшие губы. – Мне доложили, куда ты шельма делась. Спрятаться от меня захотела? Думала, там не достану? Э, нет, я и тебя выманил, и защитников твоих выкорчую, как старых пней.

– Ты даже представить себя не можешь, против кого идти собрался. Может, со мной тебе совладать и по силам, но тебе точно не справится с…

– Ой-ой, с кем? С драконами? – перебил он меня, мерзко хихикая. – Надеялась, что не знаю? Я и с ними всеми совладаю, уж поверь, есть у меня в этом деле помощница.

Другими глазами я посмотрела на Милана. Весь вид его мне об этом не говорил, а кричал, и как только раньше не замечала. Въелась Тьма в его душу, пустила корни до самого сердца, осквернила помыслы его, а может и не только. Кому, как не Тьме, иметь зуб на драконов? Кому, как не ей, стремиться к всевластию?

– Ты заражён Тьмой, – потрясённо прошептала.

– Глупая дура, я благословлён ею! С помощью Тьмы я стану непобедимым и драконов одолеть мне не составит никакого труда. Как думаешь, что долетит быстрее: пламя твоего любимого Радимира или моя отравленная стрела?

– Тебе его никогда не победить в горах, – за грозным тоном пыталась скрыть неуверенность и Милан её тут же учуял, как собака дичь.

– А что, если заставить его войско великое спуститься? – нарочито ласково пропел он, приближаясь. – Думаешь, не ответит его такое горячее живое сердце на наш вызов? Или может, думаешь, не ринется он тебя выручать? Ты воняешь этим зверьём за сотни вёрст.

Больше всего я молила сейчас всех богов, чтобы именно так оно и было. Пусть забудет меня, как сон свой страшный, пусть порвёт депешу лживую на сотни кусочков и никогда не спускается в долину. Пусть лучше ненавидит меня и забудет.

– Я тебя даже убивать пока не буду, хочу, чтобы ты насладилась зрелищем сполна, – пророкотало напрощание чудовище, в котором от прежнего Милана и следа не осталось.

Всех подвела, всех, кого любила, подвела к верной погибели.

Безвылазно я сидела в четырёх стенах, теперь лишь Милан навещал меня и приносил еду, к которой я не спешила прикасаться. Всякий раз он пытался довести меня до исступления, дразнил байками и слухами, что ветер приносил в Китеж с окраин.

– Вот увидишь, скоро явятся и драконы. Уже идёт их войско по горным перевалам. Думают, глупые, врасплох застать. Как думаешь, а нам удивить их получится?

Он уходил, и я приникала к окну. Силилась разглядеть сквозь закрытые ставни небо, не летят ли в нём драконы, силилась расслышать шелест их крыльев или рёва далёкого. Небо молчало, и я успокаивалась.

Но наступил тот день, когда предсказания Милана сбылись.

Распахнул врата Китеж-град для послов и князя Радимира. Провели гостей в палаты каменные, тесные да узкие для людей, не то, что драконов.

Меня с самой зорьки в чан горячий усадили, намыливали, красоту наводили, чтобы показать во всей красе. Особенно старались над волосами, пытаясь им прежний цвет вернуть. Обрядили в лучшее платье и как зверушку на ярмарке в разгар переговоров вывели. Там, где минуту назад горячие споры шли, воцарилась тишина мёртвая.

Быстрым взглядом обвела я свиту Радимира, так и не заметив среди них Ярополка. Сильные, бесстрашные. Что ж до самого их предводителя, стыдно было и очи поднять на него, а когда всё же осмелилась, то провалилась в горькую пучину его скорби и разочарования.

– Узнаёшь, княже, лазутчицу нашу? С её помощью мы легко найдём нужные горные тропы и перетравим вас, как крыс в подполе. Ну как, передумал? – первым нарушил тишину Олег.

Драконы все по давней традиции переговоров были безоружны, как и люди Олега на первый взгляд. Милана и вовсе не было видно, прятался за спинами бояр и дружинников, как самая настоящая крыса.

– Она принадлежит мне по праву, верни мне Агнию, – от слов Радимира сердце болезненно сжалось.

– Теперь её судьба дальнейшая вверена в мои руки, если ты не осмелишься оспаривать волю покойного Великого князя Благояра. Но я позволю решить ей самой. Агния, что твоему сердцу ближе: вернуться к твоим похитителям, – намеренно очернил драконов Олег, – или остаться с нами, со своей семьёй?

– Я останусь, – предательски задрожал голос, выплёвывая как яд ненавистные слова. Скажу иное, и Всеславе конец. Так велел мне Олег и ради сестры я боялась ослушаться. Затаила дыхание, во все глаза глядя на горного князя, который впервые с момента моего появления, отвернулся. Отступил от помоста на несколько шагов и остановился. Мне бы только весточку ему передать, уберечь от злого рока. – Я не могу бросить свою сестру, – сказала громче, отчего Олег недовольно нахмурился. Ему моё своеволие не по душе пришлось. – В тёмные времена семьи должны держаться вместе, покуда не снизойдёт с небес спасение.

Радимир удивлённо вскинул очи, а вот Олег зашипел гадюкой:

– Дрянная девчонка! – выругался мой мучитель.

Я заметила Милана, спрятавшегося за спинами драконов, с луком наготове и натянутой тетивой. Удар в спину поджидал Радимира, мучительная и бесславная смерть. Много я ошибок наделала в жизни, но ещё одну допустить не могла.

Оттолкнув зазевавшегося боярина, стремглав кинулась наперерез. Два прыжка, чтоб поймать стрелу на излёте. Два последних вдоха, чтобы рассмотреть оперение из поллыницы горькой. Как хитро…

Жар в груди опалял всё нутро, застилал глаза красной пеленой, а потом померкла и она.