Глава 15 · О том, где носит Марселя

Марсель эль Лавалье

Марсель четко знал: выпускать на поле боя мага, который не умеет пользоваться своим даром, нельзя! Да что там на поле боя! Ему вообще магичить запрещено! Если ты не получил диплом академии или диплом колледжа первичного магического обучения, который заканчивают самые слабые одаренные, использовать магию запрещено. Не отучился — зарегистрируйся и живи обычной человеческой жизнью. Никто неволить не станет. Магические каналы со временем атрофируются, а магическое ядро просто подарит чуть больше здоровья, чем есть у обычного человека.

Но это если дар небольшой. В ином случае выучиться заставят или заблокируют каналы принудительно. Большая сила — большая ответственность. Хочешь жить среди людей — обеспечь их безопасность. Если сила настолько велика, что человек не может ее контролировать, то блокирование каналов равносильно смерти, потому и существовала комиссия по контролю дара и специальные монастыри, где таким несчастным пытались помочь. Так по крайней мере задумывалось.

А сейчас выяснилось, что Марсель сам стал тем самым необученным магом, которого нельзя выпускать в люди. Только теперь ему нужно освоить не магию, а возможности своей второй ипостаси.

Там, в пещерах, он внезапно осознал, что мало просто получить ипостась дракона и научиться примитивно ее контролировать — нужно сродниться со своим драконом, наладить более глубокую ментальную связь и элементарно освоить все то, что умеет это огромное умное животное, частью которого он стал по неведомой прихоти судьбы.

Да и как можно идти в бой, не зная всех своих возможностей⁈ Это словно быть сильным магом, а использовать только простейшие заклинания малой мощности. Закидать ими противника можно, но сколько на это понадобится времени и усилий…

Вот Марсель вместе с Даниэлем и потратили почти два драгоценных дня на освоение своих ипостасей. Другу было сложнее — он все еще страдал от ран, которые заживали хоть и быстро, но не мгновенно. А еще его дракон был слабее дракона Марселя. И это было к лучшему, потому что дракон Даниэля сразу признал старшинство дракона Марселя и им не пришлось выяснять это в бою. К сожалению, иметь животную ипостась — это значит принимать некоторые законы, которые диктуют инстинкты.

«Пора возвращаться», — передал мысль другу Марсель.

Они парили высоко в небе, оглядывая Пустошь и наслаждаясь полетом. Марсель смотрел на расстилавшуюся под ними панораму и не мог понять, почему эту живописную территорию с горами, широкими лугами, лесами, озерами и реками назвали Пустошью. Хотя со стены, которую возвели по периметру, это место и в самом деле казалось безжизненным и диким.

«Так бы летал и летал», — зажмурился от удовольствия Даниэль.

«Уже через несколько часов начнется суд иерархов. Мы не имеем права на него опоздать».

«Знаю. Полетели».

На самом деле Марсель остался в Пустоши именно из-за суда. Вторую ипостась можно было выгуливать не только в Пустоши, хотя именно здесь слияние человека с драконом чувствовалось особенно остро. Но Жозефина была категорична в своих требованиях.

— Ты должен присутствовать на процессе, — произнесла она, глядя Марселю в глаза.

Выглядела Жозефина неважно. Как сказала Дизере, на наместницу уже было совершено несколько дерзких покушений, которые не прошли для нее даром. Именно поэтому она так не хотела, чтобы их встреча состоялась во дворце. Но как оказалось, безопасных мест в Пустоши теперь нет, и все, что Жозефина могла сделать, — это выставить дополнительную охрану.

— Все должны видеть, что фениксы и в самом деле пошли на сближение с людьми. Ты должен будешь выступить с речью и убедить самые горячие головы в том, что нашим народам не нужна война. Самоизоляция заканчивается, и нужно делать все постепенно. Война же — путь к самоуничтожению и…

— Не надо, — спокойно прервал ее Марсель.

— Что? — непонимающе нахмурилась Жозефина.

— Не надо на мне тренировать вашу речь на суде. Я все это понимаю не хуже вас. Лучше продумайте ответ на вопрос, почему вы не пошли на сближение с людьми раньше. — Марсель вздохнул. — Его ведь зададут в первую очередь. Проблема зрела давно. И арахниды лишь стали теми, кто взялся ее решить. Какими методами — это другой вопрос. Но именно из-за вашего бездействия и стала возможна эта ситуация.

