Глава 4

Спустя три будних дня птичка явилась в магазин вне своего привычного графика, да ещё и не одна. Честно, я даже плохо понимал, не разинут ли у меня рот, но очень надеюсь, что хотя бы немного держал себя в руках. Птичка в своей неизменной толстовке, джинсах и кроссовках что-то рассказывала девочке, которая была похожа на неё один в один. Ну разве что той было лет двенадцать, и на носике держались очки в круглой оправе. А рядом суетился тот самый мальчишка, которому по всей видимости заботливая мама и покупала пирожки. Круглое лицо, светлые кудряшки — не иначе как пошёл в отца. А вот глаза абсолютно точно мамины, такие же удивительно зелёные.

— Тим, чипсы будешь? — едва ли не через полмагазина выкрикивает его сестра, и у меня перехватывает дыхание. Получается, сына птички зовут так же, как и меня? — Тут есть с колбасками и с сыром.

— Чипсы не будешь ни ты, ни Тимофей, — спокойно заявляет птичка, и девочка пускай и куксится, но не пререкается.

Тимофей. Не «Тимур», просто похоже. Впрочем, что бы это изменило?

Мальчишка возвращается с огромной коробкой каких-то пирожных, которые только сегодня утром завезли, и с сияющим взглядом смотрит на мать.

— Мам, а можно мы и такие возьмём? Ты же говорила, что хочешь отпраздновать…

— Сегодня можно всё, что угодно, — улыбается птичка ласково-ласково, и ерошит кудри мальчугана. — Раз уж я наконец закрыла этот проект и получила выплаты… Но учти, до пирожных тебе придётся съесть суп и овощной салат.

— Раз можно всё, тогда может ты купишь мне и богомола в террариуме?

— Не настолько «всё», милый, — теперь птичка смеётся. — Никаких домашних насекомых в моей комнате!

— А сок-то взять можно? — тут же вклинивается девчушка. — Мультифрукт, два литра и там хороший состав — я проверила.

— Если сама донесёшь его до дома. Или дождёмся понедельника, привезут с доставкой.

— Донесу!

Малявка идёт к кассе с важным видом, словно она тут самая взрослая. Интересно, они не ровесники ли с моим братишкой? Возможно…

На этот раз семья идёт к обычной кассе, и в размеренные движения рук птички вклинивается суета её детей и комментарии кассирши. Я изо всех сил стараюсь не особо пялиться, но получается у меня плохо.

У птички двое детей.

Птичка работает из дома над какими-то проектами.

Она не закупает у нас много продуктов, но привозит ей их не сожитель, а обычная служба доставки.

А ещё птичка с огромной нежностью смотрит, как её сынишка складывает сам продукты в тканевые сумки, а дочка вчитывается в состав на сухариках.

— Тимурка, ты чего без дела слоняешься? — отчитывает меня тётя Люда, сегодняшняя уборщица. — Тебя, кстати, директор хотел видеть.

— Иду, — киваю женщине головой, а сам едва ли могу отвести взгляд от ровной спины птички, голос которой сегодня слышал, кажется, чаще, чем за всё предыдущее время.

* * *

В следующую субботу я опять дежурил в центре района, у того же ресторана. Не с какой-то определённой целью, просто там приличный контингент. Всё-таки лучше лишиться дополнительных чаевых, зато тебе абсолютно точно не придётся проветривать машину после чужого перегара.

Мы болтали с ребятами у курилки, я даже на телефон особо не смотрел, когда вдруг снова заметил её. На этот раз птичка была в тёмно-зелёном платье, и снова с открытыми руками. Волосы заплетены в какую-то диковинную косу, яркий макияж, туфельки на шпильке. Из ресторанчика её вышли проводить две женщины, и я как дурак смотрел на эту сцену, пока до меня не дошло — она ведь должна потом сесть в такси! Неужели я пропустил заказ?

Даже телефон брать в руки не было смысла — сладкоголосая птичка впорхнула в машину дяди Славика, нашего самого опытного водилы. Я же так и остался стоять памятником себе.

— Тим, ты чего? — удивились тогда ребята. — Призрака что ли увидел?

— Скорее уж прекрасную фею, — хихикнул Марк. — Тут же красотки ходят одна за другой.

Марк, разумеется, придурок тот ещё — ему лишь бы подшутить. Но в чём-то он действительно прав. Почему-то мне просто необходимо было удостовериться, что после своих посиделок птичка сможет спокойно вернуться домой, и я решил во что бы то ни стало отвезти её в следующую субботу сам.

