Глава 11

– Привет! – Глеб встречает меня у дверей университета, и на его лице расцветает улыбка. – Не мог дождаться вечера, – наклоняется и прижимается губами к моим.

Я не даю ему углубить поцелуй и практически сразу разрываю его. Мне не по себе от этого, и я не могу понять, а самое главное, объяснить себе, в чем именно дело. И совершенно не хочу думать, что виной всему прошлая ночь и мой ночной кошмар.

Глеб хмурится и смотрит на меня испытующе.

– Что-то не так? – спрашивает.

– Прости, я просто… устала, – бормочу я, избегая его взгляда. Внутри все сжимается в комок.

Потому что снова, будто на повторе, прокручивается визит Психа.

Я так и не смогла уснуть. Ворочалась с боку на бок, боясь прикрыть глаза и проснуться не просто от прикосновений, а от чего-то более… серьезного. А когда все же удалось задремать, мне снилось, что он не просто трогал меня.

В моем сне он ласкал меня, целовал шею, пока не нашел губы, а его рука проникла мне в шортики от пижамы и накрыла самую чувствительную часть. Это было так горячо и волнительно, что я готова была его умолять, лишь бы он не останавливался. Но в какой-то момент он замер, прошептав, что таких, как я, пресно трахать. И я распахнула глаза под звон будильника.

– Ничего, – Глеб берет мою руку, переплетая наши пальцы. – Отдохнешь, поешь, все наладится.

Мы садимся в такси и едем в “Ботанику” – один из самых модных ресторанов города. Он оказывается именно таким, каким я и представляла: светлое помещение с высокими потолками, залитое мягким светом и утопающее в зелени.

Здесь пахнет свежестью, травами и дорогим кофе. Сюда приходят влюбленные парочки и компании подружек для стильных фото. Стоит нам занять столик, как напряжение постепенно начинает спадать. Здесь я точно могу забыть о своем сумасшедшем Психе.

Глеб заказывает для меня ризотто с креветками, а для себя – пасту с курицей и грибами.

– Представляешь, Фло, я вчера наконец-то допилил тот алгоритм для тренажера по C++. Он теперь не просто проверяет код на ошибки, а анализирует логику и предлагает варианты оптимизации. Иванов сказал, что это может стать отличной основой для моего диплома. Если все получится, мы с командой можем подать заявку на университетский грант…

Он говорит с таким жаром, с такой верой в будущее, что невозможно им не восхищаться. Он создает что-то настоящее, что-то важное. А я сижу и чувствую, как его слова разбиваются о каменную стену моего страха. Я киваю, вставляя “да” и “конечно”, но слышу только тиканье воображаемых часов в своей голове, отсчитывающих время до “Охоты”.

Я машинально тянусь к волосам, к тому месту, где в последнее время носила бантик. Сегодня его нет. Я сняла его утром, спрятав на дно комода. Но его призрачное ощущение давит на затылок, будто незримая метка.

Но я больше не буду той самой девочкой с бантиком, которой легко манипулировать. Я посмотрю своему страху в глаза.

– Флора, ты точно в порядке? – Глеб кладет свою руку на мою. Его прикосновение теплое и мягкое. – Ты не смотришь на меня. Как будто тебя здесь нет. Это из-за проекта? Я слишком много о нем говорю?

– Нет, нет, что ты… – пытаюсь я улыбнуться, но получается криво. – Мне интересно слушать про твой проект. Просто… голова немного кружится, из-за бессонницы.

Именно в этот момент я вижу его. Не его самого, а отражение Психа в огромной зеркальной панели у стены бара. Высокий, широкоплечий, в кожаной куртке, он не один. Лицо его спутницы закрывает какой-то экзотический куст. Но мне плевать. Все мое внимание сосредоточено на парне, что сидит за столиком в дальнем углу зала, спиной к нам.

Пульс мгновенно взрывается, начиная частить, как при встрече с опасностью.

Он не смотрит в нашу сторону, но у меня все равно сердце колотится где-то в горле.

Расслабленная поза моего преследователя дестабилизирует меня. Когда смотришь на него, невозможно даже представить, что он ненормальный сталкер и кайфует от запугивания. Потому что он выглядит как человек, у которого есть все в этой жизни и которому незачем придумывать садистские развлечения.

Но его мощная фигура в этом уютном месте для парочек кажется инородным телом, черной дырой, поглощающей свет. Потому что теперь я снова ощущаю себя в опасности.

Его присутствия достаточно, чтобы воздух, пахнущий зеленью, стал густым и спертым.

Ледяной ком сдавливает горло. Я перевожу взгляд на Глеба и понимаю, что его грант, будущее, о котором он с таким жаром говорил… все это под угрозой. Леон может уничтожить все это одним лишь щелчком пальцев. Не потому, что Глеб в чем-то виноват, а просто потому, что он оказался на пути.

– Флора? Что случилось? Тебя тошнит? – испуганно спрашивает мой парень.

– Здесь душно, – выдыхаю я, отодвигая тарелку с нетронутым ризотто. – Может, выйдем? Пройдемся.

Мы выходим на прохладный вечерний воздух. Я жадно вдыхаю, но облегчения не чувствую. Присутствие Леона витает вокруг, как запах грозы перед бурей. Глеб обнимает меня за плечи, пытаясь согреть.

– Смотри, луна, – тихо говорит он, указывая на серп в небе. – Красиво.

Я поднимаю взгляд. И тут же замечаю его. Леон стоит под аркой напротив, щелкая зажигалкой. Пламя на мгновение освещает его резкие черты. Он не смотрит на нас. Он поглощен своим действием. Но он стоит там, неподвижный, как страж. Случайность? Я знаю, что нет. Он напоминает, что охоты не избежать.

Глеб что-то говорит о звездах, но я уже не слышу. Я смотрю, как Леон закрывает зажигалку и затем, не обернувшись, отходит вглубь арки, растворяясь в тени.

Он ушел. Но его незримое давление никуда не делось. Оно сжимает меня со всех сторон, оставляя место лишь для одной мысли: “Я не дам ему разрушить жизнь Глеба”.