— Я не снимаю с себя ответственность за нынешнее положение дел, но люди — не те существа, с которыми легко договориться, — холодно ответила она и добавила, поджав губы: — Я пробовала.

— Договариваться всегда сложно, — не стал накалять обстановку Марсель. — Как я понял, арахнидов в основном поддерживает молодежь?

— Да, — с неохотой разлепила Жозефина губы.

— Молодые сердца жаждут перемен, — понимающе кивнул эль Лавалье, — и мы их им дадим. Вы читали документы, составленные королем?

— Читала. Луи учел все, что мы когда-то обсуждали, и не только. Но нам придется многим поступиться, и я не уверена, что…

— Это лучше, чем война на уничтожение, — не дал ей закончить фразу Марсель. — Вы не хуже меня понимаете, что, даже если наше королевство падет, другие этого так не оставят и под угрозой вторжения объединятся в мощный кулак, который сметет…

— Не надо, — теперь уже Марселя прервала Жозефина. — Не надо мне озвучивать твою речь на суде, — почти дословно вернула она ему его же слова.

Эль Лавалье усмехнулся и кивнул, принимая ответный выпад.

— Нам всем нужен мир на новых условиях. И мы готовы идти на уступки.

— Определенно… — Взгляд Жозефины стал отстраненным, словно она ушла вглубь себя. — Готовы… Время затворничества прошло. Когда-то так было проще. Всем проще. Но время пришло, и теперь нам нужно сделать все, чтобы не повторить ошибок прошлого, — вздохнула, и ее взгляд снова стал осмысленным. — Трудно жить в такие времена.

— Но интересно, — усмехнулся Марсель.

Она покачала головой, и на ее губах появилась чуть заметная грустная улыбка.

— В такие моменты я чувствую себя ужасно старой. Ладно. — Жозефина встала из-за стола и подошла к книжному стеллажу. Взяла какой-то ветхий фолиант и протянула его Марселю: — Этой книге очень много столетий. Почитай на досуге, может, найдешь в ней что-нибудь полезное.

— Благодарю. — Марсель аккуратно взял книгу. Надпись на обложке уже давно стерлась, и он открыл ее, чтобы прочесть вслух название, напечатанное на титульной странице: — «Любовь дракона, или Горячая страсть в небесах». — Его брови поползли вверх, и он удивленно посмотрел на наместницу. — Что это?

— Любовный роман, — усмехнулась та. — Очень древний любовный роман. Написанный еще до всеобщего исхода. Поверь, найти его было очень сложно.

— Но зачем он мне? — недоуменно спросил Марсель.

— Может, подскажет, как правильно любить мою внучку? — с серьезным лицом произнесла наместница, но в ее глазах плясали веселые искорки.

— С этим я, кхм, как-нибудь и без этой книжки разберусь, — неожиданно для себя стушевался Марсель.

Жозефина рассмеялась — таким милым ей показался молодой мужчина в этот момент. Пожалуй, она наконец начала понимать, почему ее внучка отдала ему свое сердце.

— Это книга времен драконов, когда люди и древние еще жили в мире. Возможно, из нее получится почерпнуть крупицы чего-то ценного, — пояснила наконец наместница.

— Кхм, спасибо.

Марсель прокашлялся и в этот момент почему-то как наяву услышал ехидный смешок Ё-ё: «Удачи тебе, дружище, на любовном фронте. Она тебе очень нужна!»

Хотя, скорее всего, это у него самоирония расшалилась. Уже ведь почти неделю женат, а со своей Птичкой так до постели и не дошел. Плюнуть бы на все, схватить ее в охапку и улететь далеко-далеко… А потом спрятать подальше. В пещере. Да. Р-р-р…

Марсель мотнул головой, усилием воли отгоняя образы, которые ему посылала его животная ипостась. Вот почему в тандеме человек-дракон так важна воля.

И все же — схватить бы Эйлин, прижать к себе крепко-крепко и улететь в пещеру. Р-р-р…