Кажется, я подговорил всех, кого только смог. Ребята в общем чате клялись и божились, что заказ на адрес птички они перекинут мне. К следующей субботе я был уверен, что готов к нашей встрече, но правда оказалась куда как более жестокой, чем я себе представлял.

Птичка вышла из ресторана не одна — её провожал мужчина. Чуть выше, чем она на каблуках, светлые волосы до плеч, мужественные черты лица. В руках у птички был букет роз, всяко побольше, чем я тогда дарил Варваре. Вот только энтузиазма на личике не наблюдалось.

В одно мгновение я покрылся ледяным потом. Может, ну его к чёрту? Отказаться от заказа, потерять рейтинг и в деньгах, зато абсолютно точно не буду слышать, как птичка воркует с кем-то прямо в моей машине. Или, сохрани боже, видеть, как целует другого мужчину. Но птичка притормозила у авто, и я сообразил — нет, поедет одна.

Ладно, выдыхаем. Вышел со своего места, подошёл к пассажирскому. У нас тут, конечно, не бизнес-класс, но сервис предполагает, что водитель может открыть и закрыть дверь машины перед пассажиром, особенно если тот — красивая женщина.

— Спасибо за чудесный вечер, — а этот пижон заливается соловьём. — Мне было очень приятно познакомиться.

— Взаимно, — едва улыбнувшись, произносит птичка. Но стоило пижону наклониться, чтобы поцеловать её в щёку, как эта дивная женщина делает полшага назад и выставляет перед собой ладонь. Разумеется, мужику пришлось её просто пожать, но вы бы видели, как его скривило! — Спасибо за цветы.

— Надеюсь, это не последняя наша встреча. И в следующий раз ты разрешишь мне оплатить счёт и за тебя.

Птичка не отвечает, я уже открыл перед нею дверь. Она ныряет ко мне в салон так быстро, словно боится, что этот горе-ухажёр за ней погонится, и я спешу отрезать ему возможность сказать ещё хотя бы слово.

Улыбка между тем сползает с лица пижона, и я могу различить достаточно едкое «высокомерная сучка».

— А может быть не стоит говорить о женщине в подобном тоне? — интересуюсь негромко. Честно, с удовольствием бы вмазал ему, но драка в подобном месте никому из нас не нужна.

Мужчина смеряет меня взглядом снизу вверх, и также недовольно фыркает:

— Поучи меня ещё, сопляк!

Подозреваю, манерам его в этой жизни ещё поучат, но не я. Меня там вообще-то птичка ждёт, и надо поскорее увозить её отсюда.

Женщина выглядит совершенно спокойно, но вряд ли чувствует себя именно так. Цветы она сразу отложила на соседнее сиденье, и, кажется, ей даже прикасаться к ним не хочется. Обычно клиенты любят поболтать, но не птичка. Или она просто не хочет заговаривать первой?

— Кажется, ваше свидание не слишком удалось? — интересуюсь как бы невзначай, глядя на птичку в зеркало заднего вида.

А, собственно, чего я ожидал? Что она примется жаловаться на свою судьбу? Или начнёт флиртовать и кокетничать, раз уж с тем типом не получилось? Нет, птичка повела себя ровно так, как от неё и можно было ожидать: несколько секунд наши взгляды в зеркале соприкасались, и в её исполнении он, как всегда, был спокойно-равнодушным. А потом вытащила из сумочки наушники, воткнула их в свои ушки, на которых висели серёжки-капельки, и отвернулась к окну.

Вела ли она себя сейчас как высокомерная сучка? Очень может быть. Злило ли это меня? Кажется, только прибавило уважения. Понятия не имею, выбесил ли её этот пижон, и как вообще вёл себя на свидании, но то, что она не стала его обсуждать, пускай и с посторонним человеком, прибавило в моих глазах очков этой женщине.

Мы доехали до дома в тишине, птичка передала мне купюру, а потом пожелала удачной смены, одновременно выходя из авто. Цветы она забрала с собой, но в подъезд заходить не стала.

Вообще-то я планировал проследить, как она скрывается внутри, но из-за её заминки пришлось отъехать подальше. Десять метров спустя замечаю, что моя клиентка отошла от дома, и закладываю круг вокруг соседнего здания.

Вот и куда её несёт, скажите на милость? Неужели решила отправиться на второй заход? Но нет, птичка доходит до мусорки, выбрасывает букет и снова возвращается домой. Я же принимаю новый заказ, и почему-то чувство мелочного удовлетворения никак не желает меня покидать.